Гермиона Блэк

В ожидании суда Гермиона продолжала работать, у них с Северусом сложился неплохой тандем, они понимали друг друга с полуслова, подменяя иногда в работе. Никки помогала, ей доверяли всё более сложные задания, она уже могла варить некоторые зелья самостоятельно, Снейп проверял только итоговый результат. В начале февраля высадили семена в теплицу, приходилось тщательно контролировать температуру и состояние грунта в каждом отделении. Например, китайской жующей капусте требовалась жара и много влаги, зубастая герань была требовательна к свету, а ядовитая фасоль тентакула ничего особенного не требовала, но приходилось думать о собственной безопасности, когда растение вырастет. Мандрагору пока посеяли в маленькие горшочки, чтобы позже пересадить. Забот хватало, нужно было находить время, чтобы позаниматься с Никки, а тут ещё дети простудились, слишком долго гуляя и катаясь на волшебных санках. Температуру им быстро сбили бодроперцовым зельем, но кашель держался больше недели. Малыши капризничали, плохо ели, им надоело сидеть дома, но Гермиона не пускала их на улицу, дожидаясь полного выздоровления. Ей приходилось сидеть с ними, играя, или читая им книжки, или рисуя вместе с ними. Адвокат ничего не писал ей, от мистера Файбера пришло одно письмо, он кратко доложил, что передал колдографию Гермионы с детьми заключённой Блэк, чем она была очень растрогана. Теперь эта колдография висит у неё на стене. Он также упомянул, что камера её приняла надлежащий вид. Гермиона только вздохнула, вспомнив унылые стены и жесткий стул, привинченный к полу. Нарцисса тоже молчала, все ждали назначенной даты. Зато написала мадам Помфри, ей ответила подруга из медицинской французской школы, у руководства нет никаких возражений против учёбы Драко Малфоя, в положенные сроки он должен предоставить все свои документы, и в новом учебном году может приступать к занятиям. Гермиона тут же написала об этом Малфоям, а сама с грустью подумала, что тоже хотела где-нибудь учиться, чтобы получить профессию, но пока её будущее было неясным, сейчас же она должна зарабатывать, чтобы содержать себя и детей. Гермиона не жаловалась, она прекрасно знала, что миллионы женщин по всей стране работают, и при этом успевают растить детей и вести домашнее хозяйство, так делала и её мама. Она никогда и не собиралась сидеть дома, и всё же её будущее представлялось ей иначе. Наконец, наступил долгожданный март, но ей так и не сообщили точную дату судебного разбирательства, она хотела побыть там, если не в зале суда, то хотя бы в коридоре, чтобы поддержать Беллу. В их теплице появились первые всходы, за нежными ростками нужно было следить и ухаживать, а тут снова заболели дети. Неизвестно, где они подхватили инфекцию, но у них поднялась температура и через день появилась сыпь по всему телу. Вызванный врач диагностировал корь и поинтересовался, болела ли сама Гермиона. Она не знала, и спросить было некого, а разыскивать старую медицинскую карту в далеком Лондоне было нереально. И как раз в этот момент Нарцисса прислала сову с запиской, что завтра состоится первое заседание суда. Гермиона была в отчаянье, она никак не могла оставить больных малышей, пришлось отправлять Белле патронуса. «Белла, верю, что всё пройдёт хорошо! Прости, что не приехала, дети заболели»! — передала она своему ворону. Заседания суда, как и раньше, проходили в министерстве, но состав был другим, об этом писала Гермионе Нарцисса, почти ежедневно присылая ей отчёты. Её не пускали на слушания, но адвокат