Огонь и Свет

Покроем город пеплом

***

      Они остановились в старом игровом доме. Хотя у каждого были свои предложения о лучшем месте, где их не потревожат, мало какие подходили для такой цели. Некоторые из мест были слишком травмирующими и вызывающими болезненные воспоминания, а некоторые были вовсе недоступными. Единственное, где можно было тихо провести время – это дом Джинкс, но последняя ни за что не хотела раскрывать местоположение собственного убежища кому-либо, особенно Вайолет, Экко и синеволосому силовику, к которой розоволосая почему-то была привязана.       Тебя заменили, Джинкс!       Джинкс слегка дернулась головой, хотя она уже давно должна была привыкнуть к голосу Майло. Это не представлялось возможным. Странную реакцию Джинкс никто не заметил, кроме встревожившей Люксанны. К счастью, голос Майло возникал нечасто, особенно когда поблизости была та самая единственная, кому она могла доверять полностью и безоговорочно. Никакие слова Майло, Клаггора и Вандера не могли бы ее убедить в обратном.       Как только группа зашла в заброшенное здание игровых автоматов, Джинкс заметила несколько следов на пыльном полу. Нетрудно было догадаться, кому принадлежали следы. Кроме этого, она заметила удивленный взгляд Экко на табло результатов боксерского автомата, где гласило имя ее прошлой жизни.       Шрам – друг Экко с трудом осознавал, что недавно услышал от блондинки Люксанны Краунгард. Он со страхом спрашивал у нее, спасли ли они его сына и ответ дал ему необыкновенно великое умиротворение. Он и не замечал, что так долго был в состоянии, граничащим с безумием. Почти непреодолимое желание прикончить каждого силовика сменилось просто ненавистью по отношению к ним. Было крайне неловко осознавать, что он в долгу у Джинкс, той самой, кто с самого начала всегда была одним из его врагов. Если эта безумная девчонка с двумя длиннущими косами будет открыта для мира между ними, то он примет это.       Что касается Кейтлин, то девушка-миротворец в настоящее время была повязана по рукам и ногам. Изначально, Джинкс хотела, чтобы пилти оставили на мосту, а еще лучше – попросту скинули с моста в токсичную воду. Любые попытки переубедить со стороны розоволосой были бессмысленными, однако, предложение ее Люкси расставить все точки над выяснением отношении привело к тому, что происходило сейчас. По крайней мере, фонарик позволила ей завязать кучу пут силовику, несмотря на протесты Вайолет.       Как бы это ни было удивительно, но Экко и Шрам безмолвно стояли на стороне Джинкс, чтобы держать всякого представителя Пилтовера на расстоянии. Уж слишком свежи были их воспоминания, о доверии к ним и речи не могло быть, да и маловероятно, что когда-то будут.       Джинкс снова взглянула на Вайолет, как та заботливо устраивала свою... кем она для нее ни была. Точно такое же отношение у нее было к Паудер, словно имела самый большой страх, что та как-либо поранится или получит какой-нибудь синяк.       Она твоя замена! Твоей сестре ты не нужна!       — И что?! — Раздраженно огрызнулась Джинкс, что своей неожиданной вспышкой привлекла всеобщее внимание.       — Ты кому это говоришь? — Спросил Экко, пока Вайолет поджимала губы, сдерживая свое почти непреодолимое желание задать вопрос самой.       Не желая переходить на личные темы, Джинкс просто отмахнулась от него, поворачиваясь к Люкс. Та, понимая, что от нее было нужно, просто обняла ее за плечи. Их не волновало, что они были не одни. Люксанна обладала удивительной способностью своим присутствием и прикосновениям прогонять все голоса.       Ни Экко, ни его друг, даже Вай, никто их них не мог поверить в то, что видели. Поджигатели были хорошо знакомы с Джинкс, своим маниакальным безумием и жестокостью, не щадящей никого. Вай никогда не могла представить, чтобы Джи... нет, Паудер так относилась к кому-либо кроме ее самой.       Спустя долгую и тихую минуту, Джинкс с ухмылкой вышла из объятии блондинки, повернувшись к остальным.       — Итак! Вы хотите узнать мой план? — Совсем не по Джинксовски серьезно начала она, отчего все, не считая ее напарницы, напряглись. — Тогда сожмите свои булки!       Голубоволосая вовсю наслаждалась ощутимому напряжению в воздухе. Она уже начала подумывать о том, чтобы напряжение только усугубить и посмотреть, что произойдет, но сначала план.       Кто чего бы от нее не ожидал, но Джинкс притащила из тени большую доску на которой начала изрисовывать вроде как пошаговое исполнение задуманного с множеством комментирующих рисунков. С каждой минутой глаза присутствующих расширялись все шире и шире.       В конце концов, вся стена была исписана множествами схемами и пометками, что от одного вида голова шла кругом. Экко с широко распахнутыми глазами уставился на всю доску, не ведая в какие воды попал, да и на планах, по всей видимости, была упущена одна маленькая, но очень важная часть. Пока что, среди прочего, ему был понятен смысл последнего рисунка, куда вела последняя стрелка: человечки на фоне руин предполагаемого здания Совета, с поднятыми ручками, изображающими свою панику, а над ними надписи "Ааааа!".       