OXYGEN

Тэхен сидел неподвижно, боясь даже шелохнуться. Сердце колотилось с бешеной скоростью, еще немного, и оно пробило бы грудную клетку, вместе с ребрами. К горлу медленно подступала тошнота. Еще немного, и его просто вывернет от такого напряжения. Он просто проходил мимо, возвращаясь с курсов по фотографии, когда заметил толпу журналистов и кучу дорогих автомобилей на ближайшей парковке. Здание принадлежало нотариальной компании не безызвестной семьи Чон. Его не должны были заметить. Он не должен был подходить так близко. Ким надеялся затеряться в толпе репортеров. И ему почти удалось. Только цепкий и направленный на лжецов взгляд Чонгука смог все понять. Тэхен молчал, сидя на кровати и прокручивая в своей памяти моменты из прошлого. Мысли не хотели покидать его голову, подкидывая все новые и новые картинки их первой и последней, как казалось на тот момент, и Киму действительно хотелось бы в это верить, встречи. Июнь в то лето выдался аномально жарким. И Тэхен брел по улице в надежде найти хотя бы какое-то место в тени. Ему было шестнадцать, но за все прожитые годы он не испытывал ни одного по-настоящему хорошего момента в жизни. Отчего-то казалось, что он наступит, когда он найдет прохладное место. Сбежав из детдома два года назад, он слонялся по улицам и зарабатывал, где только придется, лишь бы были деньги на то, чтобы переночевать и поесть. Остальное его мало волновало. Чтобы принять душ, он тайком прокрадывался в старый аквапарк, в котором охранником был пожилой мужчина и чаще всего спал по ночам он так, что и танк не разбудит. Иногда удавалось устроиться на работу с ночлегом. Он врал о своем возрасте, выглядел он действительно старше своих лет, поэтому никто особо не обращал на это внимание. Лишние руки нужны везде, и если за это надо лишь дать ребенку помыться и накормить его, то от такого предложения мало кто отказывался. Два года скитаний не прошли даром, он приспособился жить такой жизнью. Главное, не лезть на рожон и уметь затеряться в толпе. И он до последнего считал, что, обладая этими навыками, никто и никогда не сможет задать ему лишних вопросов. Он мастерски притворялся взрослым юношей, учащимся в университете. Врал, врал и врал. Лишь бы выжить. Лишь бы никто не догадался и его не вернули обратно в приют, из которого он сбежал. Тело ныло от неприятных ощущений каждый день. Спать иной раз приходилось на голой земле, в какой-нибудь подворотне, чтобы на него ненароком не натолкнулись копы. Тэхен знал, что если попадется им, то уже точно не убедит их своей фальшивой историей про потерянный паспорт и учебу в несуществующем институте. Приходилось осторожничать во всем, даже использовать вымышленное имя. Только бы не вернуться в тот ад. На нем не было шрамов. Воспитатели в приюте не позволят себе испортить репутацию их учебного заведения. Как-никак один из лучших детских домов во всей стране. Можно было бы обратиться к прессе, вот только кто ему поверит? Синяков и ссадин-то нет. Они прибегали к другому виду боли. Моральные пытки. Лишали еды и воды, запирали в холодном и темном чулане. Делали все то, что никак не отразится на его коже. А бледный и измученный вид объясняли проверкам тем, что «у мальчика слабый иммунитет». Поэтому, натерпевшись, он все же решился на побег. Никто его не поддержал, все лишь сделали вид, что не знают его, и моментально прекратили общение. Каждый из детей, находящихся там, знал, как опасно даже мыслить о побеге. Он готовился целых четыре месяца, а после вырвался на свободу. Он уверен, его искали. И почему-то даже сейчас ему казалось, что его все еще ищут. Тэхен стал настоящим параноиком. Он надеялся, что после его