Туманными тропами

Утром мы проснулись в клубке из тел, кое-как распутавшись, выползли из палатки, разобрав оружие, обулись. У каменного очага сидела женщина, пахло свежим кофе и чем-то, что жарила она на сковороде с кусочками мяса. Увидев путешественников, она торопливо заговорила, пришлось надевать переводчики. — Доброго рассвета, вам странники. Я приготовила для вас еду, по просьбе старейшины. Лираш скоро к вам вернется. — Спасибо, — кивнул Кристиан. Вытащив из сумок приборы, прочные миски, кружки, мы расселись вокруг очага на постеленные циновки. — Ой, от этого кофе у меня сразу мозги прочистились, — сказала я, пригубив крепкий напиток, женщина разложила по мискам вкусно пахнущее специями приготовленное блюдо. Кажется, это называется булгур с бараниной. — А где кошечка? — раздался рядом обиженный и разочарованный голосок девочки лет семи, которая прибежала в компании друзей сразу после завтрака. — Какая еще кошечка? — сделав непонимающее лицо, сказала я, с аппетитом наворачивая кашку с мясом. — Кошечка еще спит, — хихикнул, покосившись на меня Фрэнк. — Аа-а… — расстроенная ребятня удалилась. На десерт мы извлекли из припасов финиковые лепешки и угостили ими женщину, которая накормила нас завтраком. После возвращения проводника, сложили палатку и закинув за спины сумки с припасами, вышли из лагеря, провожаемые кочевниками и держащимися на почтительном расстоянии собаками. За прошедший дневной переход мы делали три привала на два-три часа. Привычка самый пик дня пережидать во сне, которую привили нам на островной базе по подготовке стихийных магов, осталась с нами до сих пор. Да, долгое проживание в субтропическом климате накладывает свой отпечаток на характер и распорядок дня. У меня даже в Британии день начинался с рассветом, затем завтрак, снова медитации, потом библиотека, обед и священный дневной сон. Близнецы, перешедшие на европейский режим дня первый год в Хогвартсе регулярно получали выговор и неуд за пропущенные за время сиесты предметы. Правда они быстро набирали баллы для своих факультетов, до минуса следующего дня. Мне кажется ушедшая на заслуженный отдых МакГонагалл выдохнула с облегчением, поняв, что ей больше не придется бороться с очередными своевольными близнецами. Так что пришлось проводнику подстраиваться под наш режим. Ночной переход ничем не отличался от дневного. Та же пустыня, над головой нереально яркие незнакомые созвездия, все же это другой мир. Древнее схождение частично сплавило оба мира, наложив карты друг на друга, создавая для путешественников и картографов изрядную путаницу, поскольку те территории, что ушли под воду в мире людей здесь частично или полностью уцелели и наоборот. Лираш по ходу продвижения учил нас особому шагу пустынников, нога при этом не отрывалась от поверхности, а как бы скользила вперед при следующем шаге. Так мы вызывали куда меньшие колебания поверхности, проводник сообщил, что мы приближаемся к территории обитания маленькой колонии песчаных червей. Сюда их завезли из Сахары, когда эта пустыня только начала зарождаться. По легендам именно песчаные черви перерабатывая биомассу, вырабатывают песок и были созданы они древними химерологами как раз с целью опустынивания когда-то плодородных земель во время междоусобных войн и ради геноцида слишком борзых людей. Запертые подземными реками и озерами в небольшом секторе, червячки с голодухи начали жрать друг друга, пока популяция не сократилась до десятка измельчавших до пяти метров тварей ползучих. Что не уменьшало их опасности для всего живого на поверхности. Чем ближе к сердцу пустыни тем веселее, а где-то там блуждающий оазис джиннов, который завлекает путников в свои сладкие сети. По рассказам проводника оттуда никто никогда не возвращался. Казалось бы, эта пустыня относительно Сахары не очень большая, однако не стоит забывать о том, что мы находимся в магическом мире. А здесь время и само пространство ведут себя так, как хочется магическим потокам, пролегающим под поверхностью земли. Путников вводят в заблуждение миражи, следы в песке то и дело исчезают, и ты можешь нарезать круги несколько часов вокруг одного приметного куста верблюжьей колючки, не подозревая об этом. Еще можно провалиться случайно в давно забытый пространственный карман, набрести на заброшенное святилище позабытого смертными бога и случайно пробудить его стража. Так