Мимоходом Экко заметил, что Джинкс умела так хорошо рисовать, при этом очень быстро.       — Эммм... — протянул он, отрывая свой взгляд от доски, — то есть, ты хочешь сказать, что можешь уничтожить весь Совет?       — Да!       — И это все?       — Да!       — Так какого черта на это нужно было все это?! — Он махнул на доску, изображения-чертежи на котором больше смахивали на военные планы по захвату мира посредством закулисных действии, нежели на простое заявление о одном-единственном действии.       Люксанна Краунгард прыснула, на что Джинкс надулась.       — И что в этом веселого?       Лидер ныне несуществующей банды Поджигателей тяжело вздохнул, прежде чем задать следующий вопрос:       — Как?       — Все просто, я могу сделать большой БУМ! — Джинкс энергично размахивалась руками. — Один бах, и Совета не станет! Магия!       — О чем ты это? — Экко нахмурился, ему было трудно понять настолько хаотичную Паудер... Джинкс.       Немного сжалившись над остальными, Люкс решила прояснить. Если они собирались работать вместе, то не стоило заставлять их умственно мучиться.       — Джинкс сделала свое мощное оружие, она может одним выстрелом уничтожить весь тиранический Совет.       Глаза всех присутствующих комично расширились, однако, Кейтлин, почти все время хранившая тишину, уже не могла продолжать молчать. Здесь были люди, всерьез обсуждающие уничтожение всего Совета... его мать и Джейс были его частью. Она не могла этого допустить.       — Вы не можете этого сделать! — Воскликнула она, несмотря на то, что по-прежнему была связана. — В Совете есть хорошие люди, которые хотят только добра. Тот синий камень был создан не для разрушения, а только для улучшения жизни всех, включая ваших!       — Правда? — Экко язвительно спросил. — А то все что я вижу, за все эти годы, когда этот хекстек был открыт, советники сделали жизнь в нижнем городе только хуже!       — Это не так! Вы разве не видели те устройства, очищающие воду?       — Видел, — мрачно ответил Экко, но как только Кирраман открыла рот, тотчас добавил: — только в Пилтовере... и пару штук у Силко.       На лице девушки-миротворца возникло недоумение.       — Он прав, — вмешался друг Экко, — Пилтовер все делает только для себя, а на нас им наплевать. Нет, даже не так, они всегда хотели нас уничтожить и присвоить все наши ресурсы.       Она хотела бы оспорить их слова, но до нее дошло, что не могла утверждать обратного, так как собственными глазами видела как здесь жилось. К тому же, она действительно поняла, что здешний народ промышлял незаконными делами скорее не по прихоти, а по необходимости выживания. Однако...       Жизнь близких или улучшение жизни для народа Нижнего города. Выбор для нее был очевиден. Только бы ей удалось изъять главное оружие у них, а с несправедливостью она начнет разбираться позже.       — Я... я могу поговорить с ними, мне только нужно вернуть им этот синий камень. Уверена, Совет оставит вас в покое.       Экко скрестив руки, фыркнул.       — Нет, мы не хотим так рисковать, пусть он побудет у Джинкс. Это единственное, что может помочь нам и наконец прекратить все убийства из-за проклятого Совета! Интересно, знала ли ты, что этот твой драгоценный Совет дал согласие Маркусу и силовикам уничтожить наш дом и убить невинных детей, стариков и других?!       Кейтлин Кирамман ошарашенно уставилась на Экко, совсем не веря в то, что сейчас услышала.       — Это... это не может быть правдой.       — Ну на самом деле это правда, любой дурак сам догадается. Силовики ничего не могут сделать в нашем городе без согласия Совета... А если не хочешь признавать, то Джинкс каким-то образом удалось достать бумагу с приказами.       Экко кивнул девушке с двумя длинными косичками и та, достав смятый комок бумаги, швырнула Кейтлин прямо в лоб. Сидячая рядом с ней Вайолет только покачала головой и развернула бумагу, чтобы прочесть вместе с пилти.       Неверие, шок, страх и горечь – все это и сверх меры испытала силовик, когда вчитывалась в содержимое бумаги. Только Жанна знает, ничего больше она не желала, чтобы помимо других, подписи Джейса Талиса и Кассандры Кирамман оказались фальшивками. Увы, она была хорошо знакома с почерком Джейса и матери – за все эти годы она успела повидать немало их заметок. Почему они дали согласие на эти зверства? Одно дело – убийство при сопротивлении аресту, но совсем другое – по своему усмотрению.       Она уже была в состоянии паники, не видя выхода из этого. Вот вокруг нее стояли люди, практически полностью намеривающие развязать полномасштабную войну между нижним и верхним городом. Хотя, уничтожение Совета одним выстрелом могло совсем поменять местами главенство, что нижний город начнет править. Перспектива была самой мрачной и ужасающей.       — Вай, пожалуйста... — Взмолилась она, умоляюще посмотрев на Вай.       Вайолет была в растерянности, Кейтлин, мир, Паудер... война. Она не могла прямо сейчас выбрать что-то определенное, пока в ее сознании не всплыли давние слова Вандера: Ты хочешь отомстить верхним жителям за наши страдания, но кем ты готова пожертвовать? Майло? Клаггор? Паудер? На войне победителей нет.       Она повернулась к своим давнему другу и сестре.       — Может быть она права, — она закусила губу. — Мы можем справиться со всем без войны.       Экко сделал два шага вперед, его лицо исказилось от гнева.       — Ты что, нас не слышала?! Силовики убили наших людей, а ты хочешь простить их!       Удивлению для Вайолет не было предела, она никогда не видела и не могла представить, чтобы когда-то такой наивный и маленький мальчуган будет так на нее кричать. И все же, достаточно было посмотреть на свою младшую сестру, как приходят убеждения, что они полностью изменились.       — Я все понимаю, — она подняла ладони в успокаивающем жесте. — Но если начнется война, умрет больше людей. Наши тоже пострадают!       Люксанна откашлялась.       — Вообще-то нет. — Вмешалась она. — Джинкс просто взорвет Совет и этого будет достаточно, чтобы Силовики перестали приходить в Заун. Жертвами будут только советники.       — Не называй ее так! — Зарычала она. — Она Паудер!       Вспышка со стороны Вайолет ошеломила Люкс, что Джинкс разозлило и она вмешалась бы в диалог, если бы не ее девушка-фонарик.       Несмотря на кратковременный шок, та не собиралась идти на уступки, особенно если это касалось Джинкс. Она была более чем осведомлена, что Джинкс ненавидит, когда отрицали ее имя и упоминали о прошлом.       Она – Люксанна Краунгард, из семьи-стражи короны. Пришло время воспользоваться своими другими умениями.       — Это не так. — Спокойным и холодным тоном произнесла она. — То, что ты не можешь произнести ее имя, это твоя проблема. Я буду звать ее так, как она сама пожелает.       В воздухе чувствовалось гнетущее напряжение.       — Если мы с этим разобрались, то вернемся к главному. Кого ты поддержишь, Вайолет? Джинкс или Кирамман?       Снова Вайолет был предоставлен выбор. Когда в первый раз она не могла себя контролировать, да и эмоции тогда зашкаливали, тогда сейчас она могла выбирать осознанно. Но теперь она не знала что делать.       Ее отношения с сестрой сейчас были очень натянутыми, если не гораздо хуже. Кейтлин за все время стала ее другом и действительно представляла самый лучший образец для настоящего миротворца, и заслуживала ее благодарность за освобождение из Стиллуотера. По иронии судьбы, она бы не освободилась из тюрьмы если не Кейтлин, а это произошло только из-за хаоса ее сестры, что говорило о ее долге к Паудер.       Вай сжала кулаки, в ней разгорелся гнев на всю несправедливость мира. Никому не должны предоставлять подобный выбор!       — Нет! — Сказала она, разгорячившись. — Я не буду выбирать! Я не буду вставать против моей сестры и старых друзей, но поймите, я также в долгу у Кейтлин. Она освободила меня из тюрьмы и не такая как все эти миротворцы!       Джинкс повернула голову набок, нахмурившись. Люксанна хотела убедиться, что правильно поняла.       — То есть вы не будете нам мешать?       — Делайте что хотите. — Махнула Вайолет рукой, повернувшись к ним спиной.       Чего не знали все, кроме Люксанны, так это того, что Джинкс наслаждалась противоречивыми мнениями между Вайолет и пилти. Чего не знали все, Вай повернулась к ним спиной только чтобы скрыть свои слезы.       — Не делайте этого! — Крикнула Кейтлин в отчаянии. — После этого мира никогда не будет, начнется вечная война!       Экко и Шрам испытывали противоречивые чувства, они очень долго воспринимали Джинкс как врага, да и воспринимали любое убийство крайне отрицательно. Однако сейчас, они сделали поворот на сто восемьдесят градусов и готовы были поступиться своими принципами, при этом подобное не означало, что это не давалось им с трудом.       — Если так и произойдет, то Джинкс и Люксанна с ними справятся. — Возразил Шрам.       — Что мы с тобой вообще сделали, что она для вас сделала?       — Вы чуть не убили моего сына! — Рявкнул он. — А Джинкс... она его спасла...       Джинкс с любопытством повернула голову к одному из Поджигателей, ее удивление было достаточно велико. Она впервые в своей жизни услышала, чтобы кто-то говорил, что она спасла кому-то жизнь. За исключением ее Люкси, ведь она солнечный лучик, всегда была хорошенькой и невозможно было ее не любить.       В кои-то веки она оказалась очень полезной... Голубоволосая тотчас тряхнула головой, отгоняя свои мысли, такие близкие к Паудер.       — Хватить болтать! Как я и сказала, — воскликнула она, привлекая внимание. — Давайте покроем город пеплом!

