Ход ферзем

Зал совещаний характеризовал собой большое круглое помещение. Внутри все было украшено подвешенными на стены мечами и щитами. Большие чаши с огнём были расположены возле входа. Тонкая полупрозрачная белая ткань, закрепленная на входной арке, слегка покачивалась в такт слабом ветру. Казалось, что в самой дальней южной стороне дворцового крыла царил покой и умиротворение, однако это было заблуждение. За большим овальным столом стоял большой шум. Рыцари и графы перекидывались ругательствами и оскорблениями. Тиберий устало размял затекшие мышцы рук и ног, слушая как одни мужчины поддерживали идею о браке короля, пока как другие рьяно противились этой затеи. - Зачем Государю этот брак, сколько ему осталось, а!? Мы имеем хорошие связи как с византийцами, так и с франками. - кричал Ги Де Лузиньян тыкая пальцем в стол. - Абсурд! Король на пол пути к выздоровлению и все мы знаем, что если это произойдёт, то нужно заречься сильной поддержкой. Государству нужен прямой наследник - потомок короля! - стукнул кулаком по столу другой граф. - А как же сын Сибиллы! - заорал Ги Де Лузиньян, его соратники, стоявшие за спиной громогласно начали поддерживать выкриками. Тиберий закатил глаза. Он знал как выгодно Ги продвинуть на трон Балдуина пятого, ведь тогда он сможет косвенно управлять государством. - Он всего лишь навсего племянник! - продолжил граф. На это патриарх Эраклий, сидя в самом дальнем месте стола и играясь с краями кубка, только ухмыльнулся. - Такой же племянник каким был и сам нынешний король! - вставил свое слово хранитель божьего дома. И вновь начались горячие споры. Кто знает, сколько бы это все продолжалось, если бы не скрежет возле входа, господа замолчали и все как один уставились в одну точку. - Не знал, что мы уже начали собрание, однако, Господа, я весьма разочарован. - скрестив руки за спиной король тихой поступью вошёл зал. За его спиной сжимая рукоять меча следовал Тибо. Взгляд Балдуина был холодным и беспристрастным. Голубые глаза презрительно изучали каждого, кто находился в помещении. - Государь! - Все на миг забыли о конфликте интересов и склонились в уважительном поклоне перед монархом. Тот только раздражённо цыкнул и махнул ладонью. Усевшись на центральное место, государь промолвил. - Вы все меня очень огорчили, Господа! Неужели Вы думаете, что этот заговор сойдёт вам с рук!? - Повелитель, что Вы такое говорите. Мы хотели Вам сообщить новость, когда будем точно уверены в вашем выздоровлении, - начал патриарх. Король метнул в его сторону грозный взгляд и тот, замявшись, сел на свое место. - Все верно Государь, я говорил им, но они не слушали. Зачем Вам эти хлопоты, когда уже есть кронпринц. Вам нужно думать о своём здоровье и о благополучии государства. - усевшись поудобнее в кресле, скрестил руки на паху Лузиньян. На это другие присутствующие раздражённо выдохнули. Балдуин сузил глаза. - Протестую! - вскочил один из графов. - Нам наконец улыбнулась удача! Ваше Святейшество, Вы только представьте - какую военную мощь мы получим от франков скрепив узы кровью! Ваши планы по захвату Египта могут воплотится в реальность! - рьяно закричал мужчина. И снова возмущение поднялось в месте совещания. Гул из голосов начал смешиваться в разные тона и становиться все громче. Король молча наблюдал за этим беспределом. Подав знак Тибо, он опираясь руками о стол, поднялся. Рыцарь вынул из ножен меч и резким ударом вонзил его в стол. Все замолкли. - Итак, мои соратники. Дабы умерить столь ненужный спор и горящие сердца верных короне рыцарей. Я внемлю, - король тяжело хрипя своим голосом положил перебинтованную руку на меч и резко вытащив холодное орудие, опустил его на каменный пол. Громкий неприятный скрежет вонзился в уши каждого. Голубые глаза медленно изучали убранство комнаты, и так порядком надоевших в ней людей. Балдуин не торопясь начал обход, тащя за собой тяжелый меч, что оставлял мелкие искры на каменных плитах. Да, он не мог противиться совету, не мог остановить ошибку и отправленное послание, но он мог напомнить, кто тут король и чьё слово будет решающим. Время, когда он потакал их прихотям закончилось, как и само терпение. Остановившись за спиной патриарха, Государь по рыцарскому этикетку двумя руками поставил меч прямо перед ногами. Старый богослужитель вздрогнул. - У короны и Иерусалима