Туманными тропами

В назначенный день мы с Маркусом направились к стационарному порталу. Это была массивная арка, стоявшая посреди пустого полутемного зала двадцать на двадцать метров, в окружении полураскрывшихся каменных лепестков бутона какого-то гигантского цветка неизвестного вида. — Стой спокойно сейчас нас переместит на учебную базу, — после недолгих манипуляций проговорил мой наставник. — А как… — я кивнула на загоревшиеся на лепестках руны. — Тебе пока ещё рано знать о работе порталов, но позже научишься ими пользоваться. К тому же они необходимы для перемещения между миром не-магов и нашим сквозь тонкую завесу на далёкие расстояния. — Пояснил с легкой усмешкой Дойл, — такое не только у нашей страны есть. Эту давно утраченную в веках технологию переоткрыли всего сотню лет назад. Точнее — отрыли. Началось, замри и не смотри на огоньки, а то голова закружится. Только сейчас я заметила, что платформа на которой мы стоим, начала, наращивая темп вращаться вокруг своей оси, или это лепестки вращаются вокруг нас. Так продолжалось около двух минут, пока окружающее не смазалось в яркую круговерть, каменные лепестки сомкнулись над нашими головами, а проем арки вспыхнул белым светом. — Идем, проход стабилен. Это наиболее исхоженный маршрут. Первые годы пробивать путь было очень сложно. Благодаря найденным записям в Иране мы не тыкались куда попало как слепые котята. — А на каком принципе работает этот портал? — поинтересовалась я, когда мы вышли с противоположной стороны, подхватив свои сумки с расширенным пространством. Оказались мы явно в более южных широтах, здесь было гораздо теплее, глаз радовала зелень и буйная растительность. Вокруг портала было расчищенное пространство, между каменными плитами кое-где пробивалась трава. — Честно говоря, я не знаю. Мне кажется даже специалисты, которые этим направлением занимаются сами не до конца понимают, как это все работает. Если искать аналогию, на ум приходит лишь одно — Радужный мост асгардцев. Портал сквозь мировую завесу пробивает безопасный путь, уничтожая на пути всякое… что может пролезть сюда к нам. Ходят легенды, что существуют старые, заброшенные тропы, пробитые еще нашими предками, которыми можно пройти в другие, более далекие миры. Но это уже байки на уровне сказок. Да и нет в мире больше настолько сильных магов, а если и есть, то они не горят желанием исследовать иные миры. — Передернув плечами, сказал Маркус, ведя меня по узкой вымощенной белым камнем дороге сквозь слегка облагороженные джунгли. — Далеко еще идти? — Да пару километров примерно, если жарко, можешь снять эту кофту. — Посоветовал он, глядя на меня с весельем в глазах. Пришлось притормозить и стянув теплую толстовку, затолкать ее в сумку, оставшись в джинсах и футболке. — Где мы вообще? — Остров находится на Карибах, на мировых картах его не найти, поскольку он существует только в нашем мире. — Пояснил Дойл, — вокруг базы территория в три километра защищена от проникновения эндемичных опасных существ, но ничто не мешает сквозь защиту пройти фауне. Семена может занести птица или какой-нибудь грызун. Так что осторожнее со всякими цветочками и не тяни что попало в рот. Эта защита создана для того, чтобы хищные зверюшки не сожрали новобранцев в первые же дни. Если говорить образно — мы сейчас находимся под силовым куполом. Как выяснилось, пробужденные довольно беспомощны и опасны одновременно. Предыдущая база была уничтожена из-за магического выброса два столетия назад такого вот пробужденного. До сих пор находиться недостаточно подготовленному человеку там опасно, фауна и флора преобразовались из-за избыточного магического фона. Там идет постоянная борьба за выживание. — А в море купаться можно? — Можно-можно, — рассмеялся в ответ Дойл, — каждый новобранец, наверное, задает этот вопрос. Сам, когда впервые здесь оказался, не удержался и наплавался вдоволь. Береговая линия тоже относительно безопасна. Сейчас на базе находятся около двадцати пробужденных возрастом до тридцати лет. Раньше было намного меньше и тенденция «пробуждения» немало настораживает. — Почему? Разве это плохо, что слабые маги прибавляют в силе? — Так-то оно так, но с урожденными магами все гораздо проще. Мы знаем от какого рода они происходят, к каким искусствам наиболее склонны, стихии и все такое прочее. К тридцати годам любой урожденный маг — обученная и устоявшаяся психически личность. В