Боль перемен

      Когда Наруто доразобрал коробки с вещами, которые забрал из съемного дома, он обнаружил, что Саске все же забыл некоторые вещи, и сегодня Саске, наконец, нашел время за ними заехать.       — Спасибо, что так быстро приехал. Я знаю, что у вас с папой и Итачи наверняка были планы на сегодня, — Наруто встретил Саске яркой улыбкой, и они прошли в его комнату, где он собрал вещи, которые нужно было отдать. Кушины дома не было: она уехала на фотосессию, так что они были одни.       Саске знал, что Наруто никогда не стал бы нарочно рушить планы его семьи, потому что он не был человеком, который мог так поступить.       Тем более, что сегодня был день отца. Для большинства людей это был праздник с глубоким смыслом, но для Наруто… это было лишнее напоминание о том, что его отца с ним не было.       — Ты в этом году собираешься ехать? — спросил Саске, взяв коробку и начав сосредоточенно рассматривать содержимое, чтобы не смущать Наруто взглядом. Под «ехать» он, конечно, подразумевал ехать на кладбище.       — Да, поеду. В прошлом году у меня не получилось из-за экзаменов, поэтому в этом году я решил, что нужно постараться. Отец не против, он вообще не особо разговорчивый, — пошутил Наруто, пожав плечами.       В день отца Наруто иногда навещал могилу его папы. Не каждый год, но начиная со старшей школы, он стал туда ездить. Будучи ребенком он это делать наотрез отказывался, злясь и ненавидя человека, которого никогда не знал и никогда не сможет узнать. Но с возрастом он остыл. Теперь он восхищался своим папой и мечтал стать похожим на него, сделав целью своей жизни помощь другим людям и воссоединение семей.       — Ой, кстати, заговорили об этом, и я вспомнил — хочу тебе кое-что показать, — вдруг сказал Наруто.       Он отошёл к шкафу, открыл второй ящик и стал сосредоточенно что-то искать. А потом достал оригами.       Не какое-то, а очень знакомое — Саске был уверен, что уже где-то его видел. Зеленая лягушка с надписью на спине.       — Это же… — Саске пристально глядел на нее, округляя глаза по мере узнавания.       Его захлестнули воспоминания того дня…       — Саске, милый, ты видел, куда убежал Наруто-кун? — с взволнованным взглядом мама присела перед ним на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.       Саске не хотел, чтобы мама волновалась, поэтому кивнул и показал пальцем:       — Да, он побежал к качелям.       — Понятно. Кушина, Наруто на качелях. Ты пойдешь за ним? Саске может показать тебе, куда идти, — повернулась к рыжеволосой женщине Микото.       У той в глазах промелькнуло облегчение, но она покачала головой и грустно улыбнулась.       — Раз он на качелях, то нет. Подожду немного, надеюсь, он скоро сам вернётся. Спасибо, что рассказал нам, Саске-кун, — сказала эта приятная женщина — вернее, мама Наруто — и пошла сообщить учителям, что все нормально.       Микото обеспокоенно смотрела, как она уходит, а затем повернулась к Саске и спросила:       — Мой хороший, ты знаешь, почему Наруто убежал и всех напугал?       — Потому что сегодня все папы пришли, а его — нет, — ответил Саске, и мама гордо улыбнулась.       — Все верно. Ты у меня такой умный, — она потрепала его за щеку, а затем перестала улыбаться и посмотрела на него серьезно: — Но я хочу, чтобы ты был не только умным, но и добрым. Наруто-куну сейчас наверняка очень грустно, хоть он и не показывает этого. Он тоскует по папе всегда, но сегодня — особенно. Я думаю, если ты проявишь к нему доброту, для него это будет очень важно. Он, наконец, сможет улыбнуться и перестанет грустить. Что скажешь?       Саске поразмыслил и кивнул:       — Ладно.       Мама ласково улыбнулась:       — Вот и прекрасно.       — Я сейчас кое-что сделаю и покажу тебе, — и он пошел к столу, где была крафтовая бумага.       Закончив, он подошел к маме и потянул ее за юбку, чтобы привлечь внимание. Она присела, с любопытством глядя на него:       — Готово? Покажешь маме?       Саске кивнул и протянул ей лягушку. Она осмотрела ее и стала читать слова на спинке.       — Ох, Саске, какой ты чудесный ребенок, — она погладила его по голове, очаровательно улыбаясь. Но тут глаза за что-то зацепились, и мама прищурилась. Она перестала улыбаться, и Саске понял, что сделал что-то нехорошее.       — Погоди, а это что такое? Саске, мы же с папой говорили тебе, что обзывать людей — это плохо, — нахмурилась Микото, показывая на слово «дурачок» в конце текста.       — Это не обзывательство. Это скорее прозвище, мам. Другие дети не дают ему прозвища, так что я решил дать, чтобы он не расстраивался, — пробормотал Саске, стараясь не дуться из-за того, что его ругают.       Микото с сомнением приподняла бровь.       — А Наруто-кун об этом знает?       Саске моргнул и наклонил голову.       — Он догадается.       — Люди не могут прочесть твои мысли и понять все твои скрытые намеки, мой хороший. Поэтому так важно говорить им, что ты думаешь и чувствуешь. Ладно, думаю, мы можем оставить это слово здесь, но ты уж, пожалуйста, объясни ему, что не хотел его обидеть, хорошо? — сказала она, и Саске закивал головой, радуясь, что мама больше не сердилась на него. — Отлично, тогда беги к Наруто-куну, — она похлопала его по спине, улыбнулась, и Саске помчался к качелям.       Привет Наруто,       Я сочувствую что тебе сегодня грустно и ты скучаешь по папе. Моя мама говорит что твой папа герой, он спасал людей. Я думаю что твой папа действительно очень крутой и хороший человек. Может когда ты вырастешь ты сможешь быть таким же как он. Поэтому перестань дурачиться и хорошо учись если хочешь стать героем. У тебя все получится если постараешься дурачок.       Саске.       — Я уже и забыл об этом, — сказал Саске, с удивлением думая о том, что Наруто столько лет хранил эту лягушку. Бумага была в идеальном состоянии, словно ее хранили очень аккуратно, чтобы не помялась.       — А я всегда помнил, — улыбнулся Наруто и опустил взгляд на лягушку. — Тогда для меня это значило очень много. Да и сейчас, если честно. Я всегда тосковал по папе, мне и сейчас бывает грустно от того, что я никогда его не увижу. Но с того самого момента в день отца я больше печалюсь. Я горжусь им, героем, который спасал людей. И это благодаря тебе, Саске. Ты был первым человеком, который сказал мне, что я тоже могу стать героем. Как думаешь, я приближаюсь к этому званию? — спросил Наруто, вернув лягушку на место и повернувшись к Саске.       Саске уставился на него и выпалил первое, что пришло в голову:       — Нет.       Наруто обалдел от такого ответа и постарался звучать не сильно задетым, хотя на лице отчетливо читалось огорчение:       — А… правда? Думаешь, мне стоит работать еще больше? Что ж, тоже верно. Я могу…       — Я не закончил, идиот, — перебил его Саске, хмурясь из-за традиционного балабольства Наруто. Наруто замолчал и с глупым видом уставился на Саске в ожидании продолжения. — Я сказал «нет», потому что невозможно приблизиться к тому, что уже у тебя есть, — сказал Саске, и Наруто удивленно распахнул глаза.       — Что?       — Я хочу сказать, что тебе не нужно стараться изо всех сил в надежде, что однажды ты проснешься героем. Потому что ты был им с самого начала, — добавил Саске, и Наруто все также удивленно смотрел на него, не зная, что сказать.       — Ох…       Решив развеять сомнения Наруто, Саске припомнил ему очевидные примеры:       — Даже в младших классах ты всегда помогал другим детям, наставлял их, а после того, как над тобой издевались наши одноклассники, ты не стал таким же. Каждому из своих друзей ты хоть раз помогал в жизни.       Глаза Наруто загорались все ярче с каждым словом Саске, а губы растягивались в улыбке. И Саске решил добавить еще кое-что, что как он надеялся, поможет Наруто поверить в себя, как Саске верил в него.       — И ты прекрасно знаешь, что сделал для меня в школе. Если это не делает тебя героем, то кто тогда герой? Я уверен, что твой отец согласился бы со мной, если бы был здесь.       — Саске… — пробормотал Наруто, тронутый его речью, и скользнул взглядом на фотографию отца, стоящую на столе. Он расплылся в улыбке: — Спасибо. Ты… ты даже не представляешь, сколько для меня значат твои слова. Это… это то, что мне нужно было сегодня услышать.       — Не нужно благодарить меня за это, дурила, — Саске коротко улыбнулся, а потом взял коробку со своими вещами. — Спасибо, что забрал мои вещи, а сейчас мне пора идти. Если я опоздаю на обед с отцом в день отца, то буду слышать подколы от него и Итачи до конца своих дней, — Саске вздохнул, выходя из комнаты, и Наруто поспешил за ним, чтобы открыть входную дверь, поскольку руки у него были заняты.       — Д-да, конечно. Хорошо вам провести время. Передавай от меня привет, — ухмыльнулся Наруто, и Саске кивнул в ответ и ушел.       Весь оставшийся день улыбка не сходила с лица Наруто. Это определенно был лучший день отца в его жизни.