уже есть наследник, - начал Балдуин, взгляд Ги де Лузиньяна наполнился блеском. Он гордо выпрямил грудь вперёд ожидая продолжения от короля, но то, что мужчина услышал после, ввело его в тихую ярость, которою он чуть позже выплеснет на Сибилле, устроив той скандал. - И прямо сейчас его хрупкая жизнь зарождается в утробе той, которой я готов доверить свою жизнь и свое наследие. - холодно произнес король. - Государь, как это понимать! - воскликнули мужчины. - Это немыслимо! - Эраклий встал с насиженного места. Он крепко сжал серебряный крест, обсыпанный драгоценными камнями из рубинов и развернулся к королю. - Это претит нашим уставам, нашей церкви и воле Божьей. Без бракосочетания, без благословения. Как Вы посмели пойти против сие наказов! - лицо пожилого мужчины наполнилось багровый краской. - Хах! - выдохнул король, задыхаясь от такой наглости. - А посмел ли? Ведь Вы и сами, Господин, как и многие другие не раз грешили на святой земле. - Балдуин наклонился вперед, рассматривая патриарха с ног до головы. Опасный предмет в руках короля вновь прошёлся по полу. Патриарх от злости лишь мелко задрожал. - Половина присутствующих пытается свести меня с косвенной родственницей короля, не говоря уже о связи франков нынешней династии с нашим родом, и Вы, верный Богу патриарх Эраклий, никак этому не противились. - небесно-голубые глаза прожигали фигуру старика. - Ссылаясь на Библию от себя добавлю: Любовь же состоит в том, чтобы мы поступали по заповедям Его, - указательный палец слегка коснулся кроваво-красного камня, покоившегося на большом серебряном кресте. - Плод же духа - любовь...- Балдуин выпрямился, впихнув ошеломленному мужчине рыцарский предмет. Государь подошел к столу и, облокотившись рукам, громогласно заявил. - Такова моя воля. Воля четвёртого прокаженного короля Святого государства. Если Бог благословит и дарует мне наследника, не заразив его и его мать, значит та, что была мной избрана - воссядет на престол и будет править рука об руку со мной. Столько, сколько мне отведено, - у каждого из присутствующих были свои эмоции на эту информацию. Кто-то из герцогов и рыцарей тихо скрипел зубами, кто-то просто стоял и слушал не решаясь смотреть на государя, а кто-то нахмурившись, буравил высокую худую фигуру Балдуина. Две стороны, что конфликтовали между собой теперь тихим молчанием объединились против монарха. Данная затея никому не пришлась по вкусу, ибо она на корню портила планы каждого. Государь это прекрасно понимал и отступать не собирался. Когда ему исполнилось пятнадцать многие из присутствующих уже похоронили его, не дав и шанса проявить себя как Государя, как личность, до первой битвы и победы, разумеется. Уже после того, как юный монарх показал свою стойкость, мудрость, силу и ум, они словно стервятники бросились осыпать его хвалой и лицемерной любовью. Балдуин знал - эти люди не достойны Святой земли и ,уж тем более, короны. Они омрачат её своей жадностью, завистью, гневом и похотью. Погубят народ и все то, что так долго строили его предшественники и он сам. - Государь! Герцог Бернар де Субренжьен уже ответил согласием и зарекся предоставить нам не малую военную поддержку, как часть королевской семьи от франков. Это немыслимо! Его дочь готовится к поездке, а ваши лазариты зареклись о выздоровлении. - один из графов, Барбо Панталоне резко встал со своего места. - Укажите мне на тех, кто торопит события, не удостоверившись в истине, граф. Стоило одному чуду проявится, как все подорвались и в миг решили, будто я на пути к выздоровлению, но уверяю Вас. - утонченная белая ткань сползла вниз оголяя руку монарха и являя язвы, а также пораженные участки кожи, на что Барбо не смог удержаться и скривив нос, поджал свои губы. - Это всего лишь промежуточный этап. - выдохнул Балдуин. - Но он не помешал Вам предаться плотским утехам и поставить ультиматум для нас сейчас!