Собиратель Алых Слёз

— Можно ли составить вам компанию? — Разумеется... конечно... — Хуа Чэн тихо выдохнул, боясь совершить очередную ошибку. В животе будто запорхала тысяча бабочек. На секунду ему показалось, что демон тому виной: может, это какие-то чары вызывают такие странные ощущения? Или всё дело в его пронзительном взгляде? А может, юноша вовсе и не виноват. — Я живу неподалеку, но не встречал вас раньше. Неужели вы прятались, боясь, что такую красавицу похитят? — демон ласково улыбнулся, рассматривая замаскированного небожителя. Тот волновался всё сильнее, глядя на него влюбленными глазами и чуть приоткрыв рот. — Д-да... я жила в другой деревне, вы меня не знаете... — Вот как. Что ж, меня зовут Се Лянь, а вас, юная дама? — С... Се Лянь?.. — распахнув глаза от шока, Хуа Чэн уставился на него. Дыхание перехватило, руки мелко задрожали. Небожитель судорожно соображал, как объяснить свою реакцию, продолжая пялиться на Се Ляня так, будто у него сейчас глаза вылетят из орбит. — Неужели вам так понравилось мое имя? — Се Лянь вздрогнул от столь резкого оборота, но через секунду вновь принял расслабленный вид. Он едва сдерживал смех, пытаясь помочь собеседнице выбраться из неловкой ситуации: сам-то он уже давно узнал своего Сань Лана. — А... д-да! Очень... Приятно познакомиться с вами... — Хуа-Хуа закивал, не в силах отвести взгляд от любви всей своей жизни. — Взаимно. Не желает ли юная дама пройтись вдоль реки и полюбоваться природой? — Юная?.. Ах, ха-ха! Конечно, как я могу вам перечить, молодой господин Се... Се Лянь? — нервно улыбнувшись, Хуа Чэн увидел протянутую руку. Взяв её, они пошли вперед. Се Лянь вел его в неизвестном направлении, пока небожитель украдкой разглядывал кольца на его пальцах. — Тут неописуемо красиво, но мне кажется, стоит немного согреться. Не желаете зайти в мою скромную хижину? — предложил Се Лянь, слегка поглаживая кисть Хуа Чэна. Тот то и дело переводил взгляд с их сцепленных рук на прекрасное лицо спутника. — Желаю... Идемте. Заодно и познакомимся поближе, господин Се Лянь. Но сначала я бы хотела пройтись еще немного. Хмыкнув, демон бросил взгляд на руки «дамы», которые никак нельзя было назвать женственными или хрупкими. Продолжая поглаживать его кожу большим пальцем, он негромко спросил: — Неужели ты не боишься меня? — С чего бы вдруг? — изогнув бровь, Хуа Чэн наконец смог расслабиться. Он улыбнулся спутнику со всей нежностью, на которую был способен, и осторожно погладил его руку в ответ. — А вдруг я... какой-то плохой? Хуа Чэн непонимающе хмыкнул, приложив указательный палец к нижней губе. Он нахмурил брови и надул губы, стараясь принять максимально серьезный и мудрый вид, хотя со стороны это смотрелось скорее комично. После затянувшейся паузы он произнес, глядя демону прямо в глаза: — Хм... Неправда. У тебя очень добрые глаза. — Ах, вот как... Что ж, благодарю, — эти слова согрели ледяное, давно не бившееся сердце демона. Будь его воля, он бы прямо сейчас заобнимал свою любовь до смерти, не забывая целовать эти очаровательные губы. — Не стоит благодарности. Я всего лишь выразила свое мнение. — Да... верно. И всё же спасибо. Мне прежде никто такого не говорил, — Се Лянь улыбнулся шире, обнажив небольшие клычки. Другого небожителя они могли бы напугать, но Хуа Чэна лишь зацепили. — Это... что, клыки? — А? Вовсе нет, обычные зубы, просто немного островатые. Таким родился, — мгновенно отыскав оправдание, демон забавно улыбнулся. — Хочешь потрогать? — А-ам... если господин не против. Мне всегда было интересно, какие на ощупь такие острые зубы... как у демонов. — Но я ведь не демон, — кротко ответил Се Лянь. — Можешь