*

      Наруто пришел в свой выходной в больницу, чтобы провести опись закончившихся медицинских препаратов, которые нужно было заказать. Но, возможно, было не самой лучшей идеей приезжать сюда сегодня, потому что он был сильно погружен в свои мысли, и из-за этого ему приходилось постоянно перепроверять то, что уже проверил. С того дня, как Саске сказал ему те слова, Наруто не мог перестать думать о них. Саске считал его героем, и, похоже, уже давно. Было интересно, насколько давно.       Получить признание Саске казалось чем-то невероятным, сном, от которого он вот-вот проснется. Но он действительно признал Наруто, и Наруто испытывал настоящую эйфорию.       Хотя сейчас Наруто сильно вырос в эмоциональном плане и больше не нуждался в оценке окружающих, чтобы понимать свою ценность как человека, он очень долгое время жаждал признания Саске и делал все для этого. Это желание тянулось из детства, когда Наруто хотел, чтобы Саске заметил его, поговорил с ним и однажды стал другом. И вдруг, когда Наруто составил мысленный список вещей, которых он хотел достичь, Саске сказал ему, что он сильный человек и уже осуществил свою мечту.       Даже больше. Он сказал, что он осуществил ее уже давным давно.       И это… это делало Наруто невероятно счастливым.       А еще напомнило ему о случае из детства.       Наруто очень нужно было в туалет и под словом «очень» подразумевалось прямо сейчас, сию секунду, пока не случилась авария! Ему ведь уже было двенадцать, он должен был научиться понимать себя в этом плане и не допускать таких щепетильных ситуаций! Все дело было в пачке молока, которую Наруто утащил из дома в школу. У него закончился срок годности (а мама не успела его выкинуть), но Наруто так любил молоко, что все равно его выпил.       В итоге он оказался в девчачьем туалете. Да, именно так! Он был в девчачьем туалете, прекрасно зная, что если бы мама была здесь, она бы отругала его и вывела за ухо вон.       Но у него была экстренная ситуация! К тому же все кабинки были свободны, так что почему нет?!       Наруто заскочил в кабинку, запер дверцу и сделал свое дело.       Закончив, смыв за собой и уже будучи готовым выйти, он услышал, как открылась входная дверь в туалет, и замер. В туалет зашла девочка, а значит, он пока не мог выйти. Он ждал, что она зайдет в кабинку, и тогда он выскочит, но этого не происходило.       Наруто нахмурился, не понимая, что происходит. Не было даже щелочки, чтобы посмотреть. А затем он услышал, что она разговаривает.       — Давай, у тебя все получится! Нужно просто немного попрактиковаться, прежде чем подходить к нему. Если ты будешь нервничать перед Саске-куном, то он точно решит, что ты не стоишь внимания!       Ох… это была Сакура. Это был прекрасный шанс поговорить с ней, но Наруто каким-то образом догадывался, что она совершенно не обрадуется его присутствию в женском туалете. Она, похоже, разговаривала сама с собой — вероятно, с отражением в зеркале.       