Некий парадокс

      — Мне пиздец. — единственное что можно было сказать, видя перед собой старую станцию города Казани.       Красные знамёна с эмблемой СССР висели на каждом углу полуразрушенного здания. Плакаты, половина которых была исписана на, кажется, татарском языке. Дети попрошайки, что сидели, закутавшись в свои шали смотря на всех забитым взглядом. Торговцы собственных прилавков, собирающие народ посмотреть на какой то хлам, одновременно с этим пытаясь его втюхать. Торопливые прохожие, вплоть одетые в соответствующую того времени одежду. Милиция сновала по всей станции. Полнейшая картина отчаянности и тоски отобразилась не только на лице, но и в душе.       Я в 80-х. Если в купе меня одолело отчаяние, то сейчас полнейшее прискорбие. Желтоватый конвертик в правом кармане нашёлся сам собой, давая шанс на свое выживание. Адрес то есть, а вот как до него добраться — совершенно другая проблема.       Метаясь взглядом по перрону, глаз зацепился за небольшую вывеску, гласившая «Обмен валюты быстро и просто». Денег у меня с собой не нема, но вот 250 современных рублей в кармане нашлось. Осталось только придумать, как с этого поиметь здешние рублики.       Захватив все вещи, я поплелась прямиком к зданию оставляя позади себя любопытные взгляды людей, что порядком начинали раздражать своей бестактностью. Заваливаясь в контору, площадью два на два метра, меня встретил запах запревшей бумаги и кофе.       — Девушка, чего вы там встали? У нас обед через пять минут, пошустрее можно?! — из маленького окошка высунулась полноватая женщина, уставившись на меня своими глазами-бусинами.       Сфера обслуживания тут явно страдала, а люди не пахли доброжелательностью от слова совсем. Что в поезде, что тут — все как будто видят в тебе врага, а не клиента, действуя по принципу «нападение — лучшая защита». Но с другой стороны, понять их тоже можно было.       — А я много времени у вас не займу. Вот. — положив перед ней на блюдце 250 рублей, на ходу придумывая легенду.       — А что за валюта такая? Впервые вижу — женщина внимательно разглядывала деньги, проверяя на наличие подделки.       — Так это евро, не читали что ли новости о денежной реформе в Испании? Вот папа недавно за границей был, привёз как сувенир. А мне на что такие сувениры? Лучше что нибудь стоящее куплю — профессионально заливая в уши, нисколько не краснея, двигалась на увереном я. Женщина переводила взгляд то на меня, то на деньги в своих руках. В какой то момент, мне показалось что она проверяет больше меня на пиздешь, нежели шуршащие бумажки.       — Хорошо, подождите минуту — большая тётенька еле как встала из-за стойки и удалилась вместе с деньгами куда то в подсобку. Облегченно вздохнув, я нервно начала стучать длинными ногтями по поверхности стойки ожидая её возвращения. Короткая стрелка на циферблате часов приближалась к четырём часам вечера, а погода за окном все ухудшалась.       — Деньги в конверте, сейчас напишу расписку, понадобится ваша подпись. — нахмурив и без того свое грузное лицо, Светлана, как было написано у неё на бейджике, принялась черкаться на маленьком клочке бумаги.       Теперь на место прискорбию пришло любопытство. Может, я все еще до конца не была уверена в реальности и что все действительно по настоящему, но с любым исходом, попасть в прошлое — это же ахуеть.Наверное, единицам, а может и меньше, выпадает такой шанс.       Все эти люди даже не представляют, что через каких-то тридцать с лишним лет, здесь будет совершенно по иному. А я знаю. Осознание того, что я являюсь хранителем такой сохранной тайны — будоражило, разгоняя горячую кровь по всему телу.       — Не местная? Первый раз в Казани? — наконец отдавая мне конвертик с распиской, полюбопытствовала Светлана. Заглянув мимоходом в конверт, я мысленно присвистнула от ахуя. Толстенькая стопка старых купюр всех цветов была больше раза в три, чем я рассчитывала.       — Даа, последний раз лет пять была, уже ничего не помню… Так давно это было… — строя из себя девочку-загадку, чтоб узнать от тёти Светика побольше информации.       — Тяжёлые времена пришли. Появились тут у нас всякие…группировщики малолетние. Черти мелкие вообще границ не видят, творят что хотят! Куда не глянь, везде то грабят, то разбоями занимаются, а в иной раз…– женщина перешла на полушопот –…и девок разчехвостить могут, сколько уже случаев было. Так что ты милая, часть денег в лиф спрячь, а остальную в чемодан попрячь, да тот что похуже выглядит. И по дворам, как стемнеет, не шарься, дороги лучше держись.       От таких откровенний я немного выпала, но в голове сделала пометочку — главной целью будет здесь выжить, а как вернуться в свое время, вопрос явно второстепенный. Лайфаки по проживаю в восемьдесят седьмом от тёти Светланы, работающей на перроне — ценнее денег.       — Меня, если что, Соня зовут. Спасибо за откровения, Светлана. Вы кстати чудесно выглядите, впрочем, как и всегда. — подарив суровой женщине свою улыбку, я выудила на обум несколько купюр из конверта и положила перед ней на блюдце. Лицо женщины вмиг подобрело после моих слов, а увидя перед собой деньги, она и вовсе чуть не расплакалась.       — Ну что ты, деточка! Не нужно было! Храни Боже, такого светлого человека как тебя, Сонечка! — последнее что я услышала, скрываясь за дверью конторы.       Может и было немного стыдно, что я обманула хорошую женщину, но обстоятельства не давали мне выбора, кого надувать. Выжить нужно было, а смотря на всю ситуацию в городе по полученной информации, явно нужно было двигаться по правилу «Либо ты, либо тебя». Денег на данный момент у меня больше, чем предостаточно и следующим в пункте был адрес, покоящийся в правом кармане.