пропажи будет хотя бы маленький шанс, что проверка нагрянет внезапно и заметит это. Но, возможно, кто-то просто подделал свидетельство о его смерти. Справки же они как-то подделывали. Значит, был свой человек в кругах медицины. И не один. У таких людей много связей, Ким знал это не понаслышке. Видел собственными глазами, как директор его приюта давал на лапу полицейскому, чтобы тот скрыл факт ударов, нанесенных одному из детей. Тот успел позвонить в полицию. Он хотел обратиться за помощью. Но коррупция сделала свое дело. Тэхен забрел в переулок и устало прислонился к едва прохладной стене. Запах стоял тошнотворный, скорее всего, кошка или собака умерли рядом с мусорным контейнером, и поэтому так сильно разило оттуда гнилой плотью. Но даже противный и мерзкий запах не стоял наравне с той мнимой свободой, что он сейчас ощущал. Живот заурчал, напоминая о трех сутках голода, ему необходимо найти хоть что-то съестное. Так больше продолжаться не может. Ему срочно нужно найти выход из этой ситуации, а голова просто наотрез отказывалась работать. В парке, у фонтана, засчет аномальной температуры, наверняка полно народу. А это значит, что не удастся забрать оттуда даже пару монеток. А ведь это могло бы спасти его. Но выбора нет. Туда соваться сейчас — прямая дорога в полицию. У него было накоплено около десяти тысяч вон, но он не мог позволить себе потратить даже сто вон из них. Ему было необходимо купить новое белье. Старое совсем износилось. Этот клочок ткани, застиранный до дыр, уже было сложно даже просто в руках держать, не то что носить. Это была важная часть одежды, которую не купить попросту было нельзя. От безысходности Тэхен повернулся к мусорному контейнеру. Рядом находилась закусочная, а это значит, что возможно он найдет что-нибудь съестное, хотя бы корочку хлеба. Даже этого ему сейчас было бы достаточно. Ким, задерживая дыхание и стараясь лишний раз не дышать, приблизился вплотную к контейнерам. Запах усиливался с каждым шагом. Тэхен уже намеревался отпрянуть и уйти куда-нибудь в другое место. Найти другой контейнер с мусором. Как взгляд его зацепился за чью-то руку. Он несколько раз моргнул, надеясь, что ему всего лишь почудилось. Что это лишь плод его воображения. Галлюцинация, вызванная голодом и жарой. Но ему не показалось. Он задержал дыхание и заглянул полноценно в контейнер. Его сковало от страха и рвотные позывы не заставили себя долго ждать. Его рвало водой, смешанной с желчью. Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем Тэхен успокоился и смог хотя бы дышать. Он зачем-то еще раз взглянул на обезображенный труп. И только тогда смог уловить взглядом, торчащий из кармана брюк бумажник из черной кожи. Тэхену захотелось прыгать от радости. Он не знал, есть ли там деньги, но уже четко понимал, что это большая удача. Такой бумажник легко толкнуть на блошином рынке и выручить из него, по меньшей мере, семь тысяч вон. Этого хватит, чтобы прожить как минимум ближайший месяц. Его не мучили угрызения совести за то, что тот крадет чью-то вещь. Мертвецам не нужны бумажники и деньги. Им вообще больше ничего не нужно. Подавив в себе очередной рвотный позыв, Тэхен гулко сглотнул и достал такую манящую его разум вещь. Бумажник оказался увесистым, и как только Ким расстегнул молнию, то он не поверил своим глазам. Кошелек был полон. Сто тысяч вон в купюрах были аккуратно сложены в отдельный отсек. Именно они и стали его спасательным кругом. Он просто не мог поверить, впервые за столько дней ему действительно крупно повезло. Ведь ноги уже попросту подкашивались, а голова шла кругом, и, не сдержав очередное головокружение, мальчишка резко рухнул