Запах свежескошенной травы

От автора: глава содержит сцены жестокости и насилия. Я ощущал поглощаемую энергию каждой клеточкой. Еще никогда не испытывал подобного наслаждения. Подобно высохшему ростку в горячей пустыне, пил чью-то волшебную жизненную силу, которая, просачиваясь, оживляла мои истерзанные тело и душу. Щелчок. И я очутился в незнакомом мне местечке, красота которого поразила меня мгновенно. Стоя в оцепенении посреди широкой улочки, пытался выйти из состояния шока. Но это никак не получалось. По обеим сторонам красовались ларьки, где продавали всевозможные товары и лакомства. А по центру двигались люди в простых старинных одеждах со счастливыми лицами, свободно проходя сквозь меня. Впервые в своей жизни я видел столько доминантных омег. Свободных, счастливых, независимых… Но больше всего поразил воздух. Он был пропитан феромонами доминант, наполненных покоем и умиротворением. Прикрыв глаза, я глубоко вдохнул, наполнив легкие до отказа. Эйфория! Так, наверное, можно назвать то, что ощутил в первую очередь. Что-то теплое и родное убаюкивало, нежась со струнами моего сердца. Подобно сладкому объятию матери, когда от хрупких рук ощущаешь мощную невидимую защиту родной крови. – Это было мирное время для доминант, – раздался мелодичный голос позади, заставив вздрогнуть и резко обернуться. Красивый мужчина с нежностью смотрел на меня и улыбался. Легкие одежды на нем были непривычны глазу. Что-то похожее на платье, затянутое поясом на тонкой талии. Но фиолетовый очень ему шел, словно специально подбирался под тот же цвет глаз. А пряди длинных черных волос подыгрывали ритмичному танцу ветерка, придавая образу утонченности с некой сказочностью. – Время, когда мы любили и были любимы! Время, когда мы жили и дарили жизни другим! Время свободы, равенства и единства! Это было время …до. Я смотрел на красивое лицо мужчины и пытался понять, что он хотел до меня донести. Странный город, незнакомые люди, непонятные речи… Где я вообще, в конце концов? В какой-то момент вокруг потемнело, и мужчина в фиолетовых одеждах гневно произнес, словно подвел сказанному черту: – А вот что произошло после! Я широко открыл глаза. На меня на огромной скорости двигались разъяренные всадники. У кого-то из них в руках сверкали мечи. Кто-то натягивал тетиву лука, а некоторые размахивали веревкой с созданной петлей на конце. И прежде чем они поравнялись со мной, в воздух взметнуло множество стрел с огненными наконечниками. Небо моментально озарилось красными огнями. Довольно красивое и одновременно пугающее зрелище! Но когда запылал город, мне стало не до восхищения. Испуганные жители в ужасе выбегали из горящих домиков. Им даже не давали что-либо предпринять. Людей крошили острыми мечами. Кто пытался бежать, того нагоняли стрелы лучников. Некоторых постигла более мучительная смерть. Попав в петлю брошенных веревок, их тела тягали по земле, превращая в сплошное месиво. Дети, старики, женщины… Было не важно, кто стоял перед убийцами. Горький плач, мучительные стоны, леденящие душу крики… Все смешалось. Некогда красивая и миролюбивая земля в одно мгновение утонула в крови. Я бросился к перепуганным людям, мечась, как неприкаянный, от одного к другому. Я хотел помочь им. Я хотел спасти хотя бы кого-нибудь. Но мое тело было бестелесным. И все, что мне оставалось сейчас – смотреть, как умирают люди рядом, и выть от собственного бессилия. – Это было самое начало эпохи «охоты на ведьм». Увиденное - лишь капля ее, – снова заговорил мужчина в фиолетовых одеждах. – Почему? – глотая слезы, прокричал я. – За что? – Омеги - самые слабые среди прочих видов. Но они единственные, кто имеет верхушку своего вида, которой не обладают ни беты, ни альфы. Да. Бог сделал омег слабыми. Но он подарил тех, кто способен встать на их защиту, наделенных силой полководца, рукой целителя, словом мудреца… Королева! Так нас называют. Такие, как я! Такие, как ты! Мы и есть сила своего вида! Но именно королевы и стали причиной уничтожения доминант, началом страшной эпохи «охоты на ведьм». Мы стали большой угрозой для альф, ибо могли не только сами противостоять их силе, но и обладали способностью повести за собой остальных. Королева – верхушка среди доминантных омег. Вот только выделить ее среди своих очень трудно. Поэтому доминантные альфы не стали рисковать и решили избавиться от всех доминант, дабы предотвратить любую возможность перевоплощения их в новую королеву. Почему «охота на ведьм»? Доминантных омег церковь, поддерживаемая доминантами, признала людьми, связанными с нечистой силой, в совершенстве владеющими приемами колдовства. И этого было достаточно, чтобы народ ополчился против самых слабых этого мира. Я вспомнил, как перешерстил кучу литературы, ища нужную информацию. Однако вся