Туманными тропами

Моим куратором на время поступления в Академию назначили Маркуса Дойла, на что он ворчал, фыркал, ругался, плевался, но ему пришлось подчиниться приказу. Нам выделили конспиративную квартиру, в которой с относительным удобством мы разместились. Розыск на меня пока еще не отозвали, вроде бы это так просто не сделать, да и Армстронг на меня наверное обиду затаил. Поэтому я скучала в четырех стенах, после длительного лечения в госпитале. Все очень просто — мне строго-настрого запретили колдовать и менять обличия, пока мое ядро не придет в себя после такой экстремальной встряски. Оно за короткий срок сделало в развитии большой скачок, учитывая мои тонкие энергоканалы, энергии стало слишком много, а проводилась она плохо. Вследствие чего энергоканалы в хлам, отсюда и было то ощущение жара по венам — моя магия буквально выжигала себе путь в моем теле. Как только меня доставили в госпиталь тут же погрузили в стазис, после чего долго и муторно приводили энергосистему в порядок. Дойлу пришлось выслушать в процессе многоэтажный матерный выговор от главного целителя за недопустимое легкомыслие по отношению к подопечной. В общей сложности провалялась я в больнице полтора месяца, при чем в сознании провела всего пару недель перед выпиской. Целители провели колоссальную работу, вливая в меня литры целебных зелий. Я пережила несколько операций, пришлось восстанавливать не только энергоканалы, но и выжженные моей магией нервы, когда в обход поврежденным каналам она использовала нервную ткань. Первые дни чувствительность лица и рук находилась на удручающем уровне, что поначалу меня очень расстраивало. К счастью, все постепенно пришло в норму. На руках теперь у меня красуются браслеты ограничителей магии, дабы мое ядро своими выбросами не разнесло окружающее. Сейчас я на уровне маленького ребенка по правам в магии. Зелья пить строго по расписанию, медитации, упражнения. Единственное развлечение — чтение многочисленных книг и выматывание нервов Дойла. Правда он обещал после периода реабилитации выгулять меня по местным достопримечательностям, то есть по магическому кварталу. — Один британец очень настойчиво обивает пороги нашего отдела с просьбой встретиться с тобой. — Сообщил Маркус, бахнув на стол стопку коробок с пиццей. Я вообще предпочитаю заказывать роллы, суши и сашими, китайскую еду, изредка что-то индийское, а вот этот подтянутый, худощавый агент питается пиццей и гамбургерами, запивая все это декалитрами кофе. И как его еще не разнесло до идеальной формы, не знаю, магия не иначе. — Два месяца уже мужика маринуем. — А я тут при чем? Зачем ему какой-то метаморф-недоучка? — пофигистично поинтересовалась я, убирая со стола внушительные тома с печатью времени на тяжелых обложках. — И вообще, что там с моими документами? — Завтра пойдем в министерство, узнаешь. Будешь ставить автографы и улыбаться. Русские маги до сих пор локти кусают, что тебя умудрились упустить. Там и встретишься с этим настойчивым британским магом. Он на островах что-то вроде национального героя. И такой же упертый как ты. Вижу цель — не вижу препятствий. — Угуф, — кивнула я, откусывая от куска еще теплой пиццы, — ненавижу всю эту кабинетную суету. — Ну никуда не денешься, — пожал плечами Маркус, потянувшись к пицце. — Придется идти. — Ты руки помыл, как пришел? И вообще, ешь с тарелки, варвар. — Вот зануда, — мужчина недовольно ворча, поднялся со стула и направился в сторону ванной комнаты. — И за что мне ты такая досталась? Пакет документов, включая всевозможные бумажки и занесение в базы данных моих параметров, мне вручили в почти торжественной обстановке. Лайонел, напарник моего куратора стоял рядом с ним и радостно скалился. Наверное, был счастлив, что возню со мной спихнули не ему. Потом Дойлу понадобилось по делам в свой отдел, и он в какой раз напомнил мне о напрочь позабытом отчете. Так что меня усадили в его кабинете за второй стол, дали пачку пергамента и перьевую ручку с просьбой описать все как было в тот день, включая ощущения. — Но можно же скинуть воспоминания. — Ты умеешь их извлекать? — поинтересовался Дойл. — Ну-у, теоретически, — почесав свою укороченную гриву, заявила я. — Значит пиши, только