волчья ягодка

тэхён тяжело вздыхает, отпивая из кружки уже давно остывший чай. на душе кошки скребутся так, что хочется завыть от тоски, ну или хорошенько напиться, как они это делали с чимином когда-то, но ситуацию это не исправит, да и друг сейчас далеко. омега машинально смотрит на экран телефона, в надежде увидеть хотя бы одно смс от своего волка, но ни сообщений, ни тем более звонков, не было со вчерашнего дня. последнее и, до кома в горле, сухое «созвонимся» чонгук прислал поздно вечером и больше на связь не выходил. тэхён абсолютно не мог подумать, что их первая, по-настоящему крупная, ссора закончится вот так: ким уедет к себе на квартиру в сеул, а альфа останется в кажущемся сейчас таким чертовски далëким пусане. их крики, наверное, слышала вся деревня, пока влюблённые выясняли отношения, находясь в своём доме у самой окраины леса. омега тогда плакал, срывая голос, и швырялся посудой, пока его оборотень на повышенных тонах пытался объяснить ему в чём тот не прав. в итоге, чонгук просто сорвался в лес, чтобы не усугублять и без того накалëнную обстановку, а тэ тихонечко завывал от обиды и злости и размазывал слезы по щекам, скатившись по стене на холодный пол. обиднее всего было то, что ссора получилась из-за сущего пустяка, но произнесëнные в порыве гнева слова тупой болью отдавали где-то под рёбрами. — какая свадьба?! мы вместе всего полгода, не сегодня-завтра можем разбежаться, будь реалистом и прекрати на меня давить! у меня тоже есть чувства, не забывай об этом, пожалуйста, — резче, чем хотелось бы, выпалил тэхён на очередную безобидную шутку старшего о свадьбе. — чувства? с такими умозаключениями хреновые у тебя чувства получаются, — чонгук произнёс это до мурашек спокойно и холодно, блеснув пожелтевшими глазами. а дальше всё завертелось, как снежный ком. чон вернулся домой только ночью, демонстративно улëгшись на диване в гостиной, а тэхëн не сомкнул глаз, прокручивая в голове всё, что они успели наговорить друг другу. утром их ждал не менее тяжёлый разговор, но всё решил один телефонный звонок от управляющей компании дома, в котором у омеги была квартира, оповещающий о том, что его жилище затопили соседи сверху и нужно срочно приехать. разговора так и не случилось. тэхён сорвался к себе, пообещав позвонить вечером и всё спокойно обсудить, но ни в этот вечер, ни в следующий они так нормально и не поговорили. вот и сидит парень уже почти полторы недели в городе, следя за ремонтной бригадой, устраняющей все последствия потопа, и накручивая себя идиотскими мыслями о том, что чонгук его теперь не простит. и чего он так взбеленился в этот раз? он же волка своего любит сильно и жизни без него представить уже не может, а про возможное расставание на кой-то черт всё равно ляпнул. правильно ему чимин говорит, что он головой не думает иногда, прежде чем что-то брякнуть. и вот как с ним теперь мириться? из тяжёлых мыслей его вырывает мелодия звонка. омега подрывается к телефону, но тут же разочарованно стонет, увидев имя звонившего. — привет, чимин. — и тебе не хворать, задница ты клубничная, — друг язвительно хмыкает, показательно игнорируя тяжёлый вздох на другом конце, — как там твои пенаты, просушили? — да какое там, — младший откидывается на спинку кресла, забираясь в него с ногами, — по угловой стене плесень пошла, на улице-то мороз вон какой. — а что с ремонтом? — откровенно дерьмово. они своей тепловой пушкой устроили нехилый такой скачок напряжения, из-за чего сгорели три розетки, и выбило пробки во всём подъезде. разбили мне плитку в ванной, сорвали кран, чуть не устроив новый потоп, и вырвали ламинат в трёх местах на кухне. — погоди, ты же говорил, что кухня единственная не пострадала. тогда что они там забыли, простите? — вот и я о том же! — и сколько тебе там ещё сидеть? — я вообще без понятия, — тэхëн пальцами растирает покрасневшие от усталости и слёз глаза, потому что их снова начало жечь, — ты мне лучше скажи, как гуки? — тебе правду, или лучше соврать? — говори, как есть. — откровенно хуëво, — чимин устало вздыхает, — он почти не разговаривает ни с кем, к нам не приходит, к себе тоже не особо рвётся впускать. плохо ему, тэхëн~а, очень плохо. ты сам-то как? — не лучше, если честно. я уже почти в шаге от того, что бы всё бросить, плюнуть на эту квартиру, вместе с плесенью, и рвануть домой, — он громко шмыгает носом, пытаясь окончательно не разреветься, — не могу я без него… — ну так и плюнь! позвони хвиин-нуне и попроси присмотреть за работниками, она тебе точно не откажет, а сам прыгай в машину и приезжай домой. — думаешь, она согласится? — конечно, согласится, она твоя тётка, в конце-концов! — да, ты прав, — тэ вскакивает с места, озираясь по сторонам в поисках своей сумки, — к чёрту всё, завтра завезу ей ключи и приеду в поселение, только надо не забыть заехать кое-куда. — это куда это, позволь поинтересоваться? — потом расскажу. … — всё слышал? — угу, — чонгук кивает болванчиком, ероша волосы на затылке, — и что мне