- продолжил другой граф Арсуль де Маркуоль. Это был пожилой мужчина с длинной седой бородой, прошедший немало крестовых походов ещё при Балдуине втором. Многие его знали за острый язык и прямолинейность. Государь заинтересованно на это хмыкнул, пытаясь притупить в себе порывы казнить наглого мужчину, и проморгавшись дабы убрать пелену с уставших глаз гордо приподнял голову. - Так же, как и Вам за моей спиной строить планы на государство, граф Де Маркуоль... - Тогда и мы хотим честного итога! - воскликнул Альом де Клари, амьенский клирик-крестоносец, обосновавшийся в Иерусалиме и верно служивший короне. - Что будет, если избранная Вами не понесет или ещё того хуже - заболеет. Это не отменяет того факта, что пока Ваша болезнь ослабла, нужно этим воспользоваться. Если наследник не будет зачат, то вы обязуетесь жениться на дочери графа, дабы сохранить мир между франками и иерусалимцами. Но если же наследник появится, то он будет обязан закончить то, чему противитесь сейчас вы. - тихое перешептывание понеслось по навальному столу. - Заверяю, такому я весьма не против! - высунувшись из-за спины Балдуина прошептал патриарх, король только грозно послал ему молнию в ответ, на что богослужитель опустил голову на свои ноги и тихо скрылся обратно из виду. Поняв, что к окончательному решению они могут и не прийти Балдуин громко хлопнул в ладоши. Резкая слабость в теле на секунду дала знать о себе. - Да будет так, я принимаю Ваш ультиматум! - перешептывание стало громче. Ги де Лузиньян нервно топал правой ногой и постукивал рукой о кольчугу по бедру. В этом споре он не станет участвовать. Десять человек не считая рыцарей, короля, патриарха, Ги, Тиберия и Тибо удовлетворенно закивали друг другу головой. - Да будет так! - надменно поговорил Арсуль де Маркуоль. Он развёл руки в стороны и слегка поклонился королю отдавая дань уважения. Тиберий молчал, наблюдал и ему явно не нравился итог. Балдуин.... столь дорогой сердцу юноша, что несёт тяжёлое бремя короля и больного. Как же так получилось, что он оплошался, снова не уберег любимого воспитанника от злых языков. Теперь же ему придётся защищать монарха с ещё большей отдачей и не только Балдуина, но и его будущее. *** Острая тонкая игла аккуратно вошла в нежную кожу на ноге. Девушка взвыла от боли и неожиданно для самой себя скинула мужскую руку. Эзра облегченно вздохнул и поднял упавший на пол предмет. Встряхнув ушибленную руку - он по отцовски улыбнулся. - Ну вот и все миледи, Вы не заражены. Какое счастье и отрада для глаз, я уже было запереживал, когда узнал как часто вы общаетесь с королём. - бережно наложил повязку на икру и лодыжку лекарь. - Нам ещё столько предстоит работы выполнить. - цокнул он языком убирая лекарские предметы. - Ах, спасибо дорогой Эзра. Я так признательна Вам за помощь, уже и не думала, что Государь когда-нибудь позволит мне снова с вами встретится вживую. - Лия поправила подол светло-зелёного платья, вышитого из тонкого полупрозрачного жоржетта* и шелка. Привстав с кушетки, она робкими шагами подошла к столу и приоткрыв маленький ящик, достала стеклянную пробирку с кровью. - Пока я была оторвана от вас и Рони, мне пришла одна идея в голову. - мужчина удивлённо посмотрел на девушку. - Видите ли, мы все время пытаемся искать проблему в организме короля, но совершенно не обращаем внимания на людей живущих подле него. Почему многие, кто не раз соприкасался с Государем, так и не заболели лепрой? - передав склянку Эзре, заинтересованно начала она, странный блеск отразился с мужских глазах. - Дитя, я знаю Государя чуть ли не с малого возраста. Многие его стороной обходили.. - Но были и те, кто не оставлял его. - воспротивилась белокурая. - Послушайте, есть вероятность, что болезнь передаётся только через длительный контакт, а не воздушно-капельным путем. Возможно, мы сможем остановить её распространение путем неких манипуляций. Я выявила пару интересных моментов по крови короля и крови не зараженных людей. И проверить можно только следующим образом. - Лия достала прозрачные стекла с несколькими образцами дабы продемонстрировать густоту, цвет а главное сворачиваемость. Эзра приблизился к образцам и заинтересованно взял одну стекляшку с подписью «Гийомом Т». Все они были подписаны, девушка положила рядом раскрытую книгу с запасами для демонстрации результата. Каждый экземпляр был совершенно не похожим на другой, но кровь короля явно отличалась. Она была гуще и темнее с красным выпуклостями, застывшими на поверхности холодного стекла. Цвет болезни. - Неужели ты хочешь проделать кровопускание, дитя? - ошарашенно промолвил Эзра. Лия покачала головой и перевернула страницу. - Не думаю, что это сработает, но есть другой вариант. Перелив крови. Представьте, что вся зараза живущая внутри организма