Любовь и заговор

      Стоя у окна своей спальни на втором этаже, Вероника наблюдала, как красные стоп-сигналы такси исчезают в конце подъездной дорожки и растворяются в сумерках. Когда Гейб, наконец, отправился в аэропорт, она впервые за долгое время вздохнула свободно. Время тянулось странно, пока Гейб вторгался в ее личное пространство, и она была рада, что он наконец уехал.       Когда она убедилась, что машина не вернется, она вытащила второй телефон из ящика с нижним бельем. Сообщение от Элли появилось через мгновение после того, как она включила его.       Джина: Орел покинул гнездо?       Джина: Чёрт, для него это слишком хорошо.       Джина: Рыба-капля. Рыба-капля уплыла?       Вероника сидела на подоконнике, поджав под себя одну ногу. Она не могла унять покалывание, от которого загорелась ее кожа. Ей придется поработать над этим.       Вероника: Только что отчалил. Ты уже дома?       Джина: Не раньше завтрашнего дня. Мы с Кайлой остановились у моих родителей в Уэст-Палм. Я не хотела рисковать, вдруг бы он зачем-то заскочил в квартиру. Даже оставаться у моей сестры было слишком рискованно. Как он? Ничего не заподозрил?       Вероника подумала о том, чтобы солгать. Последнее, чего она хотела, это напугать девушку, но было лучше, чтобы она знала правду. Была готова.       Вероника: Он нервничает. Всё время обещает, что в следующем году будет меньше ездить. Будет проводить время дома. Бла-бла-бла.       Она не добавила, что он сильно забеспокоился из-за их внезапного отсутствия секса. Элли не нужны были эти подробности. Она бы не захотела представлять их вместе. По крайней мере, сама Вероника скорее проглотила бы паука, чем представила, как Гейб лапает Элли. Одной только мысли о том, чтобы не думать об этом, было достаточно, чтобы заставить ее неловко поежиться.       Джина: Он прислал мне кучу длинных сообщений, в которых одно и то же. Ты думаешь, это заставило его насторожиться? Понять, что он что-то делает не так?       Вероника: Может быть. Я думаю, все зависит от того, что мы найдем в Вегасе.       Наблюдая, как появляются и исчезают три точки, она пожалела, что не может отменить отправку своего сообщения. Ей не следовало употреблять слово "мы", и она уже собиралась написать это Элли, когда та наконец ответила.       Джина: Можно я тебе позвоню?       В животе у Вероники все перевернулось.       Вероника: Разве твоё поколение не приходит в ужас от телефонных разговоров?       Джина: Смешно.       Сделав глубокий вдох, чтобы подготовиться, Вероника представила худшее. Элли хочет сказать, что с неё хватит. Спустя столько времени она решила, что больше в этом не участвует. И, черт возьми, Вероника не могла винить её. Если бы у нее была кнопка, позволяющая ей сбежать, у неё тоже появился бы соблазн нажать на нее. Покончить со всем этим.       Она решилась на звонок и смирилась с тем фактом, что никогда больше не увидит Элли. Возможно, оно было к лучшему.       Вероника: Конечно.       Полсекунды спустя телефон завибрировал в её руке. Несмотря на то, что Вероника знала, что это произойдет, она уставилась на мигающий экран, её пальцы одеревенели. Сердце бешено колотилось в груди.       - Привет. - Вероника изо всех сил старалась, чтобы её голос звучал нормально, может быть, даже немного равнодушно. Великий подвиг, когда все её тело гудело от накапливающейся энергии.       - Эй! - Голос Элли был чересчур оптимистичным, что сбивало весь настрой. - У меня такое чувство, что я не слышала тебя целую вечность.       Вероника не знала, что на это ответить, поэтому просто проигнорировала слова девушки.       - Я лечу в Вегас во вторник, - ответила Вероника, жалея, что это прозвучало так резко.       Тишина на другом конце провода высосала всю влагу изо рта Вероники. Ей не нужно было, чтобы Элли произнесла это вслух. Она знала, зачем та звонит. Знала, что Элли собирается сказать ей, что она выходит из игры. Элли не собиралась в Вегас. Это было даже хорошо. Вероника изначально не собиралась заниматься этим с кем-то еще. Ей было лучше одной.       - Я не жду, что ты поедешь, - резко солгала Вероника.       - Дело не в том, что я не хочу.... Я хочу поехать с тобой. - Элли говорила так, словно тщательно подбирала каждое слово.       