после каждого заседания рассказывал, как продвигается дело. Рассматривалось несколько эпизодов, и по каждому из них, помимо изучения материалов и опроса свидетелей, использовался Омут Памяти с фрагментами воспоминаний самой Беллатрикс. И некоторые из них прямо указывали на невиновность или косвенную виновность обвиняемой. По окончании рассмотрения по каждому эпизоду судья выносил решение. Всё это продолжалось долго, воспоминания должны были просмотреть все участники процесса. Нарцисса писала, что ей удалось мельком увидеть сестру, и, по её словам, женщина выглядела измученной. У Гермионы сжималось сердце, когда она читала эти строки, но дети пока чувствовали себя плохо, после болезни они ослабли и подхватили простуду заново, и она сидела с ними целыми днями. Снейп работал один и говорил, что справляется, ему здорово помогала Никки. Наконец, Нарцисса написала, что завтра, по словам адвоката, судья должен вынести окончательный приговор. Утром Гермиона всё-таки отпросилась у всех, заверила домовиков и Никки, что к вечеру обязательно будет дома, и аппарировала в Лондон. Пройдя в министерство, она поднялась на этаж судебных заседаний, и, к своему удивлению, увидела рядом с Нарциссой леди Августу Лонгботтом. Пожилая дама в своей старомодной мантии и шляпке с неизменным большим ридикюлем важно восседала у дверей суда, и иногда перекидывалась парой слов с сидящей рядом Нарциссой. Подойдя к ним, Гермиона вежливо поздоровалась с обеими и нетерпеливо спросила: — Ну, что там? — Пока неизвестно! Никто не выходил, — ответила Нарцисса и спросила, — Как дети? — Пока не очень хорошо, — вздохнула Гермиона, — одна болезнь закончилась, началась другая! — О, дорогая, пока они маленькие, так и будет! Особенно зимой! — сочувственно произнесла леди Августа, Нарцисса согласно кивнула, она тоже этого хлебнула, пока рос Драко. Внезапно дверь открылась, и оттуда вышел усталый, но довольный адвокат, все три женщины встали, и с нетерпением уставились на него. — Беллатрикс Блэк оправдана почти по всем рассмотренным пунктам обвинения, по которым была подана апелляция! — важно объявил он, — Однако, учитывая её остальные многочисленные преступления, она приговорена к пяти годам ссылки, и запрету проживания в стране. Арест на всё её имущество полностью снят. — Но где же она? Можно её увидеть? — воскликнула Гермиона. — Сегодня она вернётся в свою камеру, а завтра вы сможете встретить её у ворот тюрьмы. Ей разрешено несколько дней пребывания в Англии для решения своих дел, а затем она уедет из страны, полагаю, вместе со своей семьей. Гермиона подумала о том, как жестоко было снова возвращать Беллу в тюрьму, это после того, как ей объявили оправдательный приговор. — Хорошо, в какое время мне её ждать? — сжав зубы, спросила она. — Полагаю, это будет первая половина дня, — сухо ответил адвокат, — Какое-то время нужно на выполнение всех формальностей. — Мистер Мартенс, мы все очень благодарны вам за вашу работу! — вмешалась Нарцисса, почувствовав, что адвокат несколько обижен на Гермиону за её тон. Адвокат молча поклонился и с достоинством удалился. — Что ж, я вас поздравляю! — кашлянув, сказала леди Августа, — Она практически будет свободна! Я слышала, у неё есть дом во Франции в очень красивом месте. — О, да, дом на море, там просто прекрасно! — подтвердила Нарцисса, — Леди Августа, спасибо вам за ваше участие, вы нам очень помогли! — Была рада помочь, — кратко отозвалась старая дама и тоже откланялась, сообщив, что собирается навестить Минерву МакГонагал. Гермиона