Любовь и заговор

      - Вина? - спросила официантка, как только Элли села за столик, на котором уже стояла бутылка Пино-Нуар, заказанная Вероникой.       Вероника была благодарна за предоставленную возможность прийти в себя. Она не ожидала, что будет так нервничать. Будет настолько сбита с толку.       Элли, сидевшая напротив неё, наблюдала, как девушка наливает ей в бокал насыщенное красное вино, но сама Вероника не могла отвести глаз от Элли. Она была гораздо теплее и ярче, чем в тот раз, когда она видела девушку в последний раз. Такой красивой, какой не должна была быть без фильтров и фотошопа.       Кому вообще может быть нужен кто-то, кроме неё?       - Вам долить?       Вероника чуть не поперхнулась, удивленная голосом официантки. Вместо того чтобы подпрыгнуть, она кивнула.       - И что, черт возьми, это такое? - Спросила Элли, когда официантка отошла от их столика.       Вероника взяла свой бокал.       - Сюрприз, очевидно, - застенчиво ответила она.       Медовые глаза Элли отражали свет лампы, приобретая поразительный блеск. Вероника представила, как плывет на их свет, словно мотылек, падающий на мерцающее пламя.       Она поставила бокал на стол. Очевидно, она выпила слишком много на пустой желудок.       - Как ты узнала этот секрет? - Элли оставила отпечаток своей полной нижней губы на ободке бокала после того, как сделала глоток.       - Я не могу тебе сказать. Тогда это перестанет быть секретом. - Вероника одарила ее смущенной полуулыбкой. Так было интереснее, чем просто сказать, что она узнала об этом месте от бывшего парня младшей кузины Джоди.       Когда Элли рассмеялась, в ее глазах заплясали огоньки. Вероника почувствовала, как по телу разливается жар.       - Итак, это настоящий подпольный бар?       - Скорее, клуб, - поправила женщина.       - Я ожидала увидеть людей в вечерних платьях и смокингах. - Элли огляделась по сторонам.       - И сколько ненужного внимания они бы привлекли?       Официантка появилась с первым блюдом прежде, чем Элли успела задать еще какие-либо вопросы. Брокколи на гриле с перцем шишито и конфи из лука-шалота.       Элли посмотрела на свою маленькую тарелку и снова на Веронику.       - Ты заказала и мне тоже?       Вероника подумала, не соврать ли. Мысль об этом сделала Элли чересчур довольной.       - Это комплексное меню, - всё же призналась она. - Пять блюд на выбор шеф-повара.       К тому времени, как появился салат, вино уже успело успокоить неожиданно разнервничавшуюся Веронику. Она была готова вернуться к делу.       - Итак, он пробудет дома неделю, а затем улетит в Вегас, - сказала Вероника, отправляя в рот кусочек жареного инжира и салат со взбитым козьим сыром.       - И я могу гарантировать, что ему не придется работать по ночам в этот раз, - сказала Элли. Помимо того, что Гейб солгал ей и сказал, будто вернется в город на день позже, чем на самом деле, он часто отсутствовал в ночное время.       Вероника ждала от нее объяснений.       - Сеансы психотерапии помогли мне принять тот факт, что я просто не смогу притворяться. Для меня было бы слишком разрушительно находиться с ним на одной территории. Я не смогу сдерживаться, Вероника. Мне жаль. Я не могу смотреть на него и делать вид, что люблю.       Воздух медленно покидал легкие Вероники. Ее сердце заколотилось, прежде чем опуститься в бурлящий живот. Это была худшая новость, которую Элли могла ей сообщить. Она потянулась за своим вином и сделала глоток, даже несмотря на то, что теперь оно казалось кислым на вкус.       Элли пронеслась сквозь нее, как скоростной поезд.       - На следующей неделе у моей сестры день рождения, и мы с ней договорились, что берем родителей и отправляемся в семейный круиз, чтобы отпраздновать всем вместе. Пока он будет здесь, я проведу семь дней на Карибах.       Облегчение обрушилось на Веронику с такой силой, что у нее подкосились бы колени, если бы она стояла. Это был не самый оптимальный вариант, но и не самый худший. Это был ещё не конец.       - Как долго, по-твоему, ты сможешь избегать его?       Это был естественный вопрос. Только вот Элли, похоже, не могла на него ответить.       Официантка забрала тарелки и вернулась с хрустящим морским окунем в шафраново-сливочном соусе.       