Ночь в Калигхате

— Радж, дитя моë... Безумный шепот охватил все вокруг, вынуждая открыть глаза навстречу страху. Лежащая на плече жена и кромешная тьма — единственное, что он перед собой различал. Снова услышал шёпот. Совсем как в ночь посвящения в Калигхор и главенство семьи. Махадеви Кали. — Брат рядом…Он в первой четверке, — она снова шептала ему прямо на ухо, но казалось, голос её льнтся ото всюду, отражается от стен и черепной коробки. Слышит ли её Амрита? — Как мне его найти, Махадеви? — прошептал одними губами. Сначала она явилась к Эриту и указала на будущую войну, а следующей ночью к тому дитя, что почти никогда и не слышал её голоса и зова. Значит, что-то очень важное. — Твой дом... Энергия чужих... «Ничего не понимаю... Дом, энергия, чужие, Рам, первая четвёрка. Что это всё значит?» — он пытался поймать связь, но спросонья получалось плохо. На плече задвигалась и Амрита, перетягивая на себя внимание от голоса Тёмной Матери. Беременность давалась тяжело, но всё же терпимо, и это тоже благодаря Тёмной Матери.

***

Ранним утром Эрит встал на привычное совершение ритуала очищения дома и около часа сидел у алтаря в резиденции Дубеев. Многих важных предметов не было, как позже оказалось, поэтому полноценного ритуала он не провёл. Лишь читал тантры и медитировал, изредка отвлекаясь на Веды. — Тхакур, ты здесь всю ночь просидел? — сзади послышался голос Дорана. — Нет, примерно пару часов, — Эрит не развернулся, продолжая расставлять свечи и благовония на алтаре и у статуэток Кали. Тяжёлые шаги Дорана эхом отдались в пустом зале, залитом красным, родовым цветом Дубеев. Басу положил ладонь на плечо брахмана, останавливая от служения Махакали. — У нас собрание, речь о наступлении на англичан. Радж просит нас всех быть в его кабинете, — Доран сжал плечо, привлекая к себе внимание. Эрит впервые обернулся к нему и смирил достаточно брезгливым взглядом. Брахмана отвлекли от ежедневной службы и почтения своей Богине, — Радха уже там и ждет тебя. Скидывая чужую руку, Эрит стремительно поднялся и вышел с мужского крыла резиденции, направился к кабинету главного господина Дубея по длинной витьеватой лестнице. Доран вальяжно шёл за ним, иногда усмехаясь импульсивности брахманов, которая давала о себе знать, если их отвлечь от чего-либо. У двери их ждала, как и сказал Доран, Радха. Она подбежала к мужу, хватая за ткань на груди, крепко удерживая его рядом с собой. — Эрит, ты слышал сегодня ночью голоса? Словно чужие люди ходили рядом с покоями и у каждой двери громко разговаривали, — её обеспокоенный взгляд прошёлся по нему с ног до головы, — Эрит? Он же безразлично продолжал смотреть ей прямо в глаза. Сил не было уже никаких, признаться честно. После ритуала связи, пребывания в Тамас-Витале его силы, как и он сам, значительно ослабли, и, казалось, тело и лицо периодически немело. Но Радха не заслуживает того, чтобы на неё смотрел так единственный близкий человек — её муж. — Ну же, не молчи! — гаркнул Доран, не сдерживаясь. Он вплотную подошел к Тхакуру, готовый схватить его за шкурку и выбросить прямо сейчас через окна в кабинете. — Рты закрыли все сейчас же! Громогласный голос Раджа отвлëк всех рядом стоящих. Его тяжелая поступь на ступеньках говорила одновременно все и одновременно ничего. Следом шла Амрита, придерживая подол юбки и поглаживая живот другой, свободной рукой. В последние дни её слишком часто беспокоили боли в теле и голове, из-за чего её привычная ловкость и резвость в движениях сошла на «нет». Доран отошёл на несколько шагов назад, пропуская Дубея вперёд. Радха же осталась непреклонной и не сдвинулась с места, продолжая стоять, будто вкопанная, посреди узкого коридора, как бы ни тянул её к себе Эрит. — Все в кабинет и последней пусть запрет дверь, — Он обернулся, одной ногой уже стоя в комнате, — Радха? Эрит? — супруги Басу-Тхакур продолжали стоять у двери, оба упертые и не желающие идти на поводу друг у друга. Доран сорвался на крик: — Оба зашли в кабинет и сделали лица попроще! После приказа старшего Басу они послушно, но не без недовольства зашли, прикрывая за собой дверь. Даже если Видия была сейчас в Пакистане, Дорану не