Игра

      За столом четы Малфой собрался весь цвет Слизерина и Гриффиндора и не только. Старинный мэнор мог вместить в себя не меньше двух сотен гостей, но сегодня присутствовал узкий круг приглашённых. А повод что ни на есть знаменательный – день рождения Гермионы Грейнджер, леди Малфой.       Именинница сияла от счастья. Все близкие ей люди здесь ради неё: любимый муж Драко со своей матерью и по совместительству её свекровью Нарциссой, миссис и мистер Грейнджер, общие друзья пары – Гарри, Пэнси, Тео и Джинни и даже министр Кингсли Бруствер. Голову Гермионы венчала тонкая изящная тиара с крупными рубинами – подарок королевы. А вот какой именно королевы даже портреты предков ответить затруднялись либо не горели желанием говорить об этом.       Платье винного оттенка длиной до середины бедра мягко охватывало ладную фигурку, и Малфой изо всех сил старался не пялиться на жену жадным, не скрывающим желания взором. Пэнси Поттер решила, что вручит их с Гарри подарок, едва все расселись за стол, но не успели ничего съесть. Она подошла к блистательной имениннице и торжественно вручила скромную на вид коробочку, украшенную золотистым бантом.           – С днём рождения, Грейнджер! Я думаю, что ты по достоинству оценишь подарок.       Она подмигнула Гермионе и вернулась на своё место. Драко проводил подругу подозрительным взглядом, но ничего не сказал. Распаковав подарок, Гермиона увидела обычную на вид мензурку с синим зельем. Наклеенная на стекло надпись гласила: «Эликсир фэйри». Губы Грейнджер растянулись в мимолётной хитрой улыбке. Она откупорила сосуд и выпила залпом половину.       – Упс, – прошептала Пэнси, уткнувшись в плечо мужа, но ни о чём не жалела. Как и Грейнджер, которая засмеялась от души.       Метаморфозы, охватившие Гермиону, заставили гостей ужаснуться. Драко моргнул раз, два, понимая, что Грейнджер становится с каждой секундой всё моложе и моложе. Когда он моргнул в третий раз, то на месте именинницы стояла её маленькая копия, на вид лет четырёх-пяти. Платье прекрасно шло двадцатичетырёхлетней Гермионе, которой только что исполнилось двадцать пять, но никак не подходило крошке Гермионе. Оно накрывало её как шатёр и волочилось по полу. Маленькие ступни соскользнули в самый носик лодочек на шпильке, пространство между задником и пятками увеличилось настолько, что, окажись туфелька на низкой подошве, она вместила бы обе детские ноги. Тиара, что прежде венчала кудрявую макушку, висела на ушах как очень своеобразная шапка.       Джулия Грейнджер со словами «О нет, только не снова!» рухнула в обморок, и бледный как моль Эдвард Грейнджер едва успел поймать жену до её стремительного поцелуя с паркетом. Кингсли Бруствер откровенно растерялся, не зная, вызывать ли ему колдомедиков, авроров и невыразимцев по отдельности или сразу толпой. Гарри Поттер обречённо уткнулся лицом в ладони. Он правдами и неправдами пытался отговорить Гермиону и Пэнси от их сомнительной затеи, но обе оставались непреклонными и пригрозили взять с него Непреложный обет, если он попытается хотя бы намекнуть о чём-то Драко Малфою.         Нарцисса ахнула и переводила взгляд с невестки на сына, не зная, что и думать. Тео засмеялся в кулак и постарался скрыть это за кашлем, в котором слышалось «Жаль, Забини сегодня не смог прийти». Джинни Забини схватилась за круглый живот, почувствовав ложные схватки, и Тео пришлось отвлекать и успокаивать беременную Джиневру, отпаивая ту водой.          На щеках вскочившего с места Драко расцветали красные пятна, контрастировавшие с его платиновыми волосами. Чтобы как-то занять руки, он яростно дёрнул галстук, пытаясь его ослабить. Он полагал, что жизнь с Грейнджер, то безмятежная и тихая, то полная азарта и приключений приучила его ко всему. Но негодница, явно сговорившаяся с его подругой детства Пэнси, подкинула ему очередной неожиданный сюрприз.       