Спираль смерти / 死亡回旋 / Death Spiral

Прежде чем грязные ручки Лянь Цяо дотянулись до уха Сюй Жэньдуна, тот внезапно нырнул к рюкзаку и выхватил монтировку. Лянь Цяо выбило из колеи его движение, и он отдернул руку, немедленно раскаявшись и сложив ладони: - Прости меня, прости, я больше не буду! - Что не будешь? – растерялся Сюй Жэньдун. – Разве не ты хотел «соблазнить» его? Уже довольно поздно, так что если собираешься сделать это, то давай быстрее! Лянь Цяо опешил, а затем понял, что Сюй Жэньдун не заметил его предыдущих поползновений. Он торопливо наклонился и перехватил монтировку, чувствуя себя самой добродетелью, и пылко воскликнул: - Хорошо, я пошел!  - Будь осторожен, - произнес Сюй Жэньдун. Лянь Цяо забежал за спину братцу Кувалде и, наклонившись, сгреб пригорошню снега, а затем окликнул его. Тот обернулся и тут же получил снежком в лицо, от чего незамедлительно пришел в ярость. Лянь Цяо сорвался с места, крича на бегу: - Давай, беги за мной! Если догонишь, я позволю тебе… Оуч! Он прервался на полуслове, так как его разум сразу подкинул ему пару омерзительных картинок, и он с отвращением во взгляде переиначил свою речь: - Даже если догонишь, я ничего тебе не позволю! Я протестую против твоего уродства! Сюй Жэньдун, прятавшийся за деревом все это время, подумал: «Ты все никак не наиграешься? Ты что, умрешь, если не пошутишь хоть раз?» Осталось тайной, понял братец Кувалда слова Лянь Цяо или же нет, но он с рыком погнался за парнем. Его топот был таким же увесистым, как и его громоздкое тело, так что от его бега даже немного сотрясалась земля. Сюй Жэньдун решительно бросился из своего укрытия в сторону постамента и поставил куколку на самое видное место. Ему пришлось признать, что Лянь Цяо продумал все должным образом: куколка была настолько же маленькой, насколько и прочной, и они перепробовали другие варианты, прежде чем оказались здесь, но ни ножом, ни камнем не смогли ее расколоть. Вероятно, только кувалда братца Кувалды и была способна разбить ее, а этот постамент был здесь в роли разделочной доски. Без него лежавшую на мягком снегу куколку не разбила бы и эта кувалда. Положив куколку на камень, Сюй Жэньдун окрикнул Лянь Цяо. Ответный возглас донесся с некоторого расстояния и, услышав, что тот был в порядке, Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением. Он быстро спрятался обратно в прежнее место.  Он увидел, как Лянь Цяо бежал обратно к постаменту, а братец Кувалда, совсем немного отставая, несся следом за ним. Парень бежал с невероятной скоростью и за ним было не угнаться, но как только дистанция между ними начинала увеличиваться, Лянь Цяо сразу начинал замедлять бег, так что братец Кувалда каждый раз думал, что его час наконец-то пробил, и вскидывал свою тяжелую кувалду, бросаясь на него. Однако Лянь Цяо каждый раз оказывался быстрее и успевал увернуться от удара за считанные секунды до того, как тот обрушился бы на него. Братец Кувалда попадался так уже несколько раз, но даже волос на макушке парня не смог задеть, поэтому он зверел все сильнее и сильнее, и взмахи кувалды становились все яростнее и яростнее. Сюй Жэньдун ощутил дрожь в коленках, просто наблюдая за этой сценой со стороны. Он знал, что Лянь Цяо нарочно злил братца Кувалду, чтобы тот от охватившего его гнева не разгадал его истинных намерений, но все же тем самым Лянь Цяо подвергал себя еще большей опасности. Пусть телом парень был еще полон сил, но в душе он без сомнения был до ужаса напуган. Свист обрушаемой кувалды снова и снова доносился до его ушей, хоть он раз за разом и успевал уклониться, его лицо белело все больше и больше. Сюй Жэньдун мог уже отчетливо увидеть, как того трясло, но пока он ничего не мог сделать, только скрестить пальцы и ждать, когда такая возможность предоставится. Наконец Лянь Цяо подбежал прямиком к постаменту. Он вновь умышленно замедлился, чтобы братец Кувалда смог его нагнать, и загородил собой