Айрис Эйлин Снейп

Северус пытался понять, что значит любить ребёнка. Люцуис любил Драко, как часть самого дорогого, что было в его жизни – рода Малфоев. Он хотел видеть в сыне Малфоя и ничего и никого не жалел для этого, даже и самого сына. Северус знал Люциуса: тот умел казаться приятным, тот умел склонить голову перед тем, кто был сильнее его, а затем без сожалений примкнуть к другому. Скользкий, изворотливый, холодный как змея. Но иногда, когда Люциус смотрел на сына, в его глазах мелькало что-то необъяснимое, что-то , чего не могло быть в глазах такого человека. Северус назвал бы этого родительской любовью, но было в этом что-то большее, что-то более сильное и чистое. Нарцисса покупала Драко самые дорогие игрушки, тряслась над ним, когда он начинал кашлять, и сидела с ним ночами, когда он болел. Эйлин... Его мама, кажется, была слишком бедной и слишком уставшей для этого. Можно было сказать, чего она не делала: она никогда не кричала и никогда не била его. «И никогда не защищала от отца», - добавил про себя Северус. Он не хотел вспоминать детство – эту унизительную бедность, вечно пьяного, лежащего в своей блевоте, жестокого отца, от вереницы этих воспоминался поднимался такой тяжёлый гнев, который сдержать было невозможного. В детстве Северус каждый вечер молил только об одном – чтобы его отец умер. Он мечтал об этом дне, он почти видел, как счастливо, как совсем по-другому они будут жить с мамой. Но Тобиас был, как и многие алкоголики, к сожалению, удивительно живучим. Потом Северус долго мечтал его отравить, даже сварил яд – но так и не решился, а потом долго корил себя за свою слабость. Отец умер, когда Северусу уже было всё равно. В попытке решить эту загадку – что значит любить ребёнка - он купил несколько книг о воспитании детей и, внимательно прочитав их, выкинул в камин. "Если ребёнок плачет - не нужно его утешать, нужно оставить его одного, чтобы он мог научиться самостоятельно справляться с негативными эмоциями" - говорилось в одной. "Если ребёнок плачет, необходимо утешить его, чтобы он почувствовал себя защищённым. Таким образом у ребенка формируется устойчивый тип привязанности" - говорилось в другой. Пытаясь нащупать путь любви к ребёнку, он начал с того, что казалось очевидным – игрушки. Конечно, на игрушки от Фантомхайв - маленькие детские мётлы, безопасные наборы для варки зелий, игрушечные волшебные парки, которые выпускали пучок искр - денег у него не было, так что он повёл её в универмаг с маленьким отделом для игрушек. Айрис смотрела на игрушки равнодушным и растерянным взглядом: они были аляповатыми, дешёвый плюш, несмотря на то, что был новым, казался уже облезшим. Она прошла мимо некрасивых кукол и остановилась на резиновых утках. В коробке была большая мама-утка и два маленьких утёнка. Она потянулась за коробкой, и Северус достал её. -Утя, - пролепетала она, с осторожностью взглянув на Северуса -Утка, - кивнул Северус. Девочка прижала к себе коробку и пошла дальше, немножко косолапя. Несколько женщин улыбнулись, видя маленькую девочку, держащую коробку с игрушками. В самом углу лежали маленькие - размером с ладошку девочки - игрушки, стоившие по 10 канатов за каждую. Зайчик с розовым носом и голубым платком на шею, мишка в соломенной шляпе и лягушонок с жёлтым пузом. -Хочу, - девочка показала пальцем на игрушки Северусу стоило большого труда не нахмуриться: -Скажи "пожалуйста". Айрис повторила, и Северус кивнул. -Бери. Айрис ещё раз прошла мимо полок и вышла в отдел товаров для дома. Она прошла мимо ваз, тарелок, кружек, кувшинов и кувшинчиков и остановилась