Так что Наруто оставалось только ждать, пока она закончит и уйдёт. Блин, вот попадалово, надеюсь, она не будет все это время болтать об этом придурке.       — Так, давай, — настраивала себя Сакура. Откашлявшись, она начала репетицию: — Все, чего я на самом деле хочу… это чтобы ты признал меня, Саске-кун.       Наруто опешил, не ожидав этого услышать. Было такое ощущение… что Сакура знала, что лежит у Наруто на сердце и говорила за него.       — И я говорю совершенно серьезно. Я все сделаю для этого… — сказала она, глубоко вдохнула и выпалила: — потому что ты мне очень нравишься. Фух… вроде нормально получилось. У меня все получится! Вперед! — веселым голосом подбодрила себя Сакура и вышла из туалета.       Оставшись один, Наруто вышел из кабинки и прошел к зеркалу, где только что стояла Сакура.       Кажется, я понял…. почему она мне так нравится.       Наруто давно не вспоминал о том случае. Так же как и он, Сакура хотела получить признание. И главным образом от Саске. Наруто понимал ее желание, даже слишком хорошо понимал. И из-за этого он считал, что Сакура может понять его и его боль.       Но он ошибался. Не полностью, но все же ошибался. Потому что даже учитывая, что Сакура признавала его, поддерживала, любила, она не понимала его в этом. Не понимала, насколько отчаянно Наруто необходима связь с другими людьми и как сильно он боится одиночества.       Тем, кто понимал его в этом, понимал абсолютно и полностью… всегда был Саске.       Саске видел даже то, что Наруто в себе не любил и старался скрыть от других, и принимал его таким, как есть. Когда Саске наконец принял его в тот день, когда они убежали от наркодилеров и лежали на детской площадке побитые и окровавленные… Наруто было сложно описать то необъятное чувство счастья, которое он испытал.       Воспоминание о том, как Саске кричал, потом смеялся, как назвал его придурком, чего долго не делал, отпечаталось на сетчатке глаз и всегда было с ним. Поначалу Наруто ненавидел, когда Саске так называл его, но потом это прозвище стало каким-то родным и приятным.       Когда Наруто был младше, он так сосредоточился на том, что они с Сакурой испытывают схожие чувства, что он действительно поверил в то, что они созданы друг для друга. Но Наруто совершенно не замечал или попросту игнорировал то, что желание признания Саске делало его похожим на Сакуру…       Сакуру, которая была влюблена в Саске.       Наруто уронил коробку с перчатками и осел на пол. Осознание поразило его в самое сердце безвозвратно и неумолимо.       — Узумаки-кун? Что с тобой? — к нему подоспел его напарник, помогая сесть прямо и собирая высыпавшиеся из коробки перчатки.       Наруто выругался из-за собственной неуклюжести, но это быстро отошло на второй план. Потому что в этот момент были мысли поважнее. Перед глазами все плыло, и Наруто схватился за бешено стучащее сердце.       Это значит, что я..?