невысокий постамент. Мясник был в таком восторге, что парень наконец-то выдохся, что ничего не заметил и замахнулся кувалдой очередной раз. Лянь Цяо не уклонился сразу как раньше, а дождался, пока кувалда едва не коснулась его головы, а затем, опираясь обеими руками об камень, перекинул себя через него настолько далеко, насколько смог, и тяжело завалился в снег. Сейчас или никогда! Лянь Цяо пожертвовал своим шансом сбежать, чтобы удар кувалды пришелся точно на матрёшку! Сюй Жэньдун прожигал взглядом братца Кувалду, видя, как тот ударил по постаменту, но из-за того, что тот перекрывал своей тушей весь обзор, он ничего не мог больше разглядеть. Он попал по матрёшке или нет? Мужчина до боли сжал кулаки, впившись ногтями в ладони, а затем заметил, как упавший в снег Лянь Цяо счастливо улыбался. - Жэньдун-гэ! – вне себя от радости прокричал он. Сюй Жэньдун понял, что они преуспели, и тут же выбежал из своего укрытия, держа в руке большой камень, и швырнул его прямиком в братца Кувалду. В тот же миг он скомандовал Лянь Цяо: - Беги! Лянь Цяо упал слишком близко от братца Кувалды. Сюй Жэньдун хотел привлечь его внимание, чтобы у Лянь Цяо появилось время сбежать. Брошенный им камень попал точно по спине мясника, но, к его полной неожиданности, у того оказались непробиваемые мышцы, так что камень отскочил от него, как от стены, а сам он даже бровью не повел. И тем более, даже не оглянулся, а только заново поднял свою кувалду и нацелился на все еще лежавшего в снегу Лянь Цяо. - Лянь Цяо! – изо всех сил закричал Сюй Жэньдун, и его сердце ухнуло вниз. Лянь Цяо с лицом белее снега глядел на стремительно приближавшуюся к нему кувалду. У него не было времени вскочить на ноги, так что он откатился в сторону, едва избежав катастрофы. Он никак не смог бы самостоятельно выбраться, и с отчаянием закричал Сюй Жэньдуну: - Брось меня! Забери кнопку! Сюй Жэньдун перевел взгляд на постамент и увидел, что куколка разлетелась в щепки, а среди них лежало что-то серебристо-серое, отражавшее холодное металлическое свечение. В этот же момент Лянь Цяо оттолкнулся руками и ногами от земли и сумел вновь побежать прочь на всех парах. Несмотря на свое смятение, он извернулся, чтобы бросить очередным снежком в братца Кувалду и прокричал: - Давай, догоняй! Ик! Взбешенный братец Кувалда воздел свою огромную кувалду и бросился за ним следом. Сердце Сюй Жэньдуна сжалось от осознания, что Лянь Цяо сделал это для того, чтобы предоставить мужчине шанс. Он не колеблясь схватил кнопку и, развернувшись, бросился прямо к охотничьей хижине. Лянь Цяо побежал в противоположном направлении, а на улице уже стояла глубокая ночь, и с неба посыпали тяжелые хлопья снега. Беспокойство Сюй Жэньдуна нарастало с каждым шагом, пока он бежал, и его сердце продолжало испуганно колотиться все время, что он добирался до домика. Вернется ли Лянь Цяо невредимым? Спустя какое-то время братец Кувалда ведь должен будет перестать преследовать его? Но Лянь Цяо был уже на грани паники, он икал на бегу, не сыграет ли это против него, предоставив братцу Кувалду возможность догнать его? Если это случится… Сюй Жэньдун с усилием взял себя в руки и подошел к столу. Он отодвинул стул, чтобы сесть, но продолжил дрожать с головы до ног, не в силах унять эту дрожь. Мужчина сидел один в темноте. Он не зажигал камин и не закрывал дверь. Сквозняк гулял по комнате, засыпая за порог снег, выстужая все накопившееся тепло изнутри и его собственного тела. Чем дольше он ждал, тем холоднее становилось и в его душе. Когда он уже больше не мог ждать и собрался пойти искать Лянь Цяо, он заслышал торопливые шаги снаружи. Сюй Жэньдун едва не подпрыгнул. Стремительно обернувшись, он ощутил, как в него врезался кто-то большой и теплый, трясшийся, как перепуганный зверек. Вот только этот зверек был с него ростом и довольно сильным, так что с грохотом повалил его пол. Такое знакомое теплое чувство стремительно разлилось