случае с пробужденными все гораздо сложнее. Зачастую родословная такого человека тянется в веках, а то и тысячелетиях к неведомо кому. Плюс пробужденное наследие проявляет себя весьма бурно и разрушительно, что не может не отразиться на психике новообращенного. Поскольку такой толчок происходит далеко не мирно и зачастую этот опыт довольно травмирующий. Вот и гадай кто по родословной такого мага потоптался и чего от него ждать после принятия Наследия. Кстати, это у тебя еще впереди. Чуть не забыл — на базе нет женских и мужских раздевалок, спальни вроде раздельные. Это потому что за все время существования нашего отдела женщин среди пробужденных было около десятка. — О, вот блин, — огорчилась я, подумав о том, как буду переодеваться после тренировок. — Да не волнуйся ты так, ребята там нормальные. Дорога привела нас к широким воротам за высоким каменным забором, камни которого тоже были испещрены какими-то знаками. за ними располагались однотипные невысокие двухэтажные дома, которые казалось вырастали прямо из-род земли с покатыми крышами и скругленными углами. По дороге к одному из зданий нас окликнул высокий мужчина, одетый в рубашку и просторные брюки светлых оттенков. — Привет, Маркус. Так это ты к нам новенькую привел? — Ага. Сам нашел, сам привел. А чего у вас возле портала никого нет? Не встретили. Приходи кто хочешь, делай что хочешь. — Так вас при входе еще проверили, поняли кто вы и из тенечка выходить не стали, — хмыкнул в ответ мужчина. — Поторопитесь через час у нас обед и сиеста. — Сиеста — это здорово, — пробормотала я, как истинная сова не принимала раннего подъема, которым меня мучали все эти два месяца. — Еще этот сдвиг по времени, отвыкла я от этого. — Добро пожаловать на Артего. Вам туда. В сопровождении Дойла я дошла до означенного здания, ощущая на своей шкуре все более нарастающий жар. Там меня оформили, выдав небольшой серебристый медальон на цепочке, перед этим капнув на артефакт моей кровью. Как я поняла, эта фиговина является одновременно переводчиком, моим ИД-ом и аварийным порт-ключом. В отличие от европейских магов, местная школа не акцентировала обучение исключительно на палочковой магии. Пробужденные вообще отличались склонностью к беспалочковой магии, мы можно сказать буквально жили магией и колдовали как дышали. Дальнейший наш путь лежал к обширному корпусу, стоявшему чуть в стороне. — Это… хм, казармой сложно назвать, поскольку тут у каждого из вас отдельная комната. В общем, общага. Расписание не потеряла? — Нет. Вот оно. — Это на первый месяц. Позже твой пергамент будет обновляться, по мере обучения. Что-то уберут, что-то добавят. Тебя направили в группу плохо говорящих на английском, отсюда такой упор на изучение этого языка. — Сказал Маркус, возвращая мне на ощупь ламинированный лист плотного пергамента с перечнем моих занятий, начиная с завтрашнего утра. Английский, литература, правописание, история магии, зельеварение, основы рукопашного боя, основы выживания в дикой природе, фехтование. Весь день расписан буквально по минутам, свободного времени почти не было, если не считать пары часов сиесты после обеда, плюс полчаса — завтрак. День заканчивался в семь часов вечера, до отбоя предполагалось, что мы будем посвящать оставшиеся часы самообразованию. В небольшом снаружи здании находилась библиотека, которая уходила вширь и вглубь под землю на несколько этажей. Затем мне выдали несколько комплектов довольно странной формы песочного цвета, еще пара была светло-зеленого цвета с редкими полосами черного из более плотной ткани. Не забыли и про белье с носками и чем-то похожим на удлинённые гольфы из плотной ткани. Уложив все это добро, я вышла из здания слегка зависнув, от полученной информацией, гадая что меня ждет дальше. Поэтому топая на автопилоте за агентом, не поняла, в какой момент меня сдали с рук на руки. Дойл с радостной лыбой представил меня седовласому мужику кряжистого телосложения и помахав на прощание ладошкой, поспешил куда-то ускакать. Проводив его с рассеянным видом, перевела взгляд на мужика и приподняла бровь. — Куда это он? — слегка заторможено поинтересовалась я. — Это он от радости, что тебя наконец сбагрил. Первый контакт с пробужденным пережить непросто. Я слышал, ты довольно неплохо владеешь своими способностями, в отличие от других пробужденных. — Наверное, — пожала я плечами. — Идем, покажу где ты будешь жить