возле маленьких сундучков и шкатулок. Глаза её расширились от восторга, Айрис уронила коробку с утками, игрушки и взяла деревянный сундучок. Он и правда был красивым: с деревянной резьбой в виде листьев и цветов, украшенный внутри алым бархатом, с красивыми темными металлическими ручками и ящичками внутри. Девочка прижала сундук груди и запинаясь сказала: -Пожалуйста. Северус посмотрел на ценник - 2 галеона. -Тогда без утки -И утю тоже. -Нет, - настойчиво повторил Северус. Ожидаемо, девочка заканючила, а потом расплакалась. Северус сгорал от стыда, замечая осуждающие взгляды людей, проходивших мимо. -Видишь, - показал он ей на двух маленьких мальчиков, - они не плачут, хорошо себя ведут. Так что перестань реветь! -И утю! - повторила Айрис, от плача покрывшаяся красными пятнами, вся в слезах, соплях и слюнях. Северус не сдержал гневное рычание. Так и оставив коробку с утками лежать на полу, он взял девочку за руку и потащил её к кассе. *** Дома, всё ещё насупленная, девочка принялась играть с сундуком и игрушками. Звери разговаривали о чём-то, прыгали по ящикам и прятались в них. -Поиграешь со мной? – Айрис посмотрела на него. – Пожалуйста. Северус присел рядом с ней, и Айрис протянула ему лягушонка. Тот взял его и взглянул на Айрис, ожидая её дальнейших действий. -Ты будешь больным, а я буду лечить. Северус кивнул. -Как здоровье? – склонила зайчика над лягушонком. -Хорошо, - абсолютно без эмоций ответил Северус. Айрис посмотрела на него укоризненно: -Ты же болеешь, ты не можешь себя чувствовать хорошо. Скажи, что у тебя болит. -Очень плохо себя чувствую. У меня болит живот. -Нет, давай у тебя будет болеть горло! Это было…переносимо. Скучно, тягомотно, но переносимо. И вместе с тем у него не выходило играть: он чувствовал, что девочка отстраняется от него и зажимается. И Северус чувствовал, что, если бы он играл чуть более вовлечённо, если бы показал хоть какие-то эмоции, всё было бы лучше. По окну кто-то настойчиво застучал – Северус и Айрис повернулись. За окном сидел огромный чёрный филин с зловещими оранжевыми глазами. Северус впустил птицу в дом и кинул ей кусочек бекона – это был филин Малфоев. «Здравствуй, Северус! Узнал сегодня в министерстве, что в твоей жизни произошли крупные перемены, и ты, в своей обычной манере, к которой я, впрочем, уже привык, мне не сообщил. Приглашаю тебя и твою дочь на обед в эту пятницу. Жду ответ. С наилучшими пожеланиями, Люциус Малфой» «У Люциуса даже приглашение на обед переполнено королевским величием», -подумал Северус и скривился. *** Трапезная в доме Малфоев не менялась, наверное, с прошлого века. Кованые люстры со свечами, квадратные колонны, лепнина на потолке, портреты предков по обе стороны от камина и барельеф над ним. Когда Северус и Айрис вышли из зелёного пламени, девочка завертела головой по сторонам, но, заметив незнакомых людей, схватила Северуса за мантию и попыталась спрятаться за ним. Северус тут же одернул мантию и строго взглянул на Айрис: -Айрис, поздоровайся. -Здравствуйте… - запинаясь, пролепетала девочка. Люциус сдержанно улыбнулся и кивнул Айрис. -Привет, Айрис! – Нарцисса улыбнулась и наклонилась вперед, чтобы их глаза были на одном уровне. -Здравствуйте, - повторила Айрис. -Пойдём, я познакомлю тебя с Драко, - Нарцисса протянула ей руку. Айрис осторожно сжала ладонь женщины - она была тёплой, и Айрис стало спокойней. Люциус взмахнул палочкой, и два стула повернулись к камину. -Рад тебя видеть, Северус. -Взаимно. -Огневиски, вино? -Ты же знаешь, что я не пью. -Тогда чай? -Чай можно. Люциус позвал домовика, попросил – приказал – подать чай и бисквиты. Северус ждал вопросов, Люциус считал, что вопросы и так очевидны. Принесли чай и бисквит. Молчание затягивалось и могло бы показаться неприличным, но Северус и Люциус привыкли. Северус ненавидел ту пропасть положений в обществе: статуса, денег, - которая лежала между ним и Малфоем, и из-за этого иногда ненавидел и Люциуса. И так же болезненно ему было необходимо, чтобы этот мужчина, который на короткой ноге с министра, из древнего рода, признавал его, Северуса, как равного. А Люциус всё это знал и понимал. Он также знал цену уму и способностям Северуса – он разглядел их, когда Северус был тощим 11-ти летним мальчиком. И только иногда Люциус позволял себе снисходительную усмешку, чтобы слегка подразнить Северуса. -Ты знал, что у тебя есть дочь? – спросил, наконец, Люциус, прервав молчание. -Нет, - покачал головой Северус. – Ты уже, наверное, всё знаешь о матери? Люциус усмехнулся: -О невыразимцах даже министр ничего не знает. Ребекка Лайл, 33 года. Училась в Когтевране. Чистокровная. Не замужем. Родители погибли… - Люциус замер на мгновение, ища самые удобные ему слова, - в первой магической войне. Так что я ждал, что ты расскажешь мне больше. -Я даже этого не знал, - пожал плечами Северус, наблюдая, как Люциус слегка приподнимает брови в удивлении, - мы случайно познакомились, эпизодически… встречались, потом она увидела метку и сбежала. Люциус склонил голову, пытаясь понять, врёт ли Северус или нет. -Вот оно как. Тогда я хочу сказать, тебе повезло, что мать была чистокровной. У Северуса создалось ощущение, что его дочь оценили, как собаку, как лошадь на выставке, и поставили галочку «породистая», и ему захотелось кинуть в Люциуса каким-нибудь заклинанием. Ложь, в которой он жил, въелась в него, как грязь, от которой нестерпимо хотелось отмыться. Тёмный Лорд исчез три года назад, а ему приходилось всё так же изворачиваться на двух фронтах. Северус кивнул: -Да, повезло. *** -Драко! Худенький мальчик с почти белыми растрёпанными волосами сбежал с лестницы, держа в руке огромного плюшевого дракона. -Мама, смотри… - он замер в нерешительности, рассматривая незнакомую девочку, а Айрис, в свою очередь, недоверчиво смотрела на мальчика. -Драко, поздоровайся, это Айрис, дочка Северуса. Айрис, это мой сын, Драко. -О! - в глазах мальчика зажегся огонёк, когда он услышал знакомое имя. -Привет, - смущенно сказала Айрис. -Привет! Хочешь посмотреть на мою железную дорогу? А что у тебя в сундуке? *** -Ты поэтому решил оставить дочь? Северус почувствовал приступ тошноты, и едва удержался, чтобы не напомнить Люциусу, что сам Северус полукровка, как и достопочтимый Тёмный Лорд. -Я решил, что аргументы «за» перевешивают аргументы «против». Люциус рассмеялся: -Я, на самом деле, рад. Дети – это правда здорово. *** Маленькие плюшевые звери катались в поезде Драко, он тянул рычажок, и поезд с почти настоящим гудением взлетал, оставляя за собой след из золотистых искр. C распахнутыми темными глазами Айрис завороженно наблюдала за поездом, взлетающим в воздух. Драко явно был доволен произведённым эффектом. -У меня ещё есть дракон! У него из рта пламя идёт! И метла маленькая есть! Я даже летать могу! Показать? Маленький светловолосый мальчик вытащил, кажется, все сокровища, чтобы впечатлить новую подружку, и комната стала походить на свалку игрушек. Драко раскраснелся от удовольствия, слыша восхищенные вздохи Айрис. Она осторожно поставила маленький сундук и вытащила из него мишку, зайчика и лягушонка. Зайчика она положила в верхнее отделение и накрыла носовым платком. -Это врач, его