короля плодится и размножается, медленно убивая его организм, что если лишить эту заразу питания... - Очистив кровь и впустив новую, это ужасает и поражает дитя. Это слишком рискованно и сложно. - мужчина томно вздохнул продолжая читать наработки молодой девицы. Они пугали и при этом манили. Церковь определённо воспротивится сий задумке, но что если это поможет? Столько рисков и столько надежд. - Про мазь Вы писали так же, Господин. Но в итоге она сработала. Прошу, доверьтесь мне. - девушка упрямо стояла на своём. - Давай проверим это на другом человеке, прежде чем подвергать Государя такой процедуре. Слишком много рисков, дитя. - погладил девичье плечо пожилой лекарь, та согласно кивнула и принялась за рассказ о процедуре. Сам Эзра был наслышан про столь странный метод лечения, что по большей части пользовался популярностью у англичан, но ни как у византийцев. Эзра в который раз уверял себя: все это ради Иерусалима. Они много говорили и дискутировали, рисовали эскизы трубок и механизмов которые бы смогли служить для отсасывания, но в итоге, не очень далеко продвинулись. Работа предстояла сложная и кропотливая. - Скажите, уважаемый Эзра, как там Рони и Ваш ученик? Я переживаю, столько времени прошло с моего последнего визита. - девушка поставила горячий чай на письменный стол. Сама она облокотилась о край деревянного предмета. Мужчина отложил белое перо в чернильницу и слегка потянулся руками вверх. - Ох, как и все, в работе и в заботах, но ваш друг весьма замкнут и необщителен, дитя. Как-то раз я увидал его, одного посещающего ночной паб. Видимо, Святая земля ему не особо приглянулась, но моя душа хочет верить в то, что это ненадолго. - с благодарностью взял кружку в руки Эзра. Девушка слегка приуныла. Раньше, в былые времена, она часто общалась с дорогим другом, но сейчас такой возможности нет. Рони весьма недоверчив к новому государству и это пугало женское сердце. Ладони неосознанно легли на плоский живот. Вот бы разузнать как он. Кто знает, сколько препятствий придётся ещё преодолеть. И в отличии от друга, она скорее всего останется в святом месте на долгое время. Очень долгое. - Вас что-то смущает, дитя? - невинный жест не укрылся от прозорливого взгляда Эзры. Неловко отвернув голову, Лия не смело прошептала. - Хоть я и знаю ответ, но хочу все же быть спокойна. Сколько нужно дней, чтобы понять, что в утробе зародилась новая жизнь, да и за счёт чего Вы обычно проверяете данную догадку? - прошептала она. Эзра слегка подавился чаем, завидев это девушка подала платок и нервно заговорила. - Ах, не подумайте, одна служанка сильно позабавилась с караульным, всего лишь. - А, разве вы не знаете, дитя? - недоверчиво скосил один глаз Эзра вытирая промокшую одежду от чая. Лия замотала головой и улыбнулась. - Знаю, но моим словам не совсем хотят верить. Вы же опытнее меня. Она попросила передать записку с Вашим почерком. - девушка пригладила прядь полос. -Ох, вот оно что, дитя. Что же я с удовольствием напишу и передам ей, - начал было Эзра, но девушка его остановила. -Я передам, это... моя личная слуга и она не совсем хочет раскрывать свою личность. - сжала полосы она. Эзра неловко кашлянул в кулак и черканув по маленькому куску бумаги, вложил фрагмент в девичью книгу. Он не задавал более лишних вопросов, на что Лия ему была очень благодарна. Эзра захотел лишь только предостеречь. - Вашей слуге стоит быть аккуратнее, недоброжелателей в нашем замке больше, чем кажется. - Уверена, что она об этом знает. - выдохнула Лия, уловив нужную для себя страницу книги. Она и сама не знала для чего задала этот вопрос, но сердце подсказывало, что что так будет правильнее. Эзре можно доверять. *** Балдуин любовно пригладил длинные, белые как снег, волосы. Левая рука спустилась вниз, продолжая лениво ласкать из стороны в сторону плоский живот, слегка задевая ткань светло-желтого платья. Не завидев нужного предмета на тонком пальце женской руки, король разочарованно вздохнул. - Любовь моя, почему ты не надела моё кольцо. Оно тебя пугает? - Государь покрепче обхватил талию и ближе прижал девушку к себе, скрывая под тенью большого дерева. Лия тихо шикнула, перехватив ладонь короля. Она пыталась заменить старые повязки на новые, но Балдуин упрямо ворочался и все время перемещал руки, заигрывающе смеясь и флиртуя. - Государь, учитывая