занимать её характера. Все-таки, они были одинаковые в строгости и требовательности. Махарадж прошёл за свой стол, вынимая из ящиков под ним несколько запечатанных писем и бумаг. Раздал каждому по очередности и разложил карту Бенгалии с отмеченными поместьями дюжины. Амрита продолжала наблюдать за всеми, стоя позади мужа, около окна. Эриту и Радхе было дано одно письмо от госпожи Басу. Тхакур спешно распечатал его, как только в его голове промелькнула мысль о брате. «Дорогие Эрит и Радха, пишу вам из Исламабада. Слава Богине, мы уже неделю находимся среди мусульманской знати Пакистана. Нас радушно приняли и дали возможность спокойно переносить тёмные времена, охватившие нашу страну, здесь. Последние дни Адитью все чаще беспокоят мигрени, по описанию они похоже на те, что бывают у Рама и Эрита, и я сильно обеспокоена за самочувствие мальчика. Он ещё не проходил ритуал крови для принятия в культ, но я надеюсь, что это происходит лишь из-за лунной фазы и Сандхьи, и не является одним из очередных предостережений Богини. Если это возможно, я надеюсь, что местные брахманы найдут объяснение мигреням мальчика. Здесь, в Исламабаде, большинство общин другой веры, они очень набожны, поэтому найти брахмана среди них значительно труднее. В остальном, все в порядке. Мы живем в охотничьем домике на Западе, по другую сторону от сожжённой гималайской резиденции. С наилучшими пожеланиями, Видия Басу» На хмурых лицах просияли улыбки. С мамой и братом все хорошо, это не могло не радовать, и утреннее «происшествие» сразу же забылось. — Все прочитали? — спросил Радж, расставляя статуэтки с символами семей на своём столе. В отличие от Басу-Тхакуров, лицо Дорана исказилось. На его письме была печать лорда Хартфордшира. — Да, — в унисон ответили они. Радж взял в руки фигуру фиолетового льва и поставил на место резиденции Шарма. Господин Басу выгнул бровь, недоуменно глядя на махараджа. — Что? — Сначала досмотри и дослушай. Следом за ним Дубей подвинул фигуру золотого гепарда на ту же резиденцию, а поодаль, на дороге к резиденции Дубеев и Калигхату красного и белого тигров. Несколько минут, все присутствующие молча смотрели на карту, пытаясь понять замысел Раджа. Эрит первый подал голос: — Ты считаешь, что Рам в катакомбах резиденции Шарма, и хочешь чтобы Доран и, предположительно, Камал наступили на них, застав врасплох. Потом им следует забрать Деви и Рама, перевезти их сначала в Калигхат для восстановления сил и энергии, а потом в резиденцию Дубей где мы сможем подготовиться к наступлению и открытой битве с англичанами? — брахман склонился над столом, вглядываясь в надписи на карте, выстраивая более точную картинку в своей голове. — Всё так. Письмо об временном освобождении Камала уже должны были доставить, и он, по моим подсчетам, уже на полпути к нам, если не произошло никаких задержек в дороге. Я полностью отдаю бразды управления наёмниками и наступлением ему и Дорану, — Радж посмотрел на старшего Басу, — Я могу доверить это только вам, — Доран благодарно склонил голову, вновь привычно ухмыляясь. Он предвкушал этой бойни, не мог дождаться момента, когда вновь прольет английскую кровь на их святые земли. Радха несколько секунд пристально смотрела на дядю, в руках которого было письмо и конверт с печатью лорда. — Что там написано ? — спросила она, наклонив голову набок. Амрита метнула на неё пугливый взгляд, примерно представляя, что там может быть. Радж смотрел с неким интересом, будто был создателем этой «игры» и её «правил», которые знал только он сам. — Лорд пишет, что отныне дела семьи Шарма уходят под его руководство, ибо Дивия не в состоянии вести дела и хочет уйти в семейную жизнь, но наши честные сорок процентов будут к нам приходить в сроки и в нужном количестве, как и раньше, — он замолчал, подбирая более деликатные слова, — Этот подонок считает, что мы уже не соображаем? Он хочет контролировать дюжину и её финансы, прекрасно зная, что род Шарма приносит самые большие доходы и взносы в фонд дюжины. Ему нужны не просто деньги и власть, ему нужны наши головы. — Да, Радж, почему ты считаешь что резиденция Шарма? Моё видение при ритуале было расплывчато, я