Рефлекс по Павлову

      Джереми старательно рвал листья какого-то салата, когда Аарон встал. Тот ещё не переоделся со вчерашнего, был помятый, лохматее, чем вчера, зевал и болезненно морщился, когда тянул руки и поворачивал голову. Здорово всё затекло, видимо. А Джереми предупреждал. В очередной раз доказывает, что умных старших нужно почаще слушать.       Однако скованность не помешала Аарону удивленно окинуть взглядом бурнейшую деятельность и, улыбаясь растерянно, выдать:       - Доброе утро, док. Вы... вам хорошо спалось?       Уж получше некоторых. Не так много, как хотелось бы на столь удобной кровати, но сколько времени вышло, все было его.              Последние листья отправились в алюминиевую кастрюлю. Это дело оставалось только перемешать, и что-то около завтрака будет готово.       - Нормально. Сам почему рас-злегс-ся на полу?       Не совсем на полу. И уж совсем не непонятно. Но ассистент замялся и пятнами лицо покрылось. Даже побыстрее, чем Джереми ожидал. Видимо, стыдновато.       А Джереми говорил. Но кто его послушал.              - А что вы делаете? Пахнет вкусно.       Ну переводи, переводи. К теме никогда не поздно вернуться.       - В интернете наш-шел рецепт. Не с-знаю, понравитс-ся или нет.              Змей поднялся с места, чтобы взять из набора с приборами ложку. Почему-то теперь и ему неловко стало. Может, не стоило готовить ничего? Его ведь не просили, условий на проживание не ставили. Инициатива, вообще-то, наказуема.       Просто, когда Аарон спозаранку прискакивает, он приносит что-то съестное. Такое внимание было приятно. Тоже захотелось к его приходу на кухню подготовить что-нибудь эдакое.       Способностей кулинарных хватило на нарезку овощей. А газель в ролике ещё посоветовала листья рвать руками, а не нарезать ножом, и теперь в таре перемешанный салат не был равномерным - цветные кубики блестели в масле плюс-минус идеальными гранями, а капуста - здоровенными лохмотьями, и это бесило. Наверное, стоило и зелень нарезать помельче.       - Спасибо большое, - доктор оторвался от хмурого разглядывания несчастного блюда и увидел, как Аарон мнется у кухонного косяка и расползается в теплой улыбке. Теперь он красный, прям до кончиков ушей, зато смотрит прямо в глаза и благодарность в них плещется похлеще стеснения. Боже, что он там надумал такого, интересно.       - Кхм... Ес-сли хочеш-шь, прис-саш-живайс-ся.       И все-таки неловкость не пропала. Откуда она вообще взялась, интересно. Джереми что-то особо не парился, когда намывал овощи и выбирал рецепт попроще. А сейчас только пар из зада не валит, насколько не может себя в руки взять. Не приведи Мать-Природа, ещё и сам как болгарский перчик сидит, а на хозяина квартиры, у которого даже не спрашивал, можно ли шариться по холодильнику и прочим шкафам, гонит. Вот это он, конечно, наглейший идиот.       - Угу. Только приведу себя в порядок.       И ушел. Змей смог выдохнуть. Неловко. Невозможно неприятное чувство. Хотя вроде как ничего дурного не натворил. Стоило отвлечься, подумать об отвлеченном чем-нибудь.       Например, на фотографии. Когда Джереми выполз из гнездышка, разглядел кучу маленьких снимков, прикреплённых к сетке на стене. Да и на столе стояла парочка в рамках. На большинстве из них была женщина, вместе с юным Аароном (он, оказывается, с кудряшками ходил и красился в брюнета в молодости) или без него. Женщина была очень на него похожа - не трудно догадаться, кем она ему приходилась. Уши у них торчали одинаково. Красно-бурые глаза щурились одинаково. Только выглядела она более маленькой и хрупкой. Может, дело было в глубоких синяках под глазами или впалых щеках, жиденьких волосах или сухо очерченных жилах на руках и шее. Мать у крыса имела вид болезненный. Но, скорее всего, болезнь её была вызвана не патогенной микрофлорой.       