Туманными тропами

Месяц спустя. Наконец мы дождались первого практического занятия зельеварения. Каждый разместился за отдельным столом, места хватало. — Рецепт на доске, с пояснениями и дополнениями согласно новейшим достижениям в этой науке. — Проговорила преподаватель, взмахнув палочкой в сторону грифельной доски. — Сегодня вы научитесь готовить себе рябиновый отвар. Сравнительно простое зелье, относящееся к перечню средств первой необходимости. Оно довольно эффективно, если вы ранены и вам необходимо быстро заживить поверхностное ранение мягких тканей. В полевых условиях создавать аналог буквально на коленке вы научитесь на следующих занятиях. Ингредиенты в том шкафу. Преодолевая брезгливость, натянув на руки перчатки, я с горем пополам приготовила сносного уровня варево. — Неплохо… не идеально, конечно же, — прокомментировала мои старания Клементина, внимательно осмотрев то, что получилось в котле. — Вижу, вы не очень довольны своей работой. И вам в целом не нравится сам предмет. — Если бы зельеварение исключало всякие склизкости и потроха, я бы еще смирилась с этим, — отмывая под проточной водой заляпанные перчатки, высказалась я, — но органика… просто гадость. Можно же найти аналоги в растительном мире и минералы со схожими свойствами. — Можно, — с едва заметной улыбкой кивнула наш преподаватель. — За это время вы успешно показали, что способны удержать в своей голове хоть какую-то информацию, а также проявили удивительное упорство в освоении преподаваемых мною знаний, успешно сдав теоретический тест. На следующем занятии вы сможете в полной мере проявить себя. Замените в зелье ингредиенты животного происхождения, подобрав минеральные, либо растительные аналоги со сходными свойствами и действием. Я не ожидаю, что у вас все получится с первого раза. Возможно, что-то взорвется, но учитывая защиту аудитории, думаю это здание все же устоит, и никто не пострадает. Моим спарринг-партнером по фехтованию как-то незаметно стал немногословный и спокойный Томиан, один из тех, кто выбрал катану своим оружием. Ему идеально подошла техника иайдо, в то время как мастер Такэмура упорно обучал меня технике ягю синкагэ-рю, правда название этой техники я узнала гораздо позже, включая ката из кен-дзюцу. Благодаря Томиану я перенимала его технику боя, вплетая наиболее понравившиеся приемы и ката в свою технику. На что сенсей ругался, фыркал, но в конце концов решив, что все равно меня не переупрямить, помогал в освоении особо сложных для меня приемов, объясняя, что и где я делаю неправильно. Было много неудач, психов, криков и визгов, неисчислимое число проигрышей в поединках. Сенсей одно время считал, что я вообще брошу изучение своей техники, ибо мне банально не хватало выдержки и терпения. Сказывалось влияние огненной стихии, что не самым лучшим образом отразилось на моем характере. Уж слишком я вспыльчивая для водника равно как и отходчивая, при этом у меня присутствует так же и некоторая мстительность, хладнокровие водников. Прямо как в том изречении «я не злопамятная, просто у меня память хорошая» я не упускаю случая напомнить, припомнить обидчику когда и сколько раз он мне любимую мозольку отдавил, после закономерного вопроса «за что?». Разве я виновата, что у некоторых память как у золотой рыбки? Фехтование давалось мне очень тяжело, с болью, потом и кровью, превозмоганием и перебарыванием своей природы. Только некое упрямство, желание доказать себе, что я смогу добиться нужного результата, не дало мне махнуть на все рукой и оставить это боевое искусство на уровне вспомогательного, по принципу того же айкидо. Выручали так же техники медитаций, которыми со мной углубленно занимался Итто. Иногда мне казалось, что он намеренно меня провоцирует, преподавая в своем стиле, вылепляя из податливого материала нечто только одному ему ведомое. Мои способности как огневика ограничивались только возможностью разжечь костер почти из ничего, даже под дождем или зажечь огонек на ладони, еще можно было создать огненные шарики размером с голубиное яйцо. Над костром создавался купол воды, капли дождя стекали по этому куполу, не заливая огонь. А вот вода отзывалась гораздо охотнее, с этой стихией у меня оказалось куда большее сродство. С помощью водной стихии можно извлечь из крови яд, исцелить внутренние повреждения, которые не поддаются лечению заклинанием, когда требуется оказать срочную помощь раненому. Ведь человек на девяносто пять процентов состоит из воды. Наши целители упорно продолжают сманивать меня к себе, напирая на то, что с таким даром не следует тратить свое время на боевые техники. Но я пока сама не знаю, куда дальше хочу развиваться. Мне нравится