Бегство от судьбы

***

— Почему ты так долго? — спросила Майя Шастун, сияя от счастья, когда вошла в комнату сына. — Внизу так чудесно. Все уже собрались. Все Питерское общество. "Только из любопытства" - цинично подумал Антон, застегивая последнюю пуговицу рубашки перед зеркалом. Какую бы историю ни придумал Попов для прессы, никто никогда не поверит, что они влюбленная парочка. Никто, за исключением мамы. Та восприняла новости с радостью. Она ни словом, ни жестом не показала, что ей было заранее известно хотя бы что-нибудь. Поспешная женитьба сына, снова появившиеся в доме слуги и новый наряд от дорогого дизайнера она сочла само собой разумеющимся. Мама с готовностью приняла слезливую сказку о двух молодых людях "полюбивших" друг друга так внезапно. Заголовки газет пестрели сообщениями о предстоящей свадьбе. Однако настоящая история жениха поневоле, проданный, чтобы спасти семью от нищеты, навсегда останется за кадром, какой бы правдивой она ни была. — Ты криво завязал бабочку. Я помогу, - женщина подошла ближе к сыну. - Ты нервничаешь? Выглядишь бледно. — Не очень, — скорее, меня тошнит, подумал Антон, поморщившись. Парень оглядел себя в зеркале. Белая рубашка только подчеркивала природную бледность. Бабочка смотрелась не к месту, но правило дресс-кода, на светские мероприятия никто не отменял. Ну и что? Его настроению не поможет что либо. — Ничего, — вздохнула Майя, видя, что сын выглядит рассеянно. — Уверена, бокал шампанского взбодрит. Шастун внутренне сжался. Меньше всего ему сейчас нужно было шампанское. Сегодня нечего праздновать. — Пойдем же, — настойчиво позвала мать. — Арсений Сергеевич уже ждет тебя внизу. Он такой элегантный! — Мило, — отсутствующе произнес парень. Какая разница, как выглядит Попов? Он может быть самым красивым мужчиной в мире, но для него навсегда останется отвратительным дьяволом во плоти. И пусть подождет. То, что Шастун согласился выйти за него, вовсе не значит, что он станет всякий раз плясать под его дудочку. Последние две недели парень много думал. И выбрал свою собственную линию поведения. Попов хочет войти в Питерское высшее общество. Ему плевать на него. Он ему даже не нравится. Значит, задача Антона — убедить его жить разными жизнями. Ему это быстро надоест, и они разведутся. Пару лет можно потерпеть. — Ты чудесно выглядишь! — воскликнула матушка, прервав мысли сына. — Хоть я не совсем понимаю, почему ты выбрал этот старый костюм. Сегодня особый случай, - попутно помогая. Не такой уж особый. И этому «старому костюму» едва ли год. И надет он был лишь однажды. Однако Антон улыбнулся энтузиазму матери. Кого-то же должна радовать эта свадьба. И почему бы не маму? Она выглядела гораздо лучше, чем пару недель назад. Мама, похоже, искренне хотела, чтобы брак сына стал удачным. Парень последний раз взглянул на себя в зеркале и взял мать под локоть. — Пойдем, мам. Пора встретиться с гостями.

