Спираль смерти / 死亡回旋 / Death Spiral

После того, как лифт приехал, перед троицей предстала мрачная старомодная гостиная. Она была довольно просторной, и в ней спокойно смогли расположиться больше десяти человек. В этот раз все их сотоварищи были относительно молоды и выглядели вполне спокойно. Похоже, что новичков среди них не было. Троица вышла из лифта, огляделась по сторонам и обнаружила, что выхода из гостиной не было – только лестница, ведущая на верхний этаж. Помимо того, что в комнате не было дверей, в ней также не было и окон. На стенах, обклееных темно-зелеными обоями, висели несколько картин, выполненных маслом, а хрустальная люстра давно покрылась пылью. Огромный тканевый диван тоже казался выцветшим и покрытым слоем пыли, так что было очевидно, что за домом никто давно не ухаживал. Неудивительно, что все предпочли стоять по разным углам, не рискуя никуда садиться. Былое великолепие только подчеркивало царившую в гостиной безжизненную атмосферу, как будто они оказались в заброшенной резиденции когда-то богатого человека, который умер, разорившись. В итоге, стоило только чаю остынуть, как все покинули этот дом, который превратился в пустую оболочку, где нашло себе место лишь тихое отчаяние по ненаступившему светлому будущему. Все присутствующие взглядами оценивали друг друга. Так как Сюй Жэньдун и его спутники приехали вместе, было сразу ясно, что они знакомы. Помимо этой троицы, близко друг к другу стояли еще четыре человека, на первый взгляд студенты, которые тоже наверняка знали друг друга. Остальные стояли где попало со скрещенными на груди руками и холодно наблюдали за другими. На их лицах читались одни и те же выражения настороженности и готовности защищаться от возможных посягательств. Только осмотрев окружающих, Сюй Жэньдун уже сделал смелое предположение: всего в комнате собралось пятнадцать человек, а значит, сложность прохождения будет невысокой. - Все собрались? – из группы студентов сделал шаг вперед один из юношей. Он был хорош собой и лучился силой и энергией как маленькое солнышко. Обведя всех взглядом, он продемонстрировал белоснежную улыбку: - Давайте познакомимся! Я начну. Наша команда состоит в киноклубе университета Х, и я – президент. После слов, что он президент, парень сделал паузу. Все ждали, что он назовет свое имя, однако он обернулся и с улыбкой махнул девушке позади него, жестом приглашая подойти поближе. В итоге те трое тоже выступили вперед и представились как участница А, участник Б и участница В. Этот парень определенно предложил всем представиться, но сам вместо имени назвал лишь псевдоним. Это вызвало у остальных сомнения в его искренних намерениях, однако явного недовольства никто не выказал и следом также назвал придуманное кодовое имя. Переглянувшись, Сюй Жэньдун и Лянь Цяо решили не нарушать возникшую традицию. Лянь Цяо представился как «Цяо Му», а Сюй Жэньдун сказал: - Меня зовут… ХуаХуа. Лянь Цяо замер от удивления, а затем послал Сюй Жэньдуну игривый взгляд. Его глаза были полны незамутненной нежности, как родниковые воды, и в них легко можно было утонуть. Взволнованный этим взглядом Сюй Жэньдун запоздало вспомнил, что рядом с ними до сих пор находилась Чжун Сю, и моментально взял себя в руки, прикинувшись, что закашлялся. Затем опять обратился к остальным: - Кто пришел первым? Молодой парень, назвавшийся Рок-Монахом, резко поднял руку и помахал ей, одновременно изображая жест, будто что-то хватает из воздуха. Его движение было настолько вычурным, что сразу же привлекло всеобщее внимание, и только чуть позже люди осознали, что этим действием он и хотел этого добиться! Он что, возомнил себя айдолом? Лица у всех потемнели, и всех охватило неопределенное смущение за то, что их так легко провели. У Рок-Монаха была стриженная налысо и отливающая сизым голова, которую украшали шесть круглых выжженных «шрамов от благовоний». Он был одет в оранжево-желтое монашеское одеяние и черную монашескую обувь, создавая впечатление настоящего монаха, вот только от монаха в нем кроме одежды ничего не было! Свой ответ он выразил в виде фристайл-рэпа. Поскольку автору было слишком лень придумывать то, что он зачитал, примерный смысл был таким: - Да, первым прибыл этот крутейший, но беднейший монах! В гостиной повисла тишина. Спустя продолжительное молчание Сюй Жэньдун наконец задал следующий вопрос: - Ты… обнаружил что-нибудь? Рок-Монах выдал очередную порцию рэпа, означавшую, что он понятия не имеет, что это за место и что он здесь делает, но раз он здесь оказался, то должен вовсю воспользоваться сложившейся ситуацией, а вообще он просто все это время сидел здесь на полу и пел, пока не появились остальные. Во время этого рассказа лица людей исказились от