Сердце

Будильник неприятно вибрировал под ухом, но Серафим вставать не планировал. Матери не будет дома весь день, а значит, его не будет в школе. Парень быстро отключил отвратительный сигнал и преспокойно провалился в сон. Его мать уехала к бабушке, должна была забрать у неё украшения для дома к новому году. Ёлка была обязательным атрибутом каждого празднования, а на окна они обычно вешали гирлянды. Проснувшись к началу девятого, Серафим, никуда не торопясь, умылся и стал варить себе кофе. Он задумался над тем, что произошло за последние полтора месяца. Своего рода переломным моментом стало появление нового учителя математики. Правда, когда их математичка выздоровела, Андрей Игоревич перестал вести уроки у их класса. Он остался преподавать только у пятых-седьмых. С одной стороны, это было хорошо, ведь Андрею Игоревичу необходимо было набраться опыта и получить все необходимые навыки для работы с детьми на практике, а лучше всего для этого подходили мелкие, никак не одиннадцатиклассники. Но с другой стороны, Серафиму было очень обидно терять такого хорошего преподавателя. Андрей Игоревич хоть и был строгим и требовательным, но очень хорошо умел объяснять непонятные, сложные темы. Пару раз Серафим даже всерьёз задумывался над предложением Андрея походить к нему на дополнительные, но дальше мыслей это не зашло. А задумывался над дополнительными Серафим как раз потому, что ему стало тяжело что либо делать самостоятельно. Он как будто потерял рычаг, за который мог дёрнуть и запустить машину, которая только и будет всё время готовиться к экзамену. А ещё давление не только учителей, но и одноклассников, не хило повлияло. Не то, чтобы на Серафима прям давили, нет. Он просто видел в своём классе ребят, которые практически не готовились. Некоторые из них даже не знали структуры, не то, что профильных, но и основных экзаменов. Всё это не могло не отпечататься на мыслях Серафима. И, вскоре, он стал делать меньше, чем раньше, ведь - "я и так делаю больше, чем они. Этого вполне достаточно." Гейзерная кофеварка назойливо забурлила. Ну, хоть так, а не запищала как чайник. Сегодня были не самые важные уроки, ведь уроков математики, грубо говоря, больше не было. А ещё конец года, поэтому бóльшая часть класса в школу даже не собиралась ходить. Серьёзно, кто в здравом уме пойдёт на учёбу двадцать пятого декабря? Радовало то, что они с матерью более менее помирились с прошлого конфликта. Женщина хотела отправить сына в вуз, в котором училась сама, и, решила в очередной раз напомнить ему об этом. А сам Серафим планировал выбраться в столичные университеты, его крайне не устраивал уровень образования в родном городе. Ну вот он и не выдержал, учитывая то, сколько раз ему твердила своё мнение мать. Ответил, что не собирается учиться в "этой дыре" и уедет при первой же возможности. Женщине, конечно же, это не понравилось. Не то, чтобы она применяла физическое насилие к своему сыну, но от летящего полотенца из руки пьяной матери увернуться ему было достаточно просто. И вот так всегда. Серафим искренне не понимал, почему она считает, что имеет право решать за сына как ему жить. В конце концов, не в её положении это делать. Серафим сделал себе кофе и на автомате открыл “тикток”, планируя провести в нём не меньше получаса и окончательно забить свои мысли всякой ненужной ерундой. Пока кофе медленно остывал, короткие видео прервало очень неожиданное сообщение. пиро Серафим, ты в школе? 9:15

Мука

Нет, а что?

9:16

пиро хотел попросить тебя подменить меня на следующем уроке... ну ладно, найду кого-то 9:16

Мука

А, понял

Можете никого не искать, во сколько начало урока?