***

      — Два дня. — Прямо с порога произнесла Севика.       Силко облокотился на спинку стула, задумчиво сцепив руки. Два дня – таков был ответ Синджеда, что было хорошей новостью: результаты пришли раньше ожидаемого. Очень скоро Заун обретет независимость, а Пилтовер испытает на себе все, что творил все время против Зауна, разом в один день. Как говорится, они пожнут то, что посеяли.       Пилтоверские миротворцы никак не смогут противостоять созданиям Синджеда: киборги, усиленные экзоскелетами и новой версией наркотика шиммер. Увы, постоянного и относительно безвредного эффекта они добиться так и не смогли. Опыт с Джинкс был настолько уникальным, что даже приблизиться к хотя бы малейшему подобию за все время им так и не удалось.       После того, как число умерших подопытных перевалило за сотню, их ученому пришлось озвучить смелое предположение, что у той... ничтожно жалкой и слабой девочки была непомерная сила воли к выживанию, ну и возможные аномалии, полученные с рождения, что позволили ей принять смертельную версию шиммера как собственную кровь.       Опять же, они сами пожали то, что посеяли. Или им следовало поверить во вмешательство самой Жанны, предоставляющей подарки тем, кто в них больше всего нуждался? И как удобно, совпадение, Паудер была достаточно известна ему как самая большая неудачница среди детей Вандера.       Глава прикрыл свои глаза на секунду.       — Очень хорошо, пошли нескольких к мосту. Нам не нужны неожиданности. Также свяжитесь с Маркусом, мне нужно его присутствие. Йордл Баббетта начинает нам мешать.       — В чем именно?       — Идут слухи, что к ней периодически заходит одна некая персона, очень вероятно, силовик под прикрытием.       — Но они все сейчас подчиняются Маркусу, а тот...       — Нет. — Перебил ее Силко. — Не все подчиняются ему. Он трус каких поискать, так что найдутся те, кто занимается независимым расследованием. Не трать время, иди.       — Уже иду. — Севика направилась к выходу, пока Силко снова не окликнул ее. — Да?       — И напомни им, чтобы, что ни случилось и какой бы ни была причина, ничего не делали против Джинкс!       Севика подняла правую бровь.       — Разве остались те, кто осмелится пойти против нее?       — Дураков хватает, — скривился он, — несмотря на внушительный список мертвых врагов этой безумицы, на днях приходил один из химбаронов с предложением объединить усилия, чтобы захватить Джинкс живой, как потенциальный источник мерцания из ее крови. Даже после моего прямого отказа и требования забыть об этом, он все еще планирует захват.              — Ну поделом ему!       — Ты упускаешь важную суть, Севика. — Тихо, но отчетливо произнес он. — Если кто-то из наших попытается причинить ей вред, то она может разрушить все наши планы, или что хуже всего: взорвать половину Зауна. Так потехи ради.       Верная сторонница самопровозглашенного главы Зауна согласно хмыкнула.       — А я ведь предлагала вам сделать из нее союзника, а не врага.       Изуродованный глаз уставился на темнокожую женщину, владелец которого обошелся лишь беззвучным ворчанием.       — Знаю, не нужно лишний раз напоминать. Поверь, я давно усвоил этот урок.       — И все же, даже если ты захватишь весь Пилтовер, она останется проблемой.       — Разберусь после, — Силко махнул левой рукой в выгоняющем жесте.       Севика кивнула, прежде чем выйти, то дело задумываясь о том, каков будет Заун после их победы, не подозревая, что у Силко было гораздо больше проблем, чем ей казалось.       Пока ему было предоставлено одиночество и полное затишье в своей комнате, Силко пытался предположить события при вторжении в Пилтовер. Всюду и всегда маячила одна неизвестная переменная – Джинкс. Ее непредсказуемости можно было только позавидовать.       Надо же, кто мог подумать, что самая младшая, слабая и беззащитная среди детей Вандера окажется силой, с которой не могла бы сравниться вся группа Вандера? Джинкс можно было назвать армией в одном лице. Было просто невозможно не задуматься, что резкое изменение этой голубоволосой девчонки произошло именно после гибели всей ее семейки. От имени Паудер к Джинкс, от неудачницы к синониму абсолютного хаоса. Кажись, ее потенциал подавлялся ее же семьей.       Ну как, скажите на милость, с ней разобраться?       Само собой, у такого главы города, как он, имелись пусть неприятные, но альтернативные пути решения проблемы, такие как уступки ее требованиям или предоставление в ее собственность немалой части Пилтовера со всеми его богатствами. Никого из химбаронов подобное не устроит, но пускай они сами идут к ней с претензиями, навстречу своей смерти.       Во время всех этих размышлении, Силко не мог определиться с чувством, будто забыл что-то важное.       Он достал сигару и обрезав гильотиной для сигар, протянул к своим губам, не успел он ее зажечь, как к нему ворвался один из его людей.       Сдержавшись от того, чтобы прогнать нарушителя спокойствия, он осознал, что этот человек был из тех, кого послал следить за территорией на намеки появления Джинкс.       — В доме игровых автоматов была замечена Джинкс и несколько человек! Что нам делать?       Что бы ни думали другие, Силко был не особенно удивлен. Джинкс частенько появлялась на его территории. Увы, в этот раз он не мог отнестись к этому равнодушно, так как помимо полоумной были еще несколько неизвестных. То, что у Джинкс могла сформироваться банда – дурной знак.       Могли ли эти заговорщики что-то замышлять. Если это так, то только в глобальном плане, так как в противном случае Джинкс и в одиночку бы справилась.       — Держитесь от них подальше, но продолжайте наблюдение. Если они замышляют нападение на нас, сообщите мне. И что бы ни случилось, не стойте на их пути.       Кажись, этот человек испытал огромное облегчение от его слов. Умный мальчишка.       — Да сэр. — Не задерживаясь ни на лишнюю секунду, тот покинул комнату.       То самое чувство, что Силко испытывал ранее, только усилилось.

