Смысл

– Нет, ну это как-то совсем несерьёзно, Дазай. Он ведь не маленький ребёнок, чтобы дарить ему плюшевую игрушку? – Как они вообще к этому пришли? Это был первый вопрос, проскочивший в голове Сигмы, когда они остановились в отделе с мягкими игрушками. Сейчас они смотрели на большого, белого в чёрную полоску тигра. Очень символичный подарок, конечно. Но не на восемнадцатилетие же его дарить? Ладно если бы это была Изуми. И то у неё всего одна плюшевая игрушка-кролик, которую дарила Наоми. – Ах, мой бедный Сигма. Уже в четыре года ты не признаешь ценность мягких игрушек. А ведь это первые друзья, благодаря которым ты учишься заботится о других. С ними ты никогда не будешь чувствовать себя одиноко. Как же много ты теряешь, – Осаму свернул бумажную купюру и вытер ею под глазами, будто вытирал слëзы. Опять устроил театр одного актёра. Он обнял Сигму со спины, прижимаясь щекой к его плечу. – Хочешь, мы купим тебе плюшевых котят, на которых ты недавно заглядывался? Я же говорил, что ты не должен отказываться от того, что тебе нравится, – Дазай потёрся о плечо, подобно ласковому зверю, пока Сигма размышлял. С одной стороны, может быть Осаму прав. Может подарок в виде плюшевой игрушки будет действительно хорош. А с другой стороны, он думал, как оттолкнуть его и шваркнуть об пол, пару раз, чтобы не забывал держать дистанцию, когда они в людных местах. Всё же Сигма не из тех людей, что предпочитают открыто проявлять привязанность, какие-либо тёплые чувства. Однако Дазай похоже все его предпочтения вертел... – Черт, я уж думал, что этот придурок совсем из ума выжил, раз так открыто пристаёт к девушке в торговом центре. Пошли, Акутагава, это была ошибка, – Услышав знакомый, слегка надменный голос, Сигма развернулся и тут же оттолкнул от себя Осаму, да так, что тот правда свалился на пол. В нескольких шагах перед ним были знакомые мафиози. Накахара Чуя и Акутагава Рюноскэ собственной персоной. И если один насмешливо смотрел на бывшего коллегу и напарника, то другой из-за всех сил сдерживал желание подойти ему помочь. Да, в странных взаимоотношениях Дазая и Портовой мафии разбираться не шибко та хотелось. Вроде они хотят его убить, но в то же время... – Эх, Акутагава, в магазин с животными нельзя. Успокой свою собаку, она слишком громко лает... А это ты что-ли, Чуя? Смотри не кусайся только, вдруг дурацкий вкус в одежде передаётся так же, как бешенство, – Осаму поднялся с пола, отряхнулся и встал рядом с Сигмой. Невысокий мафиози заметно оскалился, глядя на них снизу вверх. Внимание Рюноскэ же привлекла плюшевая игрушка, которую только что разглядывали детективы. Пока Накахара думал о том, как размазать Дазая по стене, мысли Акутагавы блуждали вокруг совершенно других вещей. – Да тебя даже псины не захотят кусать. Ты выглядишь, как двухметровый кусок мусора, а с твоими интеллектуальными способностями тебе ни бешенство, ни дурацкий вкус не страшны. К тому же вкуса у тебя, как такового, отроду не водилось, – Чуя сложил руки на груди, презрительно сплюнув воздух. Не будет же он по-настоящему плеваться в общественном месте. Сигма отошёл немного от Осаму, становясь возле Рюноскэ. Оба знали, что сейчас будет, поэтому решили не встревать. Не то чтобы у них было много общих тем для обсуждения, но подарочный пакет в руках Акутагавы говорил сам за себя. – Двухметровый кусок мусора? Ничего оригинальнее придумать мозгов не хватило? Ой, извини, они наверное малюсенькие. Соответсвуют твому росту. Что-ж, по крайней мере, чтобы меня увидеть не нужно опускать голову. Ну, как там погода внизу, Чу-уя? Ты меня отсюда слышишь