не могу обещать, что в Тамас-Витале всё здания выглядят также, поэтому не стал настаивать, — спросил Тхакур. Тут уже Амрита подалась вперёд, держась за плечо мужа и нервно сжимая его. — В резиденции Рай давно разрушены нижние залы, а уж тем более катакомбы. Это сделал ещё мой дед, поэтому предполагать, что мое поместье это место заточения Рама — глупо. Точный факт, что он не в подвалах Дубей и Басу, как минимум потому, что мы знаем что доступ имеют туда только семьи, а лорд де Клер живёт рядом с резиденцией Шарма и узнать о тайных залах из чертежей дома ему не составило труда, главное, чтобы он не догадался что такие катакомбы есть у всей дюжины. Мы уверены, что Рам прямо у них под носом, — выпалила махарани, ноготками немного царапая плечо махараджа через тонкую ткань. Её предположение было более чем верным, особенно учитывая, что даже она не знала о шёпоте Кали. Радж приложил к глазам ладони и тут же их отнял, пытаясь прийти в себя, гоня прочь события прошедшей ночи. Он знал, что было в письме, и более того, на его основе растолковал слова Богини и четко для себя решил, что Рам в резиденции Шарма, а у самих Дубеев в резиденции есть что-то или кто-то, что передаёт англичанам информацию о дальнейших действиях дюжины прежде, чем они начнут их совершать. Для этого ему и нужен был Эрит в доме — он ближе всего к иному миру, его тонкой завесе. — Эрит, проведи ритуал для очищения энергии в доме сегодня, а через некоторое время после него, я поеду на границу Бенгалии за Камалом, — Тхакур благодарно кивнул, а Радха и Амрита сильно напряглись, слушая махараджа, — Доран, можешь сейчас начинать собирать наёмников. К нашему приезду, они уже должны быть готовы, предупреждаю. Наступать будете в ночь, когда лорд едва зайдет в поместье и охрана Рама, стерегущая его в катакомбах, ослабнет. И не забывайте про Деви. Она будет либо в супружеских покоях на втором этаже, либо в своём кабинете. Камал укажет тебе, где это находится, — с последними словами Радж встал с кресла, окидывая всех суровым взглядом. — Мы должны действовать на опережение, но сначала нужно забрать и вызволить тех, без кого мы не имеем права действовать дальше.

***

С собрания прошло несколько дней. Ритуал, проведённый Эритом, всë же дал те плоды, на которые и рассчитывал Радж — за их домашним алтарём стояли заговоренные кости коров, чтобы принести несчастье в их дом. От слишком сильной связи с потоком энергии Махакали Эрит разрушил алтарь в пух и прах. Лично сломал каждую свечу, стоявшую на костях священного существа, и теперь возводит новый к приезду Камала и грядущей битве, о которой он узнал раньше всех. За ужином того же дня, Радж признался, что слышал шёпот Матери ночью вслед за Эритом. Тоже самое сказали Доран и Радха, но к ним она являлась как тень, а не голосом или своим истинным обликом. Амрита была на взводе всё эти дни, и лекари сильно беспокоились, что ещё один повод для сильных эмоций и она может потерять ребёнка. Это последнее, что Радж мог допустить. Его семья была выше всего на этом свете, даже выше своей страны и власти. Дубей коротала время в отсутствии мужа за книгами, перечитывая богатую библиотеку дома. Оказалось, что у семейства Дубей было множество редких изданий и рукописей, поэтому такие ценности ещё больше манили её изучить резиденцию супруга. Радха же, судорожно хваталась за Эрита по ночам. От страха за своё дитя, сестру и мать, что были в дали, а Сарасвати вообще находилась не пойми где и не оставила даже никакого ориентира . Старшая Басу не разговаривала ни с Раджем, ни с Амритой вне дел — была всё ещё обижена и зла. Доран изредка приходил её проведать и кое-как поднять настроение, но она не пускала его под предлогом плохого самочувствия. На самом же деле, горевала от тоски к новорожденной дочери и делилась с этим Эритом, точнее, разговаривала по ночам про это. Одной ночью Радж зашёл в покои к махарани сообщить, что какое-то время ещё будет в кабинете, так как осталось несколько нерешенных дело, а той велел лечь спать до полуночи. Однако сам он втихую выехал из дома на коне под чёрной мантией и направился к пригороду Калькутты — Камал уже должен быть