Сватовство Тёмного Лорда

Следующие две недели после эпичной драки в лавке Грегоровича пролетели практически незаметно, единственное, что беспокоило Франческу это становящееся всё более странным поведение Геллерта. Гонт упорно отказывалась верить в то, что за ней могут ухаживать без задней мысли. Хотя бы потому, что Тёмный Лорд мог быть кем угодно, но только не романтиком. Во всяком случае точно не в привычном понимании этого слова. С трудом разлепив глаза после серии долгих бессонных ночей проверки студенческих контрольных, заполнения многочисленных отчётов для Аврората и постоянной грызни со своим непосредственным начальством из министерства образования, которое впадало из одной крайности в другую: то грозилось уволить со скандалом, то, напротив, повысить аж до должности директора школы, Франческа всё же заставила себя подняться с кровати, но имела сомнительное удовольствие споткнутся и упасть прямо в объятия коварного Геллерта, который чудесным образом оказался рядом. «Без подставы обойтись не могло», - досадливо подумала женщина, тем не менее покорно принимая всё новые поцелуи, которые хоть и явно служили целью отвлечения её внимания от очередной нехорошей проделки её бедового жениха, всё же были чертовски приятными. Но стоило ей вдохнуть аромат нового одеколона Геллерта, как к горлу резко подступила тошнота. -Что это за жуткий запах? Если это твои новые духи, Геллерт, я тебя прикончу! - мгновенно отпрянула женщина и поспешила высунуть голову в распахнутое окно. Стало немного лучше, хотя мигрень отступать решительно отказалась. -Я не пользовался никакими духами, это обычное мыло, у которого практически нет запаха. С тобой точно всё в порядке, дорогая? Я принёс цветы, что скажешь? - удивлённо спросил виновник тошноты в своём идеальном костюме с идеально уложенными волосами, которые Гонт очень хотелось привести в состояние тотального хаоса. А мордредовы белые лилии, которые ей сейчас настойчиво подсовывал Геллерт, хотелось спалить в адском пламени. —Выкини этот пахучий веник, пожалуйста, или я за себя не ручаюсь, - агрессивно рыкнула ведьма, прежде чем её всё-таки вывернуло наизнанку. К счастью, Геллерт всё-таки избавился от мерзких цветов и помог вернуться в вертикальное положение. Ощутив спиной крепкие кубики тёплого мужского пресса, Гонт довольно прикрыла глаза, пусть только попробует отпустить! Геллерт весело хмыкнул, где-то над её макушкой, он всё-таки был возмутительно высоким и любил злоупотреблять этим нечестным преимуществом. Для того, чтобы дотянуться до соблазнительных губ этого негодяя, ведьме приходилось носить обувь на более высоких каблуках, чем ей того хотелось. Но лучше пожертвовать личным комфортом, чем в очередной раз услышать от Геллерта эпитеты, вроде: «крошка, мышка или моя девочка.» Гонт совершенно не радовали лишние напоминания о том, что Геллерт опытнее и старше неё на целых три десятилетия. Ей хотелось более менее равных отношений, но за гениальным тёмным магом и без того было непросто угнаться. Иногда казалось, что их разделяет непреодолимая пропасть, потому что они принадлежали не только разным поколениями, но и разным эпохам. Но как бы странно это не звучало, хоть Франческа далеко не всегда понимала Геллерта, Гриндевальд был способен прочесть её лучше любого ровесника. Это одновременно пугало и подкупало. И немножечко, совсем чуточку подбешивало. -Ну, если всё в порядке, то давай собирайся, Фрэнки, хватит спать до обеда, - нетерпеливо подгонял женщину Геллерт, пока она медленно снимала с себя ночную рубашку. -И куда же мы собираемся? Может ты поедешь один, у меня не так уж много выходных, чтобы нормально