вниз, стирая об асфальт нежную кожу его коленей. Безудержный поток слез нескончаемо лился из его глаз. Он прижимал найденное сокровище к своей груди одной рукой, второй же затыкал себе рот. Нельзя привлекать внимание. Как-никак труп все еще здесь, и Тэхен вряд ли найдет нужные слова, если сюда кто-то заглянет. Дав себе еще пару минут на то, чтобы успокоиться и прийти в себя, Ким поднялся на ноги и стер слезы со щек. Он уже знал, на что потратит часть средств, поэтому быстрым шагом направился на рынок. Он сразу понял, что это неплохой шанс начать жизнь с чистого листа. Для начала он купит одежду, что-то поприличнее его рваных брюк и некогда белой футболки. Белье и новые носки, а если удастся, то еще и новую обувь, эта уже сильно давила. За те два года, что он в бегах, он сильно вытянулся и размер ноги весьма увеличился. Опрятный внешний вид позволит найти подработку, он накопит деньги на новые документы. Ким знал место, где за триста тысяч вон ему обещали сделать новенький паспорт. И все наладится. Он сможет выкарабкаться. Тэхен никогда не верил в богов, но сейчас он запрокинул голову к небу и прошептал одними губами «спасибо». Желудок снова протестующе заурчал. Голоден. Да, пожалуй, теперь он может позволить себе перекусить. Зайдя в первую попавшуюся забегаловку, он сделал заказ. Кассир с милой и доброй улыбкой поинтересовался, чем будет оплачен заказ: наличными или картой. Тэхен открыл свой бумажник и выудил оттуда небольшую пластиковую карточку. Ему как раз нужно было убедиться, если на карте средства. Он слышал от знакомых бомжей, что без пин-кода можно оплатить покупку стоимостью до пятнадцати тысяч вон. Хороший способ опробовать это здесь. Корндог, который он заказал, стоил полторы тысячи. А это значит, что вводить пароль ему не потребуется. Ким протянул карточку и поднес ее к терминалу. Все внутри него сжалось. Внутренности снова скрутились в тугой комок от волнения. Да или нет. Пройдет ли такая рискованная оплата. Индикатор мелькнул зеленым светом, и из аппарата вылезла чековая лента с номером его заказа. Кассир поблагодарил его за заказ и протянул чек. Тэхен взял его дрожащими пальцами. Получилось. Значит, и на карте тоже есть средства. Сколько, он не знает, но все же это лучше, чем совсем ничего. Еду готовили медленно. Эта забегаловка пользовалась успехом, поэтому его заказ был только девятым в очереди. Тэхен облизал пересохшие губы и сел за свободный столик. Кончики пальцев мелко подрагивали. Он все еще не верил в то, что у него появился шанс на нормальную жизнь. Прошло не так много времени, как заказ уже висел третьим на очереди. Двери забегаловки распахнулись, впуская двух неприлично богатых людей. Ким от скуки наблюдал за происходящим. Двое мужчин были одеты в дорогие костюмы. От левого уха каждого тянулся тонкий проводок. Скорее всего, наушник. Может быть, они работали в какой-то охранной компании. Тэхен был голодным и слишком уставшим, чтобы делать еще какие-то выводы, поэтому он просто отвернулся и решил немного прикрыть глаза. В ту же секунду его резко вздернули за ворот футболки. Он не успел даже крикнуть, как рот ему зажали какой-то тряпкой. Тэхен брыкался, но ничего не мог с собой поделать. Силы медленно, но верно, покидали его тело. Он отключился. Голова болела слишком сильно, словно у него самое настоящее похмелье. Ким никогда не пил, но почему-то был уверен, что боль после выпитого алкоголя именно такая. Он открыл глаза, но ничего не увидел. Темно. Он попробовал еще раз моргнуть несколько раз, но ничего не выходило, на его глазах была ткань. В помещении было прохладно и пахло сыростью.