Элли не сводила с женщины пристального взгляда, её глаза были широко распахнуты, а выражение лица открытым и уязвимым, как будто ей нужно было, чтобы Вероника увидела ее искренность. Чтобы поверила ей.       - Я сделаю всё, что в моих силах, ради тебя, - пообещала она. - Я знаю, что это важно. Я знаю, что ты хочешь найти всех женщин, но я, честно говоря, уже готова плюнуть на всё и двигаться дальше. Как мы можем начать жить заново, когда он все еще остается занозой в нашей заднице?       - Я буду благодарна за любое количество дополнительного времени, которое ты сможешь мне дать. - Вероника не хотела, чтобы это прозвучало так сухо. Она действительно была благодарна. Но попросту не могла не испытывать разочарования. Казалось, что всё в её жизни начало выходить из-под контроля. Каждое её действие было ограничено или продиктовано чьими-то прихотями.       Они покончили с изысканным ужином, прежде чем Элли заговорила снова.       - Как ты собираешься жить с ним под одной крышей? Говорить с ним, не подавая виду?       Вероника промокнула уголки рта белой тканевой салфеткой. Ей больше не хотелось говорить о Гейбе, поэтому она позволила кривой улыбке появиться на своих губах, когда потянулась за стаканом воды.       - Я достаточно притворялась в течение многих лет. Для меня это не проблема.       Элли ответила жалкой полуулыбкой. Ее глаза были слишком наполнены беспокойством, чтобы не заметить этого.       - Я беспокоюсь о тебе. - Она потянулась через стол. Ее рука была теплой, мягкой и наэлектризованной, когда она накрыла руку Вероники.       - Позвони мне, если я тебе понадоблюсь, хорошо?       Веронике потребовалось все ее самообладание, чтобы не отреагировать. Половина ее хотела отдернуть руку, а другая - переплести свои пальцы с пальцами Элли. Насладиться комфортом, который дарили ее прикосновения. Она и не осознавала, насколько изголодалась по такому простому человеческому общению. Не понимала, как она могла так долго обходилась без него.       - Давай поговорим о чем-нибудь другом, - сказала Вероника, высвобождаясь из нежного захвата Элли.       Девушка резко кивнула и, не теряя ни секунды, спросила:       - Какой у тебя знак?       - Что? - Вероника рассмеялась над неожиданным вопросом. - Типа, мой астрологический знак?       - Нет, блин, дорожный знак. Ты - ‘Стоп’ или ‘Уступи дорогу’?       Вероника закатила глаза, но все еще улыбалась.       - Догадайся.       Откинувшись на спинку стула, Элли изучала Веронику, как будто ответ скрывался где-то у неё на лице. Она все еще размышляла, когда официант принес два кусочка шоколадного торта в малиновом пюре.       - Определенно, это не Воздух и не Земля, - решила Элли.       Вероника отломила маленький кусочек от торта, ее голова немного кружилась от вина, и она не сводила глаз с Элли.       - Хочешь, чтобы я тебе сказала?       - Нет, так не интересно. - В глазах Элли снова появился огонек. Захватывающее зрелище. - Я сократила список до трех, но я остановлюсь на Овне. Не Лев. Точно, Овен. Это мой окончательный ответ.       Вероника не торопилась есть свой торт. Она задержала ложку во рту, словно смаковала самое невероятное, что когда-либо пробовала.       Элли наблюдала за ней. Ее глаза приклеились к губам, вероятно, ожидая, что она вот-вот узнает, права ли она. Она была права, но Вероника не спешила сообщать ей об этом.       - Я не знала, что ты интересуешься астрологией. - Женщина соскребла небольшое количество кроваво-красного пюре кончиком ложки.       - Иногда, - призналась Элли с озорной ухмылкой. - Я - Близнецы.       Вероника рассмеялась. Она не очень разбиралась в гороскопах, но то, что у Элли проявлялось две стороны, имело смысл. Часто казалось, что она мечется между двумя своими натурами. Двумя влечениями. Двумя инстинктами.       - И ты мне не ответила. - Элли наклонилась вперед, как будто лишая Веронику возможности спрятаться. - Я ведь права?       Улыбка Элли была слишком яркой. Из-за неё в комнате стало жарко, тесно и душно. Она заставила Веронику захотеть снова вываляться в снегу. Захотеть снова стать безрассудной.       - Может быть - вот и все, что Вероника смогла выдавить из себя.       Когда Элли откинулась на спинку стула, стало очевидно, что этого было вполне достаточно.