Выстрел в темноте

— Итан, мы так не поступаем!

— И может быть, напрасно.

© «Миссия невыполнима: Последствия».

«Информация, Грег. Это как бутылка вина. Ты хранишь её, собираешь, бережёшь на особый случай, и в нужный момент ты сокрушительно обрушиваешь её против того, кого нужно убрать».

© «Наследники»

Sollar — Cheat Code Freedom

Fly — Le point Zero

Mattew Heath — I'll Burn

Kat Leon — Hurricane

The Neighbourhood — Stupid Boy

Royal Deluxe —Down So Low

Три недели спустя. Федеральный агент Сара О’Нил сидела в приёмной у кабинета своего непосредственного начальника и руководителя подразделением ФБР в штате Мэрилэнд Филиппа Прайса, ожидая той самой аудиенции в течение последнего часа. Аудиенцией это О’Нил назвала лишь в своей голове, чтобы не начать накручивать себя сразу, но эта затея тут же обернулась прахом. Наверняка её в ближайшие несколько часов ждало приватное унижение с занесением выговора в личное дело и, возможно, даже публичным арестом на глазах коллег, с которыми она работала последние полтора года. Но теперь уже ничего не исправить. Смерть Джона Холла, а после поднятая шумиха в местной прессе не оставили Саре абсолютно никакого выбора. Единственное, что ей наверняка позволят, — это уйти с достоинством, вывернуть эту историю в сторону коррумпированности системы, повесить всех собак на мёртвого окружного прокурора и сказать, что ФБР всё так же уверенно борется со злом, даже если оно часть системы. Но не такими агрессивными и безжалостными методами как ваши, верно, О’Нил? Её терпение было на исходе. Нервное постукивание носка ботинка по мягкому синему ковру превратилось в сплошной нервный тик. Всё ещё тёплая, но уже пустая чашка из-под кофе с отчётливым отпечатком помады стояла на низком журнальном столике перед О’Нил; и если бы взглядом можно было разбивать предметы подобно Кэрри Стивена Кинга*, то от посуды давно остались одни осколки. — Мисс О’Нил, директор готов вас принять. — вдруг расслышала она будто сквозь толщу воды. Решив, что ей показалось, Сара приподняла голову, пересекаясь взглядом с секретарём. — Это точно? — О’Нил приподняла бровь в удивлении и тут же поспешила вскочить на ноги. Привычный тёмно-синий деловой костюм будто бы изо всех сил пытался вернуть её как ментально, так и физически в бюро, указать на принадлежность к системе, хотя в глубине души Сара знала — это больше не так. Она всегда была здесь лишней. Взгляд карих глаз Эбигейл стал чуть мягче, словно ассистентка и впрямь делала одолжение для федерального агента. — Сара, он ждёт. Проходите. — она кивком головы указала на увесистую папку, лежащую на столе перед детективом. — И материалы не забудьте. О’Нил оттаяла, схватив заветную папку в руки: — Спасибо за кофе, Эбби. — сделав глубокий вдох, как пловец перед прыжком, она поспешила в кабинет начальника. В логово ещё одного суперхищника.