осознания, что этот безмозглый монах был новичком. Ну что ж, ему конец, без мозгов он долго не проживет. Не желая больше слушать его нескладный рэп даже без какого-либо аккомпанемента, все решили для начала осмотреть дом. Разделившись на две группы, пятнадцать человек быстро обошли все помещение, выяснив планировку. Гостиная находилась на первом этаже, там же обнаружилась и кухня с большим запасом провизии, которого хватило бы на недельное проживание всех пятнадцати человек. На втором и третьем этажах размещались шесть гостевых спален, и хоть мебель в них была старая, водоснабжение и электричество работали исправно, так что комнаты были вполне пригодны для проживания. Последний этаж представлял собой огромную застекленную комнату с балконом. В центре комнаты стояло пятнадцать стульев, образуя круг как для какого-то ритуала. Хотя стены были из стекла, вместо прекрасного вида из этой комнаты было видно только непроглядную тьму снаружи. И даже при включенном свете в стекле было видно только отражения находившихся внутри людей. Снаружи не было видно ровным счетом ничего. Этот особняк оказался изолированным островком посреди океана темноты. Из него не было выхода, покинуть его было невозможно, и это порождало чудовищное чувство изоляции и беспомощности. Все переглянулись, и по лицам опытных игроков пробежала зловещая тень. - Смотрите, тут какой-то листок, - острый глаз Лянь Цяо сразу оправдал себя, и он подошел к одному из стульев и потянулся за лежавшей на нем бумагой. Все подошли поближе, чтобы послушать, как он читал, что там было написано: - Правила проведения тренировок храбрости. Первое. Твое задание – определить самый глубокий страх в твоей душе. Второе. Перед началом ежедневной тренировки, пожалуйста, не забудь выключить свет, а затем, ровно в полночь, расскажи страшную историю о привидениях в стеклянной комнате, чтобы вызвать свой закоренелый страх на битву. Каждый вечер должна быть рассказана хотя бы одна страшная история. Третье, дружеское напоминание: повторяться нельзя, иначе ты умрешь. Рассказывать нестрашные истории нельзя, иначе ты умрешь. Четвертое. Ладно, шучу! Чем больше все слушали, тем уродливее становились выражения их лиц. Наконец кто-то не выдержал: - Почему ты не можешь читать нормально? С кем ты кокетничаешь, или ты тоже больной на всю голову? На этих словах говоривший перевел рассерженный взгляд на Рок-Монаха. Тот с вызовом посмотрел в ответ: - Не надо на меня наезжать, у меня очень плохой характер! Будешь наезжать, и я тебя побью. И Рок-Монах закатал рукава, демонстрируя свои накаченные бицепсы. Однако внимание окружающих привлекли не они, а то, что на них были татуировки. У него есть татуировки, он бьет людей, читает рэп и он все еще утверждает, что он простой монах! Лянь Цяо беспомощным тоном произнес: - Я не специально, тут так написано. Хотите, убедитесь сами. Он передал листок, и каждый убедился, что правила действительно были написаны таким дурашливым тоном. Теряя дар речи, люди продолжали передавать бумажку по кругу, пока она вновь не вернулась к Лянь Цяо. Как только он коснулся листка, то резко поменялся в лице и отдернул руку, и человек, протягивавший его, тоже вздрогнул и чертыхнулся. От листка повалил белый дым, и его окутало пламя, и едва коснувшись пола, бумага тут же обратилась в пепел. Налетевший из ниоткуда порыв ветра развеял и его. У всех присутствующих появились горестные выражения на лицах. Сюй Жэньдун негромко спросил: - Как твоя рука, в порядке? Лянь Цяо внимательно осмотрел свои пальцы и, убедившись, что повреждений нет, с улыбкой кивнул Сюй Жэньдуну. Президент Сяо Ян подал голос: - Почему правила написаны таким дурацким образом? Я впервые сталкиваюсь с таким несерьезным обращением. – Он выжидающе уставился на остальных. – Как насчет вас, вы сталкивались с чем-нибудь подобным? Ответом было дружное покачивание головами. Президент Сяо Ян, похоже, ожидал такой реакции, так что не особо расстроился. Секунду поразмыслив, он снова спросил: - Сколько сейчас времени? Достав свои мобильники, люди с удивлением обнаружили, что на часах было без пяти полночь. У них оставалось всего пять минут, чтобы придумать страшилку, как это требовалось в правилах. - У нас уже нет времени, черт возьми! – выругался кто-то. – Что если мы не расскажем страшную историю вовремя? Никто не смог ему ответить. - Тогда… может быть, ты расскажешь? – робкая участница А нерешительно посмотрела на президента. На его красивом лице не отразилось ни единого колебания, он сердечно улыбнулся и ответил: - Конечно, я легко расскажу такую историю! Эти правила такие однозначные, что нам еще остается делать, если не следовать им? Участница А еле слышно возразила: - Но что если появится привидение… Президент