слушать пение клинка и преодолевать очередной вызов моей выдержке, выносливости и терпению. Нравится экспериментировать с ингредиентами, создавая нечто неповторимое, новое, мои зелья даже получили признание Мастера. Клементина уже опубликовала статью в «Вестнике зельевара», где указала меня как автора за своим соавторством. К тому же соблазнял романтический образ шпиона-разведчика-ниндзя, что действует из тени, уничтожая опасных существ и людей, которые потеряли всякое понятие о человечности. Хотя наш психолог, составляя психологический портрет каждого из нас, при приватной беседе заявила, что не видит меня в роли ликвидатора. Слишком уж у меня характер… бунтарский со склонностью к анархизму. А эти люди — элита МАКУСА, своего рода спецназ, задача которого обеспечивать безопасность человечества, не больше и не меньше. Они беспрекословно выполняют любые приказы командующего, без вопросов и иных интерпретаций, вольнодумство среди них не приветствуется. Но и чистого целителя из меня выпестовать не удастся. Нет у меня стремления всем помогать и исцелять. Для этого нужен особый склад характера, целительство - Дар, зачастую родовой. Если необходимо вылечить раненого — без проблем, кого-то наскоро залатать, выявить заковыристое проклятье и вырвать из рук смерти очередную душу — да, я смогу. Но не более того. Будь я чистым водником с примесью стихии воздуха или земли, тогда возможно что-то и получилось бы. Но земля во время ритуала посвящения в стихии оказалась глуха к моей магии, воздух оказался отзывчивее, слабее воды и огня. Как мне сказали, это очень редкое сочетание, особенно для женщин, противостихии редко мирно уживаются друг с другом, в то время как у меня — почти полная гармония. Поэтому резкие перепады в настроении для меня — нормально. Сегодня я хочу все сжечь и всех убить, завтра меня никто и ничто не может вывести из себя, а спустя еще час я посылаю всех на хрен и ухожу медитировать куда-нибудь подальше. Жить с таким человеком нелегко, это родители могут подтвердить со всей уверенностью и мой бывший. Полная неопределенность и непредсказуемость, все равно что жить у вулкана на берегу моря. Когда непонятно то ли тебя сожгут, то ли утопят. И еще неизвестно что на самом деле хуже.

***

Несколько месяцев спустя. Когда я возвращалась на базу после утренней медитации, на встречу мне вышел чем-то встревоженный Фрэнк. — Привет, из лагеря Ликвидаторов доставили пострадавшего. Традиционными методами — зельями и заклинаниями на месте ему не смогли помочь. Старшие сейчас проводят ритуал его исцеления. Идем. На операционном столе, представляющий собой монолитную каменную плиту с рунными письменами в центре схемы лежал полуобнаженный погруженный в сон мужчина. Знакомые целители: двое мужчин и женщина стояли у его головы и в изножье. — Здравствуй, Лия. Иди сюда, — позвала меня целительница, указав на место рядом с собой. Именно она обучала меня целительству в свободное время при помощи водной стихии. Рея — высокая стройная женщина приятной внешности, темно-каштановые волосы она коротко остригла в солдатском стиле. Невозмутимая личность, по слухам считается одной из сильнейших магов крови мира. Была сослана в данный лагерь чтобы учить стихийников справляться со своими демонами, совмещая роль целителя и психолога. За что неизвестно, а информации в открытом доступе о ней не было. На запрос в библиотеке мне выдали тоненькую папочку — краткую выжимку из ее личного дела. — Нам удалось запереть проклятие в правой руке. Сейчас в твою задачу входит уничтожить либо извлечь это проклятие. Ты ведь помнишь, что кровь — это та же вода, только насыщенная минералами. — Самое худшее, что может случиться — парень лишится руки и получит новую, — проговорил Уильям, продолжая подпитывать напарника магией, который сдерживал странную черноту в руке пациента. Она словно живое существо двигалась по венам, да еще эта темнота клубилась в сантиметре от кожи, как жидкий дым. И эта гадость сопротивлялась, когда я подключилась к процессу, цеплялась за энергоканалы, когда целители отрезали тонкие щупальца, помогая мне извлечь нечто. Казалось бы, ничего сложного, вот только борьба велась на уровне тонких тел, и маги сейчас серьезно выкладывались, целительница же подстраховывала меня. Когда я вывалилась из операционной, залитая по уши зельями восстановления, меня не отпускало ощущение, что для той же Реи уничтожение этого паразита-проклятия — дело нескольких минут. В столовой все так же было шумно и людно. Выбрала легкий салат, ризотто, нагрузила тарелочку нарезанными фруктами и направилась к давно облюбованному столу. Так уж повелось за эти месяцы, что во время приема пищи я оставалась