прилично, пожалуйста. — А на каком языке? На русском или португальском? — На любом, я оба этих языка знаю. Потом проверю, — буркнул в ответ агент, просматривая что-то у себя в папке. — И пока не выучишь английский, ни с кем не говори, легилимент доморощенный. Тебе запрещены любые манипуляции с магией еще месяц. — Да помню я, — пробурчала я, вспоминая дела минувших дней и принялась излагать свои воспоминания на бумагу. Медитативную рабочую тишину нарушил стук в двери просторного кабинета. — Маркус, тут к тебе британский маг лорд Поттер-Блэк, — сказал вошедший мужчина, обращаясь к моему куратору, на что тот мученически закатил глаза. — И на этот раз вам не сбежать от беседы со мной, агент Дойл, — заявил приятным баритоном новый посетитель, оттирая широким плечом мужчину, который тут же поспешил исчезнуть, подмигнув Маркусу. Невысокий, жилистый и гибкий, черноволосый маг буквально источал магическую силу, одетый в костюм и джинсы, красивые изумрудные глаза казалось смотрели в самую душу. Мой стол находился чуть в стороне от главного рабочего места и явно принадлежал напарнику моей невольной няньки. Поэтому меня не сразу заметили. — Моя подопечная проходила длительное лечение. Вы же понимаете, что пробужденное наследие — не шутки. Мне удалось купировать выброс, но этого оказалось недостаточно. Эта юная мисс оказалась весьма упряма. Проще цунами остановить. — И в одиночку сумела повела операцию по проникновению в штаб-квартиру одной из крупнейших ЧВК Америки, без шума и жертв, на уровне опытного агента, используя лишь свои способности, — проговорил маг, разворачиваясь ко мне и мягко улыбаясь, — рад наконец встретиться с вами, мисс Стоун. Да, такова моя новая фамилия по документам, ибо настоящую выговорить мало кто из англоязычных может. Вот я его понимаю, но отвечать мне нельзя, ибо магию расходует эта способность. Вздохнув, мотнула головой Маркусу, типа переводить будешь. — Она не разговаривает по-английски, лорд Поттер-Блэк. Но я согласен переводить ее слова для вас, — заявил он, выходя из-за стола. — Но понимать меня вполне может, но в чем… а-а, ограничители, — догадался он. — Понимаю. На каком языке будем вести беседу? — Португальский или русский. — Я сносно говорю на португальском, — улыбнулся Гарри. — Отлично, тогда это значительно все упростит. — Зачем вы хотели со мной встретиться? — поинтересовалась я. — Знаете, метаморфа в своей жизни я встречал лишь однажды, — издалека начал Гарри, садясь на стул напротив моего стола, Маркус расположился рядом со мной. — Это была моя кузина Нимфадора Тонкс, — по его губам скользнула печальная улыбка, — ты очень сильно отличаешься от нее. Не меняешь каждую минуту цвет волос, лучше контролируешь свой дар. Считается, что метаморфизм — один из родовых даров Блэков, но они по какой-то причине утратили его и только у дочери Андромеды проявился этот дар, хотя считается, что ее отсекли от рода. — Ну, если в то время был жив глава Рода, то могли и отсечь, что не самым лучшим образом сказалось на ребенке. Я немного прочитала о метаморфизме и мои первоначальные предположения оказались верны. Проблема большинства необученных метаморфов — ресинхронизация между отдаваемыми мозгом импульсами и ответным откликом от конечностей, плюс нарушение в развитии мозжечка из-за недостаточного магического питания. То есть, если магический фон при развитии мелкого метаморфа недостаточный — он магический инвалид. — Все так и есть. Похожую информацию я смог отыскать в фамильной библиотеке Блэков, — кивнул Гарри. — Но ты другое дело. Подобные тебе стояли у истоков рода Блэк. И потому я прошу тебя пройти проверку на родство. — Зачем мне это? — нахмурилась я в ответ, переглянувшись с Маркусом, — то, что Блэки про… потеряли эту способность, сугубо ваши проблемы. Я уверена, родства между нами нет. — Так давайте с этим разберемся, чтобы раз и навсегда закрыть этот вопрос. — Предложил хмурый Дойл. — У меня все с собой, — просияв Гарри принялся рыться в карманах своего плаща. Вскоре на столе стояли три бутылька с жидкостями разного цвета. — Нужна каплю твоей крови, Лия. Клянусь не причинять вред, — мою кровь капнули во все пробирочки, — это тест на близкое родство, дальнее родство и если нет