там, и он лично встретит его, придерживаясь принципа недоверия к слугам. Увы, раз в его доме до сих пор были заговоренные кости и шпионы, он мог доверять только самому старому слуге, что был ещё и при его отце. Если он ещё не скончался со всей суетой главного господина, конечно. Через полтора часа галопа на коне, Дубей всё же настиг высокую фигуру господина Рай. За те два месяца его заточения, он почти не изменился — лишь волосы стали длиннее, хотя, так могло показаться под светом луны, что едва одаряла своим светом заросшее поле. Слуги покорно отошли назад к карете, в которой Камал ехал около двух недель, как только увидели всадника на чёрном арабском коне — Рокэ, конь самого господина Раджа Дубея, подарок от его покойной матери Бхарат. Это значило немного, но лишь необходимое: их ждёт война во главе с дюжиной, раз Радж неожиданно решил освободить брата жены, а ещё, их могут убить прямо сейчас, чтобы не было лишних свидетелей. Это было... Вполне возможно. — Мой дорогой зять! Радж, неужели сам явился ко мне аж на полпути к Клифаграми, я польщён, — сарказм не покинул его даже после битвы на саблях в доме и похищения Радхи. Это раздражало Раджа до такой степени, что ему хотелось достать спрятанную Калидасу и не ждать ритуального убийства лорда. Камал подошёл к нему с распростёртыми объятиями, сгребая в них Дубея. Он поддался ибо делать уже было нечего. Увы и ах. — Камал, если у тебя есть совесть, отпусти меня, — протараторил Радж, отталкивая от себя широкоплечего мужчину, — И снеси им головы кхандой. Нам не нужны лишние свидетели, а они уже выполнили свой долг, — тише произнёс Дубей, под пристальным взглядом. — Иди, — Рай указал на коня, — Я разберусь с этими и заберу коня, — наказал он, разворачиваясь к карете за своей спиной. Двое мужчин и один юноша, всего-то. Потери были не столь значительными. Но он не любил подчиняться Раджу, плясать под его дудку. В конечном итоге, Камал успокоил себя фразой «это ради Амриты». В те несколько минут, пока Камал кромсал мужчин и забирал лошадь с узд кареты, Радж спокойно дошёл до Рокэ, оглядывая его с головы до ног на наличие ран и царапин. Громогласный и басистый голос раздался сзади: — Ты закончил? Я — да. Радж закатил глаза в сотый раз. Ему уже надоедало поведение Камала, но терпел он всё это из-за одной фразы: «это ради Амриты». Нагнав Дубея, Рай выровнял ход, и вместе они скрылись под покровом ночи, галопом настигая Калькутту. Преодолевая лес, они замедлились, проходя так, чтобы не тревожить его жителей и хищников. Камал было подал голос, но тут же был нагло перебит. — Я это делаю только ради её счастья и безопасности всей Индии. Не считай своё освобождение благосклонностью и милосердием, — Радж сухо процедил эти слова, сжимая узду лошади в руках, — И ты полностью под моим подчинением. Мужчина недовольно посмотрел на него, явно пытаясь усмирить свою агрессию. Он повернул голову в сторону Раджа, наблюдая за ним, но никакой реакции и изменений на лице не было. Он лишь продолжал смотреть на дорогу и направлять коня. — Как там Амрита? Дубею показалось, что мир замер, а время полностью остановилось, когда он услышал этот вопрос. Понимая, что если он узнаёт, что сейчас с Амритой, оторвут голову не только ему самому, Эриту и, возможно, Раму, но и всей дюжине. Не оглядываясь назад к своему спутнику, он кинул: — Приедем, и спросишь у неё обо всём лично. К утру они доехали до резиденции, продолжая хранить гробовое молчание. Радж не переносил разговоров с Камалом, а Камалу нечего было ему говорить. Все было просто, но лишь пока. Оставив лошадей в конюшнях, Камал первым прошел в резиденцию, и слуги распахнул массивные двери, впуская господина Рай. — А ты совсем не изменился, Палач, — послышалось издалека. Доран, по всей видимости, стоял на пороге дома и первым встретил старого друга. Между ними завязался какой-то личный разговор, но уже тише. Радж, размеренно шагая, направился к дому и тихо прошёл через прихожую на второй этаж, стараясь избежать утренних бесед с Басу. Находясь всю ночь в дороге, у него не было абсолютно никакого желания разговаривать, он лишь хотел лечь спать рядом с любимой. — Радж. «Да