всё ещё молчала, она напряжённо думала, что же ей теперь делать. Нарцисса прервала её размышления: — Гермиона, завтра утром я буду у тебя, и мы вместе отправимся встречать Беллу. Я там не была, поэтому не знаю, куда аппарировать, можно угодить мимо и попасть в море! Ты же говорила, это на берегу? — Да, Нарцисса, я буду готова. Но… куда захочет отправиться Белла? — Не знаю, она непредсказуемый человек! Возможно, она поживёт немного у меня, ей нужно решить дела с её поверенным в банке. А может быть, сначала захочет увидеть детей. — Ей нельзя оставаться одной, — нервно озвучила Гермиона свою главную мысль, — Я поеду с ней, что бы она ни решила. Вот только как быть с детьми? Они ещё не выздоровели! — Подожди до завтра, прежде чем что-то решать. Ты больше не должна принимать решения одна, вы всё должны делать вместе, — сказала мудрая Нарцисса, и Гермиона немного успокоилась. Прибыв домой, Гермиона кратко озвучила Снейпу и Никки основные новости, а именно, что Беллу завтра освобождают из тюрьмы, и что она должна проживать за границей. Она проверила детей, и они сели обедать. — Но это же хорошие новости, твою жену выпускают на свободу, — осторожно сказала Никки, глядя на расстроенное лицо Гермионы, — Почему же ты так нервничаешь? — Потому что я не знаю, что мне делать! — воскликнула девушка, — Я должна быть с ней, но у меня болеют дети, это раз, и у нас с Северусом висит несколько невыполненных контрактов, это два! И в теплицах нужно следить за растениями… — Послушай меня, Гермиона! — вступил Северус, — Пусть контракты тебя не волнуют, я или выполню их сам, или аннулирую, это неважно. И за растениями мы с Никки проследим. Сейчас думай только о своей семье, о детях и о своей жене. Ты знаешь, где она собирается жить? — Нет, пока не знаю, возможно, в своем доме в Нормандии, во Франции, это очень красивый особняк у самого моря… — А ты что же, видела его? — подозрительно спросил Северус. — Да, туда она привезла меня после свадьбы, — сказала Гермиона и покраснела, вспомнив подробности той ночи. — Понятно, — протянул Снейп. — Но Нарцисса сказала, что Белла непредсказуемый человек, и неизвестно, что она решит. Ей разрешили задержаться на неделю для решения финансовых вопросов. Завтра мы с Нарциссой поедем её встречать. — Хорошо. А сегодня пошли ей патронуса, поддержи её! — посоветовал Северус. — Да! — кивнула Гермиона с благодарностью, она слегка успокоилась. Утром ровно в восемь часов Нарцисса в сопровождении Драко была уже у них дома, навестила малышей, которые вяло помахали ей ручонками, но новых жёлто-зелёных дракончиков схватили цепко, и поторапливала Гермиону. — Оденься потеплее, Мерлин знает, сколько нам придётся ждать! — сказала она. — А как же Белла? У неё ведь нет тёплой одежды! — пришло в голову Гермионе. — У неё есть волшебная палочка! — фыркнула Нарцисса, — Во всяком случае, надеюсь, они вернут её. Ну что, ты готова? — Да, отправляемся, — она взяла Нарциссу и Драко за руки и они аппарировали на каменистый пустынный берег Уэльса, — Мы на месте, эти развалины и есть крепость Кронен. — Очень живописно, — пробормотала Нарцисса и поплотнее запахнула свою шубку. Со стороны моря дул сильный ветер, спрятаться от него было негде. Было промозгло и сыро, но всё-таки весна наступала, и даже среди камней кое-где видна была молодая травка и робкие цветы. Ждать им пришлось долго, около двух часов, Гермиона вместе с Драко сбегала до каменистого берега, чтобы взглянуть на море, в прошлый раз она так и не успела этого сделать. Они простояли на