и провожу до столовой. А то ты уже вырубаешься на ходу. Комната оказалась однокомнатной квартиркой: стол, пара стульев. Слева за перегородкой находилась кровать с тумбочкой, там же нашлась дверь в санузел с душевой кабинкой. А я-то думала, что придется толкаться в душевой по типу армейской. — Переодевайся, жду тебя на улице. Натянув просторную песочного цвета одежду и неудобные на вид ботинки, я с удивлением отметила, что все это сидит хорошо и не стесняет движений. Правда ботинки оказались сильно велики, но чары автоподгонки наше все. — Эта одежда хакаму чем-то напоминает, — заметила я, выйдя на солнцепек, однако такого сильного дискомфорта, как прежде, не испытывала, — или джедайскую робу. — Местный климат диктует свою моду. Ко всему прочему, для нас важна одежда, не стесняющая движений. — Коротко пояснил Ник, уверенно топая к очередному зданию. Как они вообще их различают? Столовая была типичной… столовкой по типу шведского стола с небольшим количеством столов. Большинство мест пустовало, люди сидели по трое-четверо, редко по одиночке. Набрала несколько блюд знакомой мне кухни из контейнеров под чарами стазиса, взяла чай с молоком, на сладкое — йогурт с кусочками фруктов. Держа в руках нагруженный этим добром поднос, направилась к свободному столу у дальней стены. — Эй, новенькая! Привет! — помахал мне какой-то черноволосый парень, сидевший за два стола от прохода вместе с тремя друзьями. — Садись к нам! — Привет, — несколько недовольно отозвалась я, продолжая свой путь, пребывая слегка не в настроении. С раннего утра маковой росинки не было, если не считать кусочка вишневого пирога с кофе. — Хэй, ты чего такая нелюдимая, — на место напротив меня бесцеремонно плюхнулась слишком жизнерадостная и напористая женщина. Про таких говорят — бой баба, типичный вар, в смысле паладин. Ей бы очень подошли латы с двуручным мечом. Искристые голубые глаза, треугольное лицо с правильными чертами, светло-русые волосы, заплетенные в косу ниже лопаток. — Ты пьешь чай? Да еще с молоком… — Вас мисс, видимо не учили тому, что для начала следует представиться, затем спросить позволения разделить трапезу и составить компанию мне за сим столом. Учитывая мое нежелание присоединяться к чьей-либо компании, логично было бы предположить, что эта самая компания для меня в данный момент нежелательна, — отпив чай, проговорила я, смерив ее своим фирменным взглядом. — А-аа, ты из этих… высокородных, все ясно с тобой. Ну извиняй, не распознала, куда уж мне орясине безграмотной с вашим высочеством сидеть, — выпалила она, подскочив словно ужаленная и чуть ли, не сплюнув на пол, гордо удалилась. — Ну и звездуй отсюда на хрен, — раздраженно фыркнула я ей вслед, принимаясь за салатик. — Зря ты засматриваешься на эту, Фрэнк, видите ли мы для нее всего лишь грязь под ногами. Чистоплюйка чистокровная, небось еще и лайми! — выкрикнула эта мадама, обращаясь к парню, что прежде приглашал меня за их стол. — Да ладно, чего ты прицепилась. Видишь, не в настроении она, — отмахнулся от громкоголосой бабы он. Чувствую с этой я точно не сработаюсь. Не люблю шумных и бесцеремонных людей. Для меня считается нормой для начала долго присматриваться к окружающим, прежде чем кого-то подпустить, не говоря уже о том, чтобы дружить. У европейцев насчет дружбы совсем иное представление. Один раз посидели в баре, потусовались, пообщались — уже друг. Россиянин же того, кого европеец или американец называет другом, в лучшем случае считает хорошим знакомым. Поэтому друзей обычно у нас раз два и обчелся, но это такие друзья, в которых ты уверен на все сто. Не предадут, не подведут и кому надо не настучат. Одним словом — другой менталитет. Поев, я убрала за собой, поставив грязную посуду в специальную нишу в стене. Вспомнив, что после еды следует такое важное и нужное дело как дневной сон, не спеша направилась в сторону выхода, а затем снова зависла, гадая куда же мне дальше идти. Выручили замеченные ранее парни, за которыми я и пошла, пока не пришла к жилому корпусу. Позади что-то шумно обсуждая, шла сугубо женская компания во главе той громкоголосой бой бабы. Поморщившись, я слегка обогнала одного из молодых мужчин. — О, привет. Так ты новенькая, да? Из пробужденных. — Угу. — Будем знакомы, я Майкл, это Фрэнк, — кивнул он на темноволосого оптимиста, — Кристиан и Томиан, — среднего роста парни похожие, словно братья. — Розалия, можно