в сердце мужчины. Несмотря на подступившее головокружение, Сюй Жэньдун не смог удержаться от улыбки. Он легонько погладил Лянь Цяо по спине и успокаивающе заговорил: - Все хорошо, все хорошо… Ты вернулся. Пока он говорил это, он понял, что его голос дрожит, и это не могло не показаться ему довольно смешным. Лянь Цяо скулил, прерывая всхлипывания икотой: - У-у-у… Жэньдун-гэ… у-у я потерял монтировку… Сюй Жэньдун на секунду застыл, а затем рассмеялся: - Зачем тебе монтировка? - Мне страшно без монтировки! - Не бойся, я с тобой, - Сюй Жэньдун поднял руку и принялся вытирать парню слезы, чувствуя под кончиками пальцев мягкую и теплую кожу. Сюй Жэньдун никогда еще не был настолько близко к кому-то другому, и это чувство заставило его сердце настолько сильно биться в груди, что он едва не перестал дышать. Было немного непривычно, но ему не хотелось прогонять это чувство. - Все кончилось, - он понял, что говорил с нежностью в голосе, - мы можем уйти отсюда. - Да… - улыбнулся Лянь Цяо, и его глаза изогнулись в улыбке, от чего слезы полились с них еще сильнее. Они упали Сюй Жэньдуну на лицо, и оба они застыли в замешательстве. Лянь Цяо очнулся первым, поспешно принявшись утирать их. Сюй Жэньдун смущенно кашлянул: - Эм, все нормально, не… вытирай их, лучше сначала слезь с меня. Лянь Цяо только сейчас осознал, что весьма двусмысленно оседлал талию Сюй Жэньдуна. Его мозг незамедлительно предложил ему описание происходящего на сто тысяч слов, все из которых нельзя было произносить вслух в приличном обществе, и с перепугу парень тут же вскочил на ноги, молясь всем богам, чтобы его нижняя часть не раскрыла все карты о закрутившихся в его грязном разуме сценках. Сюй Жэньдун, долго не раздумывая о случившемся, отвернулся и пошел к лестнице. - Пойду, расскажу всем, - обронил он. Лянь Цяо застигли врасплох эти слова, и он бросился вдогонку. - Ты хочешь уйти прямо сейчас? - Да, - сказал Сюй Жэньдун. Лянь Цяо хотел сказать что-то еще, но Сюй Жэньдун уже взбежал вверх по лестнице. В конечном счете, ночь была тем временем, в которое кролик отправлялся их убивать. Он боялся, что из-за его промедления в команде может стать на двоих меньше. Лянь Цяо смотрел, как его спина скрывается в тени второго этажа, и почувствовал небольшое разочарование. Он поневоле поджал губы и начал тереть глаза, вспоминая, как Сюй Жэньдун только что утирал с них слезы. Он перекошенно улыбнулся, не в силах унять приятную дрожь в сердце. Когда люди услышали о том, что они нашли кнопку, все впали в полный восторг. Без долгих предисловий все незамедлительно зажгли факелы и бросились к церкви посреди ночи. Сюй Жэньдун незаметно подсчитал количество выживших: их было около двадцати, когда они только попали сюда, и почти половина погибла к этому моменту. Но так или иначе, просто найти способ выбраться отсюда живыми уже было хорошо. В конце концов, все они были чужими друг другу, и пережитый ими вместе кошмар оставался кошмаром. Всем им хотелось поскорее вернуться в реальный мир, забыть этот чертов кошмар, и начать все с чистого листа. Уже завтра все они проснутся в блестящее утро, в котором нет места ужасающим духам, нет места тревоге, не будут ли они следующими, кто погибнет сегодня. Они вернутся в объятия людей, ждущих их возвращения домой, они покушают вкусную домашнюю еду и затем отправятся на работу. Они наконец-то вернутся к своим размереным, драгоценно обычным жизням. Сюй Жэньдун поместил кнопку в выемку на лифте и услышал щелчок. Кнопка встала на место как влитая, загоревшись тусклым белым светом. В ту же секунду дверь лифта открылась, издав характерный звон, и изнутри ударил ослепительный белый свет. Этот свет казался незапятнанным и несшим в себе одну надежду. Люди были вне себя от радости, кто-то даже заплакал от счастья. Юань Сюэмин заговорил: - Что же, вот и все, теперь мы все вместе можем вернуться обратно. Нам всем было предначертано познакомиться друг с