родства… — То на совместимость, — зло прищурившись проговорил Маркус, испепеляя британского мага взглядом, на что тот слегка пожал плечами. — Мой крестник не может принять Род, родовая магия не приняла его, оставив в ранге Наследника. Я выяснил, что его дети смогут наследовать, только при условии, если он найдет кого-то со сходным более сильным даром. — Не выйдет ничего, она уже сильнее многих метаморфов, которых я когда-либо встречал, — язвительно отозвался Маркус, наблюдая как британец выливает из склянки немного крови в крайнюю пробирку. — Нулевая совместимость, она его сожрала, — немного торжествующе сказал он, наблюдая за потемневшей и забурлившей жидкостью, которая успокоившись, приобрела зловещий багровый цвет. — Занятно, мы не родственники, — задумчиво пробормотал Гарри, глядя на подозрительно спокойную меня. — Ты позволишь? — он указал на свой палец, оставалось закатить глаза и подать свой. — Фифти-фифти, — прокомментировал завихрения к пробирке Маркус, с интересом наблюдая за борьбой двух цветов багрового и золотого. В итоге все цвета перемешались, оставляя полосы отдельного цвета. — Меньше шестидесяти процентов. Ну я так и предполагал. У меня тут назрело новое предложение, может немного безумное, — озорно улыбнулся Поттер-Блэк, сверкнув изумрудными глазищами. — Почему вы считаете, что меня это должно заинтересовать? — Блэки один из самых богатых родов, но вижу это вас не очень трогает, — проговорил Гарри, улыбаясь, словно демон-искуситель, — но вам так же известно, что у моего рода довольно обширная библиотека. — Лорд Поттер-Блэк не тяните книззла за хвост, говорите уже зачем вам это? — не выдержал Маркус. — Я устал тянуть два рода, мой старший сын унаследует род Поттер, но ни один из них не подходит для рода Блэк, слишком дальнее родство. Малфой послал меня далеко и надолго, у них всего один наследник и других не предвидится, — тяжело вздохнув, откровенно сказал британский маг, — меня же магия рода приняла как сына Сириуса Блэка не по крови, а по магии. Если принять кого-то как младшую ветвь, то ее муж должен войти в род, и уже младшая ветвь, при отсутствии подходящих кандидатов из главной ветви, берет на себя главенство. Единственное условие — твой муж должен быть чистокровным магом. Я предлагаю войти в мой род, образовать младшую ветвь. — Еще не известно примет ли ваша магия ее, — недовольно проворчал Маркус, покосившись на меня. — Я чувствую, что она уже приняла ее. — Уверенно улыбнулся Гарри, — я не тороплю тебя, буду ждать твоего ответа до Самайна. Твоя направленность магии достаточно темная, а твои способности говорят сами за себя. — Слишком много условий. К тому же я замуж не собираюсь в ближайшие десять лет. Предпочитаю выбирать сама кто мне подходит… Повторю свой вопрос — зачем МНЕ это? Если я могу создать свой собственный род с нуля, без заморочек, всяких левых обязательств, проклятий и клятв. Чистый лист… к тому же у рода Блэк пунктик насчет чистоты крови. Так вот, до недавнего времени я была очень слабым магом, мои родители почти обычные люди. Я понимаю вы хотите сбросить с себя часть обязанностей. Но мне это все ни каким местом не уперлось. — То есть род Блэк вполне может уйти в небытие, — печально вздохнул Гарри, глядя на меня полными печали глазами. Но я слишком эгоистичная личность, чтобы стремиться всех спасать и всем помогать. — Не он первый, не он последний. Меньше нужно было баловаться с кровосмешением, у вас есть крестник. Пусть у него голова болит насчет рода. Кстати, вы ведь женаты? — Уже два года как вдовец, — мрачно отозвался Поттер-Блэк, — моя жена, ее брат и мой друг, его дети, погибли во время поездки в Румынию. Несчастный случай, как мне сказали. — Вы еще можете жениться и попробовать родить наследника для Блэков. — Значит, вы не согласны стать частью рода Блэк? — поднявшись на ноги, мрачно заключил Поттер-Блэк. — Нет, — качнула я головой, — я не терплю каких-либо ограничений и не признаю правил, если они мне не нравятся, для меня не существует ни главенства, ни авторитета, если эта личность не заслужила моего уважения. Можете считать меня эгоистичной, циничной, склонной к анархии личностью. А то что я узнала о всяких родах, там сплошные ограничения, особенно