А мы больше не встретимся?

××××

       Следующая неделя прошла безумно скучно как для меня, так и для Ромки.        Пятифан лежал в больнице. Его даже пришлось пришлось увезти в городскую больницу. Три дня в реанимации прошли мучительно долго и ужасно напряжённо для меня.        Но наконец-то его состояние оценивалось, как «стабильно». Однако, в палату к нему не пускали. Как мне сказал сам лечащий врач: «Состояние Романа сейчас стабильно, но не настолько, что бы посещать его. Его сейчас нельзя тревожить. Приходите через недельку»        И снова ждать. Неделю.

××××

       — Ромыч, привет! Ты как тут, на?       Отворив дверь в палату, я ужаснулся: старые облупленные стены, покрашенные какой-то матовой бежевой (от времени местами она была уже цвета вжавчины) краской. Старый пол, плитка от которого в уголках уже откололась. Запах хлорки во все предметы мебели давно въелся, скорее всего, уже навсегда. На окне висели старые сломанные жалюзи противного синего цвета, которые уже не закрываются, потому механизм либо поломан, либо совсем отсутствует. Деревянный маленький подоконник, покрашенный белой краской, потрескался. Две старые койки стояли напротив друг друга. Но белье на них было новое, чистое и белое. Видимо, недавно закупили.        Одно место пустовало, поэтому Ромка в палате был один. Он лежал на боку лицом ко мне и спал. Мирным сном, который тревожить совсем не хочется. Силы ему надо восстанавливать.        Я осторожно присел на соседнюю кровать, и пружины предательски заскрипели под моим весом.        Рома что-то недовольно промычал во сне и перевернулся на другой бок. Я невольно улыбнулся с этой картины, очень уж мило все это.        На самом деле к Пятифану меня не пустили, мне пришлось быстро и тихо прошмыгнуть мимо дежурного врача.        Просидев минут десять я решил уже уходить, но тут Ромка проснулся.       — О... Бяшка, здаров... — Пятифан приподнялся на локтях и попытался выдавить улыбку.       — Как чувствуешь себя?       — Ну... Бывало и лучше,—Ромка нервно усмехнулся и отвёл взгляд в окно. — физических сил не вообще, эту неделю только и делаю, что сплю и жру. Я скоро с ума сойду-у... — ныл он.       — Когда выписывать планируют, на?       — Говорили, что через пару дней. Только...— Ромка запнулся и потянулся за бутылкой воды, которая стояла на прикроватной тумбочке. — Пустят ли обратно служить... Мне Мишаня рассказывал как-то, что его двоюродный.. или троюродный брат вот заболел так, а потом его не пустили дослужить, сказали, что теперь не годен.       — Зря ты так, на. Мы всей ротой ждём, когда ты выздоровеешь и вернёшься, — это была чистая правда, я даже не думал лгать. — Даже майор ждёт. Говорит, «без Пятифана скучно» на!        Ромка не смог сдержать смеха. Думаю, он даже не догадывался, что его так ждут в армии.

××××

      — Пятифан! Неужели уже выписали? — с распростёртыми объятиями встретил Рому Лебедев. — А мы уже заскучали тут без тебя.        Майор потрепал Ромку по уже отросшим волосам. Для этого ему пришлось привстать на носочки, потому что высоким ростом майор не обладал.

××××

      Обычное утро декабря началось так же, как и прошлые. Ничего интересного.       Пасмурное небо было затянуто тучами, из которых вот-вот пойдет снег.       Только вот разбудил нас не прапорщик, который обычно это делает, а Мишаня.       — Ребзя! Нам Шилов написал! Ползите сюда, читать будем.        Все парни, находящиеся в комнате быстро окружили Волкова, который держал в руках заветный конверт. Мишка медленно, наверное, интригуя, разворачивал его.       «Ой, бля, дай сюда!»       Ромка громко цыкнул, отобрал ещё запечатанное письмо и быстро его развернул.       «Привет, парни! Как служба проходит?       Честно вам скажу, письма писать я не умею, поэтому довольствуйтесь тем, что есть.        В универ не поступил, пришлось идти в колледж.        С наступающим вас Новым Годом и Рождеством!        Майор вас там не обижает? Ха-ха-ха.       Не знаю, что ещё можно написать, поэтому лишь пожелать вам „удачи“»

