Педики тоже люди.

      — Я всё видела...       Сказать, что парни были в шоке — ничего не сказать. Как они её не заметили? Что она теперь скажет? Отправит сына в психбольницу? Какой позор.       — Мам... Я... Мы... — Андрей пытался найти хоть какие–то слова в своё оправдание. Посмотреть ей в глаза он не смог.       Женщина встала со стула и шагнула в сторону сына, поднимая на него руку. Андрей не отступал. Знал, что неправильно и должен получить. Он зажмурил глаза, приготовившись к удару.       Всё произошло слишком быстро. Марат, который стоял сбоку от Андрея, резко толкнул его назад и загородил собой от руки матери.       Раздался громкий звук. Она влепила ему пощёчину. Парень не издал ни звука. Светлана Михайловна как только осознала, что сделала — заплакала и села назад на стул. Ударить ребёнка... О чём она только думала.       Андрей смотрел на друга с непониманием. Зачем он его защитил? Он должен был получить своё, чтоб неповадно было с парнями зажиматься. Но у Марата были свои принципы, он бы не дал причинить вред дорогому ему человеку у него на глазах.       — Прости меня... Я уже не знаю, что делать. Когда я тебя упустила..? Был бы тут отец — такого не было бы, — отойдя от истерики, произнесла мать Андрея, смотря куда–то в пол. — Наверное, я сильно тебя контролировала. Прости, прости. Я не буду против твоего выбора, ты так и останешься моим сыном. Я больше не хочу упускать тебя. Главное, чтобы ты был счастлив, — она подняла на него свои красные, сильно заплаканные глаза.       Андрей присел на корточки рядом со стулом. Он смотрел на неё с извинением в глазах, с сочувствием. Ему было жалко её. Она не виновата. Ну может только отчасти. Но она не виновата, что отца с ними нет. Она растила его одна.       — Спасибо, мам, — Андрей приобнял мать, успокаивая.       Он будет счастлив с ним. Он будет в безопасности. Он будет в любви. Пока они есть друг у друга — их никто не тронет.       — Я не против ваших отношений. Всё равно ничего сделать не могу. Только не при Юле. Она не должна знать, что её брат встречается с парнем, — поставила она свои условия. Для неё это было тяжело. А для её сына еще тяжелее. Таких как он не принимает общество. Так хоть она примет. У них и так напряжённые отношения.       Пальто кивнул и улыбнулся. Всё будет хорошо.       — Ладно, садитесь завтракать, — она ответила ему улыбкой. Убрала со стола всё лишнее и поставила две тарелки с кашей.       — Андрей... — начал Марат, когда тётя Света скрылась из кухни, отойдя позвать Юлю за стол. — Может я сегодня ещё у тебя останусь? — договорил он, смотря на собеседника и кладя ещё одну ложку в рот.       Самого Андрея это смутило. Раньше он бы легко сказал маме и она бы разрешила. А тут всё сложнее... Что она подумает?       — Я спрошу у мамы, — Андрей встал со стула, убирая пустую тарелку в раковину и сразу начиная её мыть. А в голове проигрывал план как спросить мать.       Тем временем на кухню забежала радостная Юля, попутно что–то крича. За ней на кухню вернулась мама.       — Доброе утро, — радостно сказал Марат сестрёнке друга, улыбаясь.       Юле нравился Марат. Он с ней играл и принёс ей пирожное. А ещё он друг её брата. Значит хороший.       Юля быстро поела и ушла играть в зал. На кухне остались мальчики и мама Андрея. Пальто стоял за раковиной и мыл тарелки за всеми. Марат послушно ждал его за столом. А мать протирала полки, составляя туда чистую посуду.       — Мам, а... — с трудом начал Андрей. Ему было теперь стыдно спрашивать у мамы. — А можно у нас Марат ещё на ночь останется? — он посмотрел на сидящего парня. Вид того его успокоил. Он как будто поделился своим спокойствием.       — Ох... Не знаю, — сын посмотрел на нее, как бы умоляя. Она немного подумала. — Хорошо... Пусть остаётся, но чтоб я ничего лишнего не слышала.       Андрей покрылся румянцем, а Марат захихикал, закрывая рот рукой.       — Мама! — возмутился Андрей.       Та лишь улыбнулась, мол я всё понимаю и не вчера родилась.       Позже парни уже сидели в комнате Андрея и разговаривали. Они вспоминали разные ситуации. Как угорали с пацанами. Как бегали от ментов и так далее.       Вдруг они оказались слишком близко друг к другу. Марат взял руку Андрея, которой он что–то показывал в свою, и потянулся за поцелуем.       Уже второй раз им так везёт со временем поцелуя. В комнату заходит Юля.       — А что вы делаете? Целуетесь?! — спросила Юля, то ли обрадовавшись, то ли удивившись.       Парни быстро отстранились друг от друга. Слава Богу, Марат сидел спиной к двери и загораживал весь вид.       — А мы это... На руках боремся, — положение спасли их руки, оставшиеся на весу в воздухе.       Она вопросительно посмотрела на них. Постояла так несколько секунд. Видимо задумалась.       — Ха, а вы неправильно боретесь. Давайте научу! — она засмеялась, подходя поближе к старшим.       Они играли с ней, конечно же поддаваясь и театрально говоря, как им больно и какая она сильная. Юля веселилась.       Их веселье прервала мама, которая позвала Юлю. Она быстренько слезла с кровати и ушла, прикрыв за собой дверь и оставляя мальчиков одних.       — Боремся значит? — спросил Марат, улыбнувшись и изогнув бровь.       Как же хорошо он выглядел. Хотелось взять его в охапку и не отпускать. Вечно любоваться им. Смеяться с ним. Дурачиться. Андрей уплывает в свои мысли.       — Я щас покажу тебе, что такое бороться, — из мыслей Андрея вытягивает толчок в плечо от друга.       Тот в ответ тоже толкнул его. И понеслось. Постепенно они оказались на полу, а Андрей уже сидел на Марате, упираясь руками ему в грудь.       Они остались в такой позе, не двигаясь. Это было волшебно. Они смотрели друг на друга, пытаясь отдышаться.       Марат слишком резко принял сидячее положение, ещё ближе пододвигая Андрея за бёдра к себе.       Ещё один миг и они уже сплелись в поцелуе. Дальше Андрей водит руками по телу Марата. Тот от каждого его движения распыляется и только сильнее сжимает руки на его бёдрах, вызывая у того приглушённый стон. Они продолжали изводить друг друга, напрочь забывая о находившихся дома сестре и маме Андрея.       Которая, в свою очередь, прошла мимо комнаты сына. Она услышала какой–то скулёж. Подумав, что ей показалось, она просто пошла дальше. Но услышав это ещё раз, она вернулась и прислонилась к двери.       Ей не показалось. Из–за этой двери доносились тихие придавленные стоны. Она даже не хотела знать и думать чьи они...       Она просто быстро прошла в зал, сказав Юле, чтобы она одевалась.       — Надо в магазин сходить. Заодно и прогуляемся, — мать Андрея начала одеваться, попутно помогая мелкой.       Через пять минут они ушли.       — Твои ушли? — услышав звук захлопывающейся двери, спросил Марат.       — Да, наверное... — еле ответил Андрейка, пытаясь восстановить сердцебиение и дыхание.       — Отлично. Теперь нам никто не помешает, — сказал Марат, сразу утягивая того в поцелуй.