*

      В конце дня Наруто устало тащился на электричку, мечтая поскорее доехать до дома, помыться и завалиться в кровать. Денек выдался тот еще. Добравшись до станции, он решил выйти из здания и посидеть на скамейке, чтобы подышать свежим воздухом. Он сел и стал рассматривать железнодорожные пути и лесок по ту сторону от них. Но вдруг боковым зрением он увидел рядом человека…       Наруто не мог поверить своим глазам. Что за странности сегодня творились?       Как так произошло, что человек, о котором он весь день думал вдруг оказался рядом?       — А? Саске, ты что здесь делаешь? — спросил он, вставая со скамейки и подходя к нему.       — А, это ты. Мне стоило догадаться, что я встречусь тут с тобой, ты же практически поселился на своей работе, — сказал Саске, отрываясь от телефона. Он не удержался от того, чтобы подтрунить над Наруто: — Ну, у тебя есть подсказка: мы на станции.       — Козел, — огрызнулся Наруто, видя ехидную улыбку Саске. — Нет, я имею в виду, ты же обычно на работу ездишь на машине?       — Я отогнал машину на техосмотр. Да и полезно иногда менять маршрут, — пожал плечами Саске и взглянул на железнодорожные пути, как это делал несколько минут назад Наруто.       — Ну да, наверное, — кивнул Наруто, и по идее он тоже должен был отвести взгляд, но он продолжал смотреть на Саске.       Саске очень красивый. Наруто знал это. Любой зрячий человек это видел. У него не было изъянов, и красивым он был вне зависимости от времени суток, погоды или достатка сна. Он был словно модель, и люди на улице оборачивались ему вслед. Раньше Наруто из-за этого жутко бесился. Саске был одарен красивой внешностью, и при этом ему самому на это было наплевать. Люди влюблялись в него с первого взгляда, и ему ничего не нужно было для этого делать, в то время как Наруто боролся за каждую крупицу внимания.       Раньше он этого не понимал. Не понимал, почему Саске был так популярен, если он не удостаивал окружающих даже взглядом. Разве не внутренние качества должны цениться? Мама в детстве говорила ему, что это именно так.       Но теперь Наруто начал понимать. Он завороженно глядел на Саске в лучах закатного солнца. Его белоснежная кожа выглядела нежной на фоне резких очертаний городского пейзажа Токио. Черные жесткие волосы, гармонирующие с цветом глаз, развевались на вечернем теплом ветру. Даже стоял Саске невероятно элегантно и при этом очень естественно. У Наруто по спине побежали мурашки.       Но это было не все. Он видел не только красивую внешность, но и нутро Саске. Он знал его, знал лучше, чем кто-либо. И видел все, что было за безупречной маской, которую Саске показывал остальным. Он видел саму его суть. И он вдруг понял, что это потому, что Саске позволил ему это увидеть. И в голове словно прорвало плотину.       То, как Саске называл его по имени. Как заботился о нем — незаметно, не акцентируя на этом внимание. То, как сидел с Наруто до полуночи в библиотеке, как готовил для него. Как смягчались черты его лица, когда он улыбался, — и Наруто делал все, чтобы увидеть эту улыбку вновь. Как закрывал глаза, когда смеялся. Его смех был не похож ни на чей другой. Наруто очень хотел услышать его сейчас, увидеть, как Саске весело смеется из-за него…       Наруто ясно видел сейчас все эти крупинки, из которых состоял Саске, и не мог отвести взгляд. Остальные звуки словно исчезли, и он слышал только биение своего сердца. Оно было таким громким, что Наруто нервно сглотнул.       Слышал ли его Саске? Слышал как сердце Наруто колотилось из-за него?       — Электричка скоро приедет, — сказал Наруто, пытаясь отвлечь себя от стука сердца, готового выпрыгнуть из груди. — Тебе не надо в туалет или в магазин?       Когда Саске повернул к нему голову, у Наруто перехватило дыхание. На него смотрели черные глаза, матовые в лучах закатного солнца, и этот взгляд выбивал из легких воздух.       — Да нет.       Саске легко и коротко улыбнулся — и эта улыбка была только для Наруто.       И все стало понятно.       Наруто больше не нужно было время, чтобы разбираться в своих чувствах, потому что теперь он знал.       Он любит Саске.