9:16

пиро в 9:45, по возможности приди чуть раньше🙏 9:17 Серафим чуть ли не вскочил с места и быстрым шагом направился в свою комнату одеваться. Надел строгие брюки тёмного оттенка, любимую черную рубашку, закатал на ней рукава, пару-тройку толстых серебристых колец на пальцы, и решил, что под образ необходим какой-то тяжёлый аромат. Совсем немного нанёс на шею и растёр запястьями. Теперь точно готов. Сверху он накинул не слишком объёмную куртку. Так торопился, что забыл про наушники и уже точно остывший кофе. Прибежал к половине десятого, урок ещё даже не закончился. Пока ждал у кабинета, думал о том, как так быстро успел собраться и прийти. Повезло ещё, что все вещи были выглажены. Подумал и о том, почему так резко сорвался, и поменял свои планы. Задумался, не слишком ли странно то, что в Андрее он видел в первую очередь парня, а потом уже учителя. Возможно, на это повлияло их знакомство и самый первый — самый странный — день, проведённый вместе, а возможно сказывалась и незначительная разница в возрасте. В любом случае, то, что Серафим иногда позволял себе думать об Андрее не совсем как о учителе — его личная проблема, Андрей Игоревич на это никак повлиять не мог. Классно было бы, если бы от подобных мыслей крыша никуда не ехала. Но что уже поделать. Раздался звонок на перемену, и Серафим начал обратный отсчёт от пяти до нуля. И ровно на "ноль" дверь открылась и из неё выбежала толпа куда-то спешащих семиклашек. — Здрасьте, — заходя в класс, громко произнёс Серафим. Он быстро подошёл к столу учителя и тот сразу же перевёл своё внимание от приставучих детей на парня. — Ой, здравствуй, Серафим. — Андрей так тепло улыбнулся, что Серафим усомнился, действительно ли солнце светило в небе, а не стояло перед ним. Дети всё просили дать им задание на оценку, исправлять четвёртные всё-таки надо было, а Андрей старательно пытался не накричать на них в ответ за балаган. — Ребята, присядьте, сейчас я вам всё раздам. — и дети послушались, сели за свободные парты, а Андрей немного растеряно начал искать какие-то бумажки. — Серафим, ты пока подожди, пожалуйста. Через пару минут, когда большая часть детей вышла из класса, в кабинете остались только те, кто писал работу, Серафим и Андрей. Учитель подозвал парня к себе и шёпотом начал объяснять ему то, что от него требовалось. — Работы они до конца перемены сдадут, можешь сразу проверить. — это про тех, кто писал сейчас. — Дальше придёт пятый "А", им просто тему объясни, — Андрей открыл учебник и его личный журнал класса на нужных страницах, — примеры можешь новогодние приводить, чтоб атмосферу, — он выделил это слово, — новогоднюю создать. — учитель задумчиво потёр подбородок, — А, ну и домашку у них спроси. А дз у них будет параграф выучить и сделать вот это упражнение. — он обвёл карандашом номер задания и встал, намереваясь уступить Серафиму своё место. Серафим, откровенно говоря, засмотрелся на наряд Андрея. Хотя, казалось бы, самый обычный костюм: рубашечка-брюки-жилет-галстук, даже никаких необычных аксессуаров. Но на Андрее это смотрелось так гармонично и красиво, что Серафим никак не смог бы оторвать взгляд, будь он учеником Андрея Игоревича в тот день. На деле, Серафим, каждый раз когда видел Андрея в школе, не мог оторвать от него взгляд. Иногда помогали Юрины щелчки пальцами перед носом, иногда шум детей отвлекал его. Но, чаще, парень провожал учителя взглядом пока тот не скрывался за дверью или стеной. Еле как пересилив себя, переместив взгляд с красивых рук, которые были открыты из-за закатанных рукавов, Серафим посмотрел на кресло, аккуратно прошел к нему и присел. Сказав что-то вроде: "Хорошо, всё понял". и ответив: "Да не за что, мне не сложно". на благодарственные слова Андрея Игоревича. Пятый класс не заходил в кабинет так как Андрей, когда вышел в коридор, попросил детей об этом достаточно громко, чтобы Серафим услышал. Само собой, не то, чтобы знание Серафима об этом было самым важным параметром, но всё равно приятно было услышать просьбу учителя к детям. Грустно было осознавать то, что Андрей сказал это громко из-за шума в коридоре, а не из-за Серафима. Пока дети спокойненько писали, Серафиму всё равно не было до них особого дела, парень решил спросить у Андрея, куда тот так внезапно ушел.