××××

       Делать было особо нечего. Новый год планировали провести так же, как в том году. Пару бутылок шампанского, водки и коньяка. Не очень большая ёлочка, украшенная старыми советскими стеклянными игрушками и разноцветной блестящей мишурой, стояла в нашей комнате досуга, куда майор привез даже ковер.        Мы с Серёгой решили сделать какой-никакой подарок для Ромки. Телефон. У Сереги есть, а мне пока не надо. А вот ему, я думаю, хочется услышать голос Тоши.       Достать подешевле было непросто. Купили у какого-то другана Швабрина новенький «Нокиа 3310». Как нам сказал этот парень: «Самый модный мобильник щас! Его хрен разобьешь! Он как кирпич. Короче, парни, суперский телефон. А так как ты друг Сереги, сделаю те скидочку...»        Сергей красиво упаковал подарок и спрятал под кровать, чтобы Пятифан не нашел его раньше времени.        Мишке мы решили дарить одеколон. Да, с фантазией у нас не шибко круто, поэтому подарок до жути банальный. Но ведь главное не подарок, а внимание, да? Ну вот и мы так подумали.        Подарок тоже был упакован и спрятан под кровать Сереги.

××××

       И вот, 31 декабря, мы уже давно сидим полупьяные за столом и ждём полночь. И тут я вспомнил про подарки.       — С-серег... Серега-а... — пришлось расстормашить товарища, потому тот уже успел провалится в пьяный сон. Признаться честно, я и сам еле стоял и вообще говорил. — Братан, подарки, на...       — А? Чё? Какие подарки?       — Ромки и Мишани.       — А... Погнали.

××××

      — Короче, Ром... Ромыч.... С днём рожде... Ой бля... С Новым Годом тебя!... Во те подарок от меня и Сереги, на, — я протянул коробочку в серебристого цвета, в котором лежал тот самый мобильник.        Пятифан не очень аккуратно открыл коробочку и... Застыл. На его лице не читались какие либо эмоции, он просто будто завис на непродолжительное время.       А потом, похоже, до него дошло, и на его лицо поползла глупая улыбка. Рома перевел взгляд на меня и рядом стоящего Серёгу.       — Пасиба! Спасибо, братаны!        В пьяном состоянии Ромка становился весьма тактильных, каким не был, когда был трезв, поэтому сразу потянулся нас обнять. Сопротивляться смысла нет, ведь Рома... это Рома. Оставалось лишь стоять и ждать.       — Ой, бля, ребят... А ведь у меня для вас ничего нет...       — Ниче, Ром, — со Швабриным мы сказали это синхронно. И улыбнулись. — Ладно, погнали, ещё Мишане надо его подарок отдать.       Волков сидел недалеко от телевизора прямо на полу и смотрел какое-то кино.       — Миш, с Новым Годом тя! — теперь подарок вручал уже Сережа. Он небрежно вручил пакет с одеколоном.

××××

       Проснулся первого января я на полу в полуметре от стола, лежал свернувшись калачиком, а под боком мирно сопел Рома.       Полежав несколько минут, чтобы хоть чуть-чуть прийти в себя, я поднялся на ноги. И меня сразу повело в сторону, потому что голова жутко кружилась,. Было ощущение, будто меня каждые несколько минут бьют молотом по ней. Чуть не наступил на ещё спящего Пятифана. Ужасно хотелось пить. Я огляделся в поисках воды. Нашел. Жадно выпил половину двухлитровой бутылки. Но желудок не принял напиток. Пришлось бежать в туалет.

