Некий парадокс

      — Меня Соня зовут, рада знакомству — протягивая руку парню в голубой куртке, приветливо улыбнулась я.       — Марат, взаимно. — пролепетал пацан, с хлопком принимая рукопожатие. Удар тяжёлый, занимается небось.       — А классно вы его положили! Чисто раз, раз и бам! Научите также?! — с сияющими глазами, из которых чуть ли искры не сыпались, проголосил Марат. Смотря на него, я не сдержала смеха. Такой чудной и эмоциональный, думаю, мы с ним найдём общий язык.       — Обязательно, Маратик. Только давайте это сначала, поможете мне вещи донести и…– не успеваю договорить, как парни рванули мимо меня на перебой, галдя, что для меня — все, что угодно.       Весёлый настрой парней перешёл ко мне, и я радостно рванула за ними, не обращая внимания на полные кроссовки снега. Страх и тревога уходили, заменяясь на какую-то легкость и надежду, что не все потеряно. Да, я попала в прошлое по неизвестным обстоятельствам, потеряв из будущего всех единиц любимых людей. Там, где я сейчас — не хорошее время и неприятные люди, но чем они отличаются от будущих, мне пока неизвестно.       Но я жива. Могу чувствовать, осязать и видеть мир вокруг себя. Хоть я и в прошлом, кто мне запрещал оставаться собой? Может, для окружающих буду выглядеть странно и запретно — меня не остановит их мнение, потому что я жила там, где на такое учили плевать с высокой колокольни. И ничто не поменяет моих принципов.       Догнала я мальчиков возле подъезда, что уже схватили чемоданы и смиренно ждали с красными от бега лицами. Потрепав парней по макушкам, отворила им дверь, придерживая.       — Пальто, а ты не говорил, что у тебя есть такая классная старшая сестра! Познакомить бы её с универсамовскими, вот они оболдеют! — перепрыгивая через ступеньки, весело произнес Марат.       — Униве…кем? — спросила я, с непониманием поглядывая на пацанов, идущих на этаж выше меня.       — Универсам. Короли Казани. Держим ближайшие улицы, эта в том числе — раздался сверху голос Андрея.       В голове всплыл рассказ Светланы с перрона о здешних криминальных группировках. Только не говорите, что в первый же день я познакомилась с одними из этих. И одним из них оказался мой брат. Тревога снова начала наступать, заставляя замедлить шаг. Марат и Андрей выглядели хорошими, порядочными пацанами, которым можно было довериться. Рядом с ними моя чуйка не била тревогу о срочном бегстве куда подальше, а даже наоборот, твердила держаться ребят. Но сейчас положение было слишком шаткое, чтобы просто так взять и начать доверять. Держаться надо, только, на расстоянии.       Даже если Андрей мой брат, состоящий в группировке — это не гарантия безопасности, если вообще не повод для врагов «Универсама» напасть на мою тушку.       Заметив на лице моем тяжелые мыслительные процессы, Марат поспешил добавить:       — Сонь, да вы не переживайте! Универсам за своих женщин убивать пойдёт. А вы сестра Андрея, значит наша. — серьёзным голосом, ставя возле двери чемодан, пояснил парень, смотря прямо в глаза.       Зайка, да я тебя знаю минут двадцать от силы и вашу систему часа так три. Конечно, парню ведь не понять именно моего страха, но и бросаться такими громкими словами ему тоже не стоит. Слишком много на себя берут, заверяя защищать.       — Что ты мне все вы да вы? Соней зови, на том и разойдемся. — укрывая волнение за улыбкой, по дружески стукаю Марата по плечу.       — Как скажешь, Сонь! Ну все, давай Пальто, до завтра! Как обычно, заскочу перед сборами за тобой. — пожав всем руку, пацан сел на перила и удалился, съезжая по ним вниз, оставляя нас с Андреем тет-а-тет.       — Пальто, значит? — прищурив взгляд, с хитрецой поинтересовалась я у брата.       — Ааа…это, да. Кличка у меня такая, Пальто. А Марат — Адидас Младший, у него брат старший, авторитет на районе — Вовой Адидасом кличут. Щас правда на Афгане, скоро вернуться должен…– с радостью в голосе поведал мне брат. Не успел он снова открыть рот, как откуда то снизу раздался Маратовский голос.       — Слышь, Андрюха, сестру ещё завтра захвати с собой. Я со старшими забазарюсь, чтоб зал освободили на часок. Мне Сонька, занятие должна…– и не дожидаясь ответа, скрылся за подъездной дверью. Поставил перед фактом, называется.       — Ну, ты сама слышала…– с едва различимой грустью в голосе произнес Пальто, уставившись взглядом на свои ботинки. Не хочет сестру в уличные дела замешивать, переживает. Но Марата уже не остановить — он человек настойчивый. Раз заинтересовался, то непременно всех об этом оповестит.       — И что ты раскис то? Подумаешь, потренирую бедолагу, заодно и тебя, все лишним вам не будет. У твоей сестры знаешь какие яйца железные? С любым вопросы порешаю, брат. — ярко улыбнувшись, натянула его меховую шапку прям до носа.       — Ты изменилась, Сонь. Мне это нравится — сверкая своими голубыми глазами в свете жёлтой лампы, тихо произнес парень, боясь разрушить такой тёплый момент. Кажется, он до сих пор не верил, что старшая сестра теперь снова с ним заодно.