краю обрыва около получаса, картина завораживала, хотя и не было в этом никакой красоты. Море выглядело неприветливо, серые волны с клочьями пены с рёвом бились о скалы, но небо чуть-чуть прояснялось, где-то далеко проглядывала синева сквозь сплошные тучи, и это почему-то немного успокоило Гермиону. Может быть, и в их жизни наконец наступит покой и ясность? Нарцисса никуда не отходила, боясь пропустить выход сестры, она позволила себе только прогуливаться туда и обратно. Наконец, чары невидимости рассеялись, и мощная крепость предстала перед ними. Дверь открылась, и оттуда вышла Беллатрикс в сопровождении мистера Файбера. На ней было привычное черное платье и какая-то накидка сверху. Нарцисса, не сдерживая слёз, бросилась обнимать сестру, мистер Файбер кивнул Гермионе и сказал: — Миссис Блэк, я действительно рад, что ваша жена теперь на свободе! Она выдающаяся волшебница, и я надеюсь, она найдёт применение своим талантам. Желаю вам счастья! — Спасибо, мистер Файбер, за вашу помощь и ваше участие, — Гермиона искренне поблагодарила начальника тюрьмы. Тот поклонился и ушёл. Как только он прошёл в дверь, крепость исчезла. Драко только изумленно присвистнул. — А палочка! Белла, он вернул тебе палочку? — воскликнула девушка. — Конечно, вернул! — усмехнулась Беллатрикс, показывая свою любимую искривленную палочку, — Об этом я спросила в первую очередь. Ну что, куда теперь? — Белла, я надеюсь, ты поживёшь у нас, мы с Драко будем рады. — решительно сказала Нарцисса, — Да и в банк от нас удобнее, через каминную сеть. — Извини, Нарцисса, но у Беллатрикс есть теперь своя семья, — не менее решительно вступила Гермиона, — И она ещё ни разу не видела своих детей! К тому же нам нужно обсудить нашу дальнейшую жизнь. Беллатрикс, склонив голову набок, с интересом выслушала обеих, потом подошла к сестре и обняла её. — Цисси, милая, я буду у тебя завтра, хорошо? Миона права, сейчас я должна пойти к детям. — Хорошо, я буду тебя ждать, — Нарцисса суховато кивнула Гермионе, и они с Драко исчезли. Не теряя времени, Гермиона взяла Беллатрикс за холодную руку и сказала: — Харвуд, Йоркшир, дом Северуса Снейпа! Они оказались за домом, возле их крошечной теплицы, которой они с Северусом очень гордились. Беллатрикс посмотрела вокруг, взглянула на маленький дом и спросила Гермиону с изумлением: — Что это за дыра? Вы что, действительно здесь живёте? — Да, Белла! — неловко усмехнулась девушка, — Пойдём скорее в дом, нас ждут. Они вошли, навстречу шагнул Снейп. — Белла! Рад видеть тебя. — Здравствуй, Северус! — они не стали обниматься, лишь коснулись кончиками пальцев, — Это твой дом? Гермиона видела, что Беллатрикс выглядела в их убогом домишке неуместно, даже Нарцисса в её элегантных нарядах лучше вписывалась в их уютную атмосферу. А Белла в роскошном меховом манто, в которое превратилась её накидка, ощущалась как инородный предмет. Она стояла с непроницаемым выражением на лице, только воспитание не позволяло ей произнести все слова, которые готовы были слететь с её языка. Почувствовав общую неловкость, Гермиона схватила Беллатрикс за руку и потащила к лестнице. — Пойдём сначала к детям, потом нам нужно будет поговорить! Они вошли в детскую, когда дети играли. Две мордашки повернулись в сторону двери, увидев маму, малыши вскочили на ножки и готовы были подбежать к ней, но следом вошла незнакомая женщина с напряженным лицом, и они затормозили, вопросительно глядя на неё. — Арчи, Телла, это ваша мама Белла! — мягко произнесла Гермиона, — теперь мы будем жить все