××××

       Делать сегодня было нечего, поэтому оставалось лишь сидеть и считать минуты до дембеля.        — Бля, никогда не думал, что в армии может быть насто-олько скучно... — Мишка лежал на Пашкиной кровати на втором этаже, свесив ногу.        На дворе начало марта, метель. Поэтому на улице сидеть не супер. А дела все переделали, поэтому сегодня нас освободили от каких-либо занятий и разрешили побездельничать. В начале мы радовались, но к середине дня мы уже чуть ли не плакали от скуки.        Уже раз десять сбегали покурить, сыграли бесконечное количество партий в карты и шахматы, которые привез с собой Серёга и даже погуляли по казарме. Но день длился максимально долго.       Увидев наши страдания, майор сжалился над нами и дал нам задание: прибраться в каптёрке. Однако согласились только двое из нас — я и Серёга. Остальные отказались, сославшись на то, что им так нормально живётся.        Открыв деревянную дверь в каптерку, мы ужаснулись. Такого грязного помещения я ещё никогда не видел. Судя по лицу Сереги, он тоже.       — Мда... Может, зря мы согласились..?       — Походу да, на...        Спустя почти два часа работы в полной тишине, Серёге, видимо, надоело.       — Слушай... Игорь...        Я не заинтересовано вопросительно промычал.       — А ты... Помнишь прошлый Новый Год? Не этот, а когда мы первый год только служили.       — Да, помню, а что, на?       — Помнишь, тот случай в курилке? Как я понимаю, ты из-за этого теперь туда не ходишь?        Так вот о чем он. Про его признание, адресованное мне. Я, честно, уже успел забыть об этом случае, но Швабрина, по-моему, это волновало до сих пор.       Я не знал, что ответить на этот, скорее всего, риторический вопрос. Поэтому просто перевел вопросительный взгляд на взволнованного Серёжу.       — И что? К чему ты это, на?       — Ну... Я хотел извиниться за этот... вопиющий случай... Я, похоже, слишком много выпил и...       — Да ладно те, ниче страшного, — я перебил Серёгу и попытался оправдаться.       — Бяш, а скажи честно: тебе уже кто-то нравится..?       Этот вопрос поставил меня в ступор. Нравится... Нравится?        В голове всплыла Катя.        Да, она мне нравится... Сто процентов нравится... Точно же?       А я ей? Нет. Она бросила всех нас и уехала в неизвестном направлении и даже не сказала мне. Эгоизм с ее стороны иногда просто убивал.       — Игорь? Бяш, ты чего? — Сергей почти кричал и тряс меня за плечи.        Оказалось, что я уже почти две минуты стою и ни на что не реагирую.       — А? Да тебя это вообще никаким боком не должно волновать. Мы в седьмом классе, Серёг? «Нравится»... Пф, это бред. «Нра-ви-тся» могут девчонки в средней школе. А это любовь, мой дорогой друг.        Ну и зачем я это выпалил было вовсе непонятно. Ни для меня, ни для Швабрина, который стоял в немом ступоре, странно глядя на меня. Я попытался отшутиться, но это только усугубило ситуацию. Поэтому мне больше ничего не оставалось, кроме как быстро попрощаться и покинуть помещение, оставив Сергея одного, один на один со своими мыслями.

××××

       Больше к этой теме мы не возвращались.

××××

       Неужели сегодня был последний день нашей службы? Это были, наверное, лучшие два года моей жизни, самые насыщенные и яркие.        Я так ждал окончания армии, но в самый последний момент мне захотелось остаться тут подольше...        Я благодарил судьбу за то, что смог пройти такой путь. И пройти его не один.        Именно в армии я обрёл друзей помимо Ромки и Тоши.        Да, и Ромку и меня просили остаться по контракту ещё хотя бы на пару лет, обещали большую зарплату, но нам нужно учиться, нужно строить свою жизнь, личную в том числе. Хотелось поступить в Москву к Тоше. А через пару лет вернуться к деревне к маме и сказать: «А ты в меня не верила!» развернутся и навсегда покинуть этот поселок, переехать в большой город, устроиться на работу в милицию вместе с Ромой.       Пришлось отказаться от контракта. Пожав руку майору и обменявшись номерами с Мишкой, Серёгой и Пашкой, мы с Пятифаном сели в автобус и уехали домой. Обратно в поселок.        Но это ненадолго, совсем скоро мы уедем в столицу. Автор, Роман Сергеевич (да, меня так зовут) Ребзя, это не конец :) ухахаха😈 *злорадный смех* нам нужна ещё любовная линия между Бяшей и Катей, поэтому вот вам по тортику 🍰🍰🍰🍰🍰🍰 и ждите новые главы!