уже открыл рот, чтобы успокоить ее, однако его внезапно опередил Рок-Монах, сложив руки и произнеся: - Амитабха, не бойся. Сначала все удивились, что Рок-Монах умеет говорить по-человечески, но уже следующая его фраза пробудила желание закрыть ему рот: - Привидений не существует, пока о них не заговорить. Только если люди начнут говорить о привидениях, они появятся. Все лишились дара речи, а участница А и вовсе перепугалась так, что вся побледнела. Даже сияющая улыбка президента Сяо Яна померкла. Он пробежался по всем взглядом, а затем вежливо попросил: - Как бы то ни было, я решил разведать обстановку, и я прошу вас позаботиться о моих друзьях, если со мной что-то случится. Учитывая, что он сам вызвался на такой риск, никто не возражал. Участники под буквами А, Б и В окружили президента Сяо Яна, засыпая того трогательными словами, но никто из них особо не пытался его отговорить. Судя по всему, у них были очень гибкие дружеские отношения. Наконец, все расселись по местам. Сюй Жэньдун сел между Лянь Цяо и Чжун Сю, и президент Сяо Ян протянул руку к выключателю: - Итак, я выключаю свет. Все сделали глубокий вдох и судорожно кивнули. Пальцы Сюй Жэньдуна вдруг потеплели: Лянь Цяо взял его за руку. Мужчина бросил на того удивленный взгляд, и увидел, как Лянь Цяо смущенно улыбнулся ему, прикрывая рот другой рукой. …Он испугался испугаться до икоты? Сюй Жэньдун слегка улыбнулся и хотел сжать его пальцы в ответ, но вдруг спиной ощутил чей-то пристальный взгляд. Повернувшись, он увидел, как Чжун Сю ласково смотрит на их сцепленные руки. Тут же покраснев, Сюй Жэньдун решительно вырвал свою руку из хватки Лянь Цяо и, притворяясь сердитым, прошипел: - Держи руки на коленях и выпрями спину! Как ты себя ведешь, это же просто позор! Выдав это, он выпрямился как образцовый ученик начальной школы, приготовившийся слушать урок. Лянь Цяо заплакал в душе и злобно зыркнул на Чжун Сю, но та спокойно встретила его взгляд и еще и добродушно улыбнулась, как понимающая тетушка. Чему она улыбается? Бессовестная разлучница! Лянь Цяо сел ровно, собираясь с достоинством ответить этой «бессовестной разлучнице», однако раздался громкий щелчок, и все вокруг погрузилось в кромешную тьму. Стеклянные стены вокруг будто расстаяли в окружающем их мраке, и возникло жуткое ощущение, что они оказались внутри необъятной темной пустоты. По их спинам даже будто пробежал холодный порыв ветра. - А! – пискнул Лянь Цяо, как придушенная курица, моментально напрягшись всем телом. Всем стало не по себе, а кто-то не смог скрыть свою дрожь. В темноте слышалось сбивчивое дыхание пятнадцати человек, а от сильных порывов невесть когда налетевшего ветра жалобно заскрипели стекла, как будто во время урагана; а может, это был вовсе не ветер, а завывания сотни призраков, бредущих сквозь вечную ночь. В темноте могло случиться все, что угодно. Никто не мог знать наверняка, какие последствия будет иметь рассказанная страшная история, но единственное, что было точно известно, так это то, что последствия будут. Самое страшное – это неизвестность. Президент Сяо Ян прочистил горло и нарушил возникшую тишину приятным поставленным голосом: - Итак, позвольте мне рассказать первую страшную историю о привидениях… Рассказ еще даже не начался, но уже после первых слов Лянь Цяо так разнервничался, что каждую мышцу в его теле свело от напряжения, а по коже побежали мурашки. Все хорроры, в которые он играл, разом всплыли в его памяти, и в сочетании с завываниями ветра, то и дело ударяющего по стеклам, ему стало совсем плохо. Его сердце билось все быстрее и быстрее, и дыхание становилось все чаще и чаще. Уже готовый умереть от страха, он ощутил неожиданное тепло на руке. Вздрогнув всем телом, он рефлекторно попытался отстраниться, но его руку крепко держали сухие теплые пальцы. Ощущение от знакомого прикосновения этих тонких, но сильных пальцев успокоило его, и его сердце затрепетало уже не от страха. Его с головой затопило сладкое чувство, что даже во рту возник приторный привкус. Он тут же переплел свои пальцы с пальцами этого человека, отчего последний будто застыл в удивлении. Однако вскоре крепко сжал его руку в ответ. Прочно держась за руки, они чувствовали тепло друг друга, и посреди этой бесконечной темноты это стало для них единственной точкой опоры. Вот только это прекрасное ощущение длилось всего секунду. Потому что практически сразу из темноты прозвучал легкий шепот Чжун Сю: - Жэньдун, тебе страшно? Если страшно, можешь сесть поближе. Сюй Жэньдун тут же отдернул руку, отпрянув назад словно кошка, которой наступили на хвост. Лянь Цяо яростно взревел внутри себя: «Черт возьми, ЭТО МНЕ СТРАШНО! Старая ведьма, ты что, переродившийся дух лампочки?!»