***

Филипп Прайс не обратил на Сару никакого внимания, когда она вошла в его кабинет. Замирая у входа, О’Нил заметила, что начальник всё ещё занят, упершись взглядом в огромный монитор своего компьютера, а то и дело раздающиеся утвердительные, но полные равнодушия кивки говорили о том, что он всё ещё находится на онлайн-совещании с руководством. Вытянувшись в позу а-ля «оловянный солдатик», она терпеливо застыла, ожидая приглашения и осматривая кабинет, который в последний раз видела лишь три месяца назад перед самым отъездом на задание. Как сейчас она вспомнила то дождливое утро в Балтиморе, когда она по привычке заварила себе чашку кофе и едва не пролила его себе на брюки, когда услышала, что директор филиала вызывает её к себе. Гадая о причине, то дело ожидая того, что она окажется негативной, Сара на ватных ногах проследовала в кабинет начальства, ощущая спиной на себе загадочный и внимательный взгляд Бобби. Услышав, что ей поручат полноценное расследование, её первое полноценное полевое задание, О’Нил едва не заверещала от радости прямо на месте, сдержав порыв перед директором, чьи голубые глаза рассматривали её так внимательно словно обладали самой настоящей проникающей рентгеновской способностью. — Дело скорее всего безнадёжное, агент. — серьёзно произнёс в тот день Прайс, раскладывая перед Сарой документы на рабочем столе. — Пропало около четырёх детей за последние три месяца, а у местной полиции ни малейших зацепок. Шериф полиции, Джонатан Никсон, был атакован неизвестным и сейчас находится в больнице. О его состоянии на данный момент пока мало что известно. Пока что управление местным департаментом принял на себя его сын и по совместительству заместитель шерифа Дерек Никсон. Директор придвинул поближе к агенту фотографию молодого Никсона, явно взятую из его личного дела. О’Нил тут же подметила фамильное сходство: выдающаяся линия нижней челюсти, высокие и широкие скулы, одинаковая форма носа, вот только глаза у них были разные: тёмно-голубые у шерифа, и зелёные у его сына, между которыми на переносице залегли две глубокие морщины, придавая вкупе с щетиной его молодому лицу явно строгий и напряжённый вид. — У полиции уже есть какие-то догадки? — Она оторвала взгляд от фотографий, переводя его на начальника, чьё лицо тут же сморщилось, будто от зубной боли. — Буду максимально откровенен, О’Нил: у этих деревенщин нет ни черта. Это маленький городок, в котором каждое исчезновение списывают на нападение гризли в лесу, а каждое убийство — на пьяную поножовщину. Но дети… Сама понимаешь, это уже серьёзно, особенно когда летом планируются выборы в губернаторы штата. Таким образом, я подвожу к тому, что твой вклад должен быть максимально деликатным: направлять, но не возглавлять. Они сами попросили нас о помощи, но ФБР не должно перетягивать одеяло на себя. Его рука протянула папку с материалами дела. — Даю пару дней, чтобы уладить все рабочие и нерабочие моменты, а потом ты выезжаешь. Это работа в поле, тем более твоё первое дело, так что поедешь одна. Но всегда будь на связи. Любые материальные и не материальные запросы будут удовлетворены по мере необходимости. — Хорошо. — Сара кивнула, стараясь не выдавать опьяняющего волнения вкупе с эйфорией, овладевшей ей при виде нового, пусть и безнадёжного, но зато первого своего дела. Когда её пальцы сомкнулись на обложке, собеседники внезапно пересеклись взглядами: непроницаемый лёд на дне радужки Филиппа Прайса встретилась с яркостью весеннего неба в глубине глаз О’Нил. — Я вас не подведу, сэр. — сглотнув, пообещала она, постаравшись придать голосу уверенности. Мужчина напротив вдруг по-доброму усмехнулся. — Новичкам везёт. Кто знает, может ты раскроешь это дело. У Эбигейл будут все нужные тебе пароли, явки, пропуски и прочее. Остальным займётся Бобби. У тебя ещё остались какие-то вопросы ко мне? — Нет, сэр. Могу уже начать готовиться к отъезду? — Вот и умница. — кивнул Прайс, указывая глазами на дверь и тем самым показывая, что разговор окончен… — О’Нил? — голос босса тут вывел её из размышлений, заставив поднять голову. Холодные словно дождь за окном глаза Прайса цепко прошлись по лицу Сары, а затем, явно кивнув своим мыслям, директор указал на место напротив. — Садись. Услышав в том не просьбу, а приказ, она немедленно подчинилась, сложив трясущиеся ладони на коленях. Чувствуя себя как на допросе, тем не менее она знала, что оправдываться бессмысленно: её сюда вызывали только с одной определённой целью — покаяться. Оправдываться перед начальством, пытаться показать себя с лучшей стороны — бессмысленно. О’Нил была готова в любой момент положить на стол табельный значок, удостоверение и пистолет, лишь бы ни минутой дольше не терпеть унижение, через которое ей сейчас предстоит пройти, но она знала, что, к сожалению, в данный момент это зависит не от неё. — Итак, Сентфор… — начал издалека было директор, неотрывно наблюдая за своей подчинённой. Пытаясь сосредоточиться на переносице своего начальника, Сара медленно и незаметно сделала глубокий вдох и в то же время не смогла сдержать дрожи, когда папка с её же делом с размаху полетела на стол. — Ну и бардак ты там устроила! О’Нил знала этот приём: Прайс решил сразу с ней не нежничать и попробовать взять с