в гордом одиночестве. Я не сторонница компании за столом — последствие детства, которое прошло в большой семье. Сначала все было хорошо, папе выдали трехкомнатную квартиру, у меня была своя, личная комната, у родителей тоже. Потом из деревни приехала мамина сестра со своими двумя разнополыми спиногрызами и кузину подселили на мою территорию. У-у какие бои велись лишь за право поиграть моими Барби, которые тихонько пылились себе на полочке, ибо в двенадцать нормальные девочки в куклы уже не играют. Надо ли говорить, что атмосфера за столом была не самая лучшая, так что я приобрела привычку уходить есть в детскую, а когда кузены попытались мне подражать, их довольно быстро приструнили собственные родители. Попытки меня построить тети и дяди не увенчались успехом, родители на все упреки родственников кивали на подростковый период. Папа постоянно выступал на моей стороне и на заявление «разбаловали», у него всегда находился адекватный ответ. В общем те люди, которые утверждают, будто большая семья — благо, не верьте, ничего подобного. Каждый человек — закоренелый индивидуалист и собственник, как бы не пытались данную особенность искоренить пропагандой, воспитанием и прочими психологическими уловками. — Привет, — на стул напротив меня приземлился Фрэнк, чему-то радостно улыбаясь, — ты в курсе, что несколько человек из нашей группы уже вылетели с фехтования? Сенсей отказался их дальше обучать, ибо бесполезно. Не знаешь куда тебя дальше определят? — Меня перетягивают целители и боевые маги-стихийники. Мастер по боевой магии прибывает на днях, смотреть на претендентов в Ликвидаторы будет. Но если честно, я не вижу себя в роли целителя. А как боевой маг... Ну, я же полная посредственность, у меня нет никаких выдающихся способностей, кроме метаморфизма. — Ну да, посредственность, — с усмешкой проговорил, усаживаясь рядом с другом Кристиан, — лучше тебя фехтует только Томиан, а твою логику приготовления зелий никто не может понять, кроме нашего прекрасного и гениального зельевара. Целители спят и видят тебя в своих рядах. Будущий маг Крови. А, ну и ты единственная из нас, кто может принять любой облик. Ничего не забыл? — Забыл, — Майкл тоже с напитком присоединился к нам за столом, не желая пропустить все самое интересное, — Лия — самая симпатичная, нет, самая красивая девушка на базе. Вот! — О чем сплетничаем? — поинтересовался Томиан, — опять о девушках? Так вот, подкину вам новую сплетню — наша громкоголосая валькирия выбыла из сетки состязаний не только по фехтованию, а все из-за создания конфликтных ситуаций. Ее к боевикам уже определили, слишком склочный и взрывной характер. — И чего она вечно ко мне цепляется? — досадливо поморщилась я, — я человек неконфликтный, спокойный, не моя вина, что в некоторых дисциплинах, кроме ножевого и рукопашного боя она еще большая посредственность, чем я. — Твоя невозмутимость ее бесит, — заметил Майкл заразительно улыбаясь, — спокойная-спокойная, а потом раз — и она снова глотает пыль. — К тому же ты ее постоянно игнорируешь, — хмыкнул Фрэнк, весело прищурившись, — это здорово понижает ее популярность в группе, она же претендует на роль лидера. — Лидер из нее как их говна пуля, — фыркнула я в ответ, невозмутимо попивая чаек. — Недостаточно быть самой горластой обезьяной в стае, тут еще и соображать что-то надо. Она хороша в боевке, но тактика хромает на обе ноги, я уж молчу о стратегии и планировании. — Н-да первый командный бой и такой провал, — нахмурившись, заметил Томиан, болезненно воспринимавший каждый проигрыш, — мы продержались только благодаря хитрости и смекалке, а не реальным боевым навыкам. — Безумству храбрых — венки со скидкой. Томиан, некоторые из нас впервые с магией взаимодействуют, нас даже боевым заклинаниям далеко не сразу начали обучать. То, что мы вышли в полуфинал — большая удача. — Стихийники рулят, — подмигнул мне наш воздушник Майкл. Эта стихия ему охотно откликалась, гораздо сильнее, чем огонь. Томиан — земля и слабенько вода, отсюда его невозмутимость и спокойствие. Но и гнев его может быть довольно разрушителен. Чистых огневиков, среди новобранцев не было вообще. Это еще большая редкость, чем чистый воздух или вода. Вторая по редкости стихия — вода, поскольку любой водный маг по умолчанию по мере развития мог стать магом Крови. Их еще со времен Инквизиции старались уничтожать во многих странах Европы, не глядя на возраст и пол. Небольшой анклав магов Крови сохранился здесь, плюс еще сколько-то по миру существует. Практика магии крови запрещена почти по всему миру, во всяком случае официально. Речь шла о недавнем преодолении полосы препятствий, которую создали для нас наставники.

