Противоположности

Феликс Хониккер всегда был закоренелым атеистом. Как человек науки, он никогда не верил ни в Бога, ни в Дьявола, ни в прочую чушь. Считал, что приметы и суеверия — это глупости и мракобесие, что подобным увлекаются только всякие недалёкие личности, не способные критически мыслить. Всю жизнь он опирался лишь на собственные знания и научный метод, отвергая всё, что противоречило его мировозрению. Однако сейчас он на полном серьёзе был готов уверовать. Просто потому что ничего иного не могло его уберечь от падения в воду с лодки. Когда Беннетт позвал его на свидание, Феликс насторожился. Он прекрасно понимал, что вряд ли эта затея кончится чем-то хорошим. В конце концов, с Беннеттом по-другому и не бывало. Он имел невероятную способность влипать в неприятности даже там, где, казалось бы, это попросту невозможно. И тем не менее, Феликс на свой страх и риск всё-таки согласился пойти. Понадеялся на собственную удачу, дурак. И теперь за это и поплатился. Когда Беннетт предложил прокатиться на лодке, для Феликса прозвучал ещё один тревожный звоночек. Лодка — это средство плавательное, следовательно, они будут в воде. А плавать Феликс, мягко говоря, не умел. Однако и это он проигнорировал, наивно полагая, что всё обойдётся. Идиот. Сейчас же он мысленно одновременно проклинал себя за такую опрометчивость и молился всем Богам, в которых никогда не верил, чтобы лодка не перевернулась. Они с Беннеттом находились посреди небольшого, но глубоковатого озерца, и Феликсу не хотелось бы оказаться за бортом. Вода, как он успел убедиться, была холодная, а рядом с ними плавали какие-то рыбёшки. Ещё и лодка как назло странно покачивалась, будто бы была готова вот-вот перевернуться. Всё это изрядно нервировало. Хотелось как можно скорее оказаться насуше, на твёрдой земле, подальше от этой дурацкой воды. И желательно ещё и от Беннетта. К слову о птичках. Беннетт, в отличии от Феликса, выглядел вполне спокойным. Он наслаждался лодочной прогулкой, иногда даже опускал руку в прохладную воду. И, казалось, ничуть не боялся оказаться там целиком. Подобное поведение ещё больше раздражало Феликса. Ну вот и как этот придурок может быть спокоен? Они ведь могут перевернуться в любой момент, а он улыбается. Ему, видите ли, весело. Тьфу-ты. «Та-а-ак, ладно. Нужно успокоиться, — мысленно сказал сам себе Феликс. Сделать это, правда, было сложнее, чем сказать, но он всё же попытался. Сделал глубокий вдох, затем медленно выдохнул, закрыл глаза. — Мы пока держимся, значит, переживать не о чем. И рыбы тут не опасные. Вроде…» — Мистер Хониккер, как тебе прогулка? — от мыслей о рыбах его отвлёк знакомый голос. Беннетт тронул его за руку, и Феликс невольно дёрнулся. — Не очень, — буркнул он. Врать он не видел смысла: всё равно рано или поздно этот дурак заметит. — Почему-у-у? — Беннетт сделал недоумённое лицо и похлопал глазами. — Тут ведь так красиво. Смотри, водичка, рыбки, цветочки. Ты ведь любишь цветочки, разве нет? — Люблю. Но не тогда, когда я на воде, а они на земле и далеко от меня. И вообще, ты не боишься, что мы тут навернёмся? — Не-а, — он помотал головой. Чего и следовало ожидать. — Лодка же плывёт. Что может случиться? — Боже, Беннетт, ты неисправим… — Феликс вздохнул как-то отчаянно и потёр переносицу. Действительно, и на что он вообще рассчитывал? Это же Беннетт. Он всегда сначала делает, а потом уже думает. — Ой, да ладно тебе, — Беннетт махнул рукой. — Давай, иди сюда. Я знаю, что поднимет тебе настроение. Он потянулся к нему, дабы обнять или даже поцеловать, однако в этот момент произошло непредвиденное. Лодка особенно сильно качнулась, и Феликс почувствовал, будто падает. Ещё секунда, и его со всех сторон окутала холодная вода. Всё произошло настолько неожиданно, что он даже толком не успел среагировать. Только зажмурился и закрыл нос рукой. В воде он пробыл, однако, недолго. Уже через пару секунд его резко вытянули наружу. Только тогда он смог вдохнуть и хоть немного расслабиться. Всё тело дрожало, одежда неприятно липла к коже, и он наощупь нашёл пальцами Беннетта и вцепился в него. Крепко, так, чтобы не отпустить. — Вот же чёрт… Ты в порядке, Феликс? — послышался рядом голос Беннетта. Теперь он уже звучал обеспокоенно, а не бодро и весело, как раньше. — Я-я ведь г-говорил… — вместо ответа пробьормотал тот. Он ближе прильнул к нему, дабы снова не уйти под воду, и уже полностью обхватил дрожащими руками. С каждой секундой становилось всё холоднее и холоднее, и ему хотелось уже поскорее оказаться на суше. — Давай выбираться отсюда, потом поговорим… Я сейчас тут окочанею… — Угу… — Беннетт согласно кивнул и стал вместе с ним забираться обратно на лодку. Больше он ничего не говорил, не улыбался и не пытался шутить.