… Как в том чулане. Сердце болезненно стукнуло. Дрожь пошла по всему телу, и легкие сжались, не давая возможности сделать вдох. Было слишком тихо, словно в помещении он был один. Тэхен дернул рукой, и боль новой волной прошлась по всему телу. Связан. Мысли закрутились, вызывая новый приступ головокружения. Он медленно начал считать до десяти. Ему необходимо было собраться и успокоиться. Паника только усугубит ситуацию. Тэхен попытался дернуть ногами, но и те были связаны. Чертыхнувшись про себя, он понял, что для начала ему нужно избавиться от повязки на глазах и только после предпринимать какие-либо действия. Ему стоило немалых усилий заставить себя сесть на колени. Веревки прожигали кожу при каждом движении. Он ощущал влагу на кистях рук, значит, протерло уже до крови. Тэхен сделал еще один глубокий вдох и согнулся пополам, стараясь зацепить край повязки о колено и сдернуть ее со своих глаз. Она не была затянута туго, поэтому с третьей попытки ему это удалось. Глаза Тэхена быстро привыкли к полумраку, царившему в комнате. Это не было подвалом приюта, и только от этого уже становилось чуточку легче. Хотя страх не отпускал. Он все еще был связан по рукам и ногам и так просто избавиться от веревок ему не удастся. Окон здесь не было, а из-под единственной двери в помещении просачивалась тонкая полоска желтого света. Он не знает, сколько просидел так, размышляя над тем, куда он попал и что ему нужно делать, прежде чем дверь в комнату распахнулась, и в нее зашел высокий статный мужчина. За ним проследовали еще несколько. Такие же высокие и крепкие. Один из них был старше всех присутствующих, выглядел иначе. Ким сразу понял по тому, как тот держался и осматривался, — он здесь главный. — Твое имя, — непривычно громкий голос отразился эхом от бетонных стен. — Ким Сон-У, — соврал Тэхен. Он не догадывался, кто эти люди и сколько они уже знают, но это первое, что вырвалось из его уст. Мужчина присел на деревянный стул, который занесли следом, и кивнул, словно был доволен ответом. — Я ничего не сделал… зачем я здесь? — Ким спросил это и не узнал свой голос. Хриплый, дрожащий. Тэхен понимал, что он напуган, и такое дрожание в голосе вполне естественно для человека, находящегося между жизнью и смертью, но все же больше полагался на свою выдержку. — Мне тоже любопытно, почему и как ты оказался в той забегаловке с бумажником моего человека. Где он? — голос мужчины стал более грубым и нетерпеливым. Словно ему надоедает общество Кима. И это было отчасти правдой. Он ждал ответов, а испуганные глаза и дрожь в теле юноши не приносили ему должной радости. Однако, взгляд другого, более молодого мужчины, был направлен точно на него. Он с жадностью впитывал каждое движение Тэхена. Точно наслаждался причиняемой болью. Взгляд черных глаз пугал. Сердце снов ускорил ритм. Мысли Тэхена никак не хотели приходить в порядок. Его человек? Бумажник? Черт… До него наконец все дошло. — Кир, заставь этого паршивца очнуться, кажется, он слишком напуган, чтобы дать мне вразумительный ответ. Один из мужчин, стоявших рядом, двинулся прямо к Тэхену, и Ким закричал. Его окутал животный страх, стоило ему уловить блеск небольшого складного ножика в руках этого амбала. Он задергался. — Я все расскажу! Я расскажу! — стоило Киру остановиться, как Ким тотчас выложил все. Начиная оттого, как прятался от жары, заканчивая тем, как нашел бумажник и решил, что он может воспользоваться им. — Я ведь не знал, кто он! Я просто хотел есть, я не думал… Он ведь был мертв… — он спотыкался на словах, но продолжал говорить. Лишь бы только его не тронули. Только бы к нему не прикасались. Он хотел жить. Всегда боролся и сейчас, находясь на самом краю, не планировал