***

      Совет Пилтовера снова был в сборе. Было трудно привыкнуть к тому, что в последнее время необходимые встречи стали более частыми. По мнению нескольких советников, все это было виной преступного народа нижнего города.       Сегодня они выслушивали доклад шерифа Пилтовера, Маркуса, о итогах их операции. Для них стало хорошей новостью то, что банда Поджигателей наконец была ликвидирована, однако плохая новость – Джинкс сбежала.       Когда Маркус закончил, слово взяла советница Мел Медарда.       — Я кое-что не могу понять. — Медарда нахмурилась, изучая отчеты. — У вас была задача схватить Джинкс живой или мертвой, но причем тут Поджигатели?       — Нас информировали, что Джинкс является главарем Поджигателей, советница Медарда.       Мел взглянула на Джейса и между ними произошел короткий бессловесный обмен, смысл которого Маркус не мог понять или расшифровать.       — Понятно... — Советница выдержала мимолетную паузу. — Тогда у меня вопрос, все ли сопротивлялись аресту? Я не могла не заметить большое число жертв.       — Верно. К сожалению, в целях самообороны, нам пришлось применить силу.       На самом деле, Мел была единственной из всего Совета, кто запросила все отчеты о итогах миссии миротворцев, все данные о потерях, о местонахождении и даже о покойных предположительно членов Поджигателей. Джейс был в курсе ее действии, и как бы ни удивительно это ни было, но именно его идеей было незаметно сравнить ответы Маркуса с отчетами и словами других участников, прежде чем приходить к окончательному выводу и предпринимать радикальные действия. У них были сильные сомнения в словах шерифа, хотя не обошлось без подсказки от Виктора – друга и партнера-ученого Джейса Талиса.       Женщина вздохнула, собираясь уже прийти к самому главному, что вероятно, удивит весь Совет.       — Тогда шериф, вас не затруднит объяснить, почему среди жертв больше половины – дети, пожилые и больные, не способные оказать достаточное сопротивление для того, чтобы применить против них смертоносную силу?       Едва были произнесены последние два слова, как все замерли, пожалуй, кроме Джейса. Осознание ее слов внезапным громом ударило им в головы, до них очень скоро начали доходить все нестыковки в ответах шерифа Маркуса.       Последний попросту растерялся, его рот чуть не раскрылся от удивления. Его глаза панически забегались по сторонам, а на лбу поступилась капля пота.       — Я... они... они, ну... у них было оружие.       Как было обговорено заранее, следующим заговорил Джейс. Чем больше советников будут участвовать, тем убедительнее все выйдет и никто не станет оспаривать в попытках прикрытия.       — Какое оружие, шериф? — Джейс холодно посмотрел на Маркуса. — Я знаю, что в арсенале миротворцев имеется не смертельное оружие, которое вы могли бы применить против них.       — Но среди нас тоже были жертвы! — Воскликнул он. — Если бы мы не сделали то, что сделали, то среди нас погибших было бы больше!       — Ответьте на последний вопрос советника Талиса. — Не желая остаться в стороне, Кассандра Кирамман вмешалась.       — Э-э-э... у них были ружья... — сглотнув, ответил Маркус, — и...       Шериф тут же был перебит Медардой.       — Тут я должна вас прервать, у меня здесь все отчеты. Я вижу, что судя по всему, у них не было огнестрельного оружия.       — Но миротворцы были убиты. — Недоуменно произнесла Шоола.       Медарда повернулась к своей коллеге.       — Так и есть, во что я могу поверить, так это в то, что в этой... резне, я не могу назвать это иначе... была замечена Джинкс. Также в то, что она предположительно является главой Поджигателей. Прежде чем мы собрались, я и Джейс Талис посетили нескольких очевидцев. Везде был схож один ответ. Практически все убитые миротворцы – дело рук Джинкс. Учитывая то, что она сделала ранее, я не особенно удивлена в подобном исходе.       — Есть ли другие доказательства? — Спросила Кирамман.       — Мы сравнили отчеты, а также следы с мест деятельности Джинкс. Все гильзы от стрелкового оружия были одинаковы, как и взрывные устройства. Могу с уверенностью сказать, что противоречия не были замечены.       Советники были удовлетворены ее ответом, однако это означало, что шериф им лгал. Советники уставились на Маркуса почти как на предателя.       — Вам есть что ответить на обвинения? — Спросила Шоола.       — Я не... — Маркус отступил на шаг, нарастающая паника на его лице читалась проще простого. — Я не виновен. Вы сами дали мне разрешение применить силу по моему усмотрению!       Как бы это ни было неприятно осознавать, но Маркус был в чем-то прав, а именно в том, что все они сами дали ему карт-бланш. Кровь невинных оказалась и на их руках. Имелось несколько бумаг с их подписями, пойти против чего они не могли.       Мел Медарда опустила голову, стыдясь, что не предусмотрела это.       — В таком случае, я выдвигаю предложение уволить шерифа Маркуса. — Объявила она, подняв руку.       Свет опустился на советницу, после чего Джейс, не раздумывая, тоже поднял руку. По мере того, как число согласных с предложением увеличивалось, Маркус бледнел. Страх охватил все существо последнего. Что сделает с ним после этого Силко? Его дочь была в опасности.       В конце концов, за увольнение шерифа проголосовали все, кроме Сало и Хоскеля.       — По итогам голосования Совета Пилтовера, вы, мистер Маркус снимаетесь с должности шерифа. — Объявила Кассандра Кирамман. — Сдадите снаряжение шерифа в Полицейское управление Пилтовера.       Маркусу теперь было необходимо думать о безопасности своей семьи, а Совету придется искать нового шерифа и решать новые проблемы.

***

      Кейтлин еще никогда не бежала так быстро, как сейчас. Она была обязана успеть к Совету, прежде чем Джинкс взорвет их. Огибая повороты и сбивая прохожих с ног она время от времени возвращалась к тому моменту, когда Джинкс развязала ее и отпустила, оставив сообщение:       — Мы сыграем в одну игру! Если ты успеешь, то спасешь свой драгоценный Совет, а если нет... тогда ты сама увидишь.       Вайолет не встала на чью-то сторону, чего Кейтлин могла понять, но все равно испытывала большую обиду. Вот она, Кейтлин Кирамман, освободила заключенную из Стиллуотера, чтобы добраться до вора хекстека и изъять украденное, но итогом стали лишь неудачи и угроза уничтожения власти Пилтовера.       Как бы она быстро ни бежала, до здания Совета было еще далеко. Впервые, Кейтлин была крайне недовольна, что Пилтовер так кичился своим богатством и показательно демонстрировал почти что любую деятельность. Из окна зала Совета виднелся свет, что означало, все советники были на месте, включая ее мать и Джейса.       Все окружение будто пыталось ее задержать: прохожие крайне неохотно освобождали ей дорогу, транспорта на дорогах стало словно больше, а сейчас, на мосту ее задержал блокпост миротворцев. Она из-за этого потеряла драгоценные две минуты!       Видеть эти спокойные, невозмутимые или жизнерадостные лица просто выводило ее из себя. Как они смели быть такими, если ее друг и мать могут умереть и их мир вот-вот будет нарушен, после чего каждый окажется перед лицом неизвестности: нападет ли Заун на Пилтовер, или ему достаточно иметь независимости?       Когда Кейтлин выбежала на дворовую площадь здания Совета, она увидела как по небу двигалось нечто, оставляя за собой синеватый след. Видя, куда именно летела ракета, ее сердце ухнуло в пятки. Было слишком поздно...