Тем временем скинувшая туфли малышка Гермиона обвязала вокруг себя платье так, чтобы оно не мешало ей ходить, а тиару надвинула ещё ниже, лишь бы украшение не свалилось.       – Пэнси! – пропищала Грейнджер. – Спасибо за подарок.       Под свирепым взглядом Малфоя Паркинсон отсалютовала малышке имениннице бокалом с игристым. Скукожившийся от смущения Поттер пытался придумать заклинание для того, чтобы немедленно провалиться сквозь землю.       – А теперь я хочу поиграть! Найди и поймай меня, Дракон!       С этими словами Гермиона захихикала, хлопнула в ладоши и исчезла.       Для неподготовленных людей Малфой-мэнор представлял собой лабиринт. Анфилады комнат сменялись оранжереями с теплолюбивыми цветами. Иногда они уводили в тупик, завершавшийся фальшивой дверью. Зимние сады, оружейные комнаты, комнаты с бильярдом, личные кабинеты – мэнор располагал множеством необходимых помещений. С волшебством или без, но обойти их все займёт не меньше часа. Кое-как успокоив гостей и сдерживаясь от отборной ругани в адрес Пэнси, Драко Малфой попросил всех продолжать празднование и отправился на поиски жены. Он отказался от чьей-либо помощи в надежде, что Грейнджер не сможет прятаться вечно, и он её быстро отыщет.       Драко зашёл в соседние помещения, но они оказались пусты. Тогда он начал хаотично аппарировать то на чердак, то в подземелья – места, в которых он сам любил прятаться в детстве. Беглянку он не нашёл, зато на чердаке наткнулся на паутинку, облепившую его лицо как вуаль. Призрак первого Малфоя раскачивался на цепях в подземелье и пел «О, верните мою Бонни, верните, верните ко мне!». Он не обращал ни малейшего внимания на потомка, делая вид, что не слышит его вопроса, а его завывания пропитывала неизбывная тоска и меланхолия. Драко махнул рукой и аппарировал в оружейную. Со стола пропало копьё XII века: малышка Грейнджер успела здесь побывать до него.       – Мерлин и Моргана, сил мне и терпения! – воскликнул Малфой.       Смутное подозрение зародилось у него в груди, но ещё ни во что не оформилось. Он догадывался, где может быть Гермиона, и очутился в библиотеке. По сдвинутым на стеллаже сказкам Драко понял, что та выудила самую толстую книгу сказок и испарилась вместе с ней. На полу лежали сиротливо забытые «Сказки Барда Бидля».       – Винни! – позвал Драко Малфой, и эльф тут же возник перед ним.       – Да, молодой хозяин Малфой.       – Ты видел леди Малфой?       – Да, конечно. Госпожа сидит за праздничным столом. Она попросила парфе.       Драко помотал головой.       – Где Гермиона?       Винни раскрыл было рот, но тут же согнулся и захохотал так, словно его щекотали. И сколько бы раз он ни пытался ответить хозяину, всякий раз всё завершалось неудержимым хохотом.       – Ладно, сам найду, – вздохнул Малфой.       Он не знал, какое волшебство применила крошка Грейнджер, и боялся сделать хуже, если попробует расколдовать несчастного домовика.       Драко обшарил больше десятка комнат, но неуловимая Гермиона оставалась на шаг впереди. Он так устал, что в итоге, махнув рукой, решил перекусить на кухне, где эльфы наверняка припасли не один пирог к чаю. Малфой пожалел, что искал жену в одиночку. Стоило привлечь к поискам Пэнси, в девичестве Паркинсон, как зачинщицу хаоса в спокойный праздничный день.       Едва он устроился за столом и откусил кусок вишнёвого пирога, как почувствовал ткнувшееся между лопаток острие копья.       – Принцесса Гермиона сама нашла и победила Дракона! – раздался детский крик, полный радости и ликования. – Падай на пол, Дракон, и проси о пощаде! – копьё переместилось к шее.       Драко Малфой выронил пирог в тарелку и поднял руки вверх.       – Пощадите, Ваше Высочество!       