останавливаться, — Пожалуйста, отпустите меня… Я никому ничего не скажу… Я исчезну, и вы больше никогда меня не увидите. Только позвольте мне остаться вживых, — последние слова он прошептал. Желудок скрутило с такой силой, что он закашлялся, пытаясь унять желание выблевать внутренности. Неожиданно он перестал понимать все, что происходит вокруг. Мужчины переговаривались на иностранном языке, Тэхен не понимал даже на каком. В языках он мало что смыслил. В школе, при детдоме, их обучали только английскому, и даже его он знал из рук вон плохо. Уловив на себе очередной взгляд ледяных глаз, Тэхен поежился от несуществующего холода и опустил голову. Сердце уже успокоилось, дыхание выровнялось. Он все еще хотел продолжить бороться, но в данной ситуации это было бы бессмысленно. Ему остается только ждать решения, которое примут на его счет. Медленно мужчины начали покидать комнату по одному. В конце концов остался только один. Тот, чей взгляд заставлял впадать в панику. Тот, чьи глаза блестели, точно острие лезвия на свету. Тэхен пересилил свой страх и заглянул своей смерти в глаза. Он покойник. Именно это он прочел в черных омутах. Мужчина представился, словно хотел, чтобы Тэхен знал, чье имя кричать, умоляя о снисхождении. Чон Чонгук. Имя неприятно оседало на языке, покалывало горло, заставляя заходиться в очередном приступе кашля. Он развязал ноги и руки Кима и рывком поднял его за шиворот футболки. Послышался резкий звук треска разорванной ткани. Чонгук не повел и бровью, лишь ухватился за светлые локоны Тэхена и потащил его вслед за собой. Ему было плевать, поспевает тот за ним или нет. Он просто тащил его за волосы к выходу из подвального помещения. На улице уже было темно, луна ярим, белым пятном светилась на небе. Тэхен снова закашлялся, сгибаясь пополам. Чонгук не обратил на это никакого внимания, он лишь посильнее ухватился за его голову и швырнул Тэхена, точно тряпичную куклу, на землю. В руках Чона заблестела зажигалка. На мгновение вспыхнул огонек пламени и тут же погас. Чонгук закурил сигарету. Тэхен непонимающе уставился на него. Он ждал, что его изобьют, направят на него пистолет. Но ничего подобного не происходило. Чонгук просто курил, даже не глядя на ошарашенного мальчишку, лежавшего на голой земле. Воспользовавшись паузой, Тэхен огляделся. Вокруг было несколько зданий, он знал этот район очень хорошо. Они были во внутреннем дворе одного из жилых комплексов. Значит, его держали в подвале одного из домов. Только сейчас в его памяти вспыхнула картинка того, что он увидел, сдернув повязку. Железные трубы, бетонные стены и куча стеклянных бутылок на полу. В таких местах часто тусуются подростки, обитающие в этих домах. Хороший способ спрятаться от назойливых глаз взрослых, чтобы напиться и накуриться всякой дрянью. Поэтому так сильно пахло жженой травой. Поэтому он спутал это место поначалу с чуланом. Ведь запах сырости и травы был такой же, как там. Охранники приюта часто баловались легкими наркотиками на смене. Это знал каждый ребенок в детдоме. Знал, потому что в такое время было опасно попадаться им на глаза. Они могли сотворить все, что угодно. И им было плевать на запреты. Чонгук уже докурил и устремил свой взгляд на Тэхена. Время позднее, все уже спят, и вряд ли кто-то обратит внимание на то, что происходит снаружи. Люди слепы. Тэхен знал это, как никто другой. — Теперь вы убьете меня? — тихо проговорил Ким, немного приподнимаясь на трясущихся руках. — Не здесь, — коротко бросил Чонгук и намеревался наклониться, чтобы поднять мальчишку с земли. Тэхен не знал, откуда в нем взялись силы. Он просто резко вскочил и толкнул мужчину ногой. Удар был