Мука

Андрей

09:38

Мука

А ты куда

09:38

пиро бумажки заполнять надо... 09:40

Мука

😐🤨

09:40

Дальше писать было бессмысленно. Говорить не о чем, да и отвлекать Андрея не хотелось. Отчёты и прочая бумажная волокита — вот главное зло школы. А перед новым годом их становилось невыносимо много. Ребята из седьмого класса сдали свои работы, а через пару минут прозвенел звонок и вошёл пятый класс. Пока дети доставали вещи, Серафим представился и рассказал, как пройдёт их урок. Пятый "А" оказался, на удивление, спокойным. В сравнении с остальными пятиклашками, у которых уже успел провести уроки Серафим — из-за его хорошей успеваемости учителя часто звали его замещать их — "ашки" были даже слишком тихими. Но ему же лучше. Урок прошёл быстро, дети получили домашку и разошлись кто куда. А Серафим сидел и ждал математика. Что ж ему ещё оставалось. Эта перемена длилась двадцать минут, поэтому, он особо не торопился уходить и решил изучить рабочее место Андрея Игоревича. Ничего интересного, кроме бумажек для записи и личного дневника для школы, одни только не особо нужные документы и бумаги, а ещё учебники. Скукотень. От безысходности Серафим написал на верхнем листе для записей: "За этот урок жду кофе раф большой". чтобы хоть как-то пошутить. Андрей открыл дверь и буквально влетел в класс. Он как будто бы бежал до этого. Подошёл к учительскому столу, облокотился о парту, отдышался. — Серафим, спасибо, что подменил меня. — всё ещё небольшая отдышка была слышна. — как дети? Не вымотали? — Андрей Игорич, вы чего, — искренне удивился Серафим, — очень хорошие детки. — улыбнулся. — Ой, правда, я рад. — теперь улыбнулся и Андрей. — Тогда, думаю, и следующий класс тебе тоже понравится. — немного смутился для вида учитель. — Ты че... — до Серафима дошел смысл высказывания только через полминуты. — так много документации? — Угу... — казалось, Андрей не хотел задерживать подростка. Но это только казалось. — Пипец. — действительно. — А после уроков остаться не? — Не, не получится. — Серафиму стоило бы задуматься, не слишком ли в открытую его используют. — Я не смогу сегодня, так бы не звал тебя. — Боже, ладно, — вздохнул бедный ученик. Сейчас бы в кроватку... — что за класс? — Седьмой "В", — быстро повеселел Андрей. — спасибо тебе. — Да, да... — а вот Серафиму было не до веселья. — давай уже, домашку и параграф им какие? Андрей быстренько всё рассказал своему заместителю, ещё раз поблагодарил его и убежал, судя по всему, в учительскую. Интересно, как на такое поведение реагировали другие учителя. Скорее всего, всем было плевать. Когда пришёл класс, Серафим спросил, сколько у них ещё уроков. К его удивлению, математика у седьмого "В" была последней. Серафим решил, что он не монстр. — Здравствуйте, ребят. — как только прозвенел звонок, начал Серафим. — Кто на задних партах, закройте пожалуйста дверь на замок. — "учитель" дождался пока тот, кто закрывал дверь, сядет на место. — Итак, те, у кого нет домашней работы, поднимите руку. Вам ничего за это не будет, поэтому, пожалуйста, давайте честно. Руку подняли примерно 7 человек, а Серафим довольно улыбнулся. — Чтож, те, у кого нет домашки, ваша задача - написать её за этот урок. Остальные сейчас со мной порешают эти примеры, — до урока на доске он написал пять заданий и сейчас указывал на них. — получат домашку и домой. В ваших же интересах сделать все как можно быстрее. Дети были только рады этому, большинство всё решило за 30 минут и Серафим отпускал их по три-пять человек. Повезло, что охранник в тот день был добрый. Да и кто вообще будет злым в предновогодние деньки? Пока оставшиеся ребята дорешивали примеры, Серафим достал те самые записные листики и другой ручкой дописал "и пончик. два." к основному тексту. Когда он услышал звонок на перемену, на столе уже лежали сложенными все вещи учителя и записка "Хорошего рабочего дня)" на бумажке, отклеенной с другой стороны записных листиков. Цвета в начале стопки и конце отличались друг от друга, поэтому можно было догадаться, откуда именно Серафим оторвал наклейку. Не дожидаясь учителя, он собрал свои вещи, выключил свет и, когда закрывал дверь в коридоре, наклеил на неё бумажку с надписью "не входить! Идёт контрольная" и со спокойной душой вышел из школы.