наскоку с элементом неожиданности. — Все детали… — осторожно начала она. —Изложены в материалах дела. Оно оказалось достаточно деликатным. — Да уж! — мужчина откинулся в кресле, мрачно глядя на О’Нил. — Три убийства, из них двое гражданских. В двух ты соучастница, а в одном, я бы даже сказал, палач. Устроить такой водоворот дерьма на пустом месте — это ж надо ещё постараться! Сара терпеливо молчала, опустив глаза в пол. — Я понимаю, что в двух случаях тебе угрожали и это были безвыходные ситуации, когда, либо ты, либо тебя… — вдруг мягко начал Прайс, — но та запись в допросной с убийством Лэнгдона — к чему был этот бессмысленный самосуд? Зачем ты дала повод Джону Холлу прижать тебя, зачем дала ему рычаги давления на тебя? Или на «Блажи» ты совсем потеряла голову? — Сэр, при всём уважении к вам… — Молчать! — вдруг хлопнул ладонью по столу Прайс. — Ты понимаешь, какую шумиху подняла в прессе? Кого ты пыталась защитить: детей этих деревенщин, которые даже пальцем не пошевелили, пока Филипп Райт практически резал тебя на куски в подвале? На миг верхняя губа Сары дрогнула в приступе раздражения. Изо всех сил пытаясь сдержаться, она незаметно сжала правую руку в кулак и вновь вкрадчиво начала: — Сэр, вы вызвали меня на публичную порку или будет что-то ещё? Если вам есть что добавить, то… После этих слов лёд в глазах Филиппа Прайса покрылся сотней мелких трещин. — Расскажи мне всё с самого начала. Со всеми подробностями. — его рука небрежно открыла обложку дела, ткнув в распечатку самого первого электронного письма О’Нил после её назначения в Сентфор. Перехватив папку в свои руки, О’Нил глубоко вздохнула. Её пальцы ловко извлекли из файла фотографии пропавших детей, фотографии Стефани с места преступления и между ними школьное фото выпуска Сентфорской старшей школы 2003 года. — Всё началось ещё двадцать лет назад. — начала она, не отрывая взгляда от улыбающегося лица будущего шерифа полиции, но пока ещё юного Дерека Никсона, причиной улыбки которого наверняка была стоящая рядом и подмигивающая фотографу Кэрол Саммерс. — С инцидента на выпускном в Сентфорской старшей школе. Учительница английского языка и литературы Аннет Холл попала в ДТП и разбилась. Она упала с байка и попала под колеса фургона: это была практически мгновенная смерть. Сара положила на стол фотографию тела Аннет Холл до того, как криминалисты успели накрыть его белой простыней: оторванная левая рука, перемолотая практически в фарш верхняя половина тела, валяющаяся в луже тёмной и свернувшейся крови раскрытая чёрная сумочка рядом с опрокинутой на бок шпилькой-лодочкой. У любого, кто не связан со сферой медицины, правопорядка или спасения жизней это фото вызвало бы как минимум приступ тошноты, но хладнокровие Филиппа Прайса не в силах было разбить, казалось бы, ничто. — За рулём байка был Аарон Хилл, нынешний главарь местной банды «Чёрные драконы». Экспертиза показала, что он находился под действием одного популярного и ныне наркотика — концентрированной кристаллической вытяжки из снотворного, «Шёпота». Вам знакомо это название, босс? — Сара усмехнулась, переводя взгляд на Прайса. — Не имею ни малейшего понятия, О’Нил. — директор в ответ даже бровью не повёл. Усмехнувшись краешком губ, она выпрямилась и нетерпеливо перевернула страницу дела. — Но Хилл ничего не знал. В тот вечер он пил только алкоголь. Как мне удалось выяснить, «Шёпот» ему подмешали в виски двое подростков: Стефани Райт и Джон Холл. Вы уже ознакомились с материалами дела, и, пожалуй, знаете, что произошло дальше? — Рассказывай, О’Нил. — холодно кинул Прайс, и Сара послушно кивнула в ответ. — Аарона Хилла неоднократно пытались посадить в тюрьму. Пару раз даже сажали на несколько месяцев, но, как я полагаю, для «отвода глаз». — Поясни. — Есть основания предполагать, что Никсон-старший спустя время предложил Хиллу сделку. Насколько я понимаю, ещё в семидесятых-восьмидесятых годах в этом городе наркотики не представляли такой серьезной проблемы, но как только со срочной службы из Афганистана вернулся сержант Никсон-старший, то сразу же начал с ними непримиримую борьбу. И добился успехов довольно быстро. Правда, потерял в этой борьбе свою жену, но сына тоже нужно было беречь любой ценой. — Сара усмехнулась. — Как только Дерек закончил школу, Джонатан отправил его в полицейскую академию, а сам решился взяться за борьбу с наркотиками более решительно и пошёл на радикальные меры. — Это какие же? — уточнил Прайс. — Отдать весь наркобизнес Хиллу. Бум, гениально, да? Не можешь уничтожить, так возглавь. — О’Нил улыбнулась, откинувшись на спинку стула. — Ты понимаешь, насколько это бредово звучит? — Нет, это звучит достаточно логично, учитывая, что шериф Никсон — грязный коп. Он быстро зачистил все наркопритоны в Сентфоре, практически самолично расправился с целым наркокартелем, который поставлял товар аж из самого Балтимора и попросил долю в бизнесе. Потом он спокойно отдал её Хиллу в обмен на его полноценное освобождение. Тот согласился, понимая, что выбор у него, по сути, небольшой — либо доля в грязном бизнесе, либо получить приличный срок за непредумышленное убийство. — Хочешь сказать, что все твои слова — это не пустой звук и у тебя есть доказательства? Во-первых, у этого дела давно