Impossible

2 февраля 2021 Сегодня исполнилась десятая неделя, как Сокджин живет с Намджуном. Десять напряженных, но в то же время самых счастливых недель, проведенных Намджуном после ухода Тэхёна. Намджун остался верен своему слову и помирился с Чонкуком вскоре после их ссоры. Он изо всех сил старался быть более нормальным рядом со своим другом, ведь раньше он вел себя «странно». Он наслаждался временем, проведенным с Чонкуком. Когда он сказал Джину, что убьет его, по крайней мере, он так не думал. Он сказал это только для того, чтобы напугать его. А вот к Чимину у него не было никакой привязанности. Намджун, не задумываясь, поступил бы с ним так же, если бы это означало спасение его самого. Если он узнает, что Чимин помогает Чонгуку узнать что-то еще о том, чем занимался Намджун, то, возможно, ему придется нанести ему визит. Стоя на кухне и ожидая, когда закипит вода для лапши, Намджун погрузился в раздумья. Конечно, только для себя, а не для Джина. Он должен был признать, что в последнее время Джин вел себя хорошо. С того дня, как он поссорился с Чонкуком, Сокджин не проявлял никаких попыток сбежать и делал все, что говорил Намджун. Но Намджун все еще чувствовал в нем непокорность, как бы ни старался выбить ее из него. Ему нужно было как-то показать Джину, что он принадлежит только ему. Его взгляд остановился на ноже, который он оставил на разделочной доске, и он ухмыльнулся. Возможно, побоев было недостаточно — может быть, ему нужно что-то более действенное.

***

Джин спал на полу, когда пришел Намджун. Казалось, что только этим он и занимался в последние дни. Намджун тихонько достал веревку, которую всегда держал в противоположном конце комнаты, и опустился на колени рядом с Джином, положив маленький, но острый нож на стол так, чтобы Джин не видел. Как обычно, он потратил несколько секунд на то, чтобы полюбоваться красотой, а затем провел пальцами по шелковистым волосам Джина, которые были вымыты только вчера. Вскоре глаза Джина открылись, и он в замешательстве огляделся по сторонам, прежде чем наконец обрел ощущение реальности. — Джин, ты мой? — спросил Намджун, стараясь скрыть напряжение. Джин сузил глаза, разглядывая Намджуна. Возможно, он почувствовал, в каком направлении Намджун задал вопрос. Он отвернулся. — Я никому не принадлежу, — сказал он тихим, но решительным голосом. Намджун хмыкнул. Казалось, Джин становится все смелее в разговоре с ним. Может, он недостаточно хорошо справляется с тем, чтобы держать Джина в повиновении? — Я держу тебя здесь, в ловушке в моем подвале. Ты же не называешь это владением тобой? — спросил Намджун. Ему не очень нравилось признавать тот факт, что он держит Джина здесь силой, но в глубине души он знал правду. — Нет, не назову. Ты не можешь просто так владеть другим человеком, разве что если у вас есть отношения, но даже…- Джин прервался, получив пощечину по лицу. — Вот тут ты ошибаешься, — сказал Намджун, на этот раз дразнящим тоном, — И сейчас я покажу тебе, почему. Наконец, на лице Джина появился страх. — Что ты собираешься делать? — голос Джина дрожал, когда он говорил. Намджун проигнорировал его и потянулся за ножом. Глаза Джина расширились, когда он увидел, что держит в руках. — Подожди! Не режь меня, прости! Намджун рассмеялся. — Я не собираюсь тебя резать. Какой в этом смысл? Ты просто истечешь кровью и умрешь. Он схватил нож и попытался разрезать им рубашку Джина, но тот не поддался. — Что… нет! — он извивался, не давая Намджуну сделать то, что ему было нужно. Возможно, Джин был не так слаб, как предполагал Намджун. Он вздохнул и встал. — Ладно, тогда придется действовать по-другому.