Поехать с тобой. Слова эхом отдавались внутри Вероники против ее воли.       - Но находиться подальше от...       Вероника не хотела этого слышать. Она избавит Элли от страданий.       - Это не твоя забота. Мне не нужна…       - Я и не говорила, что я тебе нужна. Хотя ты, конечно, знаешь, как польстить девушке. - Голос Элли снова стал легким, было такое чувство, что смех вот-вот прорвется наружу. - Я собиралась попросить тебя передумать, но если ты едешь в Вегас, то и я тоже.       В её устах это прозвучало так просто. Как будто сделать что-то подобное для Вероники не было таким уж большим делом.       - Это моё дело, Элли. Моя проблема.       - Ага, и я хочу быть с тобой по уши в этом дерьме, ладно? - Элли не стала дожидаться ответа. Она рванула вперед, не переводя дыхания. - Я буду записывать занятия в студии весь завтрашний день, но во вторник я смогу вылететь. Я не брошу тебя одну, - повторила она решительно.       - Полагаю, я не могу тебя остановить, - небрежно ответила Вероника, несмотря на желание рассыпаться в благодарностях. Несмотря на желание сказать ей, что она с нетерпением ждала возможности снова провести время вместе.       - Боже, тебе действительно стоит притормозить. Пожалуйста, не подавляй меня своим энтузиазмом. - Элли рассмеялась. - Я пришлю тебе информацию о моем рейсе, чтобы мы могли скоординировать действия.       Тело Вероники гудело, когда она повесила трубку. Ужасающая эйфория длилась до тех пор, пока её основной телефон не издал тревожный звук. Текстовое сообщение от Гейба.       Единственное, что заставило Веронику двигаться, это перспектива возвращения Гейба. Она не могла рисковать и допустить того, чтобы он совершил нечто безрассудное, например, вернуться, чтобы показать ей, как сильно он её любит. Во всяком случае, она не была уверена, что выдержит ещё хоть секунду притворства.       Гейб: Я буду так сильно скучать по тебе, детка. Следующие пару недель спать без тебя будет слишком тяжело.       Желчь хлынула из желудка Вероники, огненным потоком поднимаясь по груди и обжигая заднюю стенку горла. Она представила, как сжимает телефон в руке и спускает его в унитаз. Не было лучшего места, куда можно было бы отправить никчемные слова Гейба.       Его сообщения продолжали свое наступление. Поток лживых обещаний о будущем и нежелательных заявлений о том, как бы он хотел, чтобы у них была возможность заняться сексом, и как сильно он по ней скучал.       Вероника не представляла, насколько все её тело способно съеживаться. Она не могла заставить себя посмотреть на сообщения, не говоря уже о том, чтобы ответить.       Гейб: Если бы только этот проект не отнимал так много времени, я бы уговорил тебя поехать в Вегас вместе со мной.       Вероника, возможно, рассмеялась бы, но в данной ситуации смех прозвучал бы как рычание.       Гейб: Я тут подумал.… Поскольку через несколько недель у тебя день рождения, почему бы нам не отправиться в путешествие? Я бы с удовольствием увез тебя куда-нибудь, детка. Тебе ничего не придется делать. Я слышал, на Багамах есть маленький остров. Очень уединенный. Романтичный. Я думаю, это было бы идеальное место для того, чтобы побаловать тебя. Позволить мне служить тебе. Относиться к тебе как к королеве, которой ты и являешься. Тебе понравится.       Вероника сдержалась, чтобы не зашипеть на экран. Неужели он думал, что она этого хотела? Чтобы ее покупали поездками, которые она могла сама себе позволить? Неужели он совсем забыл, кто она такая? Спутал ее с одной из своих многочисленных наложниц?       Ее пальцы дрогнули, чтобы напомнить ему о её власти. Она могла заставить его сломаться, умолять и пресмыкаться перед ней, если бы захотела.       Вместо этого она напомнила ему, что близится судебное разбирательство по одному из её дел. Тому, которое тянулось годами. И она не позволит ему диктовать, что ей делать. Она не собиралась вот так бросить то, над чем так долго работала только потому, что он не может без неё.       Сосредоточенная, Вероника направилась к своему шкафу и стала яростно запихивать вещи в чемодан. Она не станет ждать вторника. Она вылетает утром.