вместе! — Мама? — вопросительно произнес мальчик и улыбнулся, не увидев угрозы. Телла разглядывала новую маму молча, но она ей необъяснимым образом понравилась, и девочка тоже улыбнулась, что бывало с ней крайне редко. — Иди к ним, поговори, спроси про игрушки! Ты им понравилась! — шепнула Гермиона, подталкивая растерявшуюся Беллатрикс в спину. Та в панике шагнула к детям и неловко опустилась на колени рядом с ними. Она жадно вглядывалась в лица детей, ей хотелось их обнять, но она боялась спугнуть хрупкое доверие. Гермиона села рядом, и спросила малышей, во что они играли, перебирая всю груду игрушек перед ними. Арчи начал рассказывать маме, что он играл в пожарную машину, показывая, как она ездит и гудит, его язык пока состоял в основном из отдельных слогов и невнятного лепета, но мама его понимала, кивая головой и добавляя что-то к его рассказу. Телла занималась конструктором, соединяя разноцветные блоки в какую-то ей одной понятную комбинацию, Гермиона похвалила девочку и погладила по немного отросшим белокурым шёлковым волосам. Девочку заинтересовали пышные волосы Беллатрикс и она протянула маленькую руку, чтобы потрогать, Белла старалась не дышать, близко разглядывая нежное личико с голубыми глазами. — О, не надо ей разрешать дёргать себя за волосы! Телла, не надо делать маме больно, — строго сказала Гермиона. Девочка скривила губы, собираясь захныкать, но Белла поспешно сказала: — Пусть потрогает! Она же не будет дёргать, правда, малышка? И девчонка, довольная, вцепилась обеими руками в кудри Беллатрикс. Та зашипела и засмеялась одновременно, наконец, обняв дочку. Арчи, как водится, тоже захотел обниматься, и вот уже Белла, смеясь и плача от счастья, прижимает к себе обоих. Уговорив дочку выпустить из цепких ручонок волосы мамы Беллы, Гермиона заняла её новым замочком на доске бизиборд, а это была любимая игрушка Теллы. Они наперебой с Арчи начали подтаскивать к Беллатрикс свои игрушки, чтобы показать ей, та бесконечно перебирала дракончиков, крокодилов, кубики и мячики, в конце концов, она устала, и у неё зарябило в глазах. Поцеловав детей на прощание, Гермиона увела Беллу в свою комнату, подумав при этом, что её комната была едва ли больше тюремной камеры Беллатрикс, да и по обстановке мало отличалась, разве что не было решёток на окне. — Ты устала? Хочешь прилечь? — спросила Гермиона, с тревогой глядя на бледное лицо жены. — Да, полежи со мной! Они прилегли на узкую кровать, Гермиона обняла Беллатрикс и положила голову на её плечо. Они полежали молча, закрыв глаза и ощущая друг друга, Гермиона слышала, как быстро стучит сердце жены, потом Белла вздохнула и повернула голову к Гермионе. — Что ты думаешь о нас? — спросила женщина. — Я … знаешь, когда мне было трудно, часто представляла этот момент, когда ты приедешь за нами и увезёшь куда-то, где мы будем счастливы! — А сейчас? — А сейчас я не знаю! Ты ведь хочешь честного ответа? — Да. — На самом деле, мне с детьми было здесь хорошо. Мы жили с людьми, которые нас любили, помогали нам. Я никогда не думала, что директор МакГонагал или Северус так сердечно будут относиться ко мне! И Нарцисса… она очень помогла нам. И я занималась работой, которая мне по-настоящему нравилась! Я привыкла к этому месту, к этому дому, у меня появились друзья. И вот сейчас придётся всё менять! — Ты можешь оставаться, где хочешь! — Беллатрикс нервно высвободилась из объятий Гермионы, — Это ведь меня высылают из страны, а не тебя! — Нет, Белла, ты меня не поняла, — Гермиона привстала на локте