вообще? Может мне стоит немного наклонится? – Ну вот началось. Накахара быстрым шагом направляется к Дазаю, тут же замахиваясь. Осаму останавливает удар, и они каким-то чудом умудряются не ронять стеллажи и полки с товарами. По-хорошему их бы щас разнять, но... Кому это надо? Рюноскэ в этом просто не заинтересован, а Сигма разве что получит за компанию. А этого не очень-то хотелось если честно. – Вы тоже выбирали подарок, да? – Всё же Сигма задал этот вопрос. Не молча же им наблюдать, как товарищи раздают друг другу тумаки? Акутагава окинул его каким-то сомнительным взглядом, потом посмотрел на Дазая, что выворачивал Чуе руку и только утвердительно кивнул. Более полугода назад он даже не подумал бы дарить тигру что-то, помимо отрубания конечностей, многочисленных порезов и целых поэм о том, какой он жалкий, ничтожный и отвратительный. Но так уж получилось, что теперь их общение не ограничивалось оскорблениями и бессмысленным мордобоем. – А у тебя легко получается подбирать для него подарки? Я долго голову не ломал особо, но если не трудно, можешь поделиться советом? – Сигма также посмотрел на Рюноскэ, что, как и его наставник считал солнцезащитные очки замечательнейшей маскировкой. Под ними же точно никто не узнает в нём опасного преступника из Портовой Мафии? Тот некоторое время молчал, наблюдая, как Накахара бьёт локтем под дых Осаму. Похоже им придётся либо ждать сотрудников, либо ждать, пока те успокоятся. Либо ждать, пока один из них не отхватит так, что драться уже не сможет. – Он начинает ныть и разводить сопли после любого подарка, вне зависимости от того, что это. Поэтому я дарю их, чтобы просто наблюдать за его жалким поведением, – ... Сигма бы сказал, что это работает несколько по-другому и Ацуши скорее всего трогает то, что Акутагава в принципе дарит ему подарки, а слезы вызваны приятными эмоциями, но, кажется, Рюноскэ и так это понимает. Своим замечанием он может только разозлить его. Вторая драка им сейчас не нужна. – Ещё скажи, что тебе это посоветовал Дазай, – По ответу, вернее по его отсутствию, Сигма понял, что так оно и есть. Они стояли бы так вечность, если бы Осаму не снёс Чуей стеллаж с игрушками. Кажется, они совсем заигрались. Ну или как сказал бы Куникида: – Дазай, ты совсем охренел!? Ты ещё не забыл на кой черт мы сюда пришли? – Пока Акутагава помогал рыжему выбраться из-под завалов мягких игрушек, Сигма, подойдя к Осаму, отвесил ему хороший, смачный подзатыльник. Раздался такой звонкий хлопок, что опешили все вокруг. За исключением самого инициатора. – Тебе двадцать два года, ты взрослый человек. Ладно, я смирился с тем, что в тебе ни грамма самостоятельности и с тобой таскаться приходиться, как с ребёнком. Но каким идиотом нужно быть, чтобы бросаться на своего бывшего коллегу, как бык на красную тряпку? – Сигма тяжело дышал, глядя на Дазая, которого сейчас очень хочется убить, да на Чую, которого лучше б глаза его не видели. Один Рюноскэ казался адекватным. Да подошедший охранник, что был недоволен не меньше, чем Сигма. Акутагава, глядя на него с долей сочувствия и понимания, вывел Накахару из отдела подальше. Они закончили с подарком и здесь им делать больше нечего. Правда немного неудобно оставлять все разбирательства на Сигму, да вот только если они останутся там дольше, может произойти ещё бог знает что. – Прошу прощение. Скажите пожалуйста, сколько нужно выплатить за моральный ущерб? Мы также окажем помощь, чтобы быстрее поставить стеллаж и всё содержимое на место, – Сигма разговаривал спокойно, располагая незнакомца к себе хорошими манерами, некоторым