просто Лия. — Улыбнулась я в ответ. Эти парни мне понравились, моя магия к ним тянулась и не выражала желания их сжечь. Именно так я чувствовала и ощущала тот самый жар в груди. Мне объяснили еще в госпитале, что маг и его магия — суть симбионты, она при опасности и угрозе жизни может проявлять собственную волю. К тому же еще с детства замечала, что общаться с парнями мне гораздо проще и приятней, чем с девушками. Может, потому что росла пацанкой и не понимала всех этих девчачьих заскоков. И до сих пор не понимаю, слишком большая разница в жизненных взглядах. — Тебя на втором этаже разместили? — На первом, кажется… — озадаченно почесала я в затылке, — вроде по лесенке не топала, а налево, налево и прямо. — Понятно, — засмеялся Фрэнк, — тебя рядом с нами поселили. Кто провожал-то? — Такой крепкий мужик, суровый и немногословный, имени не запомнила. — Ясненько, это Йегер, — кивнул Кристиан, — наш инструктор по выживанию, он сегодня дежурит и дисциплину караулит. — Это чтобы мы водку не пьянствовали и беспорядки не нарушали? — Вот именно, — кивнул в ответ Майкл, заразительно улыбаясь, отчего на его щеках появились милые ямочки. Так и хочется его затискать… и ничего такого я не имею ввиду. Просто его умеренная лохматость и милый на первый взгляд облик вызывали закономерное умиление. Прикрыв ладошкой широченный зевок, я едва не вписалась в угол коридора, прикрыв глаза. От столкновения тушки со стеной меня спас Томиан, насмешливо улыбнувшись. — Спишь на ходу, совсем расслабилась, — заметил он, — советую пораньше лечь вечером, нас поднимут с рассветом. — Угу. — Нет вы только посмотрите, эта чистокровная британская выскочка заграбастала уже себе самых симпатичных парней на базе! — донеслось сзади, когда мы повернули в свой коридор, а женская стайка направлялась в противоположную сторону. — Ой, да не обращайте внимания, — досадливо поморщилась я, потирая правый глаз, — громко лает, да не кусает. Раздражают такие люди. Хабалка деревенская. — Вижу вы с первого взгляда друг друга поняли, — хихикнул Фрэнк, — а почему она решила, что ты британка? — Потому что я люблю чай с молоком и преподала ей небольшой урок по основам этикета, когда она весьма невежливо себя повела в столовой, — пожала я плечами, — а вы-таки гиде слишали за мой акцент? У меня же вот эта штучка, — я продемонстрировала диск переводчика, вытянув артефакт за цепочку из-за ворота рубашки. Парни дружно засмеялись, поняв, что имелось ввиду. — Пока не научусь по-английски понятно изъясняться, он будет за толмача работать. Ну, если вы понимаете португальский или русский… — Нет, только испанский, немного латынь, — покачал головой Фрэнк. — Родной и матерный, — хмыкнул в ответ Майкл, — так что придется тебе изучать наш язык, никуда не денешься. — Я знаю русский, но не очень хорошо понимаю его логику, — неожиданно заявил немногословный Томиан, — он довольно сложный. — Не поверишь, даже россиянам он кажется сложным, иногда приходится в словарь смотреть, чтобы освежить память и понять, как правильно пишется то или иное слово, — засмеялась я в ответ. — Так ты русская? — Неа, я из России, а это многонациональная страна. Родилась и выросла во Владивостоке, потом переехала в Самару. Объехала полмира, в основном Европу. Потом случилось, то что случилось. Это если коротко. — Мы дошли до моей комнаты, — ладно ребят, спокойного вам дня, то есть сиесты. — Ага, и тебе тоже, — сказал Фрэнк, остальные парни покивали мне в ответ с улыбками и направились дальше по коридору. — А она ничего, миленькая, — заметил Майкл, обращаясь к своим друзьям. — Немногословная и шумных людей не любит, — хмыкнул в ответ Фрэнк, — а вам как она? — По характеру она — вода. Спокойная и невозмутимая, — кивнул Кристиан, — неудивительно, что ее сюда направили. Тут только стихийных обучают, иначе послали бы куда-нибудь на материк. И что-то еще в ней есть… странное. — Огненная вода. Ты где такое вообще видел? — справедливо заметил Фрэнк, задрав правую бровь. — Это же абсолютно несовместимые стихии. — Вот и я говорю — странная. Она будто вся состоит из противоречий. Абсолютно непредсказуемая личность, и это только на первый взгляд. К тому же она родом из России, а это совершенно другой образ мышления. — Многозначительно хмыкнул Томиан, который все это время наблюдал за девушкой и в беседе не участвовал. — В общем, этот год обещает стать совсем нескучным, — заключил Фрэнк.