и погладила жену по лицу, разглаживая пальцами складку между бровей, — Не хмурься так! Я просто рассказываю тебе, что я чувствую в ожидании перемен! Да, мне немного не по себе, но я поеду с тобой куда угодно, это будет в любом случае, потому что я хочу быть с тобой! Почему ты молчишь? — Я всё время вспоминаю, что заставила тебя вступить в брак! — тихо произнесла Беллатрикс. — Забудь об этом, — прошептала девушка, легонько целуя Беллу за ушком. В дверь осторожно постучали, и голос Никки спросил: — Гермиона! Вы спуститесь к обеду? Всё готово! — Да, мы сейчас придём! — взглянув на жену, ответила Гермиона, и ещё раз поцеловала её в уголок рта, — Хочешь умыться? Здесь есть тёплая вода, и даже душ! Белла фыркнула в ответ, и, встав с кровати, быстро привела в порядок волосы и платье. — Пойдём обедать, а душ будет перед сном, только кровать сделаем пошире, — она многозначительно посмотрела на жену. Та порозовела и кивнула. За обедом Гермиона познакомила Беллатрикс с Никки, та во все глаза смотрела на легендарную злодейку, о которой писали все волшебные газеты, а она оказалась красивой и обаятельной дамой, и к тому же, женой её лучшей подруги. Белла вела себя предельно вежливо, хвалила простую еду в тарелках, и поблагодарила Снейпа за гостеприимство, которое тот оказал её семье. Потом они вышли прогуляться на воздух, и Беллатрикс озвучила свои планы. — Завтра я буду у Нарциссы, мы отправимся в Гринготс, нужно проверить состояние моих счетов. Я хотела бы, чтобы ты была со мной и тоже присутствовала там. Твоё имя должно быть вписано во все документы. — Но это твои деньги, Белла! — Ты моя жена по магическим законам, Миона, — напомнила Беллатрикс, — И, кстати, там не только деньги, а ещё и бумаги на недвижимость. Дом во Франции, который ты видела, не единственное моё владение, у меня есть ещё виллы в Италии, Греции и маленькое шале в Швейцарии, в Альпах! И что-то вроде ещё было у отца в Японии и на Карибских островах, но это надо уточнять, я там ни разу не была. — Во имя Мерлина! — только и могла произнести Гермиона, — А в Австралии, случайно, у тебя ничего нет? — Вроде бы нет, а что, ты хочешь в Австралию? Вообще не проблема! — деловито сказала Беллатрикс. — Там мои родители, которых я лишила памяти, — грустно пояснила Гермиона, — Я бы хотела их разыскать. — Мы поедем туда, как только ты захочешь! — Белла, мне кажется, ты как-то неправильно поняла пункт о ссылке! — смеясь, сказала Гермиона, — Наверное, тебя будут как-то контролировать. — Интересно, как? Я буду проживать в своих домах, но по всему миру. Ты же нигде не была, я права? — Мы однажды отдыхали с родителями в Египте, — слабо возразила Гермиона, — Но, конечно, увидеть Италию и Францию — это моя мечта! Но дети, Белла! — А что дети? Они будут с нами, разумеется. — Они слишком маленькие для таких путешествий. — Не волнуйся, Миона, мы не будем торопиться. И путешествия волшебников происходят путём трансгрессии, знаешь ли! — Я знаю, но я также знаю, что детям до двух-трёх лет это не рекомендуется. Поэтому сюда из Хогвартса мы ехали на поездах, и меня провожала директор МакГонагал. — Ладно, я поняла, значит, ближайший год мы проживём во Франции, согласна? — Конечно, согласна! — Гермионе нравилось видеть Беллу такой оживленной, она строила планы на их будущую жизнь, и это было замечательно! К вечеру, когда Беллатрикс и Гермиона снова были с детьми, пришёл Феликс. В этом не было ничего необычного, он часто приходил к ужину, иногда приносил что-то детям. Ему нравилось разговаривать с Северусом