уважением и "прирождённой" харизмой. Не зря раньше в казино работал, там им восхищались и клиенты, и рабочий персонал. С таким обращением он кажется поставил охранника в неловкое положение. – Ну что вы, что вы! Не стоит об этом переживать, мы и сами в скором времени всё здесь приберëм. За моральный ущерб хватит и двух тысяч йен, – Неплохой такой удар по кошельку. Да, раньше для владельца казино это были бы сущие пустяки, однако сейчас, он жил той жизнью, где нужно подсчитывать каждую копеечку. За такой удар хотелось самому впечатать Осаму в стенку. Сигма вытащил из кошелька две тысячи йен, передал их в руки охраннику, схватил с полки тигра и с несколько мрачным видом направился к кассе. Это животное явно будет напоминать ему про сегодняшнюю прекрасную встречу. Дазай только прошёл за ним следом. Он молчал, глядя на недовольное лицо. Сигма оплатил покупку, также приобретя для неё подарочную упаковку и всучил её в руки Осаму, стремительно направляясь к выходу. Он выглядел как раскалённая сталь, как натянутая до предела струна. Если вчера Дазая не выгнали спать на балконе, то сегодня его с вероятностью в восемьдесят процентов могла постигнуть такая участь. – Нравится трепать ему нервы? Ты так и хочешь, чтобы он кидался на тебя в ответ и поливал грязью? При каждой встрече тебе хочется получить по морде и самому пнуть его пару раз? Что я вообще должен думать после всего этого? – К несчастью, Сигма заговорил первым, акцентируя внимание на определённых словах. Осаму часто видел его раздраженным. Кажется, это было состояние, в котором тот находился чуть ли не постоянно. Однако сейчас тон его был спокойным, но удрученным, каким-то измученным. Во взгляде же сквозило откровенное разочарование. – Хэй, Сигма, да подумаешь, поругались немного. Подарок ведь выбрали, деньги я тебе потом верну, не стоит из-за этого так волноваться, – Дазай закинул свою руку ему на плечи, пытаясь звучать как-то беззаботно. Действительно, в его представлении ничего плохого не случилось. Очередная стычка со старым знакомым, что тут необычного. Конечно ожидаемо, что Сигма скинет его руку, но он сделал это с такой резкостью, отходя в сторону. Стало не по себе. – А ты думаешь меня волнуют только деньги? Не спорю, лишние траты огорчают, но сейчас проблема совсем не в них, – Сигма отвернулся от него, направляясь дальше. Они и раньше так ругались, но сейчас в башке у Осаму будто что-то щёлкнуло. Почему эта ссора была не похожа на другие? Она воспринималась как-то иначе. Хуже. Ведь сейчас такие перепалки могут привести не к простому двухдневному игнорированию, а полному разрыву едва построенных отношений. Дазай резко схватил его за руку, притягивая к себе. – Что-же тебя тогда волнует, скажи мне? У нас с Чуей нелёгкие отношения. Может иногда мы правда перегибаем палку. Но ведь это никак не влияет на мои отношения с тобой? – Они вместе взглянули на то, как Осаму сжал его запястье. Сигма аккуратно вывернул свою руку, освобождаясь из хватки. Он немного потëр участок, где на бледной коже остался заметный след. Больно, конечно, не было, просто неприятно. – Что меня волнует? Никак не влияет? О, ну если ты сам не понимаешь, то иди, догони своего Чую и спроси у него. У вас мозги походу размером не сильно отличаются! – Сигма развернулся, вновь пытаясь уйти. Только вот и нескольких шагов сделать не успел, как услышал смех. Громкий, весёлый, чуть ли не надрывный. Безусловно, смеялся Дазай. Но что было смешного в этой ситуации? Хотелось подойти к нему и снова ударить, ведь даже сейчас он ведёт себя как клоун! Даже не пытается разобраться в том, что чувствует