***

      Решение всех проблем в Совете затянулось до вечера.       По предложению Кассандры Кирамман было решено назначить на пост шерифа ее дочь, с чем Джейс с большим рвением поддержал. Но помимо всех других вопросов, их больше всего волновал тот, в котором они не знали к кому обращаться с переговорами о мире и предотвращении войны. Хоксель и Сало вовсю настаивали на том, чтобы усилить блокпосты на мостах и не впускать всякого жителя нижнего города, либо предпринять другие агрессивные действия.       Без исключения, каждый из них знал, что Джинкс являлась самой опасной и неизвестной фигурой во всем происходящем. Если верить тому, что она являлась главой Поджигателей, то может статься, что она также является неофициальной главой нижнего города.       Перед ними встала дилемма, что если эта девушка действительно окажется лидером. Джинкс – опасная преступница, на счету которой немало убитых представителей власти, но если не пойти на уступки, то может начаться война.       — Мы не можем дать этой психопатке помилование! — Крикнул Хоксель. — Она убийца и точка! Ее надо казнить!       Кассандра тяжело вздохнула.       — Я понимаю, что подобное нам совсем неприятно, но мы сами виноваты в том, что произошло. Учитывая послужной список у этой преступницы, она вполне может развязать войну и тогда будут неисчислимые жертвы. К тому же, мы не совсем справедливы к ней в последних убийствах. Да, она виновна, но учитывая случившееся, заслужила бы в этой части смягчающего приговора.       — Но как мы узнаем, обладает ли она властью в нижнем городе или такая же террористка, что и для нас? — Шоола озвучила вопрос.       Джейс сглотнул, ему на ум пришла мысль предоставить независимость нижнему городу. Разве подобного так не желали тамошние люди? Возможно, подобное лишит всякой власти у Джинкс или заставит ее принять их предложение.       — Зачем все эти вопросы? — Лениво произнес Сало. — Мы можем послать больше миротворцев, пускай продолжат поиски Джинкс и наконец ликвидируют ее. Само собой, в этот раз мы запретим им убивать всех, кроме той безумицы.       — Нет, если мы это сделаем, то можем вызвать больше гнева. — Возразила советница Медарда. — Мы утратили их доверие, мы стоим на грани войны.       Никто не мог прийти к общему решению, хотя было выдвинуто множество предложении. От самого возмутительного – предоставление независимости нижнему городу и помилование Джинкс ценой прекращения любой преступной деятельности, до самого компромиссного – предложение о мире и финансовая компенсация семьям жертв. В последнем предложении очень скоро были обнаружены недостатки, как отсутствие семей этих жертв.       Устав от беспочвенных попыток прийти к определенному решению, Джейс встал.       — Так мы никогда ни к чему не придем. — Твердо объявил он. — Как бы это мне не нравилось, но я считаю, что это единственный возможный вариант предотвратить худшее. Мы предоставляем независимость нижнему городу во избежание войны. Если Джинкс откажется, то народ может встать против нее. Также, мы предоставляем ей полное прощение, до тех пор, если или пока она не совершит другое преступление. Только сперва... мы должны послать человека, чтобы он узнал к кому обращаться с нашими предложениями. Я голосую за это!       — Нет, так не пойдет. — Советник Сало отрицающее покачал головой. — Во всяком случае, даже если война произойдет, то мы легко их победим. В прошлый раз их восстание провалилось с практически нулевыми потерями с нашей стороны.       Джейс в гневе ударил по столу.