погнали бы вас асуры... » — выругался брахман в своей голове. — Что за шум внизу? К нам уже приехал Камал? — Эрит встретил его рядом с покоями в ночных одеждах и выглядел достаточно встревоженно. — Да. Там Камал и Доран, мы только приехали, — сухо ответил Дубей и захлопнул за собой дверь в покои. Эрит понимающе кивнул и промолчал, обратно уходя к себе. Он был прав, находясь в другом конце крыла дома на втором этаже, этих двух было слишком хорошо слышно. Снимая с себя мундир и скидывая всю одежду кроме нижних брюк, мужчина лег на свою половину кровати, и тут же к нему прильнула супруга. Её нежность и некоторая наивность умиляли его, делая взгляд мягче и настроение лучше. Он повернулся лицом к ней, обнимая и прижимая её горячее тело к себе. Она положила голову между плечом и грудной клеткой, тихо посапывая во сне. Оставив мимолетный поцелуй на макушке Амри, Радж и сам не заметил, как провалился в сон. Такой долгожданный и нужный сон. Через несколько часов после появления Камала, в доме начался полный переполох. Слуги носились туда-сюда, выполняя поручения, сидящие внизу друзья устроили себе немного скромное пиршество из щербета и завтрака. Эрит не выдержал шума и не смог уснуть, потому ушёл к алтарю, что недавно возвёл, читать мантры и медитировать, Радха тоже проснулась немногим позже и коротала время в библиотеке. Было уже почти за полдень, и старший слуга осмелился постучаться в покои господ Дубеев. Радж сморщился даже во сне, зарываясь носом в макушку из тёмных смоляных волос, и сильнее прижал к себе Амриту. Она проснулась от стука и, высвободившись из крепких объятий мужа, поднялась и велела накрыть им завтрак в столовой, даже не открывая двери. Едва ли вполголоса произнесла она, слуги тут же послушно ушли исполнять, а когда она уже развернулась обратно к кровати, напоролась на хмурое лицо. — Чего они хотели? Амрита сдержалась, чтобы не рассмеяться и закрыла улыбку кулаком. Радж продолжал непонимающе смотреть на неё. — Спрашивали, когда спустимся к завтраку. Уже почти полдень, Мера Диль, а мы спим. Он продолжил осуждающе смотреть на неё, но сжал переносицу и расслабился. Она уже подошла к кровати, садясь рядом с бедром мужа. Наклонилась к нему, оглаживая своей маленькой ладонью его слегка щетинистую щеку. — У меня для тебя сюрприз, — произнёс он, прикрывая глаза. — И какой же? Он хитро улыбнулся, прижимая к лицу её ладонь. Амрита негодовала, ожидая его ответа. — Камал приехал. Он внизу с утра, беги к нему, — Радж отпустил её руку, когда она дернулась, и просто наблюдал. Девушка быстро надела первое-попавшееся сари и собрала волосы на ходу, чуть ли ни выбегая с покоев. Он же спокойно собрался и спустился чуть позже неё — ещё долго тянулся в постели от боли в спине. Амрита выбежала со второго этажа, направляясь во вторую гостиную по раздающимся в ней голосам. Когда она зашла, брат заливался смехом, стоя спиной к двери. Доран заметил её, но не стал говорить об этом другу и продолжил травить анекдоты. Девушка подкралась к Камалу, обнимая его со спины. Он в секунду посерьёзнел, оглядываясь назад с полуулыбкой. Увидев родные карие глазки, он развернулся всем телом, обнимая и поднимая сестру на руки. Амрита, счастливая словно ребенок, обнимала его, точно соскучившаяся по любимому и долгожданному старшему брату. Когда он отпустил еë, она отошла на несколько шагов назад, держась за живот. — Амри? — недоуменно спросил он, глядя на неё. Доран подошел со спины к Райю и по-дружески похлопал его по плечу. — Камал, ты скоро станешь дядей. Амрита метнула на него обиженный взгляд, но снова подошла к брату с раскрытыми руками. Он ещё сильнее сжал ее в своих медвежьих объятиях, кружа вокруг себя. В зал вошли Радж и Эрит держась под руку, а вперёд них вышла Радха, усаживаясь на диван рядом со своим дядей. Эрит подошел к Камалу, обменявшись с ним рукопожатием и дежурными фразами, присоединился к жене. Радж встал в центр, приковывая все внимание к своей фигуре. — Доран, ты собрал наёмников? — Да. К нам присоединились некоторые воины и солдаты от бомбейской дюжины, — заключил он, хитро переглядываясь с Медведем. — Тогда наступаем этой ночью. Так, или иначе.

