Второй шанс

Квартира оказывается маленькой, но уютной: есть две комнаты, просторная кухня и ванная. Больше не нужно, даже если Сасори должен был бы дать волю фантазии. Оставалось лишь одно "но". Абсолютная невозможность работать. Не было ни инструментов, ни пространства, ни, так необходимого, источника информации. Складывалось такое ощущение, что он не шиноби, а обычный человек, переехавший в новый дом. Пожаловаться не на что, но и довольным, в текущем положении, быть тоже нечему. - Почти что как моя. - заключает Дейдара, точно кот, первый проскользнувший в квартиру, и исследовавший чуть ли не каждый её угол. - А что обещали тебе? - почти с усмешкой повторяет кукольник вопрос, надеясь не столько смутить, задавшего его ранее, сколько, всё же, получить ответ. - Вас. Акасуна невольно оборачивается к напарнику, недоумённо приподняв бровь. - В смысле, возможность работать с Вами. Знаете, Данна, когда я узнал, что сестричка стала Цучикаге, я понял, что с ней ничего путного не выйдет. И напросился сюда, в Суну. Когда узнал, что Вас тоже.. вернули. Вроде бы, похоже на правду, но поверить, всё таки, было сложно. Казекаге использовал и убеждение, и психологическое давление, что, по итогу, возымело эффект. Но вот поверить в то, что Каге отпустит отступника своей деревни в другую было почти невозможно. Хотя, конечно, не зная об их отношениях с Дейдарой, вывод делать было не совсем правильно. - Видимо, я должен быть польщён. - Возможно. - тянет блондин, лениво, словно уже считая этот дом своим, подходя к окну. Кукольник спорить или что-то возражать нужным не счёл. Сев за кухонный стол, он разворачивает свиток с материалами о миссии. В тексте, вроде бы, приведены лишь сухие факты. Но даже их достаточно, чтобы сложить более или менее достоверную картину того, что на самом деле происходит в мире. - Это правда? - наконец, уточняет Сасори. - Угу-м. - только отзывается Дейдара, после чего усаживается на подоконник. - После завершения войны были заключены договоры о ненападении между всеми странами. И необходимость в классе военных просто отпала. Кто-то попытался найти себя в другом роде деятельности, но другие, недовольные сложившимся укладом, объединились. - Почти как Акацки. - Да, и я подумал также, когда узнал. Если подумать, эта новая группировка действует очень похоже. Разве что сейчас им приходится создавать видимость агрессии, которой в реальности нет. - Имитируют атаку одной страны на другую? - Можно и так сказать. Единственная их проблема в том, что между нынешними Каге довольно доверительные отношения. И, например, создай он теракт в Суне, инициированный якобы Деревней Скрытого Листа, Хокаге почти наверняка сможет объясниться перед Казекаге. - Вопрос лишь в том, сколько это продлится. - Угу-м. Я тоже считаю, что отговорки, типа, "это не мы" надолго не хватит. В конце концов, у кого-то из Каге лопнет терпение. - Или у Каге, или у народа. Людей, всё же, проще ввергнуть в сомнения, нежели того, кто знает своих товарищей не первый год. - Именно по людям они сейчас и пытаются ударить. Создать атмосферу страха и недоверия. - Люди жить в мире не могут. - заключает кукольник, отодвигая от себя пергамент. - Ну да. Это же скучно. Акасуна только бросает на напарника быстрый взгляд. Считал ли он сам так? Имел ли право считать, после того, как война забрала у него родителей? Нет. Он не мог. Но и отрицать, что сытая и мирная жизнь приведёт общество к вырождению, не мог. - Знаешь, как говорят? Тяжёлые времена рождают сильных людей. Сильные люди создают хорошие времена. Хорошие времена рождают слабых людей. А слабые люди создают тяжёлые времена. Дейдара молчал. Кукловод даже обернулся, удостовериться, а не один ли он в помещении. Но нет. Блондин