истёк срок давности, во-вторых, это явно выше твоего уровня допуска! — А вы полистайте папку на досуге! — парировала Сара, скрестив руки на груди. — Итак, вернёмся к складыванию нашего пазла: после своего освобождения Хилл организовывает банду «Чёрные драконы» и, получив наставление от шерифа, начинает закрывать глаза на тёмные делишки, которые Драконы творят за его спиной: незаконный оборот оружия, «Блажь» и «Шёпот» на улицах. Вернее, шериф чётко контролирует весь оборот незаконной деятельности. Дело об Аннет Холл закрывают за недостатком улик — вернее, его фальсификацией. Сын шерифа, Дерек, уезжает учиться в полицейскую академию, также потеряв веру во всякую справедливость, город покидает Джон Холл, чтобы позже, получив деньги от анонимного благотворителя, начать учиться на законника. Он планирует план мести — тот самый, который спустя двадцать лет заденет каждого, кто умолчал в тот вечер о смерти его сестры. Помимо этого, покидает город жених Аннет, Майкл Лэнгдон, чтобы полностью уйти в религию и получить сан священника. Прайс не произнёс ни слова, лишь наблюдая за пальцами Сары, которые мелькают как у крупье в казино, тасуя вместо карт фотографии с места преступления. — Спустя несколько лет с Джоном связывается жена Майкла Тёрнера, Кэрол. Пережив пару инсультов, она понимает, что медленно умирает и просит Холла помочь Майклу с их дочерью Делайлой, если родственники инициируют процесс лишения родительских прав. В ответ он просит сущую мелочь: рассказать о том, что случилось с их бывшими одноклассниками после выпуска. Ни о чём не подозревающая Кэрол делится с ним информацией, и в ответ Холл помогает ей добыть рецепт на «Шёпот», после которого Кэрол начинает приобретать зависимость. Спустя полгода она умирает в госпитале Сентфора, и Холл подкидывает весь компромат на её мужа Дереку Никсону, который уже возвращается в Сентфор и становится помощником шерифа. Желая отомстить за сестру, Джон придумывает целый план, который разрушит жизнь каждого, кто позволил Аннет умереть. Он словно кукловод — дёргает за невидимые ниточки. — Больше конкретики и меньше пафоса, О’Нил! — «Пафоса»? — переспросила она, приподняв бровь в изумлении. — Похищение детей, распространение «Блажи» и «Шёпота», месть Джона Холла были лишь частью огромной головоломки под названием «наркобизнес в Сентфоре», который покрывается органами правопорядка! Вы же понимаете, к чему это всё ведёт? Особенно в связке с тем фактом, что вы служили с Джонатаном Никсоном в одном взводе в Афганистане? Вы были командиром, а он — подчинённым. Когда именно вам пришла в голову мысль, что психостимуляторы для военных отлично пойдут в качестве наркотиков для местной шпаны? Лицо Филипп Прайса тут же побледнело, затем медленно стало наливаться краской в порыве злости, челюсти сжались ещё крепче, заставляя Сару холодно усмехнуться. — Ты ничего не докажешь! Тем более, что ты отстранена. — процедил он сквозь зубы, отодвигая кресло в сторону и вскакивая на ноги. Ещё немного, и, казалось бы, он испепелит её взглядом, но О’Нил была готова к этому. Чувствую, как страх перед начальником отступает и на его место приходит злорадство, она тоже встала с места, бросая на стол табельный значок и удостоверение федерального агента. — Одно моё слово в суде и этого будет достаточно, чтобы кто-то решил копнуть поглубже и понять, насколько глубока и покрыта помоями кроличья нора под названием «Куантико». — Сара вытащила из кобуры табельный пистолет. Оружие, не раз спасавшее ей жизнь, словно не хотело покидать её ладонь, а металл, согретый теплом, ощущался как вторая кожа. — Мне стоит выступить в суде, босс, или вы всё-таки сумеете предложить мне что-то стоящее взамен? Губы Прайса на миг скривились в отвращении: — Чего ты хочешь, О’Нил? Обратно в агентство ты всё верно не вернёшься, ты скомпрометирована! Сара задумчиво пожевала нижнюю губу и вдруг тут же резко наклонилась вперёд, опершись ладонями о дубовую столешницу начальника и хищно глядя на него. — Дерек Никсон. — она ткнула пальцем в лежащую перед ней фотографию, взятую из личного дела помощника шерифа. — Я хочу для него полной амнистии. Никаких санкций, никакого наказания, никаких записей в личном деле — лишь увольнение по собственному желанию. — Для сынка грязного шерифа полиции? — Прайс не смог сдержать смешка. — Я, конечно, наслышан о твоём служебном романе, но куда ты прикажешь мне его деть? Он хладнокровно убил безоружного окружного прокурора, будучи обдолбанным «Блажью» и находясь при исполнении. После публичной порки в суде штата его не ждёт ничего кроме починки машин и уборки улиц, О’Нил. Тут даже я бессилен что-либо сделать! — О-о-о, мы оба знаем, что это не совсем так. — протянула О’Нил, сверкнув голубыми глазами. — Я знаю, что ФБР собирает некий отряд отверженных, которые находятся вне системы: якобы погибли при исполнении, «глубоко законспирированы» в преступные группировки или вовсе потеряны из поля зрения властей. Скажем так, имя Нейтана Блайта, директора филиала ФБР в Лос-Анджелесе вам о чём-либо говорит? Он собирает команду для внутреннего расследования под кодовым названием «Обратный отсчёт», которую сам же будет курировать.*. Я думаю, вам стоит совершить пару звонков старому однокурснику, как считаете?