выспаться,- отчаянно зевая спросила ведьма, которая совершенно не разделяла энтузиазма преступно бодрого Гриндевальда. Юбка, казалось, разделяла протест хозяйки и решительно отказывалась застегиваться. Геллерт не выдержал и полез помогать. -Мне больше нравится, когда ты меня раздеваешь, - призналась ведьма, взволнованно наблюдая за тем, как ловкие пальцы застёгивают мелкие пуговки на левой стороне бедра. Неожиданно её бесцеремонно уронили на пол и задрав подол упомятой юбки, руки нахала принялись натягивать тёплые чулки на стройные женские ножки. За подобную выходку Тёмный Лорд чуть не получил пяткой в глаз: -Успокойся, моя прекрасная валькирия. Я не собираюсь к тебе приставать,- раздался сверху ехидный смешок, а затем этот блондинистый гад развёл её колени ещё шире и положил захватническую ладонь близко, но совершенно не туда, где её желали. -Слишком сильно, - тихо добавил маг, издевательски снисходительным тоном. - «Чёртов провокатор,» - раздражённо подумала Гонт и коварно прищурилась. В эту игру, кто сдасться первым, можно играть и вдвоём. -Очень жаль, - притворно спокойным голосом произнесла женщина, мысленно делая себе комплимент за выдержку. -Потому что я собираюсь приставать к тебе, мой сладенький, - едва удерживаясь от неуместного девичьего хихикания, проворковала Франческа. -Прямо сейчас, - прошептала ведьма, когда ей всё-таки удалось повалить Геллерта на пол вслед за собой и оседлать бедра мужчины, её малахитовые глаза сверкали торжеством. В разноцветных глазах Гриндевальда заискрились опасные молнии, а ноздри раздулись,словно у огнедышащего дракона. -Ты играешь в опасные игры, мышка, - коварно прикусил за мочку женского уха один возбудившийся не на шутку Тёмный Лорд. -Ты тоже, сладкий. И тебе это нравится, - довольно охнула Гонт, когда Гриндевальд снова перехватил контроль и продолжил играть на её теле, словно на флейте. Негодяй успел неплохо изучить её уязвимые места за годы их прошлых отношений и даже не забыл их дислокацию за месяцы заключения в Нюрменгарде. Впрочем, она тоже не лыком шита, под стать бывшему учителю. -Нарываешься, невестушка, - хищно рыкнул Геллерт, властно сжимая женскую грудь в собственнической хватке. Ведьма жадно впилась губами в уста безжалостного противника, который неохотно начал поддаваться, когда тот ощутил лёгкий металлический привкус крови на своей нижней губе. Спустя примерно двадцать минут напряжённого противостояния Геллерт неохотно отодвинулся от соблазнительного тела своей маленькой ведьмы и поднялся на ноги, попутно разглаживая измятую одежду магией. -Как бы мне не хотелось провести остаток дня подобным образом...-немного хрипло начал Геллерт, а затем откашлился и продолжил уже привычным бархатным баритоном, - нам всё-таки стоит поспешить, мышка, если мы хотим успеть на поезд,- галантно подал руку тот, кто джентльменом лишь притворялся. Лохматая и не менее помятая Гонт спешно привела себя в порядок и вложила свою небольшую ладошку в протянутую руку Гриндевальда с заметным подозрением. -И где останавливается наш таинственный поезд, если не секрет? -Оу, тебе определённо понравится место назначения, дорогая. Так что не стоит портить заранее сюрприз, - уклонился от прямого ответа маг, загадочно поигрывая изящными бровями опытного лицемера. Франческа накидывала зимнюю мантию и укладывала дорожный саквояж в спешке, подгоняемая ворчливыми причитаниями Геллерта о том, что все женщины - страшные копуши, что она, что ныне покойная Винда Розье. Гонт лишь закатила глаза на такую типичную мужскую жалобу от не слишком обычного мужчины: -Сладкий, тебе вообще грех жаловаться. Я в отличие от нашей дорогой Винды, пусть