для женщин. Может, для вас это норма, но я жить так не смогу. Тем более, я ненавижу дождь и холод, а в Англии редко бывает иная погода. — Что ж, я вас услышал, — помрачнев, ответил британский маг, — но я прошу дать мне обещание, что поможете обучить моего крестника и его сына, если он родится метаморфом. Взамен готов дать клятву помочь вам создать свой род. — Лорд Блэк-Поттер, зачем вам все это? Меняете условия по ходу дела. Что конкретно вам от нее надо? Жениться вы явно не планируете, — не выдержал уже Маркус, поднимаясь на ноги, сверля взглядом британца. — Вы пока еще не поняли, какое сокровище нашли, не так ли? Первыми разнюхали об этом русские маги, но им дали от ворот поворот, — усмехнувшись, решил пояснить в ответ бывший герой Британии, а ныне глава Арората, — за ней скоро такая охота начнется. Чистое наследие, стихийный маг, способность к метаморфизму. Мой род до сих пор считается довольно сильным, несмотря на усилия некоторых личностей, препятствовавших принятию мной наследия, — тут Гарри заметно помрачнел, видимо вспомнив что-то не очень приятное, — я хочу не только помочь вам ее защитить, но и извлечь выгоду для своего Рода. Все что я хочу — личная вассальная клятва, взамен я помогу материально, магически и информационно при создании нового рода Лие. Это даст тебе время вырасти магически. Сейчас ты очень уязвима. — Блять! Проклятье!.. Кто проболтался?! — вспылил Маркус, меряя шагами кабинет, — я думал у нас больше времени, — он больным взглядом посмотрел на меня. — А разве мои способности какие-то необычные? — почесала я в затылке, — в смысле эта стихийность. У меня сродство к огню и воде, если так припомнить. — Господи… За что мне это наказание?! — несчастный Маркус растер ладонями лицо, бросая полные мольбы взгляды на повеселевшего Поттера-Блэка, — огонь и вода — противостихии. Как воздух и земля. — Нет, к земле меня совсем не тянет и в воздухе мне не по себе, — покачала я головой. — К земле отклик нулевой, чуть-чуть воздуха. — Я вернусь через неделю с готовым контрактом на обучение и текстом клятвы, — сообщил Поттер-Блэк, внимательно глядя на меня, — у нас есть время до Самайна. — Почему именно до Самайна? — Потому что, я чувствую, именно тогда ты пробудишься окончательно, и твой дар заявит о себе на весь магический мир. Надеюсь, у вас есть надежное место с хорошей защитой. — Есть. Лия далеко не первая обнаруженная нами пробужденная. — Странно, что единственная страна где пробужденных до сих пор не появилось, — это магическая Британия, — отстраненно заметил Гарри, — тогда до встречи через неделю. — Ну что скажешь? — С одной стороны я не хочу брать на себя какие-то обязательства, а с другой, Поттер-Блэк — щит, пусть и на время. — Хм, я надеялся, что успеем тебя оформить в Академию раньше. Но там возникли какие-то проволочки. Видимо, кто-то из командования понял, что мы с напарником кое-что утаили во время написания отчета по тебе. А там недолго сложить два плюс два. Только как об этом узнал Поттер-Блэк, непонятно. — Так же как обо мне узнали русские маги, — закатила я глаза к потолку, — неужели метаморфизм и стихии такое редкое явление среди магов? — Ты даже не представляешь насколько редкое, — веско заявил Маркус, — чистых стихийников-то и не остались почти, кроме шаманов. Но там и принцип магии совершенно иной. Вот как чувствовал, когда впервые тебя увидел — намучаюсь я еще с тобой. — Не драматизируй. А насчет стихий — я очень слабенькая в этом плане. Можно даже не воспринимать это всерьез. Да и в остальном — посредственность. И чего все так переполошились? — Ненадолго… — многообещающе проговорил Дойл, — вы, пробужденные прогрессируете очень быстро, как только освоитесь со своими силами. Затем рост замедляется, но не останавливается никогда. В отличие от рожденных в магическом мире. Вы просто не знаете, что возможно, а что нет, поэтому для вас совершить что-то невозможное — раз плюнуть. Я же, как и многие другие маги из нашего отдела, почти достиг своего потолка силы. А вот Поттер-Блэк все еще продолжает расти, хотя он тот еще монстр в плане магической силы, поверь мне. Мы работали над одним делом вместе. Что неудивительно, два рода на себе тянуть, это не книззл чихнул.