Алкоголь никогда не был полезен для организма. Женский алкоголизм лечится труднее.       На фотографиях не было мужчины. Вернее, не было такой, на которой была бы и мать Аарона. Наверное, отца в его жизни не было. Или уже нет.       Была фотография с девушкой. Всего одна, явно обрезанная. Какая-то встреча, на фоне - люди, пара позирует в нелепой позе со стаканами в руках. У девушки в волосах и на висках жёлтые перышки, у Аарона - чёрные кудряшки. Оба радостные. Он таит во взгляде лёгкую меланхоличную тоску. Её отчего-то видно, и никакой алкоголь не перекрывает. Фото одно, в дальнем углу и высоко, чтобы рассмотреть было сложнее.       Под ним ещё одно - с парнем. Обнимаются на скамейке. Парень обычный, даже полувид не предположить. Аарон опять как будто счастливый. Но тени под глазами глубже, чем на других фотографиях. Улыбка скованная, сейчас даже ухмыляется для Джереми более открыто. Его держат за плечо, и жест не то, чтобы очень крысу нравился. Волосы выпрямлены, корни уже белеют. Значит, не так и давно снята фотография?..       Ещё парочка больших висит. Группа людей, все в белых халатах, у всех дипломы в руках. Студенты окончили обучение. Аарон стоит сбоку, рядом со знакомым преподавателем. О, так их куратором был никчёмный травматолог? Забавно, что плохому не научил. С другой стороны, это Аарон умный мальчик, другие детки так осознанно не выглядят.       На стенах и потолке ещё звёздочки понаклеены, светильники в виде светил, и на пологе кровати серебряная цепочка с висюльками-кометами и созвездиями. По-детски нелепо. И мило, наверное. В свою комнату Джереми бы повесил плакат с вирусами. Они забавные, а он не мечтатель.       Ещё в квартире было по-настоящему чисто. Он в сонном полубреду только предположил это, но дом был вылизан сверху донизу, а в шкафах царил порядок. Вернее, упорядоченный порядок, точный порядок, отмеренный по линейке порядок. Пугающие педантично. У них в стерильной операционной никогда такого не бывает. Единственное место, где реально не вывели до идеала и равномерности пространство, - это ванная комната, но туда лезть змей не стал. Копаться в грязном белье он был готов только метафорически.       Мог, кстати, и вправду зарыться в секретики - ассистент вёл дневник, и лежал он на столе беззащитнее, чем Аарон на полу. Но, как и крыса, Джереми его прикрыл. Одного - чтобы не мерз, другого - чтобы не соблазнял на почитать. Интересно не то, чтобы бы было, но кто знает, что в голову стрельнет. Больше вины почувствуешь, если откроешь чужие мысли без спросу, чем если заглянешь через плечо и посмотришь как бы "случайно".       Кухня вот Джереми больше всего понравилась. Гостиная была скучной, вроде как нежилой вовсе. А на кухне и магниты висели глупые, несуразные, и окно огромное вид на город приятный открывало, и 1000 и 1 приправа на отдельной полке в маленьких стеклянных баночках стояли в ряд. Размеры комнаты больше походили на крошечные, все было под рукой и ничто не мешалось. Похоже на операционную, но свет приятнее и пахло интересно. А ещё это самое тёплое место в доме. Идеальный баланс, эталон гармонии.       Порыв поготовить возник сам. Такое место приятное и должно вдохновлять на подвиги. Себе он быстро нашел, чем перекусить - рисовый безглютеновый хлеб и "мясной хлеб" нарезать было недолго. А вот побаловать ассистента было особо нечем, да и рацион Грызунов Джереми знал плохо. В интернете нашёл элементарный рецепт - и готово: сидит теперь, краснеет, вгоняет в краску всех вокруг. Прекрасно звучит, бесспорно.       