и, конечно, с Гермионой. Иногда парень казался слишком прилипчивым со своими вопросами о том, как устроен волшебный мир, но, в основном, он никому не мешал, а Никки было не страшно возвращаться домой вечером. Но сегодня сестра встретила его недовольным ворчанием. — Зачем ты пришёл? Сегодня тебе здесь не рады! — Почему? В чём дело-то? — Супруга Гермионы, госпожа Беллатрикс здесь! — Вот и прекрасно, давно хотел с ней познакомиться, — парень заупрямился, и уселся на стул в ожидании ужина. — Поставь хотя бы тарелки на стол! — раздражённо сказала Никки. Из лаборатории вышел Снейп, и сразу прошёл в свою комнату, на ходу снимая рабочую мантию. Увидев Феликса, он приподнял брови и покачал головой, глядя на Никки. — Я всё ему сказала, мистер Снейп, но он не хочет уходить! — оправдывалась девушка. По лестнице спускались Гермиона и Беллатрикс, они смеялись о чём-то и держались за руки. Увидев Феликса, Гермиона бросила настороженный взгляд на жену, но деваться было некуда. — Здравствуй, Феликс! — приветливо поздоровалась она, — Познакомься, это моя жена, леди Беллатрикс Блэк. Белла, это Феликс, брат Никки и наш друг, он иногда помогает нам. — Приятно с вами познакомиться! — выпалил парень, не зная, что ему делать с руками. Беллатрикс молча рассматривала его простоватое, но, безусловно, молодое и довольно симпатичное лицо со светлыми глазами, потом вопросительно посмотрела на жену, и светским тоном сказала. — Миона, любовь моя, молодой человек останется на ужин? — Феликс, поужинаешь с нами? — пригласила юношу Гермиона, избегая смотреть на жену. — С удовольствием, если позволите, — поклонился Феликс. Когда все уселись за стол, он протянул Гермионе игрушки, — Госпожа Гермиона, я тут сделал для ребят игрушки, вот, возьмите! — Белла, ты посмотри, какая прелесть! Эти фигурки ещё и двигают руками и ногами, Феликс делает это сам, своими руками! Беллатрикс с интересом рассматривала двух деревянных куколок, у которых вертелась голова, и руки-ноги были на шарнирах. — Вы волшебник, молодой человек? — Нет, мэм! Мы с отцом работаем плотниками. Наша бабушка была волшебницей, а отец и я сквибы. У матери есть слабые способности, но у неё нет волшебной палочки. А вот Никки повезло, что она попала к таким людям, они учат её, да ещё и палочку купили! — Когда мы покупали палочку Никки, мистер Оливандер сказал, что её бабушка из старинного рода, который прервался! Никки, как была её фамилия? — вмешалась Гермиона. — Её звали Фелисия Феркл, по мужу Уэнрайт. Феликса назвали в её честь. — Феркл? — удивилась Беллатрикс, — Да, был такой старинный чистокровный род! Значит, вы его потомки! Но способности передались только по женской линии, интересно… Что это мы пьём? — Это местное пиво, Белла, — сдерживая улыбку, сообщил Снейп. — Ужасная гадость, клянусь панталонами Мерлина! — Белла! — покраснела Гермиона. — А нет у вас огневиски или вина? — Увы! — развёл руками Снейп, — Мой запас мы с этим молодым человеком уничтожили на Рождество. — Ясно! — Беллатрикс вынула палочку и закрыла глаза, зато все остальные во все глаза наблюдали за ней. По комнате пронёсся небольшой горячий вихрь, и на стол шлёпнулось несколько плиток горького шоколада и из ниоткуда возникла запылённая бутылка вина. Она спокойно взяла бутылку, мастерски выдавила пробку, и попросила пустой стакан, Никки метнулась на кухню и принесла два чистых стакана. Беллатрикс налила себе половину стакана и вопросительно посмотрела на остальных, но все отказались, ссылаясь на завтрашний рабочий день. Правда, Феликс