Повести сердца

      Нургюль открыла глаза и обнаружила, что лежит на груди Исмаила, а тот без футболки. Девушка до мелочи вспомнила все вчерашние события. Они поцеловались. Три раза. Песня, посвященная ей, прекрасный танец. Что еще нужно для романтики?        Ешилчай задумалась о вчерашней прекрасном дне, но потом ее осенило, что она должна быть сейчас в университете. Она подорвалась и быстро побежала в ванну. Умылась, почистила зубы, расчесала волосы, заплела высокий хвост.       После пошла к спальню и стала искать, что ей надеть. Исмаил открыл один глаз и увидел Нур, которая нервно капашилась в шкафу.        – Ты из-за поцелуя решила от меня съехать? Куда ты так бежить с утра пораньше? – он встал с кровати и перехватил руки девушки. Она повернулась к нему и увидела красивый, ровный пресс. Он так и манил дотронуться до него, но Нур умела это контролировать и быстро пришла в себя.        – Исмаил, у меня сегодня последний экзамен и я сдам сессию! Я должна быть уже в университете! Я опаздываю, Исмаил! – снова повернулась к шкафу. Он выдохнул.        – Успокойся, дорогая. Я сейчас быстро пожарю тебе яичницу и сделаю кофе. А ты спокойно собирайся, одевайся. Повтори, что тебе надо. У тебя есть пятнадцать минут и я знаю, что ты успеешь. Я тебя подвезу. Только успокойся. Не хочу, чтобы ты нервничала. – он поцеловал ее в висок и накинув на себя футболку, пошел на кухню.        Нур быстро собралась, оделась. Как сказал Исмаил, повторила все самое необходимое и пошла на кухню. На столе уже стояла яичница, а рядом на тарелки нарезнный на четвертинки огурец и полные помидоры Чери. Рядом стояло ароматное кофе.        Девушка села за стол, а напротив нее Исмаил. Парень не так сильно спешил, как Нургюль. Он умел расчитывать время и даже, когда опаздывал, не спешил. «Поспешишь – людей насмешишь».        – Я тебя отвезу, приеду, приготовлю нам на вечер ужин. Потом ты мне позвонишь, как окончится экзамен и мы поедем в кафе на встречу с родителями. Ты мне нужна, Нургюль. Я без тебя не справлюсь со своей болью и обидой.        – Хорошо! – она допила кофе, пока делала несколько шагов до раковины. Поставила посуду и побежала в прихожую. Исмаил последовал за ней.        Уже через десять минут Исмаил и Нургюль подъехали к университету. Парень задержал ее на минуту, накрыв ее губы своими. Отстранился и положил свою теплую ладонь на ее розовенькую щеку от холода.        – Успокойся. У тебя все получится. Я в тебя верю. Думай только об экзамене. Все, иди. – она поцеловала его в щеку, таким образом поблагодарив. Исмаил улыбнулся и девушка вышла из машины, побежав в здание университета.        Парень еще немного посидел в машине и поехал домой. Сегодня хотелось приготовить что-нибудь особенное, хотел сделать ей приятный вечер после тяжелого экзамена.        Шесть часов прошли очень быстро. По-крайней мере для Исмаила. Он приготовил ужин и укрыл его, чтобы тот был хотя бы теплый, когда они придут. После переоделся. Белая рубашка, черные брюки и пиджак на нем сидели идеально. Парень немного уложил волосы, которые растрепались в момент готовки.       Сразу же после этого позвонила Нургюль и сообщила о том, что экзамен закончился и она ждет его на крыльце университета. Демиржди двинулся в путь.        Дорога до университета была не длинной от его дома. Всего десять минут на машине. Подъехав, увидел свою возлюбленную. Вышел из машины, чтобы открыть ей дверь.        – Как ты, дорогая? – спросил он, посмотрев в ее уставшие глаза, после чего крепко обнял.        – Было тяжело, но я все знаю, все учила. Устала очень, Исмаил. – она отстранилась от него и прыгнула в машину. Парень закрыл за ней дверь и сел на свое место. Они поехали в кафе, в котором Демиржди назначил встречу с родителями.        Войдя в помещение, Нур, что держала Исмаила за руку, почувствовала его напряжение. Венки на части руки, которую она видела, были напряжены. Его лицо приобрело хмурость.        – Исмаил, пожалуйста, держи себя в руках. Я рядом, слышишь? Мы справимся. – шепнула она, взяла его за руку и погладила по спине, но напряжение парня не пропало. За отдаленным столиком он увидел родителей.        Они прошли туда и сели напротив них. Нургюль не отпускала руку Исмаила. Девушка посмотрела на родителей своего возлюбленного, вчера не получилось их хорошенько рассмотреть. Красивая, ухоженная женщина, одета со вкусом. Мужчина выглядил величественно, черный костюм, черная рубашка. На лице ни одной эмоции, словно так и должно быть. Но ни на кого из этих людей не похож Исмаил. Вообще ни капли. Разве что глаза такие же темные, как и у отца.        – Рад тебя видеть, сынок. – проговорил отец. Исмаила выворачивало от этого слова. Какой он им сынок, если он их родителями назвать не может?        – Это твоя девушка? Я думала, она просто партнеша твоя. – проговорила женщина. Но заметив строгий взгляд Исмаила, добавила: – Впрочем, это сейчас не важно.        – Говорите, пожалуйста, что вы от меня хотите и все. – проговорил парень, посмотрев на родителей. Те переглянулись.        – Помоги нам. Ты знаешь то, что бизнес пал крахом. Нам нужно всего сто тысяч долларов. Остальное мы ушли нашли. Мы знаем, что для студента это очень много, но ты довольно-таки на хорошей работе работаешь.        – А ничего, что это моя месячная зарплата? Где я такие деньжата вам откопаю? Мне же не сутками пахать на новый год! Извините, но в деньгах я вам не помогу. – хотелось добавить еще: «Я вам вообще не помогу». Но не стал.        – Поможешь, Исмаил. А я помогу найти тебе твою мать. – сказал мужчина. Исмаил ухмыльнулся.        – Она передо мной сидит. – указал на женщину. – Или мы в прятки будем играть? Мне не нужна мать! Я ее никогда так не назову! И тебя отцом тоже. Мы уходим, Нургюль. – Исмаил встал с места и потянул за собой девушку.        – Я не твоя мать. И никогда ей не была. – резко сказала женщина и парень остановился, развернувшись. – Я всего лишь твоя мачеха. Твоя родная мать другая женщина. И она, в отличие от меня, любит тебя. А ты для меня всегда был обузой. – Исмаил сел на место. Нургюль посмотрела на парня и крепче сжала его руку. Казалось он сейчас заплачет, но нет, он лишь нервно рассмеялся. Со стороны могло бы показаться, что он психически больной.        – Хорошая чутка, зачет! – проговорил он, не в силах остановить свой смех. Нургюль еще крепче сжала его руку, так, что и ее вены налились кровью.        – Она говорит правду, Исмаил. Дилара не твоя мать. Твоя мать Айсун. Ты ее никогда не видел. Я тебе расскажу, если ты пообещаешь помочь. – проговорил мужчина. Исмаил резко замолчал. Лицо было безэмоциональным, но в душе уже все снесено ураганом.        – Я обещаю вам помочь, если вы расскажете, где моя настоящая мама. И если после этого оставите меня навсегда. Хорошо? – спросил тот и посмотрел на них.        – Хорошо. Я все равно никогда тебя не любил. – его слова ранили. Исмаила все детсво били, унижали только потому что его не любила ни мать, как он считал раньше, ни родной отец.        – Я это заметил. – выдавил он из себя и посмотрел на Нургюль. Она сидела в глазами пылными слез, которые еле-еле сдерживала. Она не могла этого понять, как можно не любить собственного ребенка? Ее всегда любили. Все ее любили в родном Измире. И родители, и друзья, и бабушка, и одноклассники. Она была окружена любовью, пока не попала в Стамбул. Жестокий город.        – До Дилары у меня была одна женщина. Твоя мать, Айсун. Она старше меня на три года, но это особо не важно. Для меня она была игрушкой в постели. Я ее тоже никогда не любил. Твоя мать из богатой семьи. Ее отец был богатым. Я был с ней, потому что она давала деньги. А мне нужно было подниматься, строить свой бизнес. Потом я встретил Дилару. И ее я полюбил. Мы расстались с твоей матерью. Но через семь месяцев, когда она пришла на порог моего дома. Я уже был женат на Диларе. На ее руках был ты. Она мне сказала, что ты мой сын. Меня это не чуть не растрогало. Мне хотелось сделать ей больно. Я забрал тебя. И запретил общаться. На тот момент ее родители уже умерли. Отец от инсульта, мать от тоски по мужу. Любовь у них была, видите ли. Ее отец не мог мне ничего сделать. И я не боялся. Первые пять лет она приходила чуть ли не каждый день. Мне приходилось применять силу, чтобы она уходила. Я не знаю, зачем я тебя забрал. Сделал и ее несчастной, и тебя. Я никогда не чувствовал себя твоим отцом. Потом она приходила каждую неделю. Но когда тебе исполнилось шестнадцать ты уехал. Я матери твоей это сказал. Она просила доказать. Я провел ее в дом. Она долго сидела в твоей комнате. Забрала все, что там осталось, принадлежащее тебе. И попросила адрес. Я не сказал, во-первых не знал, во-вторых мне было все равно. Больше я ее не видел. Но я знаю, где она живет. А с Диларой мы хотели детей. Но позже оказалось, что она бесплодна. Она боялась, что я ее брошу, как и твою мать. Но в отличие от Айсун, я люблю Дилару. – он взял руку женщину и поцеловал. Внутри Исмаила кипела кровь. Вены на лице стали так хорошо видны, что было ощущение, что они скоро лопнут.        – Какая же ты мразь... Скотина! Я тебя ненавижу! – процедил сквозь зубы Исмаил. – Отдай мне адрес и я переведу тебе деньги. И катись из Стамбула прочь! Чтобы мои глаза тебя не видели.        Омер протянул ему бумажку с адресом. Это было за городом. Исмаил достал телефон и перевел ровно сто тысяч долларов.        – Можете идти. Прощайте. Надеюсь вы сгниете в аду. Особенно ты, тварь. – посмотрел на отца. Тот никак не отреагировал. Просто ушел вместе с Диларой.        Нургюль прижалась к Исмаилу и уткнувшись носом в грудь, зарыдала. Девушка вцепилась в его пиджак пальцами, стиснула зубы, слезы текли, впитываясь в одежду парня. Тот просто обнял Нур и поцеловал ее в плечо, а после положил на него голову. Это была самая важная поддержка. Без слов. Просто объятия и оба знали, что понимают друг друга.        – Исмаил, мне так больно за тебя. Должен плакать ты, а не я, но мне больно. Ты не заслужил этого все. Прошу, поедем, найдем твое маму. Пожалуйста. Если она приходила так часто столько лет, значит она любит тебя и все еще ищет. Ты должен знать о матери, Исмаил. – захлебываясь в слезах, говорила она. Парень поцеловал ее в макушку. Из его глаз скатилось пару слезинок, которые он тут же вытер. Привычка с детства. Его избивали, он молчал. Даже в своей комнате боялся проронить слезу. А если все таки случалось, то тут же вытирал.        – Найдем. Только завтра. Я не переживу, если я сегодня ее увижу. Ты устала, тебе надо покушать, отдохнуть. У меня стоит ужин дома. – она отстранилась от него и взяла салфетку. Высморкалась. После взяла еще одну салфетку и вытерла ей пиджак Исмаила. Но тот все равно остался влажным от ее слез.        – Еще рано для ужина, Исмаил. Три часа дня. Поехали. Ты должен воссоединиться с мамой в свои двадцать один. Давай, дорогой. Я в столовой после экзамена немного перекусила. Я потерплю. – она поцеловала его в щеку. Долго и нежно. После крепко обняла. – Пошли. – взяла его за руку и оба пошли к выходу.        До окраины Стамбула они ехали полтора часа, еще нужно было найти улицу и дом. В этом помог навигатор. И еще через пятнадцать минут они были у красивого особняка.        Исмаил вышел из машины и открыл дверь девушке. Парень отгадал, как открыть калитку и они вошли в сад. Все было очень красиво и ухожено, сразу видно, что делалось все опрятными женскими руками.        Пара подошла к двери и помедлив, парень позвонил в звонок. Послышались быстрые шаги, как будто кто-то бежал. Дверь открылась и на пороге появилась девочка двенадцати лет. Она была очень красивой и этого отрицать было нельзя. Блондинистые волосы, мягкие черты лица. Девочка смотрела на них своими зелеными глазками и не могла понять, кто это.        – Эке, доченька, кто там? – послышался нежный женский голос и тихие, приближающиеся шаги. На пороге появилась женщина сорока семи лет. Волосы тоже были блондинистыми, глаза зеленые. Где-то виднелись морщинки. Была прекрасная нежная улыбка. Сама женщина была миниатюрной, худенькой, красивая осиная талия, округлые бедра, очень ухоженная и намного красивей той Дилары.        Женщина застыла, увидев Исмаила. Тяжело было не узнать родного ребенка. Тем более он был копия она. Только глаза темные и волосы. Это досталось от отца, которого он никогда не сможет так назвать. Нургюль заметила, как руки женщины задрожали.        – Мама, ты знаешь, кто это? – девочка посмотрела на Айсун. – Мама, что с тобой? Почему ты плачешь? – по лицу женщины скатилось пару слезинок. Девочку убежала в дом. – Папа, маме плохо! – послышалось оттуда. Ни Исмаил, ни Айсун не могли пошевелиться. Нургюль то и дело смотрела то на него, то на женщину.        На пороге снова появилась девочка, а за ней высокий, красивый мужчина лет пятидесяти. Он посмотрел на Исмаила. Мужчина прекрасно знал историю своей жены и делал все, чтобы найти этого парня, когда узнал. Но тот пришел сам.        – Любимая? – он приобнял женщину и та тут же потеряла сознание. Мужчина подхтил ее и понес в дом. Девочка перепуганными глазами посмотрела на Исмаила.        – Кто ты такой? И почему ты так похож на мою маму? – он ничего не ответил. Взял Нургюль за руку и прошел в дом. Оба разулись и оказались в гостинной. На диване лежала Айсун, а мужчина пытался привести ее в чувства. Поднес к носу нашатырь. Она тут же очнулась от резкого запаха.        – Исмаил... – тихо прошептала она. Парень подошел ближе и сел на край дивана. Эке все никак не могла понять, что происходит. Айсун села и крепко обняла своего сына за шею, прижимая к себе. Из глаз покатились слезы боли и радости. – Сынок мой, неужели это ты? Мальчик мой! Я так тосковала. Исмаил... – она стала судорожно целовать лицо сына, находя в каждой черте свою.        – М-мама... – Исмаил смог сказать это слово дрожащим голосом. Теперь у него покатились слезы радости и их он не стал вытирать. Нургюль смотрела на них и улыбалась. А после перевела взгляд на мужчину, как она поняла мужа Айсун, а значит отчима Исмаила. Тот тоже улыбался. Только девочка стояла хмурая и не понимала, почему мать так растрогалась, увидев парня, которого видет впервые.        – Папа! Почему мама его обнимает? Какой он ей сын? У нее только один ребенок! Я! Откуда он взялся?! Я его никогда не видела! – в ее глазах была видна ревность. Жгучая ревность.        – Доченька, это твой брат. Пошли я тебе расскажу все. Пусть они тут общаются. Ты взрослая и умная, ты поймешь, дорогая. – мужчина увел ее на кухню для разговора. Исмаил отстранился от женщины и посмотрел ей в глаза.        – Мама, ты такая красивая... – прошептал он. С лица женщины не сползала улыбка. Он щупала лицо сына, все еще не понимая, реальность это или же сон.        – Как же ты на меня похож, сынок. Как же ты взрослый, красивый. Я тебя помню только младенцем. Ты и месяца рядом со мной не пробыл. Лучше бы я не ходила к твоему отцу. Я ведь, дура любила его, думала, что он вернется, узнав о сыне, а он забрал тебя. Я страдала все эти двадцать один год. Исмаил, сынок мой. – она поцеловала его в лоб. Наконец оба успокоились. Женщина перевела взгляд на Нургюль. Ее она даже не заметила, когда они стояли на пороге дома. Айсун встала и подошла к Ешилчай. – Это твоя девушка?        – Да, это моя возлюбленная. Мы с ней в одном университете учимся. Ее зовут Нургюль. Ей девятнадцать, мама. – женщина подошла еще ближе и посмотрела в голубые глаза девушки. Нургюль не стала теряться. Взяла руку Айсун и поцеловала, приложив ко лбу. Так было принято в ее семье. Уважать старших и при встрече или на прощание целовать руку.        – Как она хорошенькая! – улыбнулась женщина. – Нургюль, ты теперь часть моей семьи. Я уважаю выбор своего сына. И ты мне очень нравишься. У тебя глаза умные. – она обняла девушку. Не так, как свекровь обнимает невестку, а как мать обнимает дочь.        В комнату вошли мужчина и Эке. Она подошла к Исмаилу и стала его пристально разглядывать.        – Значит, ты мой брат? Я всегда мечтала о старшем брате! – она обняла его. Исмаил и не думал, что у него есть такая добрая младшая сестра. Он поднял ее на руки. Она была такой же худенькой и легкой.        – Дочка, Исмаилу тяжело. – проговорила женщина. Парень улыбнулся и дал понять, что вовсе нет. Он поцеловал сестру в щеку и крепко обнял. Она пахла так же, как и его мама.        – Я так счастлив. Мама и сестра. Я всю жизнь мечтал о любящей семье. Везет тебе, малышка. Твои родители тебя очень любят. – обратился он к Эке.        – Я уверена, мой папа и тебя полюбит. Он очень хороший. – Исмаил перевел взгляд на мужчину. Он отпустил девочку и подошел к нему. Они поздоровались рукопожатием.        – Меня зовут Синан. Раз ты сын моей любимой, значит и мой сын. – обнял его по-мужски, похлопав по плечу.        – Мама, нам с Нургюль надо ехать домой. Она сегодня сдала экзамены, она устала. Я сегодня виделся с Омером и Диларой. Они вывели меня на негативные эмоции. Я тоже очень устал. Я приеду к вам после Нового года.        – Нет, сынок, я только увидела тебя спустя двадцать один год. Неужели ты думаешь, что я вот так вот возьму и отпущу тебя? Оставайся сегодня здесь. Я хотя бы немного наслажусь твоим присутвием. Я не могу без тебя. – она снова крепко обняла его.       – Хорошо, мама. – он поцеловал ее в висок, успокаивая.        – Тогда я пойду готовить ужин, а вы все отдыхайте. – сказал Синан и ушел на кухню. Все остальные сели на диван и стали оживленно разговаривать.        Все вместе провели прекрасный семейный вечер. Исмаил такой атмосферы не чувствовал никогда. Нургюль же очень давно. Девушка была очень рада за своего возлюбленного, но в душе таилась тоска. Он нашел свою семью спустя столько лет, а она потеряла...        