***

      Таксист ехал аккуратно, не торопясь и самое главное — не задавал лишних вопросов, когда я просто сунула ему в руки письмо, говоря " — Туда нам надо». Куда можно поставить пять звёзд?       Катясь в полную неизвестность, я задумалась о названом брате Андрее. Как он выглядел — я в душе не ебала, из-за чего и вытекала главная проблема собственно. Не, ну представьте, встречу его случайно и даже не вдуплю. Вот ахереет пацан — родная сестра не узнала. Нужно было как-то решать эту проблему, иначе придётся жёстко импровизировать.       Заглядывая в чудо-чемодан с барахлом, начинаю в нем копошиться. Таксист недовольно на меня покосился, что было нагло проигнорировано, ибо, извини дядя, мне твоё музло не по душе.       Наконец, на самом дне замечаю оборванную картинку. На фотографии была изображена счастливая и большая семья. Женщина средних лет держала маленькую девочку на руках, которой от силы было месяцев 5. Рядом с ними стоял бородатый мужчина, положив свою огромную ладонь на макушку светловолосого мальчика, что был одетый в белую рубашку смешно заправленную в брюки. Между супружеской парой стояла девочка, на вид ей было тринадцать или четырнадцать. Темно каштановые волосы доходили ей до плеч, а большой начес делал девчушку несуразной. Она ярко улыбалась во весь рот, приветливо махая рукой камере.       Удивительно, но эта девочка была так похожа на ребёнка меня в будущем…       Сложив в голове два и два, начесной девочкой на фотографии была я. Пацан в смешном костюме — Андрей, а мелкая на руках, сестра Юля. Родители пока что ноунеймы, но в этом проблемы не было, придётся кликать мамой и папой.       Новая проблема заключалась в том, что я без понятия какое настроение царствует в этой семье. Еду я к ним, мягко говоря, неожиданным сюрпризом. Вдруг, так называемая мама, меня не любит и просто выставит за порог, не желая видеть? Куда тогда податься? Денег конечно немало, но и они не бесконечные. Может они вообще меня не вспомнят, покрутят пальцем у виска и прогонят. А находится на улице, по рассказам тёти Светика — вообще не варик.       Ладно, будь что будет. Примерные черты пацана я запомнила, главной задачей остаётся разыграть концерт воссоединения счастливой семьи спустя пять лет. Если не прокатит, надежда ляжет на Андрея, а если и от него тишина будет — придётся топать обратно на вокзал к Светлане.       Хорошо бы ещё выяснить, по какой причине батек сбежал в Ленинград, захватив меня, оставив двоих своих несовершеннолетних детей на жену. Все это конечно вещи связанные между собой, может и само что-нибудь всплывёт.