***

      Заходя в коридор первым, что чувствовалось — это запах жареной картошки. От всех свалившихся на мою голову событий, совершенно позабыла о том, что вообще нужно кушать периодически. А покушать я люблю, особенно чего нибудь мясного и сладко приторного…       — Андрюш, ты что ли пришёл? — неожиданно раздался женский голос из самой ближней комнаты.       Резко выпрямившись возле двери как по струнке, мне почему-то захотелось оказаться сейчас за пределами этой квартиры, поближе к подъездной лавочке. От лёгкости и веселья ни осталось и следа. Страх перед неизвестным вылез из тёмного уголка подсознания, куда так старательно его запихивала. Я не знала, какой реакции мне ожидать от мамы и не могла предугадать собственную. Неуверенность в своих действиях буквально поглощала меня целиком, накаливая нервы до предела. Руки затряслись, а сердце казалось, вот-вот и выпрыгнет из груди. Слишком рано я расслабилась, совершенно позабыв о такой важной части своего плана как…       — Привет, мам. — не своим голосом едва слышно произнесла я, как только женщина вышла в коридор.       В её руках лежало вафельное полотенце, а длинная коса была растрепана, свисая через правое плечо. Шерстяной кардиган едва прикрывал плечи, а длинная юбка задрана в некоторых местах. Приглушенный свет падал на её осунувшееся, уставшее лицо показывая взору большие пролежни под глазами и парочку морщинок на лбу.       — Сонька… Сонька ты что ли? — её руки задрожали, а серые глаза заблестели от пелены слез. Полотенце с глухим стуком упало на пол. Трясущейся рукой женщина закрыла рот, заглушая громкий всхлип. Лицо, так похожее на Андрея, смотрело на меня с радостью и толикой недоверия.       Делаю осторожный шаг навстречу, боясь, что в любой момент меня могут ударить, выгнать, послать…но, вместо этого, женщина срывается с места и буквально виснет на мне, обнимая ослабшими руками за шею. Она плачет в голос, уже не скрывая это от маленькой девчушки, что выбежала в одной сорочке в поисках мамы.       Обнимаю её так крепко, насколько могла, даже не замечая, как у самой потекли слезы по щекам. В обнимку мы оседаем на пол, обе от переизбытка сильных эмоций, что как каток проехался по нам. Я смотрела на её дрожащую макушку, отпуская все переживая, наконец, давая волю эмоциям. Усталость от постоянного страха и нервотрепки дала о себе знать, выливаясь в непрекращаемый поток слез.       — Вернулась девочка моя, доченька…– расцеловывая моё мокрое лицо, трепетала женщина.       Постепенно истерика уходила заменяясь на усталость и мы обе поднялись на дрожащих ногах, поддерживая друг друга за руки.       — Все хорошо, мам. Я снова с вами…– на последок крепко обняв её, отпускаю.       — Сколько лет то прошло, как выросла доченька. Что ж ты даже не предупредила, что приедешь, я б стол накрыла… Ну все, все сейчас умоюсь и ужинать будем все вместе…– радостно проговорила женщина, быстро удаляясь.       Уставшим взглядом я наткнулась на стоявшего неподалёку Андрея с маленькой девочкой на руках. Кажется, это была та самая Юля из письма, о которой мельком упомянул брат. Девчушка молча смотрела на меня, совершенно не понимая, что происходит. Юля явно не помнила меня, ибо лет то ей было всего пять, а это как раз выпадает на период времени, когда «отец» смылся, захватив и меня. Ну, ничего, сейчас попробуем наладить контакт.       — Ээй, привет Юлька, меня Соня зовут — сев перед ребёнком на колени, по-доброму ей улыбнулась.       Девочка куксилась, поглядывая на Андрея. Тот утвердительно качнул головой, чуть подтолкнув в мою сторону.       — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — по-детски поинтересовалась девочка, качаясь с пятки на носок, все не решаясь ко мне подойти.       — А как же не помнить имя сестрёнки, да и такой красивой? Я вот тебе подарочек привезла…– загадочно протянув, придвигаюсь ближе.       — Сестра и такая большая. А ты будешь со мной в куклы играть?       — Конечно буду.       — Когда я захочу будешь?       — Прям когда захочешь буду.       — Ну хорошо, тогда сначала подарок, а потом мы пойдём играть в куклы! — радостно воскликнула девочка, хлопнув в ладоши. Маленькая хитрая зараза, она мне нравится.       Достаю из розовой сумки будущего маленького брелочного мишку и парочку конфет, отдавая в руки Юли. Получив желаемое, девочка тут же скрылась в одной из комнат, явно пряча подаренное добро.       — Она теперь не останет от тебя со своими куклами — с улыбкой подал голос Андрей, все это время стоявший в стороне.       Сказать, что он был счастлив — ничего не сказать. За долгое время он наконец увидел счастливое лицо матери, не омраченное никакими горестями и радостный смех Юльки, что кружила по комнате с медведем в руках. Да и сам он, наконец, почувствовал, будто все изменится в лучшую сторону для их семьи, а причиной тому была — Соня. Будто луч света пробился в их тёмные жизни, давая наконец вздохнуть полной грудью. Пальто всегда знал, что старшая сестра относилась к этой жизни намного проще, чем все его окружавшие. Оптимизм так и веяло от неё, даже несмотря на усталость. Все таки, он скучал по ней. Как и все в этой квартире.       — Игру в куклы уж переживу — крехтя, поднимаюсь с корточек.       Андрей подошёл, вновь сжимая меня в объятиях. Все ему было мало, никак не мог нарадоваться. Нашу идиллию нарушила мама, что как ураган промчалась мимо нас на кухню, мимоходом погладив меня по макушке.       — Давайте переодевайтесь оба и руки мойте, а я пока что салат сделаю. Давайте, давайте…       — Кто последний до ванны, тот лох — прошептав на ухо Андрею, я резко вырываюсь, отталкивая того от себя и бегу к открытой уборной.       — Соня, блин, так не честно! — жалобным голосом прокричал парень, как только дверь перед его носом захлопнулась.