***

Шампанское лилось рекой. В бальном зале Шастунов соединились былая роскошь и новые веяния. Натертые полы блестели, как и окна, за которыми сияли огни ночного Питера. Цветы, наполняющие зал мириадами ароматов, отражались в зеркалах. Сегодня большой день для Арсения Попова. Сегодня он займет свое место в обществе, которое противостояло ему так долго. Стоя рядом с отцом жениха в ожидании, он получал все больше и больше поздравлений и улыбок от именитых гостей. Теперь он войдет в семью Шастун. И больше ему ничто не помешает. Какое везение, что на его пути возникла такая подходящая партия, как Антон Шастун. Хотя и изначально Арсений планировал это сделать через Викторию, но, узнав о ее трагичной смерти, поменял план действий. Как оказалось, Антон ничуть не уступал своей сестре. Красив, отличные манеры и образован, а это несомненный плюс. Не стыдно посещать Званые вечера. Он станет отличным мужем. А какова была радость Попова, когда Андрей Шастун перепил на одной из встреч с Арсением и проговорился, что Антон - омега. Все только играло ему на руку. И в тот вечер, он решил бросить удочку по поводу брака, и надо же как все обернулось. Не прогадал... По толпе пробежал шепоток. Все головы повернулись туда, где на лестнице появились два человека. Пожилая женщина и парень. Неподражаемый Шастун. В элегантном костюме, что так подчеркивают фигуру и длинные ноги... Антон... Мужчина напрягся, наблюдая, как они медленно спускаются по лестнице. Майя сразу подошла к мужу, взяв его за руку. Арсений предложил руку Антону, и он впервые поднял на него глаза. Их взгляды встретились, и словно шторм пронесся в их душах. — Ты красивый. Как девственник, брошенный в клетку со львами. — Зато ты похож на кота, объевшегося сметаны. — Еще рано. Слишком рано. Пока я получил лишь запакованный подарок. Но, должен признаться, я не могу дождаться, когда смогу открыть его… — он прервался, отвлекаясь на мужчину попутно поздравляющего их. Шастун отвернулся, ощутив, что краснеет. Ему вдруг стало неловко, слишком душно, слишком… не по себе. Этот урод слишком многое себе позволяет. Но не только его слова вогнали в краску. Мама не соврала. Попов сегодня выглядел сногсшибательно. Белоснежная рубашка была расстегнута на пару пуговиц. Черный костюм сделал его необыкновенно мужественным. Волосы были уложены немного небрежно. Ему не хватало только серьги в ухе, чтобы стать похожим на пирата, празднующего победу. Он прямо-таки излучал уверенность в себе и невероятную сексуальность. И, будь он проклят, этот его взгляд! Чарующий, манящий, соблазнительный… дьявольский. Антон выпрямился. Нет, ни за что он не станет испытывать влечение к этому человеку. Никогда этого не произойдет. Отец произнес тост, и зал взорвался аплодисментами и поздравлениями. Парень молчал, слишком увлеченный размышлениями над тем, что же делать дальше. Им придется остаться наедине. И скоро. Попову, должно быть, интересно узнать, на каких условиях он выйдет за него. В этих условиях он ничего не будет решать. — Антон? Дорогой? Звук голоса Арсения вернул в реальность. Антон хотел сказать, чтобы тот не называл его так, но что-то удержало. — Ты не слышал наших гостей? Они ждут, когда мы скрепим наш союз поцелуем. И прежде чем он успел возразить, Попов потянул его за подбородок и завладел губами, отрезая путь к отступлению. У него мягкие губы, с удивлением осознал Шастун, мягкие, но уверенные. Его поцелуй обезоруживал, он был сладок и тягуч, как мед. А когда он наконец выпустил его из своих объятий, гости снова разразились бурными аплодисментами. Зал поплыл перед глазами Антона. Голоса присутствующих слились в один. Колени подкосились. Попов улыбался ему теми самыми губами, которые минуту назад его целовали. Господь Всемогущий! Он позволил Попову поцеловать себя. На публике. Шастун прикоснулся рукой к своим пылающим губам, но Арс удержал его. — Так просто ты не сотрешь мой поцелуй. "Я навсегда запомню этот вкус", - понял парень. — Нам нужно поговорить. Сегодня. Наедине. — Не думал, что ты так быстро станешь столь податливым. — Нам нужно поговорить! Ты слышишь меня? Обсудить условия брака. — Звучит серьезно, — Арсений взял с подноса два бокала шампанского. — Что ж, мы поговорим. Но позже. А пока, — он взял его за руку. — Счастливые пойдем к гостям. Они ведь пришли специально, чтобы поздравить нас. — Они пришли поглазеть на мое унижение. Попов остановился и, приблизившись вплотную к нему, прошептал в ухо: — У тебя есть выбор. Не обязательно соглашаться на это. — У меня нет выбора, и тебе об этом известно. Ты не оставил мне ни единого шанса. — Неправда. Ты мог бы послать меня к чертям и… и покончить с этим. — Я не мог… — Но ты принял решение. Какими бы ни были причины, тебе придется с этим жить. А сейчас пойдем к гостям, - мужчина потянул его в центр празднования и играющей музыки. Вечер складывается не так уж плохо...