*

      Спустя месяц       — Наруто-семпай, — медсестра — Хана — окликнула Наруто, когда он шел на обед. Он повернулся к ней и улыбнулся. — У тебя есть минутка? — застенчиво произнесла она, смущенно потирая руку и глядя на него из-под ресниц.       Наруто поежился, уже понимая, о чем она хочет поговорить. Но он решил проявить чуткость и дать ей возможность выговориться.       — Да. Давай выйдем в сквер. Там сейчас все цветет, очень красиво, — согласился он, кивнув на выход из больницы.       И, как он и предполагал, едва они оказались на лавочке в сквере, Хана призналась ему в чувствах. Она рассказала, что Наруто был единственным, кто помогал ей, когда она только начала работать, подбадривал ее, если она допускала ошибки, и успокаивал, когда у нее умирали пациенты. Рассказала, что одна его улыбка делает ее день ярче и заряжает оптимизмом всех пациентов.       Ее признание было очень искренним и милым. Если бы она сказала это все давным давно, все могло бы закончиться иначе. Но сейчас Наруто знал, каким будет его ответ еще до этого разговора.       — …поэтому я прошу тебя принять это. Ты правда очень нравишься мне, — призналась она и протянула небольшой конверт с коробочкой внутри. Щеки у нее покраснели от смущения, а черные волосы, собранные в два хвоста развевались на ветру.       — Спасибо, Хана. Мне тоже очень нравится с тобой работать, — улыбнулся Наруто, не пошевелившись, чтобы взять конверт. — Но, прости, я не могу это принять. Я не могу ответить на твои чувства, потому что… мое сердце уже занято. И я готов ждать сколько угодно, пока этот человек ответит мне взаимностью.       Хана ошарашено уставилась на него:       — У тебя уже есть человек, который тебе нравится?       — Да. И все довольно серьезно, потому что я люблю его. И мои чувства уже не изменятся. Так что прости еще раз, — он поклонился ей, и увидев в ее глазах слезы, достал из кармана салфетки. Он вложил их ей в руку, улыбнулся и пошел обратно в больницу.

*

      Вечером в этот день Наруто зашел к Карин, чтобы отнести ей ужин и пирог, который приготовила мама. Наруто сказал ей, что он и сам прекрасно справится со всей этой вкуснятиной, но Кушина за ухо отвела его к двери, вложила в руку пакет с едой и сказала немедленно отправляться к кузине, если он хочет получить кусок пирога, который она оставила для него.       Так он оказался у Карин. У него был ключ, но он все равно постучал, чтобы предупредить, что пришел. Не успел он открыть дверь, как та распахнулась и на пороге оказалась Карин, которая тут же требовательно протянула руку.       — Блин, научись готовить сама! Или хотя бы приходи ужинать к нам, чтобы я не подрабатывал доставщиком, — пробурчал Наруто, протягивая ей пакет. Карин захлопнула за ним дверь и протопала в кухню.       — Вот еще! И пропустить, как ты бегаешь на побегушках у Тети? — нахально усмехнулась Карин, ставя контейнер с курицей карри в микроволновку.       — Я к тебе ненадолго. Нужно еще заехать к Саске, чтобы отдать этот дурацкий пирог. Маме, по-моему, пора открывать свою пекарню, чтобы за доставку я хотя бы деньги получал, — вздохнул Наруто, плюхаясь на диван. Он был очень удобный, кремового цвета, и Карин не часто позволяла на нем сидеть.       Но сейчас ей, похоже, было не до этого — она метнула на него острый взгляд:       — Кстати, я как раз хотела об этом поговорить, — Карин скрестила на груди руки. — Ты стал проводить с Саске гораздо больше времени, — Карин сделала паузу и прищурилась. — Гораздо больше.       Карин была права. За прошедший месяц Наруто провел времени с Саске больше, чем с кем-либо другим, не считая мамы. Они виделись с ним почти каждый день, а если не получалось увидеться, то Наруто звонил Саске и болтал по полчаса о том, как прошел день. Наруто ходил с Саске в кафе, приезжал к нему домой, таскал его с собой по магазинам, смотрел с ним фильмы… и еще много чего.       Но Наруто не повел и бровью, лишь пожал плечами и закинул руки за голову.       — А что в этом странного? Он вообще-то мой лучший друг. Если уж на то пошло, то странно, что ты проводишь с ним так много времени.       — Что… да как ты смеешь! Чтобы ты знал — моя компания ему нравится гораздо больше! — накричала на него Карин, но отвлеклась, потому что запищала микроволновка.       — Хах! Хочешь посоревноваться? Потому что я в своей победе ни капли не сомневаюсь! — ухмыльнулся Наруто.       Карин раздраженно вздохнула, выкладывая еду на тарелку и разгоняя горячий пар палочками.       — Не будь таким самоуверенным, придурок, — выругалась Карин. Вдруг, остановившись от перемешивания еды, она снова взглянула на него, но уже не раздраженно, а скорее взволнованно. — Я хочу кое-что спросить у тебя. Ты специально это делаешь? Ты что… ты пытаешься показать свою искренность? Потому что если ты все это не всерьез, то прекращай прямо сейчас, — серьезно произнесла Карин. — Если ты будешь нарочно играть с его чувствами, то мне будет плевать, что там скажет Саске, — я тебя побью.       — Я абсолютно серьезен, — заявил Наруто и встал с дивана. Он подошел к Карин и уставился в окно. Карин смотрела на него с недоверием. — Я не знаю, что делаю, и делаю ли это правильно. У меня не то чтобы куча опыта в таких ситуациях, сама знаешь. Но я серьезен на сто процентов, — сказал Наруто.       У него прозвонил телефон, и его взгляд сразу смягчился, потому что он уже знал, что ему пишет Саске, ведь он поставил на него особый звонок, чтобы всегда знать, когда Саске захочет с ним связаться. Саске спрашивал, когда Наруто сможет прийти, и Наруто ответил, что заскочит в течение часа. Убрав телефон, он встретился взглядом с Карин, и она… теперь она смотрела на него без какого-либо недоверия.       — Больше всего на свете я хочу просто быть рядом с Саске. Быть как можно ближе к нему, — сказал он, тепло улыбнувшись.       — Значит, ты теперь двигаешься дальше? — спросила Карин, возвращаясь к своей еде.       — Моя любовь к Сакуре-чан теперь стала другой. Она не похожа на любовь к сестре, но она больше не такая сильная. Сакура-чан была первым человеком, которого я полюбил, и я благодарен за это. Но теперь это в прошлом, — объяснил Наруто, и, похоже, именного этого ответа ждала Карин, потому что она кивнула так, словно приняла какое-то решение.       — Если ты правда серьезно, то я тебя поддержу, — искренне произнесла Карин, но увидев удивленный взгляд Наруто, тут же возмутилась, чтобы оставаться в образе: — Н-нет, ты не подумай ничего такого! Ты настоящая заноза в заднице, и Саске слишком хорош для тебя, — затараторила она, но потом вздохнула и покачала головой. — Но если кто-то может стать для Саске домом, к которому он всегда сможет вернуться, то это только ты, Наруто.       — О-о-у, я всегда знал, что глубоко внутри ты тоже любишь меня, Карин-чан, — засюсюкал Наруто, заключая сестру в крепкие объятия, пока она отчаянно сопротивлялась.       — Отстань от меня, ты, неандерталец — она замахала руками, ударяя его по рукам и голове — везде, куда могла достать, — и Наруто, рассмеявшись отпустил ее. Карин нахмурилась и поправила очки. — Если ты еще раз обидишь Саске, я тебя убью так быстро, что ты даже не поймёшь, что произошло! Я могу быть даже свирепей, чем Тетя, если меня сильно разозлить, и ты это знаешь!       — Да, побей меня как следует, если я еще раз это сделаю, — вдруг совершенно серьезно кивнул Наруто.       — Эм… чего? — озадаченно произнесла Карин.       — Клянусь, что я сделаю все, чтобы этого больше не произошло. И если у меня не получится сдержать слово, не жалей меня — сдери три шкуры, — сказал Наруто, и это одновременно разозлило и тронуло Карин.       — Господи… ты мазохист что-ли? — пробурчал она, опуская голову к тарелке и запихивая курицу в рот       Наруто покачал головой, закусывая губу, чтобы не рассмеяться.       — Не, ты меня с Суйгецу-то не путай.       Карин подавилась едой, закашлялась и стала бить себя по груди. Проглотив застрявший кусок, она метнула на Наруто такой ядовитый взгляд, что им, кажется, можно было отравиться.       — Как ты… а, Саске! Честно слово, иногда он такой же стремный, как ты! Рот не закрывается, надо всем косточки перемыть!       — Ну, знаешь, если парень разрешает тебе бить себя у всех на глазах, то у него явно есть особые предпочтения в спальне! Разве ты не рада, что мы можем это обсудить? — сказал Наруто и, не сдержавшись, заржал в голос.       Карин обхватила локтем его шею:       — Заткнись! Не надо было мне про это рассказывать никому из вас, тупоголовых!