Исмаил видел, что ей тяжело, хотя на лице была улыбка. Но глаза... Голубые глаза выдавали ее. И только он мог прочесть по ним все, что она чувствовала из тех, кто сидел за столом.        Айсун была счастлива, словно заново родилась. Сын, которого она так долго ждала, пыталась увидеться, искала, сам пришел спустя столько лет. Синан лишь радовался за жену, потому что только он знал, сколько она страдала.        А Эке все время разговаривала с Исмаилом и задала ему миллион вопросов в минуту. Парень с удовольствием на них отвечал, а потом задавал и ей. Счастливые родители сидели рядом, держась за руки.        Нургюль посмотрела на них и вспомнила своих родителей. Они были чуть моложе, когда ее родили. А в это время намного старше их. Но они с таким же трепетом и любовью относились друг к другу.        Девушка встала из-за стола и направилась в неопределенном для нее направлении. Айсун спохватилась.        – Дочка, Нургюль, ты куда? С тобой все хорошо? – спросила та. На нее обратили внимания и все повернулись в сторону Ешилчай.        – Мне в уборную надо... – тихо проговорила та, смутившись. В горлу подкатывала тошнота. От чего, девушка не знала.        – Прямо, направо, вторая дверь. – сказала Айсун. Нургюль кивнула и пошла в уборную. Когда она скрылась из виду, Исмаил встал. – Сынок? – женщина вопросительно уставилась на сына.        – Она какая-то странная, побледнела. Я схожу, проверю, как она. Нургюль может и не сказать о том, что плохо чувствует. Она очень скромная. – сказал он и пошел за девушкой. Подойдя к туалету, устала странные звуки, стучать не стал. Просто стоял и ждал. Послышалось как сливается вода, а потом звук воды в раковине. Исмаил тихо вошел, закрыв дверь на щеколду. – Нургюль, тебя тошнит? – девушка умывалась и полоскала рот. Она вздрогнула, услышав его голос.        – Все нормально. У меня такое бывает последние месяцев семь. Начинаю не о том думать и тошнота подкатывает к горлу. Мне уже лучше. – она взяла бумажныое полотенце и вытерла лицо, после повернулась к Исмаилу.        – Ты бледная, Нургюль. С тобой точно все хорошо? Странно, что тебя тошнит без причины. – он сократил расстояние и поцеловал в лоб, меряя температуру.        – Исмаил, все нормально. Мне просто не хватает их. Я очень скучаю. Тоскую... Мне больно осознавать, что я их не увижу. Уже восемь месяцев прошло... – она посмотрела на него и тот увидел, как голубые глаза снова стали наполняться слезами.        – Тише... – он коснулся губами ее закрытого глаза и стер соленую слезинку. Так же со вторым. – Нургюль, я не знаю, как тебя поддержать. Я не умею этого делать. Но знай, я всегда рядом. – он крепко обнял ее. В дверь постучали.        – Исмаил, у вас все хорошо? Вас долго нет. – послышался нежный женский голосом, в котором пряталась тревога. Парень открыл дверь и вышел с Нургюль за руку. – Девочка, с тобой все хорошо? У тебя глаза мокрые, ты вся бледная. У тебя ничего не болит? Если не можешь сказать мне, скажи Исмаилу. – Нургюль отрицательно покачала головой.        – Мама, она устала. Я же говорил, она экзамен сдавала. Скажи, где нам спать, я пойду ее уложу. – Айсун не стала больше задавать вопросов, повела и на второй этаж в просторную и уютную комнату.        – Я сейчас кровать застелю вам и дам пижаму. – Айсун пошла за бельем и одеждой. Нургюль стала осматривать комнату.        Через полчаса девушка уже умылась, была переодета в пижаму, которую ей дала Айсун и лежала на кровати, а рядом с ней сидел Исмаил. Он гладил ее по руке, целовал в щеку.        – Все будет хорошо, любимая. Мы с тобой справимся с любыми проблемами. Завтра поедем домой, подготовим дом к Новому году. Осталось всего три дня.        – Мы никогда не отмечали этот праздник. Мы ведь мусульмане, Исмаил. – она посмотрела на него, оторвав голову от подушки, он уложил ее обратно.        – Нургюль, я ведь тебе не громкое веселье устраиваю. Мы будем вдвоем. Я уже придумал, ты не сможешь отказаться. Это будет просто необычный ужин. И все. – поцеловал ее в висок.        – Хорошо, любимый... – тихо проговорила она. Через десять минут девушка уже спала, а Исмаил ушел к матери на кухню.        – Я же сказала тебе идти спать, Эке. Почему ты такая непослушная? Уже поздно, за окном ночь! – послышался нежный голос матери, который был вовсе не строгий.        – Но мама, я только что узнала о том, что у меня есть брат! Я хочу с ним побыть. – надулась девочка.        – Доченька, Исмаил теперь всегда будет рядом с нами. Он не уйдет. – послышался баритон Синана. Исмаил вошел на кухню и подошел к девочки, подняв ее на руки.        – Так, и кто это тут не слушается родителей? Нургюль уже спит. Иди спать, а то завтра я тебя разбужу в пять утра.        – Исмаил, мне не пять лет, не прокатит. – серьезно проговорила Эке. Парень тихо засмеялся.        – Иди спать. Мне нужно с мамой и Господином Синаном поговорить. – он опустил ее на пол.        – Почему ты папу по имени называешь? – девочка посмотрела Исмаила. Парень перевел взгляд на мать.        – Эке, доченька, Исмаил от другого мужчины рожден. Он когда-нибудь назовет Синана отцом, только не сейчас, он не привык. Иди спать, любимая. – поцеловала ее в лоб и крепко обняла.        – Хорошо. Спокойной ночи, папа, мама и Исмаил. – проговорила девочка и побежала на второй этаж. Айсун тяжело вздохнула и посмотрела на сына.        – Все хорошо, мама. Я понимаю ее. Она хочет, чтобы я называла ее папу папой, что в это плохого? Она еще маленькая, ей всего двенадцать. – Исмаил сел за стол. Мужчина и женщина последовали его примеру. – Мам, ты спрашивала про Нургюль. Я тебе расскажу все.        И он рассказал. Демиржи рассказал про их необычное знакомство, как он спас ее от одногруппников. Про ее родителей, все что знал. Про ситуацию с Бератом и Келси. Про то, как понял, что любит, про то, как она ответила взаимностью. Про все, что было связано с Нургюль. Оба родителя завороженно слушали, ужасаясь некоторым вещам.        – Бедная девочка, сколько ей пришлось пережить после смерти родителей. Дарует Аллах ей долгой и счастливой жизни. – проговорила Айсун.        – Аминь. – прошептал Исмаил. – Она мое все, мама. Я люблю ее. Очень. В дальнейшем я хочу завести с ней семью. Пожениться, родить и воспитать детей. Быть счастливыми, чего не дано многим актёрам. Но я хочу, чтобы наша пара была примером для всех. Я уверен, мы будем известны на весь мир. Особенно она. Она очень умная, добрая, справедливая, красивая. Мало, кто походит под такое описание. Еще ты и Эке. Вы самое лучшее, самое дорогое, что у меня есть.        – Это очень хорошо. Любите друг друга, а я всегда вас поддержу. – она встала и подошла к сыну, крепко обняв его. – Я так рада, что ты сейчас рядом со мной, дорогой. – она поцеловала его в висок.        – И я, мама. Я пойду спать. Нургюль может проснуться. И устал я. – он поцеловал мать в щеку и обнял. – Спокойной ночи вам. – поднялся из-за стола и ушел. Айсун повернулась к мужу и села рядом с ним, положив свою голову ему на плечо.