её свободолюбивая душа покоится с миром, не имею такую обширную коллекцию дамских шляпок. И всё моё скромное имущество уверенно помещается всего в трёх чемоданах. Геллерт заметно передёрнулся, вспомнив, как Винда, как и любая порядочная французская ведьма следила за современными модными тенденциями (по её же словам), и практически завалила Нюрменгард - их общий штаб организации, многочисленными коробочками и принадлежностями дамского гардероба. Даже чары расширения пространства плохо справлялись с аппетитами этой чокнутой модницы. А когда к их команде присоединилась ещё и Куинни Голдштейн... Геллерт мотнул головой, прогоняя жуткие воспоминания, радуясь, что ему хватило предусмотрительности не вербовать ещё какую-нибудь озабоченную тряпками ведьму в компанию к этой парочке. -Это одна из причин, почему я люблю тебя, мышка, - попробовал подлизаться Геллерт, что ожидаемо в случае с его слишком мнительной невестой не сработало. Франческа посмотрела на Тёмного Лорда оскорбленно с щедрой долей скептицизма: -Сладенький мой, я действительно создаю у тебя столь большое впечатление идиотки, что ты мне тут о безусловной любви до гроба заливаешь? Давай, пожалуйста, не будем вскрывать метафорическую банку с рогатыми слизнями, Геллерт. Уверена, нам обоим не понравится результат, - обиженно произнесла недовольная женщина, сурово ткнув пальцем в грудь любителя лить сливочное пиво в уши доверчивой публики. Сам Геллерт мрачно посмотрел на строптивицу в ответ, которая неделями отвергала его ухаживания, уничтожала подарки и подвергала сомнению практически каждое его действие в её сторону. «Что эта невозможная девчонка вообще от него хочет?» И обычно осторожный в словах Гриндевальд ляпнул то, что говорить явно не следовало: -Значит, я достаточно хорош, чтобы быть твоим любовником, но недостаточно пригоден для того, чтобы стать твоим супругом? Потрясающие двойные стандарты, милая. Боишься замараться об меня или что я испорчу твою драгоценную репутацию? Или тебе просто больше не нужен старый, побеждённый и одинокий неудачник, вроде меня. Хорошо, я тебя понял. Счастливо оставаться, Франческа. Передавай привет, юному Герберту, -произнёс Гриндевальд, буквально источая в каждом упрёке яд обиженного человека. Из всех ультиматумов, который только мог придумать Геллерт, горько подумалось Франческе, он выбрал самый подлый и действенный. «Идиот, козёл и сволочь. Как же тебе нравится причинять мне боль.» -Нет, ты не посмеешь, Геллерт, - грозно преградила путь отступления Франческа, храбро выскакивая перед Гриндевальдом, который буквально источал миазмы смертоубийства. -Как видишь, посмел, - прохладно произнёс Тёмный Лорд, грубо попытавшись убрать препятствие в виде одной маленькой женской фигурки. Фигурка на деле оказалась лишь обманчиво хрупкой, и капитулировать решительно отказалась. -Ну уж нет, никуда ты не пойдёшь!Только не после всех твоих громких обещаний! Или они просто пустой звук, как и все твои сладкие соловьиные речи, не так ли, Геллерт? -твёрдо стояла на своём ведьма, бесстрашно встречая разгневанный взгляд мага, в котором явно читалось желание стереть её в порошок, наподобие летучего пороха. А затем Франческа Гонт сделала то, за что любые свидетели, если бы они только присутствовали при этой безобразной сцене выяснения отношений, посчитали бы её абсолютно безумной самоубийцей. Гонт осуществила свою давнюю тайную фантазию и приковала планирующего очередной побег Гриндевальда нерушимыми цепями из магического адамантия прямо к собственной персоне. Сказать что настроение Тёмного Лорда достигло отметки "критическое давление в паровом котле", было бы явным