От нервов доктор начал отбивать пальцами ритм по столешнице. Ещё не хватало нервничать из-за пустяка такого! Вообще плевать, что будет говорить Аарон, не надо - вон мусорка, пусть выкидывает!       Портить себе настроение с утра пораньше Джереми умел виртуозно.       Наконец, вернулся ассистент. Беспорядок на голове успешно ликвидирован расческой и резинкой; рубашка и штаны заменены на шорты и майку; ясности в глазах прибавилось, ухмылочка растянулась поувереннее. Посвежел. И уверенности придал, надо же. Собственные мысли перестали зудеть и сверлить черепушку. Чудодейственное пришествие, спасибо огромное.       На секундочку Джереми засмотрелся на Аарона. Он ведь не видел того нагим никогда. Даже оголенные руки или голени не видел. А крыс, оказывается, неплохо сложен: и икроножные, и дельты с бицепсами достаточно раскачены, чтобы выступать, но не выпирать, как у отвратительно перекаченных мужиков, работающих на Эдика. И фигура очерчивается в складках майки правильная. В красоте доктор не смыслил от слова совсем, но, наверное, Аарона он красивым назвать мог. И лицом вышел, и формой тела хорош.       Стоп.       Он реально бегом занимается, что ли?       - Что-то не так? - осторожно начал Аарон, не выдержав пристального взгляда. Удивительно, что он сам не замечает, когда пялится. Или делает вид до первого замечания.       - Вс-сё так, садис-сь.       Быстрее начнут, быстрее закончат.       Непривычно делить с кем-то время на трапезничество. Во время работы не считается, обычно Джереми быстренько закидывал в себя все, что ему приносили, и продолжал пилить и резать. Аарон вообще уходил на перерыв на поверхность. Потому так вот, друг напротив друга, они не ели. А сейчас было неприятно, надо сказать. Хуже, чем сравнивать себя с открытой книгой.       Однако ассистента ситуация не проняла. Он невозмутимо набрал со стола все, что мог положить в тарелку единомоментно, и молча начал есть. Овощи забавно хрустят не только, когда их режешь. Занятное открытие. Джереми же решил нарезать свои изыски чуть поменьше, чтобы вообще не жевать их, видимо. Просто с ножом в руке он чувствовал себя уверенно, а перспектива не давать лишнего повода попялиться привлекала.       На него все равно не смотрели, однако. Аарон украдкой оглядывал стол, но найти чего-то не мог.       Джереми стыдливо кашлянул.       - Я кофе... не наш-шел. Надо - заваривай сам. А там чай с-стынет, - змей неопределённо махнул в сторону плиты.       Да, от стакана на тумбе уже даже пара не шло. И ниточка от пакетика окрасилась в черный. И, кажется, сахар сунуть доктор забыл. Мда, такая себе замена вкусно пахнущему, прекрасному эспрессо или той разбавленной молоком бурды, что пил Аарон.       На самом деле, кофе-то он нашёл. В зернах, а не сублимированный в порошке. Что делать с цельным зерном - он в душе не знал. Поэтому выудил, что первое под руку попалось - пакетик чёрного чая с дополнительной добавкой - мятой или жасмином, он уже забыл.       И, опять же, никто не просил его что-то делать. Значит, ничью просьбу не невыполнил, и значит, взятки с него гладки. Тем временем, его завтрак быстро превращался в нано-салат. Ещё немного, и есть он будет атомы с молекулами. Сбавить обороты будет ой, как верно.       Аарон с удивлением взглянул на кружку и аккуратно, чтобы не капать на пол, донёс переполненную на стол. Смотрел он на неё странно. Как-то больше тоскливо, чем по-настоящему удивленно или благодарно. Но улыбка все-равно тронула губы и будто против воли он промямлил невзначай:       - Спасибо... Не помню, когда обо мне так заботились в последний раз.       - ...       Неловко. Джереми занял себя своими кубиками.       