***

С наступлением ночи, Доран и Камал выдвинулись к поместью Шарма через лес и давно забытые дороги, чтобы не привлекать внимание чужих глаз. Рай расставил всех и объяснил солдатам, куда им направляться в случае чего, указал, что и где находится на территории резиденции. Доран оставался в засаде, пристально всматриваясь в задний двор Шарма и во всё, происходящее там. После объяснения плана наступления Камал поднялся к нему, точно также прячась между холмом и широким деревом. По законам войны, все сохраняли молчание, не издавали ни звука, выжидая момента, когда кто-нибудь из ближних слуг лорда и Деви явится, или же, лорд де Клер собственной персоной. Из-за двора вдруг послышался истерический крик женщины. Вероятно, что-то или кого-то увидела. Как понял Доран, она заметила одного из наёмников и быстро сложила пазл в голове. В неё сразу же прилетело несколько стрел, затыкая и лишая свидетельницу жизни. Под недобрым взглядом Дорана, ближайшие к ней юноши оттащили её бездыханное тело подальше двора и входов в резиденцию. Камал резко схватил Басу за руку, дергая на себя. Их немой диалог длился немного — Рай прикинул, что она может быть приманкой и так они смогут быстрее достать лорда из его гнездышка. Периодически осматривая наёмников и их экипировку, Доран и Камал почти не сводили глаз со двора, в общем, прошло достаточно времени, чтобы о пропавшей и ныне погибшей служанке спохватились. В самых дальних покоях, чьи окна выходили на внешний двор, была Деви. Она вся дрожала и сжималась каждый раз, когда он двигался. Будь то шаг просто поворот в сторону или вздох. Кристиан уже давно отмел все надежды войти в доверие Деви, наверное, после случая, когда он забрал Рама. Она ближе чем на метр не подпускала его к себе, кричала и билась в кровати, изредка засыпая глубоким сном прямо на ней. Пока Кристиана не было дома, ей было более-менее спокойно, но слуги, что были полностью из его штата, всё также напрягали своим присутствием. Кристиан стал реже появляться дома. Сидя за небольшим столиком с горящей лампадой, он опустил очки на кончик носа и повернулся через плечо к супруге. Грустные голубые глаза были полностью опустошены. В молодом мужчине не оставалось ничего светлого, что в нём рождала это превосходная госпожа. Из-за её же боли, боли от его присутствия, он и сам погас, становясь жестоким и беспринципным генерал-губернатором. — Знаешь, Деви, почему я не стал даже приближаться к тебе, когда обещал, что мы наконец разделим ложе месяца... полтора назад? — задал риторический вопрос он. Шарма молчала, по всей видимости, уснула от болей в голове, вызванной бесконечными слезами. Он продолжил жить в своих раздумьях, которые произносил вслух, — Я полюбил тебя с нашей первой встречи в поле и более, не сумел думать ни об одной другой женщине. Это было со мной впервые, признаюсь честно... В покои неожиданно ворвалась Диана, подручная Кристиана. Запыхавшаяся и уставшая, видимо, бежала. — Мой лорд, за домом сейчас идет кровопролитие. Господин Басу и господин Рай убивают всех подряд, они перебели почти всю охрану, с ними сотня солдат! Они идут за Дубеем и госпожой Шарма, — быстро произнесла она, оглядываясь по сторонам. Только сейчас Кристиан услышал звук скрежета сабель и крики. — Я сейчас всё решу, — он поднял ладонь, приказывая уйти и закрыть за собой дверь. Когда он снова взглянул на Деви, в её глазах блестела надежда