Старые фики по ОЭ

Алва, оказывается, любит ромашки и звездное небо. По крайней мере, Айрис говорит так, когда приходит в его сны. Во сне он мертв, Айрис, внезапно для живых на самом деле вышла за Рокэ, стала герцогиней Алва. Она приходит на могилу к Дику, приносит белые ромашки, говорит с надгробным камнем, иногда приводит Эдит и Дейри, или маленьких детей — она простила в его сне, простила Дика. Она рассказывает брату о супруге, о том как счастлива, как славно в Кэналлоа, как на деревьях растут алые цветы, прекрасные как драгоценности, но Рокэ любит ромашки — представляешь, Дикон?.. Однажды Дику снится тот же сон на новый лад. Он так же мертв, вокруг заброшенной могилы его ночь, полная звезд, но у надгробия нет Айрис, а сидит с горькой, злой улыбкой монсиньор. Он ничего не говорит, он рвет букетик подвядших за день полевых ромашек, который принесла ему сестра, рвет лепестки, стебли и листья в крошку, растирает в мелкую, буйно пахнущую кашицу, смеется, потом встает, старательно втоптав остатки бедного букетика в траву, и удаляется, не поглядев на звезды. С тех пор Дику не снится ничего. Может, поэтому, он доживает до Излома. Алва терпеть не может белые цветы с солоноватым запахом лекарства. Когда-то, в другой жизни, он был равнодушен. Полезная, пахучая трава, удобная для милых девичьих гаданий. Потом, в каких-то грезах наяву, он обожал эти цветы — точнее, забавного щенка, бодро топтавшего степи Варасты с потихоньку шутливо заткнутой в русые лохмы его другом метелкой чахленьких аптекарских цветков — у Феншо были странные порывы, впрочем, юный Окделл, сообразительный как и всегда, и не заметил. Потом Алва возненавидел их, когда один сон за другим спешил куда-то к границе с Гаунау к одинокой заброшенной могиле, на которой лежат цветы, и знал, что если их не уничтожить — Дикон не проснется. Что ему было вообще за дело до господина бывшего оруженосца? Зажигались звезды и Рокэ засыпал, чтобы спасти… Снов больше нет. Их нет вплоть до Излома, а потом Дикон объявляется у Башни, за левым ухом стебелек ромашки и ничего не нужно говорить. Звездное небо, Ричард и ромашки… после Излома Алва снова может их любить.