сидел, чуть поджав губы, смотрел прямо перед собой, точно в углу оконной рамы надеялся найти ответ на вопросы, которые не смог в своей же голове. - Я хочу выпить. - наконец, заявляет подрывник безапелляционно, ясно давая понять, что Сасори нужно принять это как факт. - У Вас новоселье, надо отпраздновать. Ему стоило возразить. Стоило напомнить, что сейчас они далеко не в том положении, чтобы добровольно терять бдительность. И, говоря об аргументации, если её можно было таковой назвать, повода "праздновать" кукольник не видел. В отличии от того, чтобы выйти из дома. - Холодильник пустой. - констатирует Акасуна, одновременно давая согласие на то, чтобы дойти до магазина, и выказывая безразличие к самой затее как таковой. Но Дейдаре плевать. Он широко улыбается и первым направляется в коридор чтобы обуться. - Ты сам хоть что-то праздновал? - как бы между прочим интересуется кукловод, выйдя из подъезда и осматриваясь в поисках подходящей вывески. - Не-а. - пожимает плечами блондин, одёргивая рукава своей кофты. Видимо, он забыл, что с заходом солнца в Сунагакуре становится очень холодно. - Но, мне кажется, самое время начать. - в ответ на недоумённый взгляд напарника, Дейдара снова широко улыбается. - Ну, знаете.. новая жизнь, все дела. И, даже если и придётся выполнять грязную работёнку, времени на такие мелочи будет достаточно. - Лучше бы потратил его на совершенствование собственных техник. Или ты думаешь, что Учиха Саске за эти годы умер со скуки? Подрывник фыркает, поджимает губы, но явно воспринимает сказанное серьёзнее, чем того хотел бы сам Сасори. Он всегда знал, как больнее уколоть, но, как и сейчас, делал это из крайней необходимости, чтобы вернуть мальчишку с небес на землю. - Считаете, он жив? - уже в магазине, лениво идя вдоль стеллажей, интересуется подрывник. - А почему нет? - переспрашивает кукольник. - Учиха не так-то просто убить, ты должен это понимать. - Я знаю! - почти раздражённо огрызается блондин, в ответ на что Акасуна только усмехается. - В конфронтации сейчас нет необходимости в любом случае. Так что расслабься. Расслабиться же Дейдара решил, быстрым шагом направившись в другой конец зала к холодильнику с алкоголем. Проводив его взглядом, кукловод задумался, уже не в первый раз за сегодня, а много ли он знает? Они, будучи напарниками, казалось, проводили вместе всё своё время. Но не всё. Когда сам Сасори погружался в работу над очередной марионеткой, что делал в этот момент Дейдара? Изрыгал кусок глины и, превратив его в очередное убогое недоразумение с крыльями, скрывался за линией горизонта. И вот что он там делал, пил ли саке, развлекался ли с женщинами или сливал деньги в азартных играх, знает только сам мальчишка. А спрашивать его об этом, сейчас или когда либо, не имело совершенно никакого смысла. Подтолкнув тележку вперед, кукольник сложил в неё всё, что было нужно: с десяток упаковок лапши, потому что покидать квартиру просто так у него уже не было никакого желания, постельное бельё, мыло, пару зубных щёток. Начинать жить с нуля казалось одновременно и просто, и невероятно сложно. Оттолкнуться было не от чего, но это же позволяло его не обременять себя тем, от чего следовало бы давно отказаться. - Вы долго. - констатирует Дейдара, видимо, не первую минуту ожидавший у кассы. - Если бы кое кто помог, вышло бы быстрее. - спокойно парирует кукловод, выкладывая покупки на прилавок. - Молодые люди здесь недавно? Сасори поднимает взгляд на тучную женщину за кассой. Типичный для Песка светлый оттенок волос с проседью, кожа с морщинами у рта и на лбу, зеленоватые глаза. Судя по её возрасту, она вполне могла знать его, ещё до того как кукольник покинул деревню. Но это не было так уж важно. - Можно