Сигма. А... А что он чувствует? – Ревнуешь! Да ты ревнуешь! И не абы к кому, а к Чуе. Из всех людей именно к нему, – Смех продолжился. Осаму уже задыхался, но продолжал над ним смеяться, сжимая в руках упаковку с плюшевым тигром. Что он черт возьми несёт? – О господи, я не могу. Ты же меня так правда скоро убьёшь, радость моя. Прекращай, – Дазай сделал глубокий вдох, выдох и выпрямился, делая в его сторону пару шагов. А Сигма ни двинуться, ни сказать уже ничего не мог. Это звучало ужасно неправдоподобно. По крайней мере он не собирался так просто мириться с этим фактом. – Ничего я... Ничего я не ревную! Ревновать? Тебя? Разбежался! Я просто хочу, чтобы ты вёл себя как нормальный человек, – Он сложил руки на груди и отвернулся, прикрывая глаза. Неужели он правда ревнует? Ему раньше не доводилось испытывать подобного. А может и доводилось, но это не было так очевидно. По крайней мере на данный момент ревность ассоциировалась с чем-то нехорошим, неправильным. И позволять Осаму смеяться над этим – непозволительно. – А как щеки та покраснели! Ну точно ревнуешь. Но для этого ведь совсем нет причин. Да, Чую я, к превеликому сожалению, знаю очень давно. Он мой бывший напарник, может быть раньше мы даже дружили с ним. Но не более. Слушай, я не умею говорить вот эти вот речи, когда надо убедить партнёра в своей верности или что-то вроде того, – Дазай не успел даже договорить, как теперь его прервал мягкий смешок. Сигма вновь смотрел на него, улыбаясь и тихонько посмеиваясь. В отличие от некоторых, он не хочет привлекать излишнее внимание. – Ну конечно, от тебя слова доброго не услышишь, а тут ты хочешь убедить в своей верности? На что мне, по-твоему надеяться? – Увидев на лице Осаму замешательство и недоверие, он постарался подавить ещё один смешок, приложив ладонь ко рту. – Ты ведь сам знаешь, что это неправда! Зачем ты так со мной?!

***

К общежитию они пришли, держась за руки и в хорошем настроении. Похоже недавний инцидент перестал иметь значение. Да и настроение только сильнее приподнялось, стоило заметить также подходящего ко двору Кенджи. – Дазай-сан, Сигма-сан, вы с города пришли? Тоже покупали подарок для Ацуши? – Миядзава остановился рядом с ними. Штаны у него были перепачканы землёй, зато в руках он держал огромный букет ромашек, выглядя при этом таким довольным, счастливым. Правда и уставшим, видно опять долго шёл пешком. – Ну а как же ещё? Ацуши стал таким взрослым, помню, как подобрал его ещё совсем маленьким тигрёнком. Проснулся сегодня в такую рань, чтобы купить подарок для своего самого лучшего ученика. Как же быстро растут дети, – Пока Осаму снова разводил цирк, Сигма вспоминал, как чуть ли не пинками будил его, чтобы они успели собраться и нормально подыскать подарок, а не проторчать в торговом центре весь день, в итоге ничего не выбрав. – Ого, это здорово! А мне деревенские посоветовали такую замечательную полянку на опушке леса, я вот насобирал. Ой, их же в воду нужно поставить! Ну ладно, побегу, увидимся завтра! – Кенджи только помахал им на прощанье и зашёл к себе. Они тоже не стали долго задерживаться на улице. Подниматься по лестнице, под ну точно не вымышленные и стопроцентно правдивые сказки Дазая о том, как он учил Накаджиму ходить и говорить, было конечно очень весело. – Слушай, а ты знаешь, где будет организован праздник? Нужно что-то подходящее подобрать. И тебе тоже, не говори, что завтра пойдёшь в таком виде, – Он открыл дверь, заходя внутрь. Дом, милый дом. Как хорошо, что сегодня можно будет ничего не готовить и хватит лёгкого перекуса. – Даже не представляю. Попробуй