***

С утра у нас была физическая подготовка. С рассветом чары побудки подбросили меня в кровати, пришлось ползти умываться и одеваться. Крепкий мужик с кибернетическим протезом-артефактом вместо правой ноги просто погнал нас наматывать круги вокруг спортивной площадки. После быстро позавтракали и направились в сторону здания, которое на первый взгляд ничем не отличалось от других. Однако внутри зал был оформлен в стиле японского додзё, стены украшали образчики самурайских доспехов, вышитые панно с батальными сценами. У стены располагались стойки с разнообразным колюще-режущим оружием. Посреди зала раскинулись татами, вдоль одной из стен лежали в видимом беспорядке плоские подушки для сидения. Навстречу нам вышел сравнительно невысокий молодой мужчина азиатской внешности, возраст которого смутно угадывался по выражению темных пронзительных глаз. Черные волосы собраны в высокий хвост, одет в традиционную одежду, на ногах сандалии, на первый взгляд жутко неудобные, поверх каких-то обмоток. Смерив нестройный ряд замерших перед ним новобранцев, тяжело вздохнул, и начал свою неспешную речь. — Мое имя - Итто Такэмура. Я являюсь Мастером меча, и в мою задачу входит обучить вас искусству владения холодным оружием. Многие из вас, что стоят передо мной сейчас, не пройдут отбор. Поэтому готовьтесь к заведомому поражению. Я беру в ученики лишь тех, кто проявляет определенную предрасположенность. Остальные могут рассчитывать только на ежедневную тренировку общего профиля, которая заявлена в вашей программе обучения, через год мы с вами распрощаемся окончательно. Перед вами стенд с тренировочным оружием. Для некоторых из вас оно может оказаться тем, что будет сопровождать всю оставшуюся жизнь в том или ином виде. Будь это руническое оружие, артефактное, либо высокочастотное. Прислушайтесь к своему сердцу, призовите на помощь свою стихийную магию, пусть она поможет сделать верный выбор, — сказав это, сенсэй отступил в сторону, изящно поведя рукой в сторону стоек, внимательно наблюдая за нами. Кто-то сразу ломанулся ко столам со всевозможными ножиками и булавами, а кто-то как я неспеша и не торопясь подкрадывался к условно опасному оружию, что хищно поблёскивало лезвиями в свете магических светильников. Самой себе я напоминала пресловутую белочку, которую запустили на ореховый склад… и вот он! Самый шикарный орех! Издав писк этой самой белочки, я сняла со стойки красивую нагинату, затем мой взгляд упал на катану… черные ножны, окованные серебром, черно-белая оплетка, не помню как она называется, стоит с достоинством самурая на специальной подставке. Проходя мимо стола с ножиками-режиками, взглядом безошибочно выцепила танто. Итак, в охапке у меня оказалась нагината, в левой руке танто, а в правой — катана. — Ты зачем катану схватила, если изначально выбрала нагинату? В целом, учитывая твое телосложение, это оружие идеально тебе подходит. Ты изящная и подвижная, нагината позволит тебе держать противника на расстоянии, — поинтересовался Итто, глаза его искрились весельем. — Ну-уу… — К слову, техники боя с нагинатой и катаной отличаются. Придется тебе сосредоточиться на чем-то одном, а не распыляться на изучение двух совершенно непохожих техник. — Лия, ты просто руки отпусти и то что не вывалится, то и останется, — посоветовал Фрэнк, откровенно веселясь, сам он выбрал себе одноручный прямой меч, кажется это клеймор, в пару к нему взял длинную дагу. Итто ловко подхватил выпавшую нагинату, и тихо посмеиваясь, направился к стойке, чтобы вернуть оружие на место. Большинство выбрало европейское оружие, исключив всякую экзотику, вроде индийского меча-ленты. — Итак, катану как свое исконное оружие, выбрали всего трое из вас. Неожиданно, я думал таких будет больше. Что ж, а теперь мы приступим к разминочной тренировке. Без оружия. Пока я не буду уверен в том, что вы достаточно физически готовы к владению им, вам предстоит оттачивать свои навыки, приучая свое тело к дисциплине. Потом мы пошли на занятие по выживанию в дикой природе, где нас ознакомили