преуменьшением опасности. Температура в комнате значительно возросла, так что стало удушающе жарко, лампы дружно мигнули и полопались, словно по ним выстрелили из охотничьего ружья, горящие свечи вспыхнули и моментально расплавились. В общем, несложно было понять, что ярость Гриндевальда имеет взрывной характер. Франческа же продолжала стоять в центре бури, видимо невредимая. То что магия Геллерта подсознательно решила ей не вредить, было явно хорошим знаком. Гонт всегда была сильной волшебницей, но против взбешённого Тёмного Лорда на пике силы она мало что могла сделать. Хотя бы потому, что также не хотела ему навредить. И гордая Франческа сделала то, чего Геллерт от неё ожидал меньше всего: упала перед ним на колени и обхватила за талию, так крепко и отчаянно, что ни чарами, ни физически вырваться у Тёмного Лорда не получилось. -Прежде чем оставлять моего сына сиротой, пожалуйста, выслушай меня,милорд. Ты наглым образом с грацией слонопотама ворвался в мою жизнь и полностью изменил её под свои собственные эгоистичные нужды Тёмного Властелина. Я тайно обожала тебя многие годы, но ты видел во мне лишь свою ученицу, своеобразный инструмент для своего «общего блага». Или того хуже : смешную игрушку или интересный эксперимент, которые рано или поздно всем надоедают. Я с этим смирилась, и решила двигаться дальше. Но ты почему-то решил снова потревожить мой покой, и заставить одинокую идиотку с маленьким ребёнком поверить в то, что она кому-то нужна просто так. Это очень жестоко, Геллерт. Ты каждый раз приходил и уходил, а я всякий раз гадала какая из наших встреч станет последней. Я убивала за тебя, лгала, окончательно испортила отношения с отцом, младшей сестрой и ещё кучей людей в процессе. Но сколько бы я добровольно не отдавала тебе, тебе всегда этого мало. Затем ты решил поселиться не только в моих мыслях, но и в моей постели, поиграть в ответственного родителя для моего мальчика. И ради чего, чтобы устроить этот нелепый фарс с женитьбой и посмеяться надо мной? Я успела попробовать всякого дерьма на вкус, но меня ещё никто так не унижал, как ты, Геллерт. И потом ты имеешь наглость спрашивать меня, почему я раз за разом отвечаю тебе «нет». Потому что я очень хочу ответить тебе «да», но знаю, что тебе ни один из этих ответов совершенно не нужен. Поэтому можешь убить меня, если хочешь, но тогда мой бездыханный труп будет служить вечным напоминанием о твоем жестоком юморе. Но ты не сможешь больше бросить меня. Не дождёшься, - произнесла прочувственную тираду ведьма и торжественно замолчала, наконец отпустив Тёмного Лорда на волю, так что их теперь связывала только цепь на запястях. Геллерт тревожно молчал, его ставшее отрешённым лицо ничего не выражало. Однако источник его гнева явно исчез, и теперь Гриндевальд ничем не отличался от обычного мужчины, погруженного в собственные мысли. -Я что действительно был таким придурком? - растерянно пробормотал Геллерт, что было совсем на него не похоже. Он осторожно прикоснулся к тёмным волосам своей подруги, словно боялся спугнуть трепетную лань, а затем не встретив сопротивления, обнял свою маленькую храбрую «мышку» за плечи, уткнувшись носом в тёмную макушку. Его медленно, но уверенно обняли за шею в ответ. -Я остаюсь вместе с тобой и никуда не собираюсь сбегать без тебя, - пообещал Гриндевальд, не лукавя. -Да, у тебя всё равно не получится, -довольно произнесла Гонт, намекая на нерушимые оковы. Геллерт тихо засмеялся, а Франческа прикрыла глаза, наслаждаясь тем, как рука любимого придурка бережно расчёсывала её густые и длинные пряди. Поезд был благополучно забыт, как и любая необходимость, куда-то уходить.