сделать? как прощения вымаливать? — ртом, чон, — юнги забирается руками под футболку откинувшегося на его грудь чимина и строго смотрит на альфу перед собой, — в первую очередь, прекрати его доëбывать своими шутками про свадьбу. — ну я же… — чонгук, ну правда, — чимин устало прикрывает глаза. он сильно распереживался, когда узнал о размолвке друзей, и всё это время думал как их можно помирить, — ты же видишь, что ни к чему хорошему это не привело. — вот именно! ты, кажется, абсолютно не берёшь в расчёт, что тэхён человек, и у него есть свои страхи и переживания. в конце концов, он никогда до этого не встречался с оборотнями, а ты хочешь, чтобы он сразу и замуж за тебя выскочил, и выводок щенков нарожал? — да боже мой, ну нет, конечно! — волк меряет шагами гостиную, нервно покусывая губы, — я же всё понимаю и ничего не требую от него. просто… он так отреагировал… я не знаю. я боюсь, что он действительно не думает о нас серьёзно… — он тебя любит, идиота такого, — омега выпрямляется, игнорируя тихое «волчонок, ну куда?» за своей спиной, — я знаю его непозволительно долго и могу с полной уверенностью сказать, что тэ ещё ни разу так сильно не влюблялся. я весь язык стёр, объясняя ему про инстинкты и, черт возьми, — он грозно тычет пальцем в чона, — я не думал, что придётся напоминать о них ещё и тебе! он не живёт инстинктами, и ему как слепому щенку приходится на ощупь пробираться через дебри захвативших его чувств, и чувств твоей звериной стороны, чтобы не оступиться и понять, куда двигаться дальше. чонгук, пожалуйста, не забывай об этом. — я понял. я не хотел его обидеть, вы же знаете… — знаем, — юнги за футболку тянет чимина обратно, скрепляя руки в замок на его животе, чтобы больше не дëргался, — он тоже перегнул палку и наговорил лишнего, и ты сам только что слышал, в каком он состоянии из-за этого. так что, давай, иди домой и готовься к его приезду завтра. — да, спасибо, — альфа почти облегчëнно улыбается, — я тогда пойду. — давай, только не делайте глупостей, пожалуйста, иначе я вас обоих как маленьких детей по углам разведу, пока не помиритесь. — обещаю. … — как думаешь, всё у них будет нормально? — чимин трётся носом о чужую щеку, пока сигма самым наглым образом забирается к нему в штаны. — завтра и увидим, — юнги мнёт аппетитные ягодицы, блаженно прикрыв глаза, — я их, честное слово, в шкафу запру, пока они нормально не поговорят. — а может, мы их сразу запрëм? — пак хихикает, переходя поцелуями на шею, и опускает ладонь на вздыбленный пах старшего, — чтобы наверняка. — дай им хоть шанс… волчонок, ты чего удумал? — ничего, я абсолютно невинное создание, ты же знаешь, — он понижает голос до шёпота, мелко надрачивая возбуждëнную плоть, — у тебя есть какие-то возражения? — абсолютно никаких, — юнги надрывно стонет, толкаясь в тугой сжатый кулак, — мне всё нравится. — ну ещё бы… чимин ускоряет движения рукой, оставляя россыпь засосов на крепкой груди, в промежутках успевая покусывать вставшие от возбуждения соски, а затем накрывает его губы своими, втягивая в мокрый глубокий поцелуй. юнги в ответ тихо порыкивает, подмахивая бёдрами, и пробирается длинными пальцами к мокрой от выделившейся смазки дырочке, проталкивая сразу два. воздух в комнате словно тяжелеет, смешиваясь с густым запахом лилий и сладкой гуавы. — мы… мы с тобой как подростки, — со смешком стонет чимин, насаживаясь уже на три пальца, — занимаемся петтингом, пока родители на работе. — мне всё нравится… давай, волчонок, ещё немного… завалившись в постель, после уже полноценного занятия любовью в душе, омега удобно устраивается под боком у своего мужчины, сладко потягиваясь. — как ты думаешь, им пока лучше не рассказывать, наверное? — о том, что мы обручились? — угу. — наверное, не стоит, — юнги задумчиво смотрит в потолок, перебирая чужие мягкие пряди на макушке, — думаю, тема свадьбы для них пока что останется под запретом. тем более, — он наклоняется к персиковым губам, мягко обхватывая нижнюю, — что мы решили сыграть свадьбу в июне, а до лета ещё далеко. — ты прав. только нужно предупредить родителей, чтобы они не проговорились раньше времени. — завтра и сходим, твой отец как раз обещал зажарить кабана… а кстати, тэхëн так и не сказал, куда это он намылился перед тем, как вернуться в поселение? — неа, — чимин накрывает их обоих одеялом и смачно зевает, — сказал только, что это очень важно. — интересно… есть предположения? — ноль. зная его, это может быть всё что угодно, от магазина приколов до секс-шопа. — секс-шоп звучит заманчиво. — тебе чего-то не хватает? — он недовольно хмурит брови, поворачиваясь лицом к сигме. — да. презервативов, — мин чмокает младшего в нос, прижимая крепче к себе, — всего пара штук в коробке осталась. — уже? мы же недавно две пачки покупали… — ну, что я могу сказать… ты слишком соблазнительный, а я слишком слаб, чтобы устоять… — ой, спи давай, герой-любовник, — чимин смеётся и тянется к выключателю, — сладких снов. — люблю тебя, волчонок. — и я тебя.