***

Две недели назад Проснувшись от звука барабанившего по крыше летнего дождя, Сара медленно повернулась на бок, отключив вопивший будильник на экране смартфона. Получив отстранение и уйдя на заслуженный больничный, она до сих пор не могла отказаться от привычки просыпаться в семь утра, остро переживая чувство потери, словно уже стала безработной. Повернувшись в противоположную сторону, она привычно провела ладонью по пустой и аккуратно заправленной половине кровати. Никсон был таким же трудоголиком, как и она. Он уже рвался обратно на работу, но несколько часов разговора с его отцом при закрытых дверях кабинета, которые в итоге закончились криками, громко хлопнувшей дверью и злющим сопеньем Дерека, который за пять минут успел выкурить аж три сигареты, говорили лишь об одном. Его отстранили от работы так же, как и её. Воспоминание в её голове пронеслось так быстро, как будто это было только вчера. — Решил всё же не сдавать табельное и значок? — рискнула спросить Сара, взглянув на кобуру, по-прежнему пристегнутую к ремню помощника шерифа полиции. Её разговор с Никсоном-старшим прошёл на удивление сухо: тот лишь констатировал, что вновь вступает в свою должность и полностью забирает все полномочия над расследованием, намекая на то, что О’Нил и так достаточно задержалась в Сентфоре. Опираясь на трость и даже не удостоив вниманием стул, который ей предложил Джонатан, она лишь кивнула, чтобы развернуться на каблуках и тут же покинуть кабинет, который раньше был её рабочим местом. Красноречивый взгляд Дерека тут же вырвал её из вереницы размышлений, и О’Нил утешающе положила ладонь на его плечо. — Пошёл он на хрен! —пробормотал Дерек, вновь зажав между зубами сигарету. Его ладони немного дрожали, когда кончики пальцев пытались высечь искру из огня зажигалки, поэтому Сара тут же перехватила её в свою ладонь, позволив напарнику прикурить. — Спасибо. Чёрт, О’Нил, ну мы и встряли с тобой! Сделав глубокую затяжку и едва ли не докурив сигарету до половины, Никсон прикрыл глаза, вслушиваясь в привычное урчание мотора «Импалы». Его рука на ощупь обвилась вокруг талии Сары, по-хозяйски притягивая к себе ещё теснее, словно тепло её тела было способно отогнать внутренних демонов, кружащихся над его головой или по меньшей мере утолить их голод. —Да, влезли в знатное дерьмо по самые уши. Не уверена, что сможем отмыться без последствий. Думаю, что твой отец уже отправил запрос в Балтимор, чтобы меня отозвали обратно. — Она положила свою голову на его плечо, вслушиваясь в ускоренный ритм сердца, бьющегося в грудной клетке. Рука Дерека поднялась чуть выше, ладонь погладила обнажившийся участок кожи поясницы прямо между ремнем и футболкой. — Боишься, что нас окружили? — выдохнув сигаретный дым в приоткрытое окно, Дерек стряхнул пепел в пепельницу, стоящую на приборной панели. Ещё одна жадная затяжка, и сигарета была докурена до самого фильтра, а сам Никсон тут же освободил вторую руку, чтобы притянуть к себе Сару ещё ближе. — Прости, теперь от меня воняет сигаретами. Как только это всё закончится, я брошу курить. Я обещаю. — Я разве когда-то говорила, что меня это раздражает? — О’Нил улыбнулась, глядя на своего напарника снизу-вверх. Его пальцы лениво вплелись в её волосы, заправили выбившуюся прядь за ухо. Подушечки пальцев осторожно прошлись по тонкому шероховатому шраму, идущему от виска до угла правой нижней челюсти. — Жаль, этого ублюдка нельзя воскресить и убить снова! — С тихой яростью в голосе прошептал Дерек, не отрывая от Сары взгляда. На дне его зелёных глаз вновь мелькнуло то самое нечто тёмное: то, что пугало и заводило её одновременно. — Я бы оставил на его теле каждый шрам, где он касался тебя и… Не желая услышать ещё хоть слово про мёртвого окружного прокурора, О’Нил притянула мужчину к себе, увлекая в поцелуй. Поначалу нежный и трепетный, он всё больше стал выходить за рамки приличий, стоило только Дереку нетерпеливо выдохнуть и скользнуть языком в её податливый рот. — Что же ты со мной делаешь? — прошептал ей в губы он, уже собираясь отстегнуть ремень безопасности и пересадить Сару к себе на колени. — Один поцелуй и мне уже наплевать на то, что я остался без работы. Вот же чертовка! Тяжело вздохнув, Сара осторожно присела в кровати и медленно спустила ноги на пол. Левая лодыжка всё ещё ощущалась как инородный предмет сродни протезу, но ей было не в первой реабилитироваться после серьёзных травм. Протянув руку за тростью, которая обычно стояла за углом кровати, она вдруг услышала стук в дверь, который тут же заставил её замереть. Осознав, что это не Дерек, так как у него есть ключи, Сара резко притянула к себе трость и опираясь на неё, встала на ноги. Перехватив в ладонь табельный пистолет, который она перезарядила только вчера, она вновь покосилась в сторону входной двери. Стук повторился. Перехватив оружие в руки покрепче, она, стараясь не издавать лишних звуков, медленно перешла в коридор и осторожно взглянула в глазок. Незваный гость, очевидно, не дождавшись ответа, уже уходил, но Сара успела разглядеть его чёрную куртку с нашивкой в виде золотистого дракона на спине и взлохмаченные чёрные кудри. «Вишня? Что он здесь забыл?» — мысленно удивилась она и тут же, словно вспомнив о чём-то, ещё раз взглянула в глазок, опустив взгляд вниз, втайне надеясь, что там не очередная чёрная и обитая бархатом коробка. Это был лишь обычный небольшой почтовый конверт. Выдохнув, Сара осторожно приоткрыла дверь и, внимательно осмотрев опустевшую лестничную площадку, убрала пистолет за пояс пижамных шорт, чтобы подтолкнуть тростью конверт к себе. Захлопнув входную дверь, О’Нил уже было собиралась поискать нож для вскрытия писем, когда увидела, что конверт уже оказался раскрыт и из него на пол выскользнул глянцевый полароидный снимок. Подцепив его кончиком трости, агент долго вглядывалась в снимок прежде чем почувствовала, как её ноги слабеют, а по позвоночнику пробегает волна холода. С фотографии на неё смотрели мертвецы, когда те ещё были подростками: та самая Аннет Холл с тёмными кудрями и красной помадой, за её плечом смущающийся брат Джон, пытающий спрятаться от камеры, а сбоку Кэрол Саммерс в форме капитана чирлидерш в обнимку с хмурым Бурым, скрестившим руки на груди. Судя по воздушным шарикам и нарядам, это была какая-то школьная вечеринка в спортзале и, лишь прищурившись, Сара сумела разглядеть на заднем фоне пьющего явно не пунш из красного стаканчика Майкла Тёрнера и сидящего на ступеньках у сцены Дерека Никсона. На Майкле была фирменный бомбер «Сентфорских волков» поверх белой рубашки, на Дереке, как ни странно, чёрный костюм с галстуком, но объединяло их одно — оба смотрели в сторону Кэрол, которая этого явно не замечала. Надпись снизу снимка, сделанная чёрным маркером, заставила О’Нил практически рухнуть на колени, если бы не трость, в которую она крепко вцепилась обеими руками. «Приятно занять её место, верно? Д. Х., он же Кукловод»