со всевозможными наборами рационов, пообещав в ближайшую неделю вылазку за пределы лагеря с целью ознакомления. — Через несколько месяцев большинство из вас, кто умудрится не вылететь на итоговом испытании, смогут отличить опасное растение от съедобного, при этом не став кормом для местной флоры-фауны, и дожить до прибытия команды эвакуации. — «Обрадовал» нас суровый инструктор, недобро усмехнувшись. Полуподземное помещение для занятий зельеварения внушало с первого взгляда некий трепет перед таинством кипящего котла, преобразования веществ, данное искусство всегда было окружено ореолом некоего таинства, понятное далеко не каждому. Аудитория разделялась на несколько секторов. Слева у входа располагались ряды столов по типу школьных парт со стульями, вдоль стены тянулись полки с темными фолиантами на множестве языков, перед партами невысокая кафедра и грифельная доска. Дальше находились столы с каменными столешницами, оборудованные всем необходимым для создания зелий, включая стоящий посреди рунического защитного контура котел. Над каждым столом располагалась вытяжка. В лабораторной зоне можно было заметить висящие на стене и стоящие на полу шкафчики с непрозрачными дверцами из закаленного стекла. За кафедрой находилась невозмутимая женщина средних лет, терпеливо дожидаясь пока все рассядутся. — Достали предметы для записи и внимательно слушаем меня. В первый месяц мы сосредоточимся на изучении таблиц совместимости минеральных, растительных и животного происхождения ингредиентов. Затем перейдем к созданию самых ходовых зелий первой необходимости. Итоговые экзамены покажут у кого из вас наличествует склонность к данному искусству. Возможно, первые же занятия дадут вам представление о зельеварении, тем самым избавив меня о необходимости тратить на бездарности свое драгоценное время. Сегодня вы запишите основные положения техники безопасности. — Тихое контральто степенно разливалось по аудитории и ни у кого из присутствующих не возникло желания перебить преподавателя. Вскоре по бумаге, пергаменту заскрипели перья и зашуршали ручки, что у кого было. Видимо вводные занятия были призваны выявить среди новобранцев тех, кто имел представление о предметах и кто, так же как и я, только вот недавно узнал о мире магии. Те, кто окончил Ильвермони сюда направляли лишь в том случае, если у мага наблюдалась определенная стихийная направленность. После обеда наша не очень дружная толпа разделилась. Группа плохо говорящих на английском числом в пять человек направилась на урок правописания и литературы, который вела молодая девушка в компании немногословного ассистента. — Ну как ты? Живая? — поинтересовался Кристиан, когда мы направлялись к своему корпусу. — Вроде да, — сонно моргнула я. После физподготовки и ужина меня тянуло в сон. Но нужно дотопать до корпуса, выполнявшего функцию библиотеки, чтобы почитать про совместимость ингредиентов, плюс эссе по литературе нужно написать. Причем по-английски. На уроке нас заставили снять переводчики и нимфоподобная девушка разговаривала с аудиторией исключительно на английском. Как оказалось, сие неземное создание — мастер по малицифистике. Обнаружилось это опытным путем, когда один из парней словил от нее легкий сглаз. — Я же совец, совун… сова короче. Ненавижу рано вставать, ненавижу английский, ненавижу этого препода… всех преподов, кроме сенсея Такэмуры. Хочу кого-нибудь убить и шоколадку. — А шоколадку зачем? — Так… стресс заесть. — Пончик будешь? — Майкл протянул мне выпечку, с сочувственной улыбкой. Мое красное яблоко перекочевало в его руки в обмен на пончик, — с шоколадной глазурью и начинкой. — Тоже вариант. Ночером скушаю, спасибо. — Что за ночер такой? — Это вечер, плавно перетекающий в ночь, когда посыпается ночной дожор и человек, одержимый им, идет шарить по холодильнику в поисках чего бы пожрать. — Пояснила я с улыбкой парням. Спустя минуту мы все вместе смеялись над этой очень жизненной ситуацией, вызывая недовольные взгляды со стороны оглядывающихся на нас девушек, что шли чуть дальше.