изученная мной история начиналась после «охоты на ведьм». Рукописи до ее начала были сожжены. Поэтому то, что рассказывал сейчас этот человек, стало для меня настоящим открытием. – Кто ты? – спросил я. – И почему утверждаешь, что я королева? – Меня зовут Доминик. Я был последним из королев своего времени, кто сумел выжить, скрывшись от альф. Поэтому и оставил это послание потомкам. Сумевший открыть секретный замочек моего подарочка и есть истинная королева! Теперь мой путь завершен. Но перед уходом я хочу передать преемнику знания и мощь нашего вида! Королева умерла. И да здравствует королева! *** – Какого хрена ты так отмутузил этого мальчишку? – возмущался лысый толстопузый амбал, гневно поглядывая на своего приятеля. У стены валялся паренек в кожаном мотокомбинезоне. Один из бригады наемников, тот самый приятель, не жалея силы, отправил того в нокаут ударом ноги. Бедняга был настолько хилым, что под воздействием примененной силы пролетел несколько метров и врезался в стену, стукнувшись головой о вертикальную поверхность. Из-за этого с места удара текла тоненькая струйка крови, игриво переплетаясь со светло-русыми спиральками шикарных волос. – Красивый, – тихо произнес амбал, проведя толстыми пальцами по нежной коже белоснежного лица юноши. Рука соскользнула к шее, пытаясь прощупать пульс. И не ощутив ничего, толстопуз недовольно цокнул, помотав головой. Сидя на корточках, он некоторое время неотрывно смотрел на красивое лицо перед собой. А потом, потянувшись, втянул воздух и начал принюхиваться. – Походу бета. Ощущается слабый аромат феромонов омеги. Но он мог быть оставлен его дружком, которого ты, придурок, умудрился пырнуть ножом. Я бабы не видел несколько месяцев. Мои яички настолько переполнены спермой, что, кажется, из-за этого меня в последнее время притягивает к земле. Могли хотя бы выпустить пар перед уходом, натрахавшись вдоволь. А теперь что? С трупами развлекаться? Внезапно мертвого паренька затрясло. Это было похоже на эпилептический приступ. Казалось, каждая клеточка молодого человека была в напряжении. Тело, пытаясь вывести своего хозяина из коматоза, судорожно дергалось, а через сжатые намертво челюсти сочились жуткие, пугающие звуки. От неожиданности толстопуз резко отстранился и, не удержав равновесия, грохнулся на задницу. – Твою ж мать! Напугал! Паренек вдруг замер, что еще больше напугало наемника. – У него даже пульса не прощупывалось. Это что, посмертные судороги, что ли? Твою мать! Жуть какая. Однако что-то было не так все же. И толстопуз, привстав, медленно придвинулся к мертвецу, пытаясь ближе его рассмотреть. Лицо мужчины моментально изменилось, потому что из уголков закрытых глаз покойника вытекали кровавые слезы. Не то чтобы амбал испугался крови. Проходя свой дерьмовый жизненный путь, он, можно сказать, купался в ней. Таковой уж была его грешная судьба. Даже в этом огромном поместье на его счету было порядка двадцати забранных им невинных жизней. Но с подобной чертовщиной столкнулся впервые. Наемник никогда раньше не видел, чтобы мертвецы плакали, а уж тем более кровью. – Твою ж мать! Твою ж мать! Твою ж мать… Пересохшие губы шептали слова брани без остановки, а дрожащая рука, нащупав на груди серебряный крестик, схватилась за него широкой ладонью, словно за спасательный круг. Другие мужчины, весело перекрикиваясь между собой, в это время бегали из комнаты в комнату, собирая трофеи и набивая дорогими вещами и всевозможными побрякушками мешки, принесенные с собой. Никто из них даже не удосужился посмотреть на перепуганного компаньона, испуганно бормочущего себе под нос. Не выдержав напряжения, толстопуз нащупал второй рукой кинжал у себя на поясе и, замахнувшись, направил острое оружие в живот мертвеца. Холодное лезвие прошло сквозь тело и воткнулось в паркет. Но что-то было не так. Мужчина ни один раз вспарывал брюхо людишкам. Он знал, что должна чувствовать рука, удерживающая в этот момент оружие. Однако сейчас кинжал не встретил сопротивления, словно тело было пустым. Даже место, куда воткнулся нож, не кровоточило. – Испугался? – произнес весело чей-то звонкий голосок. Мужчина снова грохнулся на задницу и истерично стал отползать, не отрывая взгляда от мертвеца. Поэтому и не заметил, как густая дымка с фиолетовыми переливами потянулась по полу, накрывая собой всю попадающуюся на ее пути поверхность. Только когда кожа ощутила неприятное покалывание, он опустил голову и истерично завопил: – А-а-а… К этому моменту и другие наемники стали собираться в коридоре. С ужасом оглядываясь по сторонам, они пытались понять, что происходит. – Эй, толстяк. Что случилось? Почему здесь такой туман? – кричали они. Однако ответа не последовало. Перепуганный наемник нашептывал что-то, напоминающее слова молитвы, и, сжавшись