***

Собираясь уже было выкинуть злосчастную находку в окно, Сара прощупала тростью нечто, лежащее внутри конверта, которое со стуком выпало на пол перед ней. Флэш-карта. Не обнаружив ничего в злосчастном конверте кроме полароида и флэшки, О’Нил решила не ломать себе голову и осторожно подползла к находке, схватив её в руки. Упершись спиной об изножье дивана, она взяла в руки свой ноутбук, стоящий на кофейном столике гостиной и положила трость рядом на пол. «Что же это? Последнее послание от тебя, Холл?» — подумала федеральный агент, подключив носитель к ноутбуку. Естественно, тот сразу же потребовал пароль. Решив не тратить попытки зря, Сара, прикусив губу, ещё раз бросила взгляд на полароидный снимок, лежащий на полу. Нужен тот, кого они оба знали. Тот ради, кого было наверняка прислана эта флэшка. Тот, кто ещё жив и кому всегда было что терять… Тот, кто спас её и… Дерек. На миг мерцающее окно мигнуло, словно обдумывая полученный ответ, а затем… Явило все свои тайны. Даже те, о которых Саре явно не стоило знать.

***

Наверняка Саре не стоило вставлять в свой рабочий лэптоп неизвестное содержимое от неизвестного отправителя, но она не смогла удержаться. Любопытство. Тот самый грех, который в свое время способствовал падению человечества с небес, изгнанию рода людского из рая и тот самый, приведший О’Нил от серии исчезновений детей в маленьком захолустном городке к одной из самых грязных и крупных наркоцепочек штата, управляемых сильными мира сего, одного из которых она крайне безжалостно убила. И теперь… У Сары на руках было всё. Так называемые явки, пароли, встречи: схемы поставок «Блажи» и «Шёпота» в обход всех проверок на границе штатов, размеры взяток, счета, реквизиты карт, записи звонков и видеокамер. Удивлению Сары не было предела, когда она нашла ту самую видеозапись с вечера покушения на Никсона-старшего, которая считалась якобы испорченной из-за сбоя на парковке. Однако звука на ней было. — Блять! — громко и нетерпеливо выругалась детектив, продолжая искать дальше и находя не медь, а золото: аудиофайл с записью разговора Джонатана с Джоном Холлом. — Снимаю перед тобой шляпу, Холл. Хитрый же ты был ублюдок! Наложив аудиозапись на видео и увеличив зум в несколько раз, О’Нил поняла, что глаза её не подвели: шериф полиции Сентфора разговаривал в своей машине с бывшим помощником прокурора штата Мэн, и разговор их носил деловой характер, будто они и впрямь… делили один бизнес. Наркобизнес. — Я же сказал, что вопрос с поставками будет скоро улажен, Джонатан! Какого чёрта ты срываешь меня с работы прямо перед важным слушанием? — обычно хладнокровный и спокойный голос Джона Холла пылал праведным гневом. — И когда тебе стали не важны наши общие дела? — до боли знакомый голос показался на записи настолько ледяным, что Сара поневоле вздрогнула от того, насколько непривычно он прозвучал. На видеозаписи водитель машины потянулся к приборной панели и в свете фонаря блеснул до боли знакомый силуэт. Ошибки быть не могло. Джонатан Никсон. — С недавних пор я кое-что выяснил. — Всё так же издалека продолжил шериф. На записи раздался щелчок зажигалки, и в следующий миг искра от сигареты вновь осветила его профиль. — Оказывается, Дерек копает под меня. Ты знал от этом? — Думал, что его можно купить жалованием заместителя шерифа? — усмехнулся Холл. На видеозаписи он сидел спиной к камере, однако его голос Сара не могла не узнать — в нем звучали всё те же привычные ехидные нотки. — Твой сын всегда был достаточно упрямым и своенравным. И ты сам знал, к чему всё идёт. То, что он сделал с дилером Кэрол и теми увальнями, которые застрелили твою жену… — Заткнись, Холл! — нервно оборвал его шериф. На записи раздался нервный, короткий вдох: очевидно, тот сделал затяжку. — Если хоть одна живая душа узнает об этом, я клянусь, лицо любимой сестрицы ты увидишь раньше