хотел попробовать, но Никки изо всех сил пнула его по ноге под столом. — Зря отказываетесь, это лучшее вино из подвалов Люциуса Малфоя! Миона, выпей со мной! — Хорошо, только немного, а то я опьянею, — Гермиона сделала осторожный глоток из своего стакана, чувствуя, как немного терпкий напиток приятно разливается внутри, и наблюдая за женой, которая спокойно потягивала вино. — Наверное, нам уже пора собираться домой, — сказала Никки, — Феликс, помоги мне собрать тарелки. — Я помогу, — встала Гермиона и немного покачнулась. Вместе с Никки и Феликсом они быстро убрали со стола, и брат с сестрой отправились домой. Гермиона гремела посудой на кухне. — Северус, у вас же в доме два домовика! Разве это не их обязанность? — спросила Беллатрикс. — Это домовые эльфы Хогвартса, их прислала МакГонагал, чтобы они занимались детьми, — пояснил Снейп, — Они готовят еду, но убирать за всеми им запретила твоя жена. Она же повёрнута на идее освобождения эльфов от рабства! И ещё заставляет меня платить им за работу! — О! — только и могла произнести Беллатрикс, изумлённо глядя на усмехающегося Снейпа, — Ты не шутишь? — Нет! Какие шутки! Она ещё в школе всех замучила своей организацией за освобождение эльфов, призывая в неё вступать! И вообще, она очень серьёзная девушка, имей в виду. — Я почти ничего о ней не знаю, — медленно произнесла Беллатрикс, — Ты же был её профессором, расскажи о ней! — Её не любили, она всех раздражала с первых дней, называя заучкой и всезнайкой Грейнджер, но потом привыкли. Ну, знаешь, меня очень раздражало, когда на любой мой вопрос классу она изо всех сил тянула руку! Она знала ответ на любой вопрос, её домашние задания были безупречны, она на самом деле была лучшая! Ну, и эта их дружба с Поттером и Уизли… Я не знаю, чего бы достигли эти бестолковые мальчишки, если бы не аналитический ум, знания и организованность Грейнджер. Думаю, что она прочитала все книги в школьной библиотеке. Её успехи в зельеварении очень впечатляющи, но она также хороша и во всех других дисциплинах. Я не знаю, что бы я делал без неё, наверное, не заработал бы ни одного сикля! Она же рассчитала стоимость всех зелий, она ведет переписку с поставщиками и с заказчиками, в её руках весь учёт. Благодаря ей, мы теперь сами будем выращивать волшебные растения, даже мандрагору, представляешь? — Кем бы она могла стать, как ты думаешь? — задумчиво спросила Беллатрикс. — Да кем угодно! Хоть зельеваром, хоть целителем, хоть аврором, или нет, в авроры идут тупые парни типа Уизли! А Гермиона имеет глобальный ум, если бы её оценили в министерстве. — О чём вы тут говорите? — с любопытством спросила Гермиона, выйдя из кухни. — Да так, болтаем, — ответила ей Беллатрикс, глядя на девушку, которую, как выяснилось, она совсем не знала, — Пойдём спать, Миона. Они поднялись в комнату Гермионы, и девушка ушла в душ. Выйдя в пижаме и с влажными волосами, она обнаружила на месте своей узкой кровати широкое мягкое ложе с шёлковыми простынями. Беллатрикс уже сняла платье и стояла в чёрной шелковой сорочке. Стараясь не покраснеть и избегая смотреть на неё, Гермиона сказала: — Чистое полотенце на полке справа! Когда Беллатрикс вышла из душа, Гермиона уже дремала, наслаждаясь мягким матрасом и тёплым одеялом. Ложась рядом с ней, Беллатрикс обняла девушку за талию, и та доверчиво прильнула к ней, уткнувшись в шею и втягивая уже знакомый аромат своей жены. — Ты не выключила свет, Белла, — сонно пробормотала Гермиона. — Нокс! — сказала Беллатрикс, и светильник погас, — Спи, Миона.