зовут Мурен, - она подняла лягушонка вверх, - ну, как сегодня здоровье у нашего храброго зайца? Сегодня на полдник будут шоколадные бисквиты: Зайчик «ответил»: -Ура! Только у меня очень болит живот от новых зелий, можно я их больше не буду пить? -Конечно, можно! Драко, никогда не бывший в больнице, смотрел на разыгрываемую сценку с интересом: -А Мишка – это папа? Айрис покачала головой. -Нет, Мишка – это второй доктор. -Давай Дракон будет папой! С вновь вспыхнувшим энтузиазмом Драко резво схватил большого зеленого дракона, чья чешуя блестела и выглядела почти как настоящая: -Лечите мою дочь быстрее! – попытался грозно сказать Драко. Айрис было странно думать, что у неё есть папа. Она выросла с мыслью, что папы у неё нет. Просто нет. У некоторых детей он был, у неё не было, и она никогда не задавалась вопросом почему так. *** Нарцисса вошла к мужчинам и села рядом с Люциусом: -Северус, как она на тебя похожа! К счастью, не характером. Северус усмехнулся, но по-доброму. -Это правда к счастью. Ещё одного себя я бы не вынес. – Сказал чистую правду Северус. И все рассмеялись. -Хочу заметить, что благодаря совсем невыносимому характеру Северус ушёл так далеко вперёд, - и Люциус даже нисколько не лукавил, когда это говорил. Северус же считал, что не ушел никуда вперёд, а безнадёжно завяз в болоте с дерьмом по самое горло, но говорить этого, конечно, стал. *** Драко бежал по дому со скоростью маленькой кометы. Хвостом за ним пыталась угнаться Айрис, хотя это и было бесполезно. Впопыхах Драко влетел в гостиную, заскользил на гладком полу и чуть не упал. Спустя несколько минут темная головка Айрис заглянула в комнату. -Драко, что случилось? – спросила Нарцисса. -Можно я отдам Айрис дракона? Который золотой и без огня, - почти скороговоркой выпалил Драко. -Конечно, в чём проблема, - мягко улыбнулась Нарцисса. А вот Люциус нахмурился: -Драко, ты прервал наш разговор, это невежливо. -Извини, - тут же стушевался Драко. - Так я отдам, да? -Нет, - резко ответил Северус, опасно сощурив глаза. – Айрис, подойди сюда. Айрис неохотно поплелась, стараясь оттянуть уже неминуемую казнь, чувствуя себя виноватой. -Клянчить – некрасиво, Айрис. – Северус говорил медленным тихим шипением, в котором слышался холод. - Ты ставишь мистера и миссис Малфой в неловкое положение. Сейчас же извинись. Айрис собрала всё свое мужество трёхлетнего существа, чтобы не расплакаться, но губы и голос у неё дрожали. -Ните… жалуйста… - отдышка от волнения усилилась. -Северус, ну что ты! Но Северус лишь резко мотнул головой: -Нарцисса, у неё полно игрушек, нечего побираться. В комнате сгустилось напряжение, и всем стало страшно неловко от поведения Северуса. Люциус аккуратно положил руку на его плечо. -Северус, прими, пожалуйста, это в качестве нашего подарка твоей дочери. В конце концов, если Нарцисса продолжит в том же духе, нам скоро понадобится отдельный особняк под его игрушки. – Люциус вложил весь такт и “искреннее” дружелюбие в эти слова, вдруг в одно мгновение превращаясь в заботливого друга. -Айрис, поблагодари мистера и миссис Малфой. Айрис уже не радовалась дракону, а только со страхом смотрела на Северуса. Нервно сглотнув, она перевела взгляд на Люциуса и Нарциссу: -Простите, пожалуйста. Нарцисса едва слышно и грустно вздохнула. *** Ночью Айрис прижимала к груди плюшевого золотого дракона и вспоминала родителей Драко. Почему они не забрали её? Как бы было замечательно жить с такими добрыми людьми и играть с Драко. Почему её забрал этот жестокий и холодный человек? Стало страшно и непонятно. Потом она подумала о маме и заплакала.