положенного срока! — Правда? — Холл повернулся к собеседнику вполоборота. На видеозаписи в зажатом за спиной кулаке так быстро блеснуло острие иглы, что поначалу Сара даже не поняла, что это. — Мне кажется, что я больше не хочу делиться с тобой общими любимыми игрушками, Джонатан. — Что ты несёшь? Опять принял свою дрянь и… — Наше партнерство отныне окончено, шериф. — судя по голосу Джон улыбнулся и в следующий миг раздались звуки брани и борьбы. На заднем сиденье машины что-то мелькнуло, чья-то крупная фигура сгребла шерифа в охапку словно куклу, а судя по взведенному курку чей-то пистолет упёрся Никсону-старшему прямо в основание черепа. — Бу… Бурый? И ты туда же? Ты… с ним… — в запыхавшемся голосе Джонатана прозвучало искреннее удивление. — Удивляешься, что твои любимые Дракончики теперь мои? Думаешь, Аарон так и будет заглядывать тебе в рот до конца жизни? У каждого в этой игре свой интерес, шериф. Даже Ники играет только за себя, и ты скоро это поймёшь. Интересно, чью же сторону он выберет, когда узнает, что его папочка спелся с Драконами, которые сгубили малышку Кэрол? Вновь раздались звуки борьбы. — Ты не посмеешь! Это не твой город и никогда им… не станет! Ты… жалкий, мерзкий пара… — Сладких снов, шериф! — одно молниеносное движение, сопровождаемое вскриком, и содержимое шприца было введено прямо в шею Никсона-старшего. Один ленивый взмах руки Холла, и Бурый тут же отпустил побагровевшего, а затем разом побледневшего Джонатан, который стал медленно оседать на пол салона. — Та самая дрянь, которую мы толкаем на улицах, только концентрированная в несколько раз, сейчас разом ударит по всем системам жизнеобеспечения твоего прокуренного и угробленного алкоголем организма. — голос помощника окружного прокурора резал безжалостнее скальпеля. — Пожалуй, я не конченная мразь и оставлю тебя прямо здесь на парковке у «Лап Дракона». Пусть твой драгоценный Хилл попробует спасти того, по чьей вине он увяз в этом ебанном городишке на всю жизнь. А ты как считаешь, Бурый? — Я бы вколол Аарону тоже самое дерьмо. — сквозь зубы ответил Дракон, очевидно, едва сдерживая ненависть к своему главарю. — Рано, мой друг. Мы ещё не все карты разыграли в этой партии. — И что, оставим этого мешка с дерьмом здесь? — спросил Бурый, пытаясь перебить шумное дыхание шерифа, который явно задыхался на заднем фоне. Мгновение промедления, и Джон медленно кивнул, словно давая на это безмолвное разрешение. — Как только отъедем, набери Хиллу. Всё должно выглядеть естественно. Нас с тобой здесь не было. Надеюсь, все чисто, и ты нигде не наследил. Иначе твоя сестрица очень удивится, если найдёт здесь твои отпечатки. Как Стеф, кстати? У меня было столько девушек, но ни одна из них не была такой потрясающей, как она… Жаль, выбрала сторону закона. Как и я. — Ты закончил, Ромео? — хмуро спросил Дракон. — Пора валить, пока нас не засекли. Тебя вообще здесь быть не должно. — Точно! — улыбнулся Холл. Он обернулся в сторону пугающе неподвижного шерифа. — Прибери здесь всё — чтобы ни пятнышка, ни волоска. — Сзади нас камера, босс. — Я о ней позабочусь. Через полчаса набери Аарону, скажи, что одну из партий засекли на границе штата и нужно, чтобы Никсон вмешался и разрешил этот вопрос. — А что делать с Лэнгдоном? Пропал уже третий ребёнок. Что, если пришлют кого-то из штата? Этих пиздюков уже которую неделю крутят в новостях по ящику! — Я разберусь с этой деревенщиной. Надо заткнуть его деньгами, пока тут не началась настоящая заварушка. Без Никсона-старшего тут явно будет бойня: Дерек наверняка сцепится с Драконами. Все твои пойдут в расход, а ему с этим, конечно же, помогу! Выйдя из машины и театрально хлопнув дверью машины, Холл вдруг обернулся и плотоядно улыбнулся в камеру, словно глядя прямо на Сару через экран монитора. — Может, и не я здесь главный хищник, но этот город теперь точно мой!