***

В защищенном кабинете где-то в глубине отдела сидели четверо магов и один гоблин. — Это мой поверенный, Грипхук, в данный момент он ведет одновременно дела двух родов. К сожалению, Крюкохват подвел меня, — многозначительно усмехнулся Поттер-Блэк. Помимо моего куратора тут присутствовал его знакомый юрист и напарник. Прежде чем отдать в мои руки контракт на обучение некоего Теодора Альтаира Блэк, юрист внимательно его изучила. — Какое обучение, если я сама ничего не умею? — поинтересовалась я, угрюмо глядя на собранного и серьезного британского мага. — Мой крестник… Огорчающее необразован в плане управления своим даром и крайне недисциплинирован. — Он как и мать, непроизвольно меняет свою внешность? И у него так же нарушена координация? — С координацией у него все в порядке, — ответил Гарри, слегка нахмурив брови, — проблемы именно с контролем над метаморфизмом. — Знаете, вы утаили от меня одну немаловажную деталь — он наполовину оборотень. Род Блэк его никогда не примет. Разве что как носителя крови, — разозлившись, я отодвинула от себя лист с контрактом, — можете считать меня предвзятой, но я никогда не стану иметь дело с подобным магическим существом, поскольку человеком его назвать можно только с большой натяжкой. — Как и тебя, пробужденная странница теней, — решил влезть в наш разговор гоблин. Интересно, что он имеет ввиду? Или это значит то, что я из другого мира? — Вы неплохо подготовились. Думаю, стоит за это благодарить ваших кураторов, — сверкнул изумрудами глаз Гарри. — Все верно, мой крестник — полукровка. Но его родители были замечательными людьми. — Они могут быть хоть ангелами во плоти, — высказался Маркус, — но наследие есть наследие, этого не изменить. Ваш крестник — тупиковая ветвь именно вашего рода. Как личность он может быть неплохим. — Я не стану общаться с потомком оборотня, — отрезала я, — у меня просто инстинктивное желание убить любого проклятого луной. Меня недавно водили в деревню оборотней. Замечательные жители, живут в гармонии с природой, собирают редкие травы и продают их. У них своя самобытная магия, палочки им ни к чему. Они, как объяснил Маркус, истинные оборотни, которые не зависят от цикла луны. Во время оборота сохраняют разум и самосознание. А вот ликаны, то есть укушенные, у меня по отношению к ним однозначная реакция. — А я ведь предупреждал вас, лорд Поттер-Блэк, теневые странники чуют магию, и скрывать ничего от нее не стоит. — Скалясь, заметил гоблин. Все это его изрядно веселило. — Ладно, нет, значит нет, — недовольно проговорил британский маг, убирая свиток куда подальше, — клятва вассала стандартная. Свои обязательства я расписал подробно под контролем моего поверенного. — Это не личная клятва, а родовая, — заметила наш юрист, а вот Лайонс сидел тихонько и отмалчивался. — Будьте добры, исправить вот здесь и еще в трех местах. — Грипхук, — прошипел британский маг, вне себя от гнева, но быстро взяв себя в руки, принялся исправлять отмеченные магией юриста места, — понимаю, все для блага рода, но я привык держать свое слово. — Ваш род на грани исчезновения, а вы в благородство играете. — Ничто не мешает мне просто развернуться и уйти, — равнодушно ответила я, — ну и кто в этом случае окажется в проигрыше? Не действуй мне на нервы, гоблин. — В конце фразы, я поняла, что моя внешность изменилась и заострились клыки. Маркус с напарником переглянулись с понимающими усмешками. Они смогут найти способ защитить меня, у них давно отработанная метода сокрытия на время обучения пробужденных. Гоблин на мою угрозу только довольно закудахтал с шипящими нотками. — Намучаетесь с ней вы еще, маги. Она только детеныш, едва осознавший себя, а уже клыки показывает. — Успокойтесь, оба, — устало буркнул Поттер-Блэк, передавая пергамент юристу. Перечитав все, пергамент перешел к моему куратору и только потом его передали мне. Вскинув глаза на него, я вопросительно приподняла бровь. — Зачитай вслух и затем подай мне свою правую руку, — пояснил Гарри, догадавшись, что я в этом деле новичок, несмотря на подробный инструктаж от Маркуса. В общем к моменту своего поступления в Академию я обзавелась сюзереном почти умершего, но еще сильного рода.