другом. Люди закивали в ответ, заслышав эти слова, и один за другим направились в лифт. Внутри было достаточно пространства, чтобы вместить всех. Сюй Жэньдун смотрел, как люди заходили внутрь, и среди них не было ни Сюй Хун, ни Цзян Ли, ни Ван Юаня. Неожиданно он окунулся в водоворот запутанных эмоций, и остановился в шаге от лифта, готового отвезти его к новой надежде. Он в подробностях вспомнил, как Сюй Хун не сдавалась до самого конца, и с упорной решимостью делала все, чтобы не упустить ни один шанс. Он вспомнил, как потеряв рассудок от сильной любви, Цзян Ли в паранойе решилась перерезать ему горло. Он вспомнил, как разрываемый кролем на части Ван Юань не выпускал Цзян Ли из своих рук до самой смерти. Он осознал, что и остальные погибшие, чьих имен он даже не запомнил, и чье существование не привлекало внимания, все-таки имели имена, жили свои жизни, творили свои истории. Были люди, которые любили их, и которых они любили в ответ. Когда Сюй Жэньдун увидел, что уже все зашли в лифт, одна мысль захватила его разум. Лянь Цяо словно почувствовал что-то и резко напрягся: - Жэньдун-гэ, что ты делаешь? - Иди первым, мне еще нужно кое-что сделать, - ответил ему Сюй Жэньдун. - Я останусь с тобой! - Нет, я должен сделать это один, - отрезал мужчина. - Но я хочу… Сюй Жэньдун перебил его: - Иди уже, не видишь, что все только тебя и ждут? Лянь Цяо обернулся и увидел, как остальные хлопали глазами, непонимающе смотря на него. Юань Сюэмин протянул руку, блокируя дверь лифта, и с удивлением посмотрел на Сюй Жэньдуна: - Ты действительно остаешься? Сюй Жэньдун молча кивнул. Юань Сюэмин пожал плечами: - Что же, Лянь Цяо, тогда пойдем первыми. Лянь Цяо затряс головой, собираясь что-то сказать, но Сюй Жэньдун подтолкнул его и, намеренно напустив нетерпеливый вид, жестко сказал: - Уходи, не путайся под ногами. Лянь Цяо оторопел от этих слов и от внезапного безразличия Сюй Жэньдуна, которым тот возвел прочную ледяную стену между ними, резко оборвав с ним всякую связь. Он не мог взять в толк, почему это случилось. Он думал, что Сюй Жэньдун будет мягко его успокаивать, просить не бояться, говоря, что все наконец-то закончилось, но сейчас он выглядел так, словно никогда больше не хотел встретиться с ним вновь, он даже ушел прочь, не оглянувшись. Видимо, у Сюй Жэньдуна вообще не было к нему никаких чувств. Это все потому, что я настолько увлекся? Получается, наши взаимоотношения оказались немного не на том уровне, который я предполагал… Лянь Цяо ощутил, как ему сдавило грудь, стало горько и неприятно. Юань Сюэмин продолжал его зазывать: - Пошли, он знает, что делает. Не беспокойся о нем. Лянь Цяо пронзительно смотрел в спину уходившего Сюй Жэньдуна до тех пор, пока его фигура не исчезла за стеной, и он больше не мог его видеть. Только после этого он с опущенной головой шагнул в лифт. Сюй Жэньдун ждал в коридоре, отделенный стеной. Услышав звук, с которым закрылась дверь лифта, он испустил долгий вздох облегчения. Когда Лянь Цяо ушел, он не выказал ни единой эмоции, прекрасно зная, что очень скоро они встретятся вновь. Сюй Жэньдун вернулся в зал для богослужений, уселся на скамью и некоторое время смотрел на величественную статую Иисуса. После он принялся снимать верхнюю часть одежды: сначала стеганую пухлую куртку, затем свитер и тонкий пиджак, пока не остался в тонкой шелковой рубашке, надетой на голое тело. Затем он вытащил нож из своего рюкзака. Нацелившись его острием в собственное сердце, он ощутил, как вибрации от его ускорившегося биения проходят по лезвию прямо до ладони. Он отчетливо различал стук своего сердца, невозмутимый и настойчивый, и впервые ощутил ничем незамутненное, ясное осознание того, что он жив и что он полон жизни. Это было невероятное осознание. Все еще размышляя об этом, он спокойно вогнал холодное лезвие себе в грудь. Он вонзил нож до основания, а затем выдернул его обратно. Горячая красная кровь хлынула из его тела.