потрогать. Их беседа длилась еще около полутора часов. Се Лянь так заболтал небожителя, что тот напрочь забыл, ради чего затеял весь этот маскарад. Нежные улыбки, игривый смех — всё было в точности как в вечер их первого знакомства на балконе. Неважно, сколько веков пройдет, они всегда будут чувствовать эту особенную теплоту друг друга. Но всему приходит конец. Когда солнце начало клониться к горизонту, они опомнились. Се Лянь заговорил первым: — Ох... я же хотел проводить тебя до дома... — Не страшно. Мы можем... завтра сходить. А мне уже пора, — Хуа Чэн внимательно слушал, пока Се Лянь бережно поправлял прядь, выбившуюся ему на глаза. От этого жеста небожитель начал смущенно заикаться: — А... эм... я бы и сам поправил... — Ничего, я всегда рад сделать это за тебя. Кстати, юной даме не кажется, что уже довольно темно? Может, перенечуешь у меня? — Ну что вы... я дойду сама, не стоит. — Я не стану приставать. У меня как раз есть место для сна, и оно довольно просторное. — Благодарю... но правда, не нужно, — Хуа Чэн с радостью полетел бы пулей вслед за своей единственной любовью, но он не мог. Элементарно потому, что не знал, как в таких условиях смыть макияж. — В следующий раз. — Ладно... Могу я хотя бы проводить даму без имени? — Без имени? — Вы так и не назвали себя, — отпуская его руку, Се Лянь оглядел его с ног до головы. — Может, скажете хотя бы напоследок? Хуа Чэн задумался на минуту, но так и не смог ничего изобрести: — Эм... да... ха... пусть мое имя останется для вас загадкой. — Загадочная дама? Что ж, раз так, могу я всё же вас проводить? — Да... можете. — Благодарю, — Се Лянь нежно сплел свои тонкие пальцы с его пальцами. Это касание было настолько аккуратным, что Хуа Чэну показалось, будто его влюбленность расцветает с новой силой. Бабочки в животе вновь устроили приятную щекотку, дыхание перехватило, а к щекам прилила кровь. Но не прошло и минуты, как он резко отдернул руку. Быстро поклонившись, он прокричал: — Извините! Я всё-таки не смогу... Простите... Я пойду одна! Изумление Се Ляня не знало границ, но он не стал его останавливать. Хуа Чэн убегал так, будто за ним гналась сама смерть. Он петлял по улицам, скрываясь от «пули любви», которая едва не поразила его в самое сердце. Се Лянь разочарованно выдохнул и медленно побрел в противоположную сторону. *** Как только ноги Хуа Чэна коснулись порога дома, дверь захлопнулась с такой силой, что, казалось, проснулась вся деревня. «Боже... боже, боже! Ужас какой... мне нельзя с ним видеться... нельзя!» — Ты чего так хлопаешь? Я уж думала, умру во второй раз! — ворча, подошла Дай Шань, глядя на красного, запыхавшегося парня. — Он тебя изнасиловал, что ли? Радость-то какая! — Что?.. — Тц... видимо, нет. Что случилось, спрашиваю? — Он... просто напал. Я пытался защититься, но он слишком силен. Я больше не буду этим заниматься. Дай Шань окаменела. Спустя пару секунд она пришла в себя и закричала: — В смысле?! Как это?! Мы же заключили договор! — Могу и расторгнуть. Я небожитель, а ты — всего лишь жалкий демон. — Что?.. Но ты... предатель! Прикусив губу, Хуа Чэн обдумывал варианты. Остановившись на самом жестком, он выдал: — Пусть. Я предатель. Девушка огляделась в поисках палки, чтобы отлупить его по тупой голове, но ничего под рукой не оказалось. — Всегда знала, что вы, небожители, ужасны! Еще и шанс тебе дала... Да лучше бы он тебя убил! Жаль было бы только костюм... — Я заплачу за него. А ты — убирайся. — Это мой дом. Убирайся ты! Раздражаясь всё сильнее, алый небожитель сорвался на крик, приказывая Дай Шань немедленно покинуть помещение. — Ты смеешь мне перечить, нелепая демоница?!