***

Свое возможное пробуждение и Самайн я бы проспала, если меня не разбудил Маркус. Дело в том, что недавно с меня сняли ограничители. И я теперь могла тренироваться не только в теории, но и на практике. Так что по тренировочному залу Маркус гонял меня как последнего новобранца, приговаривая, мол, в здоровом теле здоровая магия и хилый маг — почти что труп. В перерывах между тренировками были медитации и литры всевозможных зелий, помогающих безболезненному прорастанию и укреплению энергоканалов, для всеобщего развития. Так что первую неделю я едва доползала до своей кровати в штаб-квартире нашего отдела. Из соображений безопасности мы из квартиры переехали. В свободное время я проводила в библиотеке, поглощая знания, залившись перед этим зельем памяти. В общем концентрация зелий в моей крови была такова, что иногда мне казалось, что они заменили ее полностью. Маркус успокаивал меня тем, что это нормально для пробужденного. Иначе пришлось бы мучиться от болей, испытывая постоянное магическое истощение, физическую и магическую слабость. Поэтому меня по уши заливали зельями, многие из которых готовились с добавлением моей крови, которую брали рано утром с сопутствующей клятвой. На площадке под открытым небом, куда привел меня Дойл, разжигали костры, отдавали огню принесенные с собой дары: хлеб, колосья пшеницы, яблоки, мед и вино. Я принесла с собой яблочко, которое сорвала в саду по дороге. Бросила его по знаку Маркуса, после чего отошла к лежащим на земле толстым бревнам, присела, глядя на огонь, чувствуя телом его жар, то как он обнимает меня, словно крыльями. Кто-то подал мне кружку с пряным вином, я немного отпила, но заметив, что остальные выливают его в костер, тоже плеснула. Потом взяла еще кружку с глинтом и отойдя в сторону, принялась неторопливо его смаковать. На улице было немного прохладно, а я тут в одной рубашке и тонких штанах, да еще босиком. Момент, когда люди начали прыгать сквозь огонь, я упустила. — Идем прыгать! — позвал меня какой-то незнакомый парень. Прыгать мне было лень, мне хотелось спать и вообще, я совершенно не социальный человек и вся эта суета меня раздражает. Поэтому я просто пошла между разгоревшимися кострами, кто-то что-то кричал мне вслед. А я с нагретым от жара огня глинтвейном обернулась и помахала тому парню рукой, радостно улыбаясь, чувствуя себя просто превосходно. Сонливость и усталость как рукой сняло. Как позже мне рассказывали, огонь расступался передо мной как живой, когда я потопала прямо в костер. И даже не поняла этого, думала там дорожка есть. Весь остаток вечера я больше не мерзла, веселясь вместе со всеми. А потом просто заснула, свернувшись клубочком на бревне, которое кто-то превратил в кресло. Помню только, что мне снилась дорога между звезд. Но это итак понятно — через несколько дней я уезжаю в Академию, время моей подготовки прошло, магическое ядро полностью стабилизировалось, энергоканалы теперь у меня на уровне среднего мага. Вот так незаметно я прошла посвящение в стихию огня.