***

Прошло еще много часов и выпито множество бокалов алкоголя прежде, чем прием подошёл к концу. Андрей с коллегами расположились в библиотеке с бренди и сигарами. Майя отправилась к себе полчаса назад. Ночь казалась Антону бесконечной. Они ходили от одной группы гостей к другой, отвечая на вопросы и весело болтая. Шастун даже замечал на себе завистливые взгляды женщин. Ну да, выбрал в потенциальные женихи мужчину. Такое себе конечно... на редкость встретишь. — Ты хотел поговорить, — объявил Попов, как только они проводили последнего гостя. — Это может подождать, — устало потирая виски, сказал Антон. — Я рад, что этот фарс наконец-то закончился. — Почему ты так говоришь? Наша помолвка не фарс, так же, как и брак. — Ты знаешь, что все это идиотский спектакль! Не более, чем просто деловой союз. — Деловой союз? — Но не брак же по любви! Попов втащил жениха в ближайшую комнату, куда официант принес два бокала со скотчем. — Что это? — не поднимая бокал, поинтересовался Антон. — Выпей. Сразу почувствуешь себя лучше. Шастун с подозрением взглянул на содержимое бокала. — А тебе небезразлично мое самочувствие? Сомневаюсь. — Предпочитаешь не расставаться с головной болью? Парень взял бокал из его рук и отпил немного, с удивлением распознав вкус старого доброго парацетамола. Попов посмеялся над ним! — А теперь выкладывай свои условия, о которых тебе так хотелось поговорить. — Обязательно делать это сейчас? Уже поздно. Мы можем отложить разговор? — Нет. Через две недели мы поженимся. А я вынужден срочно уехать по делам. Если ты собираешься заключить брачный контракт перед свадьбой, сообщи об этом сейчас. — Какой еще контракт? — Ну же, перестань. Ведь мы поженимся не просто так. Ты сам сказал, что это брак не по любви. — Ты прав. Так мы оба будем знать, чего ждать. — Да. А теперь говори, чего ты хочешь, Антон? Какие пункты будут добавлены в договор от твоего имени? Я жду. — Все очень просто, — начал парень, заламывая от волнения руки. — Раз уж ты согласен, что это брак по расчету. Мы оба понимаем, что получаем: я — твои деньги, ты — мои связи. — Ты считаешь, что я получу только твои связи? — Разве не по этой причине тебе понадобился брак со мной? Попов ничего не сказал. Лишь изучал его в очередной раз. В деталях. Под его взглядом Антон ощущал неловкость и… возбуждение. — Продолжай, — настоял Арс. — Совершенно ясно, что мы вынуждены пожениться, однако нам обоим это не по вкусу. — Кто так сказал? — Так должно быть! Мы оба делаем это по необходимости. Я готов появляться с тобой в обществе после заключения брака, как и надлежит супругу. — Ты очень добрый. — Я понимаю, как это важно для тебя. И для моей семьи. И я сделаю все возможное, чтобы в обществе никто ничего не заподозрил. — А наедине? — Прости? — Ты говоришь о нашей светской жизни, а как же личная, вдали от посторонних глаз? — Мы станем жить отдельно. У тебя появятся все необходимые связи, но больше ничего. Ответом была тишина. Попов медленно моргнул и плавно подошел к нему. — Как ты себе это представляешь, если мы будем спать вместе? — Я именно об этом. Мы не будем спать в одной постели. Ты, конечно, можешь завести любовников, но в тайне от меня. — Ты ничего не обдумал. — Ну конечно, я думал… — Нет. Ты, очевидно, что-то пропустил. Как же ты собираешься завести детей? Или ты предпочитаешь иные способы забеременеть? Когда у тебя планируется течка? Шастун вспыхнул. Ублюдок хочет детей? Да ни за что! Интересно, каково это — заниматься с ним любовью? Антон задрожал. — И не мечтай! — Ты, значит, знаешь, о чем я мечтаю? Как хорошо. Скоро я буду мечтать о тебе в моей постели. — Хватит нести пургу! Я говорю серьезно. Мы заключаем не обычный брак. И ты отлично знаешь, что все это — не больше, чем способ оплатить долги отца и помочь тебе занять место в обществе. — Подумай, насколько лучше все будет выглядеть, если я стану жить с супругом и кучей детишек. Не думай, что я тешу себя иллюзиями. Сегодня меня приняли только потому, что ты был рядом. И дверь в высшее общество снова захлопнется у меня перед носом, если наш брак развалится, да еще и будет бездетным. И я этого не допущу. Я хочу детей. И ты родишь их мне. — Ты не сможешь заставить меня спать с тобой. В одно мгновение он оказался рядом. Коснулся его, заглянув в глаза, словно просверливая насквозь. — Нет, — прошептал Попов. — Но, возможно, мне удастся уговорить тебя на инстинктах. Антон едва дышал, когда рука альфы дотронулась до его шеи. — Ты дрожишь. — Я… замерз, — соврал. Он притянул его к себе, нежно целуя одну щеку, затем другую. Наслаждаясь дурманящим запахом яблок. — Думаю, мне понравится согревать тебя, убеждая, что заниматься со мной любовью не так уж плохо. Шастун закрыл глаза, отдаваясь его ласкам, подчиняясь. — А если тебе меня не хватит? — О! — Попов прижал его к стене, давая почувствовать свое возбуждение. — Мне будет более чем достаточно. Он отпустил так неожиданно, что парень едва не упал на пол. — Теперь, когда мы все обсудили и тебе нечего добавить… — Попов вопросительно посмотрел на жениха. Тот молчал. — Тогда увидимся на свадьбе. Антон еще не пришел в себя от нахлынувшим феромонов мужчины, а Арс спокойно повернулся и вышел из комнаты. Будь он проклят! Все совсем не так легко, как ожидал Антон. Он может считать, что выиграл этот бой, но впереди еще долгая война.