не сильным, но засчет неожиданности позволил Киму выиграть пару секунд времени, чтобы дотянуться до брошенной на земле бутылки. Тэхен со всей силы размахнулся и ударил ей по голове Чона. Раздался звук разбитого стекла, и Чонгук упал плашмя на землю. Ким понял, что произошло только через несколько секунд. Он вырубил самого Чон Чонгука. Тэхен больше не стал стоять на месте. Стянув с мужчины часы и достав с его бумажника всю наличку, он кинулся бежать. Куда глаза глядят. Лишь бы подальше оттуда. Он не знал, гонится ли кто-то за ним. Ноги сами несли его. Только когда силы окончательно покинули его, он упал на землю, глотая ртом воздух. Он добежал до моста, рванул под него и сейчас находился в какой никакой безопасности. Шагов не слышалось, значит, за ним не бежали. Он разжал руку, в которой крепко держал украденные часы и рассмеялся. Смех плавно переходил в стадию истерики, и Ким закусил ребро ладони, чтобы не издавать ни звука. Его плечи все еще мелко подрагивали. Он продал эти часы одному из нелегальных скупщиков, работающих на рынке. Выручил с них огромную сумму в миллион вон и благодаря этим деньгам, сделал себе документы. Когда его спросили, какое имя вписывать в паспорт, он почему-то решил использовать настоящее. Только к возрасту прибавил несколько лет. Ему нужно быть совершеннолетним, чтобы он мог спокойно работать. Таким образом, теперь он был девятнадцатилетним Ким Тэхеном, родившимся в маленьком и малоизвестном городке Южной Кореи. Пять лет он жил спокойной размеренной жизнью. Работал в небольшом цветочном магазине и жил этажом выше, снимая комнату у хозяйки этого же салона. Он поднакопил денег и начал посещать курсы фотографии, надеясь, что в будущем сможет найти работу, связанную именно с этой специальностью. Тяга к прекрасному была у него с самого детства. И его работы нравились его учителю. Тэхен цеплялся за детали, что делало его снимки особенно прекрасными. Вспоминая все это, Тэхен словно впал в ступор, не замечая совершенно ничего вокруг. Он очнулся только после того, как Чонгук вылил на него стакан с водой, стоящий на комоде. Ким резко вскинул головой и тут же поморщился от удара, пришедшегося на скулу. — Ты так и продолжишь молчать, щенок? — Чон скинул его за волосы на пол, как тогда швырнул на землю, и сел на кровать. — Тебе удавалось долгое время прятаться от меня. Но теперь ты ответишь мне за все то, что ты натворил, — ледяной тон в голосе Чонгука был пропитан злобой и жестокостью. А Ким понимал, что больше сбежать ему не получится. Его любопытство завело его в угол. Он сам причина всех своих бед. — Я могу все объяснить… — начал было Тэхен, но нога Чонгука тут же пнула его в живот. — Уже не можешь. Знаешь, я передумал, не хочу тебя больше слушать, — Чон поднялся на ноги и смотрел сверху вниз на корчащегося от боли парнишку. — Ты должен мне крупную сумму, ты не умрешь, пока не отработаешь все. Зови меня Господин Кальт, — Чон криво усмехнулся и наступил тяжелым ботинком на тонкую руку Кима. — Теперь ты мой личный щенок, погавкай для меня, — Тэхен молчал, и Чон сильнее надавил на руку, заставляя Кима промямлить тихое «гав». — Хороший песик, — Чонгук в последний раз окинул тело юнца взглядом и вышел из комнаты. Спустя несколько минут двое охранников, которых Чонгук окрестил именами «Лис» и «Ворон» вытащили парнишку из комнаты и отвели в другое помещение. Там тоже имелась кровать, вот только на окнах стояла решетка, а тяжелая железная дверь запиралась на три замка. Обессиленное тело Тэхена упало на кровать, и он отключился от явного переизбытка эмоций. Что делать и как выбираться отсюда он обдумает позже. Сейчас ему нужно немного передохнуть.