***

До дома они тоже ехали молча. Беннетт виновато рассматривал носки ботинок, а Феликс молча кутался в его куртку. Хотелось сказать многое. Выругаться как следует, прочитать целую лекцию о том, какой он безответственный болван и всё такое, однако на это уже попросту не было сил. Все их забирал озноб, который увеличивался с каждой минутой. Да и видел Феликс, что он и так уже понял, в чём была его оплошность. Вот они оба и молчали, пока такси не остановилось прямо возле их дома. Уже в квартире дядя долго расспрашивал, что же с ними случилось и почему они оба мокрые до нитки, но на всё это Феликс ответил коротко: лодка. В итоге дядя остался ни с чем, однако обоих отправил в ванную согреваться. Уже после неё, переодевшись в сухое, Феликс утопал к себе. Хотелось закутаться в тёплый плед с головой и не вылезать оттуда весь день. Собственно, именно это он сейчас и делал. Забравшись с ногами на кровать, он плотно укутался в одеяло и устроился поудобнее. Просидел так он какое-то время. Просто смотрел в окно, наблюдал за птицами, перелетающими с одной ветки на другую, и постепенно согревался. Отвлёкся от этого занятия он только тогда, когда услышал скрип двери. Он уже знал, кто пришёл, поэтому даже не стал оборачиваться. — Ты… злишься на меня, Феликс? — робко спросил Беннетт, когда опустился рядом с ним на кровать. Феликс не видел, но чувствовал, как он склонил голову, подобно провинившемуся щенку. — Злюсь, — после недолгой паузы ответил Хониккер. Это была чистая правда. Он злился, пускай уже не так сильно, как пару часов назад. — Ты не слушал меня, и в итоге мы оба чуть не утонули. Конечно я злюсь, Беннетт. — Прости, — это прозвучало как-то глухо, совсем несвойственно Беннетту. — Я… правда не думал, что всё так получится… Феликс помедлил немного, но всё-таки наконец повернулся к нему. Как он и думал, Беннетт сидел на кровати, низко опустив голову. Его светлые волосы наполовину закрывали лицо, но даже так было видно, что ему действительно стыдно. И вообще он выглядел как щенок, который пытался извиниться перед хазяином за свой проступок. Оттого Феликс несколько смягчился. Нет, он не мог слишком долго злиться на такого Беннетта. Это просто невозможно. — Ладно, — помолчав ещё где-то с минуту, заговорил Феликс. Он придвинулся ближе к нему и взял за руку. — Прощаю, раз уж тебе оно так надо. Но больше меня на лодку ты не затащишь, понял? В жизни больше туда не сяду. — Угу, — Беннетт кивнул и мягко обнял его. Феликс прикрыл глаза и обхватил его руками в ответ, прикрыв глаза. Похоже, сегодня у них появилось одно место, которое они точно не будут больше посещать во время свидания.