***

      Утро вышло для меня сонным и даже скучным. Домашние разошлись по делам, а я так до сих пор лежу в кровати Андрея. На часах пробило половину третьего.       Вчерашний вечер стал самым тёплым воспоминанием из всех имеющихся. Мама не донимала вопросами об отце, не поднимая тему моей резкой причины приезда к ним. Не хотелось врать светлой женщине, но и легенду придумать стоит. А лучше, вообще разобраться, жив ли батек в Ленинграде и услышать историю с самого моего рождения до минувших дней.       Полистав вместе с ней семейные фотоальбомы, женщина как-то странно реагировала при виде бородатого мужчины, с ненавистью на лице переворачивая страницу. Такое поведение наталкивало на то, что расходились они, мягко говоря, не хорошей ноте. Измена? Возможно. Бытовые скандалы? Тоже нельзя отрицать. Вариантов море, а напрямую задавать такое одинокой матери про бывшего мужа — не комильфо.       Пока что почва слишком сырая и вступать на неё нужно аккуратно, а то поскользнутся будет проще простого.       Вещи из чемоданов были давно вытащены, некоторые уже прибывали в стирке. Нашлось даже парочку вещей из будущего, но их было убийственно мало, от чего хоть волком вой. Мириться со здешней модой мне ой как не хотелось, поэтому придётся криативить на всю тысячу процентов. Только втайне от мамы, а то она от моих татуировок с пробитым носом ещё не отошла. Сначала испугалась, тихо спрашивая, за что я сидела, в ответ получив лишь смех и шоковую новость, что все было набито по собственному желанию. От лекции «Да как так можно с молодым телом» я естественно не отвертелась, оставаясь дослушать до конца.       Чтобы хоть как-то разтрястись, наконец решаюсь приготовить обед для домашних. Заглянув в холодильник, понимаю, что продуктов целых нихуя. Где здесь ближайший магазин, я не знаю, но походу пришло время просвещаться в окрестностях.       Снарядившись во всю ту же одежду, что и вчера, к которой добавились лишь толстовка из будущего и тёплые колготы — выхожу на улицу. Благо, мама позаботилась и оставила комплект ключей на тумбе. Солнышко светило вовсю, а снег под кроссовками приятно хрустел. Натягивая воротник адика до носа, выхожу из двора к кипящей людьми улице. По левой стороне висело множество вывесок с надписями «Молочные продукты», «Мясо», «Ремонт часов» и все в том же духе. Все было так ново и необычно, что я оглядывалась на все подряд, стараясь найти для себя чего то нового. Пройдя антикварный магазинчик, взгляд зацепился за ярко-красную вывеску «Продукты» куда тут же и завернула.       Помещение встретило меня теплом. Магазин внутри выгнядел как любой сельский продуктовый. Так же расставлено съестное на полках, под которыми виднелись ценники и продавщица одетая в темно синий рабочий халат.       Продиктовав ей все по списку, что нужно было из продуктов, решаю посмотреть тортики. Так хотелось сладкого, что была готова скупить здесь весь ассортимент, как на зло, выглядишим зараза, вкусным.       — А у вас тортики все свежие? — не отрывая взгляда от ветрины, поинтересовалась я у женщины.       — Свежие, свежие. Да тебе и без разницы будет. Один хрен без зубов своих не поймёшь…       Ответил мне в затылок чей-то мужской голос, а на плечо упала тяжёлая мужская рука.