Он спустился на пол и с поднятыми руками встал на колени перед малышкой Гермионой Грейнджер. На её испачканном взбитыми сливками и клубничным мороженым личике сияла торжествующая улыбка. Она медленно опустила копьё и отбросила его в сторону.       – Чего желает Её Высочество? – губы Драко сами собой расплылись в улыбке.       Как бы он ни намеревался сердиться на Грейнджер, он не мог себя заставить. Если взрослая Гермиона, обладающая ярким умом, харизмой и непосредственностью пленяла его, то её маленькая версия не могла не умилять. Хотя, положа руку на сердце, за этот час он успел вымотаться так, как не выматывался ни на одной тренировке по квиддичу.       – Пусть Дракон отнесёт принцессу к её подданным, – милостиво разрешила малышка.       Когда Драко Малфой показался на руках с маленькой Гермионой, гости вздохнули от облегчения, что хоть именинница не стала прежней, она хотя бы нашлась. Пожелав идти на ручки к маме и папе, Грейнджер спрыгнула на пол и убежала к мистеру и миссис Грейнджер. Малфой же зашагал в сторону Паркинсон.       – Ну и когда зелье перестанет действовать, а?       – Через несколько часов? – Пэнси пожала плечами. – Я не думала, что Грейнджер выпьет залпом так много.       – Не думала она, – пробурчал Драко. – А ты чем думал, Поттер?       – Эй, дружище, не кати на меня бочку, – Гарри поднял руки в примирительном жесте. – А то ты не знаешь наших упрямиц. Если они что задумали, то их сам Мерлин не переубедит.       – Тут ты прав, Поттер, чертовски прав, – признал Малфой.       Оставшаяся часть вечера прошла чинно и благородно. Успевшая прийти в себя Джулия Грейнджер снова почувствовала себя молодой мамой, когда общалась с внезапно снова ставшей маленьким ребёнком дочерью. Кингсли Бруствер, метнувшийся под шумок к гостевому камину, запихивал в него обратно выскакивающих оттуда колдомедиков, авроров и невыразимцев, уверяя, что помощь не нужна, и что он обойдётся своими силами. Своей спиной он постарался загородить накрытый стол, чтобы никто не успел увидеть странно похожую на Гермиону Грейнджер малышку. Правда, он не учёл того, что Грозный Глаз умеет видеть сквозь любую поверхность. Уходя, Аластор хмыкнул про себя, мол, надо же, Малфои обзавелись наследницей. И когда только успели?       Праздничный ужин завершился раньше запланированного времени: именинница уснула, пока ела торт. Эдвард Грейнджер отнёс дочь до комнаты, прилегающей к спальне Нарциссы, в которую их с Джулией сопроводили Драко с матерью, уложил Гермиону в постель и подоткнул одеяло. Джулия поцеловала малышку в лоб, и Грейнджеры покинули спальню, аккуратно закрывая за собой дверь.       Когда на следующее утро Малфой навестил Гермиону, та уже вернулась в свой облик, и Драко выдохнул с облегчением.       – Доброе утро, – безмятежно улыбнулась Грейнджер, как будто это не она навела вчера шороху.       – Ага.       – Знаешь, я тут подумала… Ты, наверное, прав. Пора завести наследника или наследницу. Хотя карьера мне сейчас важнее, я понимаю и разделяю твоё желание.       И тут Драко Малфоя словно бы окатило ведром с ледяной водой. Так вот почему у него возникло подозрение, что что-то тут нечисто! Общение с бывшими слизеринцами не прошло для Грейнджер даром.       – Нет, дорогая, я думаю, ещё успеется, – усмехнулся Малфой.       И хотя эта проверка на его готовность к детям оказалась неспроста, Драко понял, что готов ждать столько, сколько нужно. Ведь если маленькая Гермиона такой ураган, страшно подумать, кто родится с их общими генами. Однозначно, умный, хитрый и настолько шебутной ребёнок, что стены мэнора будут сотрясаться, а портреты предков прятаться на самые удалённые полотна.       Нет, к такому ни Драко, ни тем более Малфой-мэнор ещё не готовы! И, Мерлин свидетель, пускай лучше всё идёт своим чередом.