***

Нахмурившись, О’Нил закрыла программу проигрывателя, вновь обвела взглядом открытые окошки документов и сканов чеков перед ней. Что же означала фраза Джона в конце записи? Очевидно, в их бизнесе фигурировало как минимум три известных Саре лица: сам помощник окружного прокурора, шериф города Джонатан Никсон, Аарон Хилл, поневоле втянутый в эти дела в качестве расплаты за непредумышленное убийство Аннет Холл. Покойный пастор Лэнгдон очевидно обо всём догадывался, но в схему не входил и… Должен был быть кто-то сверху. Тот, кто знал Джонатана давно. Тот, кто наверняка служил с ним ещё в армии, дал ему попробовать эту дрянь и сделал то же… Что сделали с Сарой в Куантико. Сглотнув, О’Нил отодвинула ноутбук в сторону. Перед глазами неожиданно заплясали разноцветные точки, горло сжалось, не в силах сделать вдоха. Отчаянно сжав руку в кулак, настолько сильно, что ногти впились в кожу, она изо всех попыталась удержать сознание на плаву, не позволяя ему утонуть в волнах панической атаки. Их у детектива не было ещё со времён обучения в академии Куантико. После выпуска Саре показалось, что она наконец смогла взять свой организм под контроль: унять эту предательскую слабость вегетативной нервной системы, когда мозг остаётся холодным и рассудительным, а тело начинает предавать, сдаваясь под влиянием ситуации. Но стресс, травмы, операция и приём «Блажи» вновь откатили её назад во времена учёбы, когда она сидела в углу своей тёмной комнаты в общежитии после тренировок, не в силах сделать вдоха и сползая на пол в поисках заветного блистера с успокоительным. Именно в таком состоянии её и нашел Дерек, вернувшись с утренней тренировки: его горячие руки вмиг развернули в миг потерявшую все ориентиры Сару к себе, заставляя зрачки сосредоточиться на своём расплывающемся в утреннем свете силуэте. — О’Нил, ты… чего? Чёрт, у тебя припадок! — Он сжал её холодную, покрытую потом ладонь в своей, а потом вдруг легко вытащил из неё её табельный пистолет, который неожиданно оказался в ней. Сара заторможено перевела взгляд на свою руку и тут же расслабила мышцы, позволяя Никсону отодвинуть оружие в сторону. — Эй, смотри на меня… Тебя никто не тронет, слышишь? Этого ублюдка больше нет, я убил его! Он тебя больше не тронет! Только дыши, детка! Дыши, дыши вместе со мной. Вдох-выдох, солнышко, вдох-выдох… Убрав с её лица спутанные волосы, Никсон едва сдержал безотчетный порыв прижать бледную Сару к себе. Помимо воли пока её грудь медленно поднималась и опускалась со свистом в порыве сделать вдох, перед его глазами вновь всплыл тот самый образ: бездыханная О’Нил в луже собственной крови, покрытая синяками и ссадинами словно сломанная кукла, которую бросили умирать после того, как вдоволь с ней наигрались… Дерек зажмурился, изо всех сил отгоняя от себя этот образ, и теперь из оцепенения его уже вывела Сара, сжав ладони в своих. — Де… рек… — выдохнула она и слабо улыбнулась. — Я должна кое-что тебе показа… — Легче? — его ладонь погладила её по обнажённому плечу, зелёные глаза все ещё с беспокойством пробежали по осунувшемуся лицу. —Что бы это ни было, я думаю, оно может подождать, пока ты окончательно придёшь в себя и… — Нет! — О’Нил тяжело выдохнула, её возражение потонуло в надсадном кашле, но она всё же сделала усилие и подтянула лежащий в стороне ноутбук к себе. — Это в корне все меняет и… Возможно, тебе будет тяжело, но ты должен это увидеть. Лихорадочный румянец, сменивший бледность на лице федерального агента испугал Никсона ничуть не меньше её внезапной панической атаки, но он решил послушаться напарницы и присел на пол рядом с ней. — И что же ты мне хочешь показать? — Его горячая кожа коснулась её бока, и Сара поневоле вздрогнула, обернувшись к нему. Их зрительный контакт вновь сбил её с толку, и каждый раз ощущался как в первый. Рассматривая крапинки в изумрудных глазах напротив в обрамлении светлых ресниц, О’Нил чуть не потеряла мысль, однако сумела увернуться, стоило только губам Никсона прижаться к её виску. — Не уверена, что это тебе понравится. Но теперь… У нас есть всё для того, чтобы справедливость восторжествовала. — загадочно произнесла она, глядя на ноутбук. — Прямо-таки всё? — прошептал ей на ухо Дерек, притягивая напарницу за талию к себе ещё ближе. Губы Сары тронула загадочная ухмылка. Та самая, в которую Никсон пару месяцев безоглядно и безотчетно влюбился. — Почти.