***

Нас с самого утра после обычной пробежки и разминки выстроили на площадке. — Для вас выстроили полосу препятствий. Сегодня каждый из вас продемонстрирует все, чему успел обучиться здесь. Считайте это прохождение возможностью заслужить дополнительные баллы заключительного испытания. Вы вольны разбиться на группы, либо действовать в одиночку. Никаких правил, все действуют против всех. Допускаются все методы выведения из стоя, кроме прямого убийства и нанесения тяжелых травм. Дополнительные баллы получат те, кто на своих двоих дойдет до финиша. После чего нам позволили переодеться и запустили развлекаться на полосу препятствия, что оказалась неподалеку от самой базы в джунглях. Особо опасных существ там не было, как и растений, но и того что обнаружилось по мере прохождения новичкам в нашем лице было более чем достаточно. Отдельные личности умудрились покалечиться на ровном месте, к счастью маги более живучие твари, чем обычные люди и их довольно быстро эвакуировали при помощи простеньких порт-ключей. Поэтому максимум что нам грозило — пару дней проваляться в госпитале, заливаясь по уши противными зельями. Как-то само собой получилось так, что я с четырьмя парнями образовали слаженную группу по выносу противников порт-ключом в госпиталь. Ну а вишенкой на торте было мое перевоплощение в одну из девушек группы противника. Она была редким представителем земного стихийника, что превосходно взаимодействовала с растительным миром. Посовещавшись перед выходом, мы решили выносить друлю первой, как только обнаружим. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы выследить ее и отделить от отряда. Ох и намучались мы с ней. Обезвредить ее удалось лишь тогда, когда меня и Майкла она загнала в топкую местность. Воздух и вода охладили пыл любительницы растительных тентаклей, Томиан окончательно вывел ее из строя, послав оглушающее в грудь. На разборе прохождения полосы препятствий через несколько дней, когда всех пострадавших наконец выпустили строгие целители, инструктор поинтересовался почему я выбрала для перевоплощения именно тихоню-друлю, а не лидера их группы. — Вы провели неплохую операцию по отделению противника от группы и выведению ее из строя, с последующей заменой данного лица на своего агента, проявив удивительную слаженность в действиях. Признайтесь, вы еще до прохождения полосы решили кто из новобранцев может представлять наибольшую опасность в тех условиях, что доминировали на местности. — Да, сэр, — сдержанно кивнул Томиан, покосившись на нас. — Я впечатлен. Редко кто из новеньких способен сформировать цельную боевую группу. Каждый из вас по-отдельности — довольно посредственный маг в плане практики применения своей стихии. Но действуя слаженно, как единое целое, вы смогли вырваться вперед, окунув других мордой в грязь, мы едва успевали принимать пострадавших от вашего произвола. «Повезло» лишь нескольким счастливчикам, что умудрились не столкнуться ни с одной из боевых групп, действуя поодиночке и прошли полосу относительно тихо, не ввязываясь в драки. От них пострадали уже те существа, что мы понатыкали на полосе. Курсант Стоун! Почему вы выбрали для преображения именно курсанта Ниман? — Эта друидша, друля настоящая лиса, которая лишь внешне этакая кавайная лапочка. На деле — она самая сильная в своей группе, любительница хентая, блин. Вот уж никогда не думала, что обычные растения могут быть настолько опасны, — высказалась я, сложив руки на груди, вспомнив сколько сил мне пришлось приложить, чтобы не получить от оживших корней и лиан, пока мы с Майклом не заморозили их к чертям. На что эта личность азиатской наружности захихикала в ладошку, лучась от довольства, впервые получив заслуженное признание и одобрение своих способностей, — к тому же мы почти одного роста, одинакового телосложения. На нее так называемые «подруги» не обращали внимания, значит проще при помощи ее внешности вывести из строя всю группу. — Хм, а почему вы не заменили курсанта Петтерс? С ее помощью было бы куда проще завести группу в ловушку. — Слишком громкая и шумная, — досадливо поморщилась я. — Эй! — Да тебя только вперед строя пускать по типу марш-марш на фарш! В стиле викингов с топором на перевес. Следопыт и разведчик из тебя никакой, за километр слышно. К тому же, сэр, тогда бы изменился центр тяжести, — кивнула я на рослую валькирию, которая гневно раздувала ноздри, прожигая меня взглядом. — Что привело бы к проблемам с координацией движений, это вызвало бы подозрения. Она выше меня на голову. — Вполне разумно. По мере обучения этот недостаток нивелируется, опытному метаморфу не составит труда перевоплотиться даже в качка ростом под два метра. — Одобрительно кивнул инструктор.