Общее зло, и твое и мое

Все участники группировки уже стояли в кругу, что-то бурно обсуждая, глядя на них Андрею хотелось убежать, но отступать было бы слишком низко. Турбо заприметил его практически сразу, но сам не подзывал, ожидая от парня действий. Спрятав отцовские часы в карман пальто, Андрей смело направился на каток. Все резко замолчали, обращая на него своё внимание. — Всё таки пришел? — Турбо едко ухмыльнулся, пожимая руку Васильеву. — Ну заходи, раз так, будем рады. Правда Адидас с Кащеем где-то задерживаются, но я уверен, они не против. Андрей всё ещё тяжело привыкал к менталитету банд, эти прозвища и странные слова слегка смущали его. Он оглядел всех универсамовских, подмечая про себя, что здесь есть совершеные дети. Им бы в салки играть да снежками бросаться, а не идти на разборки. — Итак народ! — Турбо запрыгнул на забор катка. — Знакомьтесь, Андрюха, наш новый пацан! — С чего это он так просто пришивается? — Возмутился какой-то пацан, с коротко подстриженными волосами и темными, как два уголька, глазами. — Он же чушпан чушпаном! — Андрей обидно скрипнул зубами. — Да у него даже личико пидорское! — Ты у нас видимо самый умный, Марат? Не забывай, кто главный, — Турбо скрестил руки на груди, мгновенно хмурясь. — Этот чушпан Ералаша спас, пока Кирилл зассал и смылся на трамвае! Да, Кирюш? — Предположительно Кирилл весь затрясся, съеживаясь то ли от страха, то ли от холода. Хоть Васильев и злился за обидные прозвища, этот Марат мало вызывал отвращения, больше уж сочувствия. — Да не правда это! — Кирилл нервно озирался, пугаясь. — Я же сказал, темно было, накинулись, огрели меня, я в отключке! Какой трамвай? Че вы чушпану этому поверили? А не товарищу своему? Да я за Ералаша любому морду набью! — Хоть Кирилл и пытался держаться прямо и гордо, его губы дергались в трусливом смешке, а глаза бегали в испуге, выдавая всю гнилую подноготную. Все в банде начали шептаться, с волнением поглядывая на Турбо. Андрей засунул руки в карманы, со всей силы сжимая отцовские часы, отчего-то они придавали ему уверенности. Почувствовав, как кто-то сильно сжал его плечо, Васильев резко дернулся. Это оказался взрослый парень, лет 24, с острым взглядом и странными усами. Ералаш шел рядом с ним, немного придерживаясь за бок. Оглянувшись, Андрей увидел как прижавшись к столбу, одиноко стоял мужчина, докуривая сигарету. Его пальцы были в сильном треморе, еле-еле держали фильтр сигареты. — Молодец, пацан — Парень с усами похлопал Андрея по плечу. Ералаш лишь сдержанно кивнул в знак приветствия. Турбо радостно подбежал к ним, пожимая обоим руки. — Адидас, братан! Рассуди, — Парень схватил его за плечи, предвкушающе улыбаясь. — Вот у нас есть ссыкло Кирилл, бросивший Ералаша на смерть, а есть чушпан чушпаном Андрей, который его же и спас, при этом сильно рискуя. Кто с нами в банду, а кто навсегда отшит? Андрей хотел бы слушать как решается его судьба, но Марат не спускал с него злого взгляда. От такого пристального внимания ему становилось неловко. Наконец, переселив себя, Васильев начал вслушиваться в разборки. — Ералаш, это всё правда? — Адидас заглянул ему прямо в глаза, удерживая зрительный контакт. — А-ага — Тихо, но так, чтобы услышали все, проговорил он. — Вопрос решен! — Адидас со злобной улыбкой взглянул на Кирилла. — Андрей? Ты хочешь к нам? — Васильев закусил щеку изнутри, думать времени не было и он согласно кивнул. — Да, хочу. — Пацанов сдавал в школе когда-то? — Парень оперся об ограждение катка. — Никогда не сдавал, — Андрей пересекся взглядом с Ералашем, тот слабо улыбнулся, подбадривая. — Ну зихеров мне уже сказали, что за тобой нет, — Адидас вновь похлопал Васильева по плечу. — Народ, знакомьтесь с новым членом банды, а мы пока с крысой разберемся. Турбо, Адидас, Кирилл, лысый пацан и одинокий мужчина отошли за ближайший гараж. Андрей погрузился в свои мысли, пока не увидел перед собой ладонь. Все ребята банды выстроились в очередь, чтобы пожать ему руку? С счастливым лицом Андрей принимал каждое рукопожатие, чувствая, как улыбка разползалась по его бледному лицу. Ему было до ужаса неловко, но эта неловкость всё равно приятно грела изнутри. Даже Марат, столь сильно неполюбивший его, вяло протянул руку. Васильев как-то странно оглядел его, собираясь что-то сказать, но не успел. Адидас вернулся, его костяшки были разбиты, а Кирилла больше с ним и не было. Андрею хотелось верить, что его не убили.                   /***/ Васильев довольно быстро влился в их странный коллектив. Тем одиноким мужиком с сигаретой оказался своеобразный лидер универсама Кащей. Ералаш был прав, когда говорил, что банда, она как семья, Андрей теперь прекрасно его понимал. Васильев с восторгом в глазах слушал истории возникновения группировок, их названия, и прочее. Он с радостью начал прогуливать музыкальную школу и вместо того, чтобы учить сольфеджио обворовывал комиссионки и старых пенсионерок. Мама с укоризной смотрела на его поздние приходы, и совесть вправду мучала, первые дня три. Потом он привык, жизнь как-то сбалансировалась, ему нравились все в банде, кроме Кащея, тот его раздражал. Одним из главных плюсов жизни в группировке Андрей считал защиту. Искандер сразу отстал от него, получив один раз хорошенько по морде. Андрей с презрением смотрел на его разбитый нос и кровь в перемешку со слезами, размазанными по лицу. Правда отношения с Маратом стояли в мертвой точке. Васильев не понимал, чем так насолил Адидасу-младшему, что тот избегает любого контакта с ним. Даже если они и общались, то с колкостью и злобной остротой. Несмотря на веселье и легкость, всегда находится одна проблема, мешающая жить. Для Андрея, да и для всей компании универсамовских этой проблемой оказалась ментура, жестко их преследовавшая. Милиция дежурила на каждом шагу, кидала пойманных в обезьянник, как шавок. Андрей с трудом осознавал, что его мнение о мире так резко изменилось, стоило ему всего неделю провести в банде. Всё это так быстро вскружило ему голову, что он мог начать терять границы. /***/ Возвращаясь с очередных сборов парень надеялся, что мама сейчас спокойно спит, а не готовит очередной скандал. По крайней мере он не хотел этого ради Юли. Аккуратно отворив дверь, Васильев зашел, тихонько раздевшись. Комнатный свет мгновенно резал глаза, привыкшие к темноте. Андрей набрал воздуха, заглядывая на кухню. Он ожидал увидеть маму, или возможно Юльку, но не здоровенного мужчину в черной рубашке. — Ильдар Юсунович! — Незнакомец, весело улыбнувшись, протянул парню руку. — Оперативный сотрудник милиции, пришел поговорить с тобой. — Мгм, — Андрей с презрением пожал потную ладонь. Мужчина нисколько не вызывал доверия, лишь дикий, животный страх. Его узенькие глаза в очках словно бы обследовали Андрея, изучали, считывали как ЭВМ. — Не волнуйся, — Ильдар Юнусович облизнул нижнюю губу, потирая руки. — Твоя мама отошла в магазин, скоро придет. Ну ты не стесняйся, присаживайся! Андрей нервно постукивал пальцем по столу, все обдумывая. — Знаете… — Неловко протянул он. — Я пойду руки помою, говорят, вирус гуляет… — Васильев попытался уйти, но мужчина со всей силы схватил его за плечи, усаживая на стул. Андрей судорожно дергался, пытаясь вырваться из железной хватки незнакомого ему мужчины. Его сильные руки давили на ключицы, словно бы пытаясь сломать их. Васильев в страхе выставил ладони вперед, отталкивая от себя чужие плечи. — Андрей, Андрюша, — Его голос пугал, хотелось заклеить рот скотчем. — Ну чего ты? Твои друзья-бандиты не придут, понимаешь? Лучше скажи, что за парня ты к матери принес? Где он сейчас? А ну не рыпайся! Васильев закусил щеку изнутри, тяжело дыша. Не зная, что делать, он со всей силы выгнул колено вперед, попадая прямо под ребра. Ильдар Юнусович согнулся пополам, шипя, как дикий кот. Парень, освободившись от чужих рук, выскочил из квартиры, не схватив даже пальто с шапкой. Выйдя на улицу Андрея встретили мама с Юлей, испуганно смотрящие на него. — Это ещё что за психопат, Мам? — Сынок! — Женщина дернулась к сыну, но тот увернулся. — Дядя Ильдар хороший, он тебе поможет! — Уже помог, — Злобно выплюнул парень. — Ну куда ты голый? — Мама хотела побежать за сыном, но Юля испуганно держала её за ногу, не выпуская. /***/ Васильев отрешенно стоял у старой железной двери, метаясь в сомнениях. Приходить вот