Аарон хлебнул настойку. Скривился, но выливать не стал. Добавил сахара, и, кажется, остался плюс-минус довольным. Зачем себя мучать и пихать явно передержанный напиток, змей не очень понял. Но, подумав ещё пару глотков, выцепил маячущую мысль:       - А девуш-шка?       - М?       - Девуш-шка не заботилас-сь? Нас-сколько с-знаю, они обычно хос-зяйс-ством заведуют.       - Откуда вы знаете о ней? - на лице крыса отразилось что-то среднее между хмуростью и растерянностью. Адова смесь с кривенькой ухмылочкой. Зря он про дневники свои думает, Джереми благородный так-то.       - У тебя комната увеш-шана фотографиями. Не догадаться было с-слош-жно.       Он выдержал задумчивую паузу, прежде чем усмехнулся более расслабленно. Интересно, он на слово поверил? Наивный малыш, получит оплеуху от жизни такими темпами.       - Хоть Лия и вьюрок, ранней пташкой никогда не была. Для нас готовил я. - меланхоличность у ассистента так неожиданно проснулась, что Джереми не успел придумать, что с ней делать. Видимо, тема отношений не была так уж радужна и без осколков, как он думал. Видеть необычно уязвимого Аарона не хотелось. И погружаться в его прошлое тоже. Раз с девчонкой отношений нет, и фотка парня тоже была единственной, нет смысла развивать эту тему дальше. Ассистент один, и причины этому, видимо, как минимум неприятны.       - Я тош-же не ранний гад. Не думай, ш-что расш-щедрюс-сь на еш-щё один завтрак. Запоминай денёк и храни в памяти.       - А как было бы славно, если бы вы почаще баловали подчинённых, - все, настроение чуть поднялось, воспоминания отошли. Теперь и змею еда в горло лезет.       Правда, пришлось набирать нарезанные крошки ложкой - вот так он разрезался. А ложка клацала по клыкам, громко и позорно. Напротив хрюкнули от хохота, но прямо посмотреть побоялись. Правильно. Джереми, увы и ах, злой, когда нервничает, может и уебать в порыве.       - У вас очень хорошо получилось. Жаль, что больше не попробую, - ах, теперь изобразил вселенскую грусть и всё - все обиды позабыты, все грехи отпущены. Нет уж, на жалость один раз уже надавил, больше позволения нет.       - Будешь пос-слушным мальчиком, и я подумаю. Когда отмечаеш-шь день рош-ждения?       - Зимой.       - Веди себя до зимы хорош-шо, и тогда я подумаю подольш-ше.       - Ничего не обещаю, но очень постараюсь, - смешок-таки вырвался, Аарон не сдержался. На это доктор только закатил глаза и заклацал ещё громче. Ну а хули, ему ж смешно, пусть теперь слушает, поганец.       А рожа у него радостная такая, как будто только минуту назад не кукурузил её сложно. Вот такой он Джереми точно больше нравится. Актеришка, зато в глазах задор.       - Так значит, вы придёте на мой день рождения? Займетесь меню? - ассистент любитель цепляться к словам, конечно. Джереми тяжело вздохнул.       - Хочеш-шь каш-шу вмес-сто торта? Пош-жалуйс-ста. Заплати мне прилично, так и быть, соглаш-шус-сь.       - А подарком?       - А подарком я про-сто приду... Кухня у тебя хорош-шая, ради неё мош-жно поморос-зитьс-ся.       Аарон долго не отвечал. Пальцем он водил по ободку кружки, головой опирался на кулак, выглядел расслабленно, но уши с носом заметно дергались.       - Раз нравится, приходите чаще. Двери для вас всегда открыты.       Поза, голос, улыбка, взгляд - всё беззащитно обнаженное и хрупкое. Нельзя же так...       - ... Подумаю, - выдавил Джереми, скрывая лёгкое смущение в своём стакане.       Кажется, Аарон аж засиял. Мать-Природа, как легко угодить маленькому полувиду, надо же.       Может, в следующий раз и вправду позволит соблазнить себя на посиделки в чужом доме без особого отрицания.       Уж больно понравилась ему эта маленькая кухонька.