на спасение. Она даже смогла выдавить полуулыбку. — Деви, спрячься, пожалуйста, я не хочу чтобы ты пострадала, — он окликнул её в первый раз и она даже не двинулась с места. — Деви? — Я не буду тебе подчиняться. Настала сандхья, вы все, подонки, заслужили это, и если тебя убьют, я буду только счастлива, — она впервые заговорила за все время её «подобного» времяпровождения. Теперь она смотрела на него с нескрываемой злостью и желанием мстить. Он опешил, но продолжил пробовать. — Дивия, послушайте меня, пожалуйста... — чуть ли не прошептал англичанин. — Нет, — коротко ответила она назло ему. — Деви, молю тебя! — из груди вырвался истошный крик де Клера. Ему самому уже не хватало сил и нервов на всю драму, развернувшуюся с поимкой любовника жены и её, теперь вечного, страха перед ним. Он не стал её принуждать к связи, лишь потому, что уважал её и действительно любил, а не потому что ему было жаль или ещë что-то. Деви как никогда уязвима и его единственная задача — спрятать её туда, где ни Палач, ни Рай не найдут её. А пока, он вооружился саблей и спустился к заднему двору и выходу в катакомбы, где и умирал Рам. Так просто Кристиан ничего им не даст — ни Деви, ни Рама, ни власти в Индии. Он сделает всё, чтобы уничтожить Дубеев и всю их проклятую семью, что принесла столько проблем только ему одному. «Индийцы и их мания смерти уже перешла все границы. Очень-очень давно… И нужно получать по заслугам за свои деяния... Точнее, их любимая карма» — крутилось в его голове, пока он ждал удобного момента для удара, прячась за стеной. Отбивая сразу несколько выпадов в свою сторону и убивая солдат, де Клер заметил — ни Дорана, ни Камала здесь не было. Неужели спрятались подальше от бойни? Да, в резиденции Шарма. Скрываясь среди толпы, Камал проскользнул во внутрь резиденции и по памяти начал искать покои Деви. Наконец, он выбил дверь в покои госпожи и мигом закинул её себе на плечо, не отпуская кханду ни на секунду. Деви и сама мигом вскочила с кровати готовая рвать и метать, но он не позволил, бережно нёс на себе драгоценную госпожу. Кто-то, по велению Дорана, зажёг сначала первые комнаты, и огонь вмиг распространился по всему дому. Кровь заполонила собой все, а трупы были на каждом шагу, мешаясь под ногами. Басу и пара наёмников все же нашли проклятый скрытый вход в катакомбы и прямо сейчас убивали всех приставленных к Раму людей. Сам же брахман, зачахнувший и изнеможденный пытками, едва двигался. При виде Дорана, он смог встать на локти, еле-еле держась. — Давай, Дубей, братик волнуется за тебя и давно-о-о соскучился, — кинул Басу, помогая Раму встать. Тот сразу же оживился, словно силы в нём вспыхнули пожаром, который поглотил сейчас весь дом. Пока Доран набирал наёмников, ему с Эритом удалось создать иллюзию стен и пробить их через мир Тамас-Виталы так, чтобы их никто не видел и ничего не заметил. Рам и Доран оставили солдат там, для продолжения бойни с подкреплением от де Клера, а сами ушли через потайные ходы к коням. В то же время пришёл Камал с Деви на руках, и, усадив вызваленных особ, воины скорее направились в храм. Кристиан наблюдал за ними, видел с каким наглым выражением лица Палач и Медведь забрали своих, но не стал отправлять своих людей в погоню. Они рано или поздно схлестнутся в финальной битве, где уйти будет уже не так легко. Им просто повезло скрыться, пока лорд де Клер стоял по колено в крови.