Мука

Я ушёл

11.28

пиро Уже?( 11.32 Поставив реакцию "🤷" на последнее сообщение Андрея, с более спокойной, чем ранее душой Серафим дошел до дома. В предвкушении долгожданного отдыха от всех и вся, он забежал в квартиру, переоделся и поставил разогреваться свой кофе в микроволновку. Когда кофе подогрелся, Серафим уже выбрал аниме, под которое собирался решать математику. Правда, всё, что он успел — дойти до своей комнаты и достать сборник. Неожиданно дверь в квартиру открылась и послышались не только шаги матери. Серафим напрягся. Быстро смёл все вещи в рюкзак, благо, в нём были предметы личной гигиены и первой необходимости. Ну, знаете, когда минимум раз в неделю стабильно ночуешь вне дома, хочешь не хочешь, а такие штуки в рюкзаке будут. Повезло, что он был в комнате и все необходимые ему вещи были доступны. Серафим ни при каких обстоятельствах не хотел пересекаться с бабушкой. Он плевал с высокой горки на то, что новый год — семейный праздник, на то, что бабушка — его родственник и всё такое прочее. Жуть как не хотел он видеть эту женщину. Когда по звукам он понял, что женщины или мыли руки, или находились на кухне, то быстро прошмыгнул к выходу, взял обувь, куртку и выскочил из дома так, что ничего не успела понять даже его мать. Серафим ожидал того, что бабушка может приехать с матерью к ним, но не ожидал, что это будет так скоро. Пока он бегом выходил из тамбура и поднимался на этаж выше, успел подумать о том, что мать на столько не уважает его, что притащила эту женщину к ним домой. Дальше подумать ему не дала резко схватившая его за капюшон толстовки рука. — Ты куда бежишь? — выдохнув дым от сигареты, спросил мужчина. — Я? А, — Серафим посмотрел на него шокированно и не менее раздраженно. — тебе какое дело? И вообще, убери руку, а. — теперь осталось только раздражение, а сам Серафим стоял на месте. — Ну че ты, — Андрей отпустил капюшон, — я тебя обидел как-то? — под злой взгляд парня математик неопределённо хихикнул и глазами указал ему на обувь, точнее, на её отсутствие. — Да бля. — вздохнул Серафим. Ещё и наклоняться при этом довольном черте пришлось. Ну что за день. — Да ладно тебе, — Андрей опять выдохнул дым и, когда Серафим поднялся, предложил сигарету ему. Парень согласился, вытащил сигарету из пачки Андрея и прикурил от его зажигалки, свою искать было лень. — я, кстати, отблагодарить тебя хотел. Серафим напрягся, а математику, казалось, хоть бы хны. Только повод дай, ага. Андрей порылся немного в своей небольшой сумке через плечо и достал оттуда три шоколадных плитки. В ещё большем недоумении, чем раньше, посмотрел на Андрея. — Не смотри на меня так, это за то, что ты помог с детьми. — под приподнятую бровь слушателя, учитель продолжил. — Я сначала купил альпен гольд, — шоколадка была с орео, — потом подумал, что будет как-то слишком странно благодарить человека шоколадкой за 50 рублей, — Серафим слушал не перебивая. — зашел в другой магазин, там купил милку, — с карамелью. Она у парня была самой любимой из всех существующих шоколадок. — а когда стоял на кассе, подумал, вдруг ты любишь только чёрный шоколад. Взял и эту, — Андрей ткнул пальцем на оставшуюся плитку. Докуренный бычок он потушил о стену и кинул его в урну, поставленную туда, скорее всего, им же. — Андрей, емае, — Серафим внимательно рассматривал подарки, словно пытался увидеть в них скрытый подтекст. Ну, или же он хотел думать, что есть и другой мотив у этого поступка. — спасибо большое, с чаем попью обязательно. — сам он не любит чёрный шоколад, а вот тот, к кому он отправлялся, очень даже любил. — А ты, позволь спросить, куда? — "Переживает. " — подумал Серафим и сразу же мысленно дал себе за это пощёчину. Кто переживает? Человек, с которым они пересекались от силы раз двадцать за месяц и частенько списывались вечерами? Ну, с ним просто было о чём поговорить, и собеседника интереснее тогда не находилось. Ну ладно, собеседника интереснее не было вообще, но это же только мысли