и так сказать. - усмехается блондин, пододвигая корзину, в которой звонко ударились друг о друга пивные бутылки, которых Акасуна бегло насчитал как минимум десять. - Документы покажите? Не сказать, что это правило было новым или как-то удивляло. С другой стороны, зная, что тебе уже за тридцать, но выглядишь на пятнадцать, это было довольно уместное напоминание о том, кого на самом деле люди перед собой видели. Кукловод только запустил руку в карман, когда Дейдара уже демонстрировал продавщице своё удостоверение. - Девятнадцать. - заявляет он едва ли не гордо. - Можно. - Вижу-вижу. - кивает женщина, всё же, смерив "младшего" недоверчивым взглядом. Наверняка у неё было много вопросов, но задать их она не решилась. И хорошо. - Понесёшь сам. - безапелляционно заявляет Сасори, когда один из двух пакетов. с характерным клацаньем стекла о стекло, передали через прилавок. - Конечно. Кукольник чуть не вздрагивает, лишь чудом подавив рефлекторное желание развернуться к спутнику. Голос его в этот момент был таким мягким. Так, наверное, только матери разговаривают с детьми. Или.. Мотнув головой, тем самым пытаясь избавиться от не особенно-то уместной мысли, Акасуна расплачивается и, взяв второй пакет, первым покидает магазин. Совсем стемнело. Но деревня блестела всеми цветами даже ярче, чем до этого днём. - Хотите пройтись? Не с сумками. - быстро добавляет Дейдара, в ответ на тяжёлый взгляд, которым смерил его напарник. - Положим вещи, и можно походить, посмотреть, что изменилось. Я здесь, можно сказать, и не был, не считая того дельца с Казекаге. А тогда было ощущение, что все строения одинаковые. По сути, так оно и было. Но не признавать это, ни опровергать, желания никакого нет. - Нужно разобрать вещи. - констатирует кукловод. - И имей в виду, если ты решишь напиться до потери сознания, вышвырну тебя в окно. - Угу-м. - с какой-то слишком уж блаженной улыбкой соглашается Дейдара. Дальнейший путь они преодолевают молча. Лишь в квартире, раскладывая содержимое пакетов по местам, блондин позволил себе возмутиться: - Одна лапша. Вы серьёзно, Данна? - А что? - Как бы Вам это так сказать.. Ни один растущий организм не может выживать на лапше. Понимаете? Нужны фрукты, овощи, мясо.. - Дейдара. Я не собираюсь тратить время на повторение того, что я уже сказал. В повисшей тишине раздаётся щелчок крышки и приглушённое шипение пива. Блондин мог раздражаться столько, сколько его душе угодно. Но не в его положении было указывать, как распоряжаться собственной жизнью. - Будете? Сасори оборачивается, смотря сначала на напарника, а затем и на протянутую бутыль. - Вы что, никогда не пили? - в голубых глазах отчётливо читается недоумение, что кукольник привычно игнорирует. - Я превратил своё тело в марионетку задолго до своего совершеннолетия. Я думал, ты в курсе. - В курсе, но.. Блондин, похоже, и сам не знал, что хотел сказать. Да и кто бы его в этом винил. У всех людей, так или иначе, есть общие представления о том, как должна проходить жизнь. Первый друг, первая влюблённость, успех или неуспех в деле, первая стопка саке, первый секс. Всё это были своего рода обязательные пункты, которые должны были быть на судьбе каждого. Но Акасуна лишил сам себя почти всего. И, видимо, эту мысль мозг Дейдары отказывался принимать. - Оно не крепкое. - наконец, произносит он. - Просто попробуйте. Если не понравится, то всегда можно заварить чай. В этом был смысл. Как и в обоснованности подозрения, что кукловод, подобно маленькому щеночку на поводке, просто ведом тем, кто уже давно решил, куда стоит идти. Были ли основания не доверять Дейдаре? Скорее нет, чем да. Но сам факт, что нужно на кого-то полагаться, нервировал куда больше, чем можно было представить.