позвонить Ацуши, уж он то точно знает, – Осаму, разувшись, сразу направился в уборную. Тц, опять выпил слишком много кофе. Сигма, перед тем как набрать Накаджиму, сначала переоделся и перебрался на кухню, поставив кипятиться чайник, достав из холодильника йогурт и булочки. Если он правильно помнит, то сегодня из Америки вернулась Люси, поэтому Ацуши с ней и Кëкой занимается подготовкой к завтрашнему дню. Девушки неплохо ладили, хотя у Монтгомери часто было выражение лица, будто она хочет плюнуть Изуми в кружку, когда приходилось их обслуживать в кафе. – Ало, Ацуши? Извини, что отвлекаю. Я хотел уточнить, где завтра собираемся? Мне о фуршетах мало что известно, – На фоне послышался какой-то недовольный галдеж, стук, будто что-то упало и потом стало понятно, что недовольна была Люси. – А, да сейчас, подождите, а вот, Анго-сан написал, что мероприятие будет организовано на крыше Лендмарк Тауэр. Это самое высокое здание у нас в городе, двести девяносто шесть метров вроде, – Сигма даже чайную ложку уронил, пытаясь зачерпнуть йогурт. Он не ослышался? – Сколько!? Это вообще безопасно? К чему так заморачиваться? Я понимаю, что это твой день рождения, но не слишком ли... Ой, я тебя не сильно сейчас отвлекаю? – Сигма поднял с пола ложку, сполоснул её в раковине и спокойно принялся за йогурт. На другом конце провода опять послышалась возня, но после того, как Накаджима уточнил с кем он разговаривает всё утихло. – Нет-нет, что вы, мы как раз закончили. Люси просто предупредила, что оторвёт мне голову, если я помну коробки. Ах да, там должны быть ограждения, хорошие, так что это безопасно. Гостей будет много, так как Анго-сан решил совместить приятное для меня с приятным для всех, поэтому праздник не столько в мою честь, сколько в честь победы. Там будут присутствовать все, кто помог справиться со... «Смертью Небожителей», – Неловко произносить название этой организации, учитывая то, что Сигма ранее в ней состоял. Да и Сакагучи всё ещё не жаловал его, хотя и помог ему "отбелиться". Фуршет в честь победы был очень даже неплохой идеей. Может и казалось, что они запоздали с празднованием, но в тот момент, просто не было на это времени. А тут и повод вон какой. – Надеюсь ограждения алмазные, хотя боюсь, что он и так найдёт способ перебраться через них. Это потрясающе, Ацуши. Я рад, что у меня есть шанс отпраздновать победу с вами. Ведь вы действительно сделали очень много, – Сигма старался не думать о том, что не заслужил всего этого. Он ежедневно выметал мысли о том, что должен сидеть за решёткой так же, как Николай. Не хотел быть проигравшим, хотел стоять рядом с победителями и не чувствовать за это вину. – Мы. Мы сделали очень много. Не забывайте, вы такой же член Вооружённого Детективного Агентства. Кстати, вы имели ввиду Дазай-сана? Может вы с ним поговорите? – Кажется Накаджима думал, что если они в отношениях, то это много чего меняет. Это было очень спорное предположение. – Да, конечно, для него даже факт того, что это твой день рождения аргументом не станет, – Сигма надкусил булочку и запил её какао. Сегодня он сел на место Дазая, спиной к кухонному проёму, поэтому не услышал, как тот вышел из ванной комнаты, да и Осаму не собирался сразу сообщать о своём присутствии. Он медленно приближался к Сигме, прислушиваясь к телефонному разговору. – Возможно и правда не станет аргументом, но ведь другое дело, если с ним поговорите вы. Вы может не замечаете, но рядом с вами он действительно пытается меняться. С вами он становится лучше. Это едва заметно, но ради вас он старается сделать больше, чем делает