так было стыдно, а возвращаться домой опасно. Руки начинали гореть от холода, а уши неприятно зудеть. «Надо было хоть шапку взять!» — промелькнула мысль в голове. Не выдержав, Андрей робко постучал, надежды, что ему откроют не было совершенно. Но к счастью, через несколько минут дверь открылась, и из проема высунулась маленькая голова Марата. — Че тебе? — Парень оглядел его с ног до головы, немного хмурясь. — Так вышло, — Васильев немного замялся, переступая с ноги на ногу. — Мне домой сейчас никак нельзя… Марат, устало зевнув, распахнул дверь в подвал, как бы разрешая войти. Парень, благодарно улыбнувшись, зашел внутрь. — А ты почему не дома? — Васильев с интересом уставился на Адидаса-младшего, идущего вперед. — Не твое дело, — Марат ускорил шаг, Пытаясь оторваться от назойливого мальчишки. — Если я тебе так не нравлюсь, — Андрей остановился прямо перед входом в долгожданное, теплое помещение. Марат, последовав его примеру, слегка притормозил. — То мог бы и не пускать. — А я вроде не гомик, чтобы ты мне нравился, — Васильев чуть воздухом не поперхнулся от такой странной шутки в его адрес. Марат лишь слабо ухмыльнулся, смотря на его неодназначную реакцию. — А вообще, — Он закинул себе в рот сразу две жвачки turbo, начиная их разжевывать. — Если ты не в курсе, мы обязаны всем с улицы помогать чем можем, и именно поэтому, я не мог тебя не впускать. Не по-пацански, Андрейка, было бы. Васильев закатил глаза на эту глупую тираду. Подобные правила он прекрасно смог усвоить за неделю, но ещё лучше он смог усвоить Марата. И если бы тот действительно не хотел его впускать, то закрыл бы дверь прямо перед носом. Не решаясь вновь заводить разговор, парень зашел в подвал, немного робея. Вова Адидас сидел на диване, что-то обсуждая с Турбо и Зимой. Старая лампочка слабо освещала комнату, немного мигая. На удивление, вместо привычного аромата спирта парень уловил едкий запах рассола и соленых огурцов. — О, Андрей, — Все трое пожали ему руку. — Какими судьбами? Вам, скорлупе, ещё спать не пора? Турбо весело улыбнулся, откидываясь на спинку стула. — Пацан, — Адидас посмотрел на него серьезным взглядом. — Всё нормально? Ты всегда так ходишь? — Да не, — Он неловко отмахнулся на слова старшего. — Мне просто дома сейчас лучше не находиться, могу я у вас… Посидеть? Вова тяжело вздохнул, но нельзя было сказать, что он расстроен или раздражен, скорее уж взволнован. — Да конечно, пацан, — Он похлопал по дивану рядом с собой, намекая присесть. — Марат, принеси раскладушку батину, ты знаешь откуда. Марат слабо кивнул, и выходя из комнаты громко хлопнул дверью. Андрею очень хотелось разобраться, что он сделал не так в общении с этим странным парнем. Адидас с Турбо, да и остальные относились к нему нормально, получается, проблема заключалась не в нем. — Пацан, — Адидас щелкнул пальцами прямо перед глазами Андрея. — Ты чего, уже на боковую хочется? Смотри, какие у нас проблемы нарисовались. Хади Такташ поступил не по-пацански, избив Ералаша. Вот мы и думаем с парнями, как вопрос решать. Турбо и Зима согласно кивнули, поддерживая старшего. — А Кащей? — Невинно спросил Васильев. — Разве не он решает подобные дела? Упоминать негласного главаря явно не стоило, Вова сразу весь нахмурился, раздувая ноздри. Зима и Турбо тоже напряглись, тяжело глядя друг на друга. — Кащей под газом, — Жестко промолвил Суворов. Андрей понимающе кивнул, чувствуя, что слова были бы лишними. Кащей всех раздражал довольно продолжительное время. Да и многие участники универсама начинали терять к нему уважение, ведь если в вашей банде главный авторитет беспросветный забулдыга, то и мнение о банде складывается соответствующие. — Тогда в любом случае нужно решить проблему, а то они могут почувствовать безнаказанность, да и за Ералаша отомстить нужно, — Чувство справедливости заполнило Андрея целиком, в то время оно было лучше, чем разочарование в Кащее. Бандитскую идиллию нарушило возвращение Марата с раскладушкой. Он неловко её разобрал, весь зачихавшись от пыли. — Ну че, Василек, — Турбо устало похлопал Андрея по плечу. — Пора ложиться спать? Андрей закатил глаза, но зевнув, согласно кивнул.