Серафима, да? Не мог же Андрей думать точно так же? — Я... К другу, а что? — звучало, мягко говоря, как жалкое оправдание. Или Серафим опять надумал. — Да так, ничего. — Андрей отошёл от окна и собирался спускаться домой. — Ты просто так резко выбежал, я аж испугался. Ещё и в мою сторону побежал. — Я вообще тебя не видел... — Серафим тоже повернулся к лестнице вниз, всё таки, выход был там. Андрей воздохнул и, пряча руки в карманы, пошёл первым. Когда они подошли к двери в тамбур и пришло время как-то, как казалось, неловко прощаться, Серафим вдруг почувствовал руку на своей голове. Андрей чуть пошевелил ей, взъерошивая волосы парня. — Будь осторожен, я переживаю. — и ушёл за дверь. Серафим стоял с минуту, хотя в его положении этого делать нельзя было, и не понимал, не послышалось ли ему. Как Андрей мог переживать о нём? Зачем, на минуточку, учителю переживать о каком-то ребёнке, даже не о его ученике? Серафим решил, что, скорее всего, ему послышалось. Решил, что хотя бы дойти нужно без витания в облаках. Пока шёл к Юре, ненароком задумался о том, не слишком часто ли у него гостит. У Глеба он не был уже неделю, хотя обещал навещать его. До сих пор Серафим не понимал, как его семье удалось найти такую клинику, в которой разрешали навещать пациентов. Его мать лежала в обычной государственной, а Глебу повезло с богатыми родителями. Иногда Серафим даже завидовал. Интересно, а в какой семье вырос Андрей? Хотя, с чего бы Серафиму этим интересоваться. Ехать к Глебу было далековато, и приехал бы Серафим совсем ненадолго. Поэтому, всё таки решил идти к Юре. Может, если повезёт, они дозвонятся до Глеба. Не то, чтобы Серафим переживал за "друга", он просто обычно выполнял свои обещания. А вот Андрей действительно переживал. Переживал за Серафима, как сказал сам. Вопросом "почему Андрей не выходит из головы?" Серафим перестал задаваться неделю назад, когда на последнем уроке вдруг понял, что не помнил ничегошеньки за весь прошедший учебный день кроме математика. Тогда он просто смирился с этим. Не то, чтобы он как-то отрицал свои... чувства, это просто было ужасно странно и непонятно. А ещё он, по сути, ни с кем не мог этим поделиться. Перед тем, как заходить к Юре, Серафим решил, что вежливо было бы спросить, а дома ли вообще его друг. Открыл их переписку и... понял, что нужно больше спать. Последнее сообщение от Юры в их диалоге, на которое Серафим между прочим ответил, было о том, что он с семьёй уезжает за неделю до нового года в другой город, к родственникам. Выходит, Серафим опоздал всего на день. — Блять... — пробубнил он себе под нос. Ну, действительно, а что ещё тут скажешь. Серафим уже решил, что к Глебу не поедет, как бы он там не страдал. Во-первых, нехуй было наркотики пробовать, во-вторых, Серафиму там вряд-ли разрешат переночевать. Домой возвращаться стопроцентно нельзя, а спать где-то нужно. Первым делом, правда, нужно было чем-то себя занять, чтоб не так тревожиться. Серафим решил пойти в супермаркет, посмотреть подарки к новому году на свои оставшиеся пятьсот рублей. Отличная была идея. До тех пор, пока Серафим не задумался, где был ближайший торговый центр или супермаркет. Видимо, сегодня он точно замёрзнет. Делать было нечего, он медленно шёл, слушал музыку и думал. Думал над тем, что хотел бы подарить на новый год друзьям, маме… и Андрею. Игнорировать этого человека никак нельзя, да и не получалось. Андрею он бы подарил или что-то связанное с котёнком, или что-то такое… вроде украшений, какую-нибудь цепочку с подвеской, идеально было бы в виде креста. Но это явно будет дороже пятисот рублей. И что дарить? Мастерить что-то своими руками, как в пятом классе? С другой стороны, зачем вообще дарить какой-то подарок, он же не с ним отмечать будет. Но где-то всё-таки нужно будет расположиться, не спать же на улице, а на большее денег не хватит. Серафиму казалось, что ещё чуть-чуть, и он отморозит себе голову. Да, шапка явно не помешала бы, капюшон почти не спасал.