обычно. Медленно, но верно, как говорится, – Ацуши поправил верхнюю коробку, пытаясь разглядеть дорогу впереди. Они столько всего накупили и тащить конечно же приходилось ему. Монтгомери, будто желая поиздеваться, взяла за руку Кëку, распевая что-то о том, что леди такие тяжести таскать не положено. Использовали его, как грузовую повозку, спасибо, что хоть на спину не лезли. – Ладно, быть может ты прав. По крайней мере, он перестал сочинять песенки про суицид и горланить их на весь офис. Спасибо большое, Ацуши. Не буду больше отвлекать, – Информацию он получил. Только вот рад ли он? Вопрос неоднозначный. На крыше небоскрёба он ещё не бывал. Сильно ли это отличается от пребывания в казино? – Угадай кто, – Дазай прикрыл ладонью его глаза. Вторую же руку он использовал для того, чтобы украсть у него из-под носа булочку. И ведь не свежую надо взять, а именно ту, от которой уже откусил Сигма. – Мне кажется или это бессовестный наглец, что подслушивает чужие разговоры и пытается сейчас украсть мою еду? – Сигма забрал обратно свою выпечку, будто чувствуя, как недовольно Осаму закатил глаза. Похоже у него эту черту перенял. Он опустил руку и присел на то место, где обычно сидел Сигма. Подписано там ничего не было, но это уже как-то по привычке так рассаживались. – Вот не умеешь ты делиться. И слова про меня постоянно плохие говоришь. Не то что Ацуши. Такой чудесный ребёнок. Конечно, он слишком преувеличивает, но его наблюдательности можно позавидовать. Ну, а как же ещё, ведь его наставник никто иной, как я, – Дазай гордо задрал подбородок и всё же взял себе новую булочку, оставив его еду в покое. Такие провокации на Сигму больше не действуют. Не будет же он сразу с насмешек перескакивать на комплименты, благодарности и похвалу? Перебьётся. – Ты чего это так шумел? Узнал у Ацуши, куда нам ехать, – И ведь это был не вопрос. Осаму открыл ещё один йогурт и достал вторую ложку, для себя. Они сидели так некоторое время молчали, играя в гляделки. Долго это правда не продлилось. – Это всё ты! Ну конечно, кто ещё в здравом уме будет устраивать фуршет на крыше дома высотой в семьдесят этажей. Без чужого совета Анго бы точно на такое не пошёл, – Вот всё и встало на свои места. Дазай знал с самого начала абсолютно всё. По правде говоря, теперь его действительно можно счесть вторым организатором. Вероятно Накаджима тоже догадывался, но не спешил делиться догадками, не убедившись на сто процентов. – Нуу, чего ты сразу нос повесил? Нет, ну всё-таки ты тоже любишь проворачивать вот эти манипуляции, знаешь ведь, что я не могу на тебя смотреть спокойно, когда ты выглядишь... вот так, – Осаму передвинул сладкое на другую сторону и сам пересел поближе. Уже понятно, что тот опять навыдумывал всякого нехорошего и сейчас сидит размышляет о том, что будет делать в определённых обстоятельствах. – Так, давай потише пожалуйста. Ты слишком громко думаешь. Не буду я прыгать с крыши. И вообще я это даже не планировал. Там просто виды красивые. И кухня хорошая. А ещë там есть...– Дазай вновь намотал прядь его волос на палец, совсем слабо дёргая. Его целью было привлечь внимание, а не причинять боль. – Ты говорил тоже самое про море, когда мы гуляли в парке. Делай что хочешь. В конце концов, по закону подлости, ты снова выживешь. А вот что будет со мной, если я попытаюсь тебя спасти... – Сигма сделал несколько глотков какао. Выражение лица Осаму просто неописуемо. Он тут же стал серьёзнее. Была ли это очередная манипуляция? Ещё какая. С волками жить – по-волчьи выть. Это Сигма уяснил давно и сейчас спокойно использовал в угоду себе.