***

      Все они могли наблюдать что делала Джинкс. Их удивлению не было предела, как только узрели громоздкую пушку, своим видом напоминающий агрессивную акулу. Стоило голубоволосой вложить синий камушек в устройство, как засветились все неизвестные им руны и линии питания на ракетнице.       Джинкс подняла ракетницу на свое плечо и прицелилась в здание Совета. Все затаили свое дыхание... Как только произойдет выстрел, обратной пути не станет.       И вот, Джинкс нажала на курок. Можно было не сомневаться, что она не промахнется.       Ракета летела к зданию Совета как в замедленной сьемке. Глаза каждого сопровождали ее полет. Этот момент изменит абсолютно все, именно от этой ракеты зависело все.       Наконец, едва ракета пролетала сквозь окно, пробив его, как здание Совета охватил ужасающий голубой взрыв. Сам взрыв был настолько масштабным, и это при том, что Джинкс по просьбе Люксанны сократила мощность по меньшей мере втрое. Вся верхняя часть здания была уничтожена в одно мгновение, оставляя за собой ядовитую синеву и облако взрыва, с которого разлетелся пепел по всему городу.       Вайолет, как и Экко были удивлены, как только заметили, что сероватые хлопья с голубоватым свечением падали на их головы. Как это было далеко, чтобы ощутить последствия совершенного аж в Зауне. Определенные слова Джинкс эхом прозвучали в их ушах.       Джинкс была невероятно точна в своих словах – город был покрыт пеплом.       Все это сделала только одна девушка, сама. Тотальное уничтожение Совета Пилтовера, мгновенный перелом в соотношении сил между Верхним и Нижним городами, наверняка мгновенная независимость Зауна. Все, что потребовалось для этого – Джинкс.       — Ну что, фонарик, где ты хотела побывать? — Джинкс едва оторвалась от завораживающего ее взрыва, она повернулась к блондинке, попутно достав из кармана небольшое устройство прямоугольной формы.       Пока их окружение пыталось осмыслить слова Джинкс, Люксанна тяжело вздохнула и шепотом пробормотала:       — Думаю, мне всегда хотелось бы отдохнуть в Йонии. На время оказаться подальше от всего этого.       — Значит в Йонию. — Усмехнулась она, одним коротким движением открыв одну из крышек самого разрушительного оружия и достав разбившийся на несколько кусков кристалл, который не выдержал сильного выброса энергии.       Немного изучив обломки, она взяла один из них и засунула в свое другое устройство, несколько положила в карман. Когда на ее ладони остался последний осколок, она, немного подумав, бросила его Экко, к его пущему удивлению.       — Что делать с ним, сам придумаешь. — Бросила девушка мальчику.       — Но что ты собираешься... — Экко осекся, когда Джинкс нажала на свое устройство и за ее спиной возник странный светящийся купол высотой в полтора метра.       В следующую секунду голубоволосая прыгнула в купол, потянув за собой вскрикнувшую от испуга Люксанну Краунгард. Экко не успел даже произнести одно слово, как девушки исчезли. На месте девушек, где они только что были, на пол приземлился лист бумаги. Он задумался, серьезно ли упоминали девушки Йонию, ведь насколько он знал, это был очень далекий остров, намного дальше Билджвотера.       — Что она только что сделала? — Шокировано спросила Вайолет.       — Полагаю, телепорт. — Выдохнул Экко. — Не знаю как она это сделала, но не особо удивлен.       Пока Вай пыталась осмыслить все случившее за сегодня, Шрам подобрал бумагу и выдохнул от облегчения, как только понял смысл содержимого. Он то беспокоился, что ему так и не сказали, где находился его сын. Джинкс, похоже, оставила сообщение-карту с инструкциями, с указаниями местоположения всех ловушек и угрожающими предупреждениями, чего они не должны делать в ее доме. Экко взглянул через его плечо и поняв, что для них оставила Джинкс, кивнул.       — Возможно, они скоро вернутся, но нам уже пора. У нас скоро будет очень много работы. Силко по прежнему правит.       Экко и не подозревал, что Джинкс и Люкс, по его собственным меркам, слишком надолго ушли на покой, получив для себя собственное время мира.       А Вай... она еще долго не могла прийти в себя и найти свое предназначение в мире, в уже новом мире. Ее глаза снова направились на последствия деятельности ее младшей сестры, она не могла избавиться от чувства нарастающего ужаса и собственной ненужности.       Все ее покинули: Экко не горел желанием возобновлять их дружбу, после того как она предложила прислушаться к Кейтлин. Паудер отказалась от собственного прошлого, приняла новое имя и больше не хотела называть ее сестрой, а также была привязана к совершенно другому человеку. Ее мысли обратились к Кейтлин, может быть, ей в кои-то веки следовало последовать примеру Паудер. Она вздохнула и ладонью стряхнула осыпавший на нее пепел.

Конец...

...или нет?