***

Намджун удовлетворенно улыбнулся. Джин никак не мог сдвинуться с места. Джин был надежно привязан к стулу, и Намджун наблюдал, как он изо всех сил пытался выбраться, не двигаясь ни на дюйм. — Ну вот, теперь можно продолжить, — негромко сказал Намджун, вертя в руках нож. Он подошел ближе, — Ничего серьезного. Я просто… оставляю свой след. Напоминание о том, что ты принадлежишь мне, хочешь ты этого или нет. Джин, похоже, хотел возразить, но передумал, видимо, почувствовав себя более уязвимым в своем ограниченном положении. Не давая Джин пошевелиться, Намджун наконец сумел разделаться с его рубашкой, обнажив его голую грудь, ребра были видны, когда он напрягся. Намджун осмотрел окрестности в поисках идеального места. Он выбрал место прямо над сердцем Джина. — Не бойся, — сказал Намджун, заметив тяжелое дыхание Джина, — Это не займет много времени. Мягкая кожа Джина почти не сопротивлялась острому лезвию. Намджун начал осторожно вырезать ряд линий, с удовлетворением наблюдая за тем, как вытекает насыщенно-красная кровь. Ее было довольно много, настолько много, что это слегка беспокоило Намджуна, но он знал, что ему нужно сделать порезы достаточно глубокими, чтобы оставить вечные шрамы. Джин не издавал никаких звуков, свидетельствующих о дискомфорте, хотя Намджун мог понять, что ему больно, по тому, как содрогается его тело, и по тому, как непрерывно текут слезы по его лицу. Некоторые капали с подбородка Джина на руку Намджуна. Намджун закончил менее чем за две минуты. Закончив, он отступил назад и оценил свою работу. Все вокруг было в крови, но было отчетливо видно инициалы «KNJ». Джину повезло, что он не решил написать свое полное имя. — Ты видишь, что я написал? — спросил Намджун, но ответа не получил. Он посмотрел на полуприкрытые глаза Джина и покачал головой взад-вперед. Он пробормотал что-то непонятное, после чего его голова полностью опустилась. — Джин! — Намджун закричал, схватив лицо Джина в свои руки. Его глаза были закрыты, — Джин? — спросил он, но Джин не реагировал. Намджун смотрел на кровь, стекавшую с груди Джина на колени, затем на стул и наконец образовавшую лужу на полу. Он сделал слишком глубокие порезы — теперь нужно было остановить кровотечение. Спотыкаясь, он побежал наверх, чтобы взять медицинские принадлежности из ванной. Не для того он все это затеял, чтобы позволить Джину умереть. Он собрал все, что ему могло понадобиться, и спустился вниз. Когда Намджун вернулся, красная лужа стала еще больше. Намджун протер порезы салфеткой, а затем плотно забинтовал их большим куском марли. Он надеялся, что все делает правильно, и рассчитывал, что его ограниченных медицинских навыков хватит, чтобы устранить ущерб, который он только что нанес.

***

POV Чонгука Чонгук сидел за компьютером и читал о старых делах о пропавших людях и о том, как их находили. Да, это было то, к чему он пришел. — Детектив Чон! — Капитан Мин позвонил из своего кабинета, — Пожалуйста, зайдите ко мне на минутку. Чонкук оторвал взгляд от чтения старых записей по делу и нервно направился к кабинету капитана. Он знал, что капитан Мин наверняка потребует от Чонгука еженедельный отчет по его делу, чего он страшно боялся, потому что ему совершенно нечего было сказать. — Ладно, может быть, я не нашел ничего нового, — начал Чонгук, когда они оба сели за стол и капитан Мин закрыл дверь, — Но… — Я не это хотел с тобой обсудить, — перебил капитан Мин. Чонгук замолчал и растерянно посмотрел на него. — Я наблюдал за тобой последние несколько недель, и на данный момент ты хватаешься за соломинку, — продолжил его босс, — Пришло время оставить это дело. Я вижу, как ты в него вложился, и ценю твою преданность, но нам нужно, чтобы наш лучший детектив работал над действительно решаемыми делами. Чонгук не мог поверить в его слова. Он хотел, чтобы Чонгук просто сдался? — Пожалуйста, капитан Мин. Я близок, я чувствую это. Пожалуйста. Мне просто нужно еще немного времени. Капитан Мин не успокоился. — Нет смысла спорить, — сказал он, — Прошло уже почти три месяца, а у тебя нет никаких реальных зацепок. Не стоит продолжать поиски того, кто, к моему сожалению, скорее всего, мертв. — Ты сам это сказал! — в отчаянии сказал Чонгук, — Я — ваш лучший детектив. У меня больше всего шансов найти Сокджина. Если я сдамся, дело заглохнет, и кто его найдет? Капитан Мин вздохнул. — Если речь идет о том, чтобы не упустить свой шанс… Глаза Чонгука расширились. Как капитан Мин мог такое подумать? Жизнь Джина стоила в миллион раз больше, чем репутация Чонгука в раскрытии дел. — Это не так, — настаивал Чонгук, — Я просто не готов отказаться от этого дела. Капитан Мин посмотрел на него с сомнением, но с некоторой долей жалости. — Ладно, вот что я тебе скажу. Ты можешь пока отложить это дело в сторону, пока будете работать над другими. Если в будущем появится новая зацепка, ты сможешь к нему вернуться. Хорошо? Это мое единственное предложение. Чонкук попытался скрыть свое разочарование. — Да, капитан. Спасибо. Выйдя из кабинета капитана и закрыв за собой дверь, он сохранил спокойствие, но его выдавали его действия. Хосок сразу же встал, увидев, в каком состоянии находится Чонгук. — Эй, ты плачешь? Чонкук проигнорировал вопрос. До того, как Хосок заговорил об этом, он даже не осознавал, что плачет. — Мне нужно подышать воздухом, — пробормотал он, схватил телефон и поспешил выйти за дверь. На улице было холодно, и у него не было куртки, но Чонгуку было все равно. Он сел на скамейки неподалеку от участка и стал наблюдать за городом. Вот чего боялся Чонгук. Он был неудачником, и даже капитан Мин знал это. Слова, сказанные его начальником, засели у него в голове. Если бы Джин был мертв, это была бы вина Чонгука за то, что он не смог найти его достаточно быстро.