***

      По прибытию, таксист помог мне вытащить из машины чемоданы, а после газанул на своей синей семёрке в небытие, оставив меня одну на против облезлой хрущевки.       Вечер надвигался и под подъездами включился свет, окрашивая белый снег в оранжевый. С неба начались сыпаться небольшие хлопья, падая на макушку от чего я поежилась. Последи всего моя персона выглядела как-то странно одиноко, не вписывающиеся в атмосферу и реалии здешнего мира. Одна моя одежда, с камнем в носу — вызывало у людей отторжение и шепотки за спиной. А это они даже моих многочисленных татуировок не видели…       Стало страшно от понимания, что сейчас я здесь по настоящему одна и мне придётся в одиночку бороться за свою шкуру. Навыков в уличных драках у меня мало, но занятия самбо не станут лишними для такого дела. Одного или трех вывезу — толпу, навряд ли.       Вот вам суровая реальность, где девушку защищает не принц, а её умение думать и делать правильный проход в ноги.       — Вы че, не поняли меня, бабки гоните быстро! — слева неожиданно раздался мужской голос, что разносился на весь двор.       Обернувшись, глазам предстала интересная картина. Возле одного из фонарей вдоль дороги стоял мужчина среднего роста и крепкого телосложения. Через облезлую ветровку было видно его накаченную спину — явно спортсмен. Напротив него стояли два пацана. Один из них, одетый в голубую куртку уже встал в стойку, причём неправильную, что то яростно доказывая мужику. Возле него переминаясь с ноги на ногу стоял худощавый пацан, нервно бегая взглядом то с одного, то на другого. Его черты лица были очень знакомые, а русые волосы ещё больше нагоняли мысль о Андрее.       Подойдя чуть ближе, я достала найденную фотографию из кармана, выставляя перед своим лицом на вытянутой руке. Переводя взгляд то на фотку, то на пацанчика, явно выглядя со стороны ебнутой. И бинго! Схожесть имелась, а чутье подсказывало что мы двигаемся в правильном направлении.       Мужчина начал снимать ветровку, а на лице пацанов проскочил страх. Надо было вмешиваться. Даже вдвоем они не смогут положить его, если мужик опытный борец и знает что делает. Тем более, весовая категория была разной, а я хотя бы за счёт техники вывезу.       — Мне универсам деньги должен! И мне похуй из кого ваших буду трести! — все не унимался облезлый, оря во всю глотку.       Заправляя шнурки в кроссовки и убирая длинные волосы под адиковский олимпос, я встала позади него, принимая правую стойку.       — Слышь, дядя, а ты че разорался на всю улицу? Может тебе зубы пересчитать, чтоб тише был? — миг и на меня глядело две пары удивлённых глаз. Тот что был в синей куртке открывал и закрывал рот, словно рыба, а потенциальный брат преобразился в лице, где смешалось удивление, неверение и восторг.       Мужик развернулся на 180 градусов, впиваясь в меня взглядом своих пропитых глаз. Алкаш. Отвращение и ненависть к нему только добавилось.       — Что?! — брызгая слюной во все стороны, проорал облезлый. Его маленькие глазки, как у свиньи, забегали по мне, а руки затряслись от гнева.       — А тебе че, повторять нужно? Спрашиваю, хули орёшь на весь двор. — чётко повторяю ему, ни разу не скрывая своего враждебного настроя.       Мужика колотило от гнева настолько, что он не мог связать и двух слов. Ростом он оказался почти с мои 170 сантиметров, поэтому трудно было не заметить, когда с правой стороны в мою голову полетел кулак. Делаю выпад назад, останавливая его руку своей правой ладонью. За несколько секунд, пока тот соображал, я вывернула его руку на шестьдесят градусов против часовой стрелки, тем самым блокируя любые действия. Резким движением дёргаю вниз, заводя его руку ему за спину, прижимая мордой в снег.       — Тише будь, гниль ебанная. Ещё хоть звук издашь или рядом с пацанами увижу, реально зубы на асфальте потеряешь. — приподняв голову мужика, со всем гневом в голосе прошипела тому прям в лицо.       — Шалава, я ведь найду теб…– не успевает договорить тот, когда кулаком я зарядила ему чуть выше виска, тем самым обрывая оборвышу связь с реальностью. Мужик упал ничком, больше не издавая звуков.       — Ага, найдёт он. — отряхиваясь от снега, смешно передразнивая, ответила я.       Пацаны смотрели, видимо не зная, какую эмоцию им юзнуть при виде случившегося. Но меня интересовал лишь один здесь, с помощью которого я пойму — сделала ли я ошибку или устроила эпичное возвращение старшой сестры.       — Соня? — наконец отмерев, с недоверием в голосе спросил парень в пальто, подходя чуть ближе.       — Да, братец, именно. — чуть дрожащим голосом произнесла я, а сердце, кажется, ушло в пятки от волнения.       Но все тревоги вдруг испарились, как только на своей талии я почувствовала крепкое кольцо из рук и горячее дыхание возле уха. Андрей сжимал меня в объятиях настолько сильно, будто перед ним появилась последняя надежда, которая так и норовит ускользнуть через пальцы. Столько счастья и отчаяния было в этом, что не ответить на такой жест — полнейшее кощунство. Прижимая его голову сильнее к себе, начинаю тихонько гладить по спине, от чего парень только сильнее стиснул меня в объятиях, зарываясь носом в ворот белого адика, пряча там от друга солёные дорожки долгой разлуки.       — Ты вернулась…– полушепотом произнес брат, жадно втягивая запах сестры.       — Да. Больше я вас не покину… — так же тихо произнесла я, чтоб не нарушить его тихое счастье и облегчение от долговременного расставания.       В воздухе все так же кружил снег, а я нашла человека, которому я дорога в этом чужом и новом для меня мире.