______________

Примерно в это же время Андрей вышел из дома. Направлялся он в торговый центр за новогодними подарками. В этом году их купить нужно было не только родителям, но и их знакомым в знак благодарности за их помощь. Да и учителям тоже можно было по шоколадке или чему-то подобному, простенькому. А ещё, Андрей очень хотел купить подарок Серафиму — огромный, мягкий, серый шарф. Он ещё давно решил, что такой подарок подростку отлично подойдёт. Если будет стильным и понравится ему, то, возможно, Серафим перестанет мёрзнуть на улице без шапки. Когда Андрей приехал, он уже готов был грустить, потому что осознавал, сколько кровно заработанных придётся потратить: Родителям он планировал купить ортопедические матрас и подушку, знакомым — постельное белье и бутылку хорошего шампанского, ну и шарф Серафиму. Андрей такие странные для него чувства к этому парню объяснял обыкновенной привязанностью и влиянием первого впечатления. Никакой влюблённости. Серафим даже ни капли не похож на его типаж. Андрею всегда нравились люди старше, умнее и ответственнее чем он сам. А тут какой-то подросток, который сторонился его в школе и не мог перестать болтать с ним в их чате. Не самый логичный человек, конечно, но что поделать. Найти хорошее постельное белье в торговом центре казалось целой проблемой, пока он не увидел магазин специализировавшийся на этом. Там же он нашёл и подарок родителям. Оставалось дело за малым, купить шампанское и шарф. Первое он тут же купил, неподалёку был магазин с хорошим алкоголем. А вот действительно проблемой отказался шарф. Почти ни в каком магазине он не мог найти тот самый, который был бы идеальным. В конце концов, часа через полтора поисков в брендовых магазинах, Андрей зашёл в супермаркет, купить что-нибудь попить. После он планировал зайти в «глорию джинс», которую последнее время все очень хвалили. Благо, в супермаркете были кассы самообслуживания и не пришлось долго стоять в очереди. В магазине он еле нашёл «отдел» с шарфами. Они были около кассы, и выбор был довольно скудным. Андрей уже хотел разворачиваться и уходить, как вдруг увидел шарф из новой коллекции. Серый, однотонный, огромный. Всё, как он и хотел. Особо не думая, он выбрал самый приятный из представленных и пошёл к кассе. Оплатил покупку и пошёл к выходу, по пути случайно зацепив плечом вошедшего в магазин парня. — Ой, извините, не заметил вас… — вежливость Андрея его погубит. Определённо, когда-то точно погубит.