Ваш рассказ - не стоит посвящать жителей дворца столь ошеломляющей новостью. - девушка перевернулась к Балдуину лицом и прижалась к мужской груди, нежно потерявшись лицом о приятную ткань. Король слегка вздохнул. - Моя дорогая, ты ранишь мне сердце! - бархатно пропел прокаженный, перехватывая подбородок и подтягивая девушку к своему безликому лицу. - Оно досталось мне от отца, а моему отцу от его, и вплоть до первого правителя. Я желаю, чтобы до венчания оно было у тебя и на тебе. К тому же в твоем саду никого кроме нас и не бывает. - правая рука монарха прошлась по спине лекаря, остановившись на круглом бедре. Разрез платья, приоткрывавший одну ногу манил мужчину. Подавшись мимолетному желанию узреть прекрасное, он чуть зацепил ткань и приподнял вверх, попутно любуясь стройной ногой. Девушка, на этот жест, потянула капюшон монарха на себя, заставляя того сильнее нагнуться вперёд, закрывая доступ к обзору. - Государь, что Вы такое удумали, а? - пылко прошептала она. - Лишь хотел узреть прекрасное, что было Богом задумано. А что насчёт кольца, моя ненаглядная? - возмущенно прошептал монарх сжав ткань поднявшегося платья. - Оно всегда со мной, мой Балдуин. - Лия достала из лекарской сумки объёмный перстень с круглым красным камнем. - Просто мне право неловко, ведь это твоя семейная реликвия, а я даже не принадлежу к знатному роду. Да и что скажет твоя матушка, для неё это наверное самое дорогое и ценное. - Лия заинтересованно прокрутила кольцо в пальцах. Балдуин перехватил её руку одной своей и надавил на перстень, надевая его на указательный палец. - Время, когда оно принадлежало ей - прошло. Отец завещал его мне как наследнику, что должен был продолжить род. Ты - мой род, моя семья, и неважно из какого сословия. - задумчиво промолвил он, углубляясь в старые воспоминания. Былые времена детского прошлого. Такого беззаботного и легкого. Расплывчатый образ отца на мгновение предстал перед Балдуином. Амори Первый был добрым, умным и красивым человеком, а ещё он был любящим отцом и прекрасным примером для всех, кого окружал. Прокаженный задумался, а каким отцом будет он? И будет ли? Тихо шелестела листва могучего дерева, под которым укрылись двое. Прокаженный Государь и его спутница. Мужская ладонь оставила ткань платья и легла на живот. - Скажи мне, моя любовь. Зародилась ли в тебе новая жизнь? - взволнованно прошептал в ухо монарх. - Балдуин прошло только три дня. Пока ещё рано делать вывод, подожди ещё пару дней пока плод не даст о себе знать. - также трепетно ответила Лия, нежно пригладив железную маску. Государь взволнованно взглянул на девушку. Время. То, чего сейчас ему не катастрофически хватает. Через считанные дни должна прибыть коалиция из франков с той, что не любима и не желанна. Государь про себя взмолился. Он не осмелился признаться Лие в правде, укрыв от всего мира и ограничив круг новостей и сплетен. Изматывало и то, что он и не мог противостоять совету с церковью. Единственное, о чем искренне жалел Балдуин: непроведенная церемония бракосочетания в ту самую дождливую ночь.

***

Большой богатый кортеж остановился в царском двору Иерусалимского дворца. Искусная дверь кареты приоткрылась, выпуская наружу маленькую ножку, одетую в дорогую кожаную туфлю. Темно-синее платье, отливающее маленькими золотыми узорами, разложилось по песку подобно морской глади. Рыцари и пажи выстроились в ряды приветствуя гостей. Агнес, сияя улыбкой, ринулась встречать прибывших, за ней неспешно тянулись несколько графов. - Моя дорогая, прелестная Бернадетт! Как мы рады Вас встретить в нашем священном государстве, надеюсь дорога была не столь утомительна? - нежно пропела королева-мать. Девушка приоткрыла золотую вуаль, являя свету свой лик. Белая кожа, длинные чёрные волосы, уложенные в высокую элегантную прическу и каре-жёлтые словно у кошки глаза, любопытно оценивающие столь знаменитое Царство и его жителей. Тонкие губы тронула легкая улыбка. - Отнюдь, Ваше Высочество, я так ждала этого момента, что дни для меня летели словно пух, гонимый ветром. А теперь, - любопытно воскликнула она. - просветите меня, где же мой дорожайший жених. - сладко вздохнула французская герцогиня, предвкушая встречу со знаменитым,по слухам и историям, Государем Иерусалимским, одолевшим страшную болезнь и являющимся непобедимым для врагов.