Собиратель Алых Слёз

— Скучно?.. Ладно, — Хуа Чэну хотелось услышать что-то более открытое, чем просто «скучно», но... спасибо и на этом. Заметив смятение небожителя, демон выдал «гениальную» идею: — А хочешь, я тебя с братом познакомлю? Он очень хороший. — А можно отказаться? — поинтересовался Хуа Чэн. Он и так знал, какой ответ его ждет. — Ну почему? Он тебе понравится! Снаружи он весь такой язвительный, но в душе — добрый, — продолжал защищать Ци Жуна Се Лянь, поднимаясь с мягкой постели. Хуа Чэн лишь в очередной раз убедился: как бы ни вел себя Лазурный Фонарь, Лянь-Лянь искренне его любит. — Ладно... я буду ждать вас здесь. — Я скоро! — воскликнул белоснежный демон и скрылся за дверью. Искать долго не пришлось — брат оказался совсем рядом. Се Лянь немедленно схватил Ци Жуна за руку: — Ци-Ци, пойдем, я познакомлю тебя с Сань Ланом! Хмыкнув, Ци Жун вырвал руку и скрестил пальцы на груди. Он был в ярости. Этот человек, этот «Сань Лан», был ему противен: скрыл имя, обманывал его брата, убил их родителей, спалил дворец... И после всего этого он стал небожителем! Се Лянь был слишком добр для демона, и Ци Жун это понимал. Он устал притворяться, что терпит этого подлого гостя. — Он даже не назвал тебе своего настоящего имени! Такой, как он, не заслуживает и капли уважения! — заорал Ци Жун так, чтобы его наверняка услышал Хуа Чэн. — Да что там уважения — он должен в ногах у тебя валяться, вымаливая прощение! Ты помог ему после всего, что он натворил! Братец, ну зачем он тебе, этот тупой бездарь?! У Се Ляня голова шла кругом. Ему хотелось прикрикнуть на брата, но он понимал: Ци Жун желает ему добра. Однако слова об имени его задели. — В смысле? Как это — имя не настоящее? — он замер, глядя на брата. Ци Жун уставился на алый силуэт, показавшийся в дверях позади Се Ляня. На его лице отразилась смесь ужаса и отвращения. — А вот пусть тебе расскажет твой любимый Сань Лан! Как ты не видишь: он водит тебя вокруг пальца, а ты ведешься! — Сань Лан?.. — Се Лянь медленно обернулся к Хуа Чэну. В его глазах читалось горькое разочарование. — Тебя... зовут не Сань Лан? Нервно сглотнув, Хуа Чэн набрал в грудь побольше воздуха: — Да. Мое имя — Хуа Чэн. Я соврал тогда... Боялся, что по настоящему имени ты найдешь меня, если захочешь... убить. Эта речь лишила дара речи даже Ци Жуна, но лишь на мгновение. Гнев захлестнул его с новой силой. — Он?! Да он... он! — Ци Жуну попытались закрыть рот, но он вырвался. — Ци-Ци, молчи, пожалуйста!.. — А что мне молчать?! Пусть знает! — Ци Жун подлетел к Хуа Чэну, игнорируя мольбы брата. — Мой брат отдал тебе свою судьбу небожителя! А ты, неблагодарная скотина, убил всех, кто был ему дорог! Ты его не достоин! Мой братец — самый чистый человек на свете, а ты — кусок дерьма, которого я бы с радостью сожрал, если бы Лянь не любил тебя до дрожи в коленях! Ци Жун отвесил Хуа Чэну звонкую пощечину. Небожитель даже не шелохнулся. Сейчас был не тот момент, чтобы защищаться. — Как это... отдал судьбу? Когда? — Тогда! — выплюнул Ци Жун. — Ему суждено было стать великим богом, а тебе — демоном. Но он пошел на всё и отдал тебе свою судьбу. А ты так отплатил... Всё, убирайся! Я не позволю тебе больше издеваться над ним! Лазурный Фонарь развернулся, хлестнув Хуа Чэна по щекам своими длинными волосами, и силой утянул рыдающего Се Ляня прочь. Хуа Чэн остался один. В ушах звенело от правды: его божественность, его власть, само его существование — всё это было заслугой Се Ляня. Теперь он понял, зачем Цзюнь У отправил его сюда. Владыка знал, что Хуа Чэн не сможет убить этого демона, и знал, что правда рано или поздно всплывет. Это было испытание. Но Хуа Чэн предпочел бы вечно быть демоном, чем знать, какой ценой ему достался трон. Слезы застилали глаза. Всё внутри сжималось от сострадания к этому «свирепому» демону, который оказался святее всех богов. Хуа Чэну хотелось рухнуть на колени и молить о прощении, но он понимал: пока Ци Жун рядом, его не подпустят и на шаг. Он развернулся и ушел из Призрачного города, захлебываясь в рыданиях. Слухи о плачущем боге войны мгновенно достигли Небес. У входа в чертоги его встретил Цзюнь У. — Как вижу, ты уже всё узнал, — спокойно произнес Владыка. — Можно поменять судьбу обратно?! Пожалуйста! Владыка... почему вы молчали?! — руки Хуа Чэна дрожали, он был на грани истерики. Цзюнь У оставался невозмутим. Он подошел ближе и тяжело вздохнул: — Он запретил мне говорить. Тебе нужно было пройти через это. Теперь я не сомневаюсь, что ты станешь прекрасным Владыкой. Се Лянь был прав. — Что?.. Да лучше я умру, чем займу это место! Это не я должен сидеть на троне! — Судьба выбрала тебя. Такова моя воля и воля господина Се Ляня. — Но это он должен был стать богом! Почему я?! Возьмите его! — Хуа Чэн вцепился в одеяния Цзюнь У, всхлипывая. — Пожалуйста, возьмите его... — Не могу. Он уже стал демоном, это необратимо. Завтра я объявлю тебя новым Владыкой. Но помни: я всегда рядом. Приходи, если станет совсем тяжело. Цзюнь У мягко высвободился из его хватки и ушел, оставив Хуа Чэна одного в сияющей пустоте Небес.