комочком, держался за голову дрожащими руками. Недалеко стоял молодой юноша в черном мотокомбинезоне. Слабый ореол, обрамляющий красивое стройное тело, делал его похожим на некое божество. Именно этот свет, исходивший от паренька, стирал все следы нанесенных ему ранее увечий. И чем насыщеннее кожа приобретала естественные краски, тем ярче наливались глаза великолепными оттенками фианита. – Кто ты, черт побери? – заорал один из наемников. И как только он это произнес, распахнутые двери комнат, которые так воодушевленно обворовывали до недавнего времени наемники, стали с треском захлопываться одна за другой. Каждый резкий звук отдавался непроизвольным вздрагиванием тела и привлечением внимания мужчин, отчего они слегка подпрыгивали и поворачивали головы на испугавший их объект. – Клык. Что за чертовщина творится? – заорал один из наемников своему старшему. Только главный не особо реагировал на звуки закрывающихся дверей. Его внимание привлекало нечто другое. Фиолетовая дымка, окутавшая целый коридор, выделяла из толпы других людей. Это были молодые ребята, прибывшие сюда в мотокомбинезонах, те, с которыми его подчиненные недавно расправились. Главный был уверен – они мертвы. Тогда почему сейчас эти трупы стояли, не имея на теле ни единого повреждения? Только глаза были прикрыты. Словно мертвецы, восставшие из ада. – Что за хрень? – снова завопил тот же наемник. – Мы же их порешали. Нервно выхватив кинжал из-за пояса, он размахнулся и бросил оружие в первого, на кого упал взгляд. Только вот нож с легкостью прошел сквозь тело мертвеца и с точностью вонзился в шею наемника, стоявшего позади намеченной мишени. Схватившись за пробитую шею, бедняга, выпустив кровавую пену изо рта, тут же рухнул замертво. – Что ты творишь, ублюдок? – завопил главный. – Это не я… Я не хотел, – пытался оправдаться испуганный наемник. Потрясенный случившимся, разум мужчины помутился. И, не найдя лучшего варианта, он кинулся наутек. Никто из наемников даже не заметил, что фиолетовая дымка захватила находящихся в коридоре людей в своеобразное кольцо. И как только мужчина, так безудержно стремящийся покинуть это место, вбежал в полупрозрачную стену, тут же замер, как парализованный. А то, что произошло после, заставило всех, кто находился внутри кем-то созданного капкана, задрожать. Не было ни криков, ни воплей, ни истеричных движений. Мужчина, захваченный фиолетовой пеленой, просто таял. Не важно, что это было: волосы, кожа, кости… Тело растворялось под воздействием какой-то силы, превращаясь в бесформенную кучу мяса на полу. – Никому не двигаться! – резко отчеканил главный, первым отойдя от шока. Переведя взгляд на паренька с фианитовыми глазами, он прорычал: – Чего ты хочешь? Зрачки юноши по-особому засветились, и он произнес: – Отмщения! И в этот момент остальные трупы, кого покрывала фиолетовая аура, открыли свои глаза. Подобное можно было сравнить с внезапно включенными фарами. Свет, исходивший от фианитовых зрачков мертвецов, подчинялся каждому движению направляющего их луча. И солнцем, дающим этим звездам энергию, был все тот же хрупкий светло-русый паренек в мотокомбинезоне. Пока наемники с ужасом наблюдали за движениями чарующих лучей, тонкие фиолетовые нити вынырнули из тумана, покрывавшего пол. Игриво извиваясь, они обвивали тела каждого наемника и, дотянувшись до шеи, затягивались вокруг плотным кольцом. Треск. И нити, затянутые вокруг шей, потянулись друг к другу, сплетясь во что-то странное, чем-то напоминающее паутину. А концы этого творения прилепились к стенкам созданного фиолетового кольца. Таким образом, головы наемников торчали поверх сформированной паутины, а туловища так и оставались снизу, опираясь ногами о пол. Из-за разницы в росте некоторые из них пытались держаться за нити у шеи, становясь при этом на цыпочки, дабы не задохнуться. Перепуганные, выпяченные наружу глаза, крики, ругательства и брань… Это все, что оставалось несчастным мушкам, попавшим в капкан возмездия. Снова треск. И нити, затянутые на шеях убийц, резко дернулись. Головы людей замерли, так и зависнув поверх паутины, а тела, как в замедленной съемке, оторвавшись от своей верхушки, стали медленно падать на пол. Наступила тишина. Нити, выполнив свое предназначение, медленно возвращались к своему источнику, а аура, создающая преграды вокруг, начала сливаться с дымкой, клубящейся на полу. Послышались звуки глухих ударов. Это отрезанные головы наемников падали вниз и катились сами по себе, вырисовывая кровью безобразные дорожки. – Мама! – раздался детский крик из дальней комнаты. Юноша с фианитовыми глазами в последний раз взглянул на раскиданные обезглавленные трупы наемников и, сопровождаемый своими товарищами, уверенно двинулся в конец коридора. Продолжение следует…