что получить «кусь» от песчаного червя — самое безобидное, что может случиться в этом веселом месте. В отличие от обычных людей нас не мучила жара, ветер с песком, поскольку рунная защита на одежде ограждала от этих неприятностей. Но несмотря на это пеший переход даже физически хорошо подготовленным магам, как мы, давался тяжело. Поэтому продвижение вперед было относительно медленным. На рассвете второго дня похода на горизонте справа остроглазый Томиан заметил пыльный вал надвигающейся бури. — Песчаная буря! Сильная! Нужно найти укрытие! — перекрикивая завывающие порывы ветра, сообщил Лираш, спешно заматывая нижнюю половину лица. Быстро сложили палатку и ненадолго призадумались. — Круглая? — поинтересовался Томиан, бросив взгляд через плечо, буравя взглядом будущую строительную площадку. — Нет, блин квадратная! — психанула я, ограждая на пару с Майком нас от ветра, что изо всех сил пытался сдуть нас с ног и засыпать песком. Лираш, глядя на беснующуюся вокруг нас стихию, начал тихо зачитывать молитву. Солнце очень быстро скрылось за пылевым заслоном. Где-то высоко в небе сверкали вспышки сухих разрядов молний без грома, из-за трения масс песка в пылевом облаке образовывались зоны статического электричества. Вскоре за нашими спинами образовалась уютная пещерка с круглым входом. Магия огня пропекла поверхность песка, чтобы ничего не сыпалось нам на головы сверху и не кусало за попы снизу, маг воздуха проветрил помещение, избавив его от остаточного жара. Вокруг воздушного щита уже намело бархан песка по колено. Все, можно потихоньку отступать внутрь, подождать, пока ребята выплавят в песке перед входом руны защиты от песка, ветра и зачем-то от воды, после чего выдохнуть и убрать воздушный щит. — Нафига от дождика цепочку вплавили? — поинтересовалась я, после того как мы расстелили туристические пенки и накидав подушки для сидения, с удобством устроились на земле. — В этой пустыне дожди идут реже чем в Сахаре. — Да я посмотрел на молнии и подумал — а вдруг? — задумчиво проговорил Томиан, глядя на бурю, что бушевала за пределами защиты. Вход убежища расположили по ветру, а не против него, так что можно было не опасаться, что нас с головой закопает песочком. Впрочем, даже в этом случае, мы сможем выбраться и не задохнемся. — Сомневаюсь, что… пойдет дождь, — Фрэнк с открытым ртом наблюдал как снаружи полил самый настоящий тропический ливень, превращая песок в месиво, — ребят… вы это видите? — Эмм… так вроде мы не в субтропиках, — Кристиан тоже был изумлен подобным природным явлением. Лираш, сидя у стены хмуро смотрел вдаль. — Это происки либо ваших врагов, либо джинов. Невозможно предсказать, когда и где появится их блуждающий оазис с городом, что поражает взор путника роскошными домами, прекрасными садами, сладкой водой многочисленных водопадов и ручьях. Джинии предстают в облике женщин из самых сладких грез любого мужа, завлекая усталых путешественников в хамам, где всячески ублажают их и угождают, угощая всевозможными яствами и вином. Только никто не возвращался из этого сладкого плена, все они сгинули бесследно. — Тогда откуда легенды пошли? — резонно возразила я, состроив скептичное выражение на лице, — если живым оттуда никто не возвращался? — Лия… сама посуди, кто в здравом уме согласился бы сбежать из такого рая? Толпы красивых женщин, бесплатная еда, вода и вино, — закатив глаза проговорил Майк с мечтательным выражением лица. — Ну не знаю… люди же променяли на знание райское наслаждение, — пожала плечами, в то время как парни принялись подшучивать над другом. — По-моему мнению долго жить в таком благолепии и не двинуться со скуки сможет далеко не каждый. — Я бы точно не смог, — хмыкнул Томиан, — а отдохнуть месяц или недельки две в таком режиме… почему бы и нет. — Глупцы! Джинны отравят ваш разум, погрузив его в сладкие грезы, а сами будут питаться вашими жизненными силами, пока от вас не останется лишь одна безжизненная оболочка! Вот почему их в свое время стремились стереть с лица этого мира! — обычно спокойный проводник в этот момент сам на себя был не похож. — Возможно, маги-отступники, что засели в сердце пустыни, смогли с ними договориться за соответствующую плату и теперь они служат им защитой от врагов. — Мда, догадываюсь чем могли эти уроды заплатить джиннам, — помрачнев, высказался Фрэнк. — Кажется, эта буря далеко не на пару часов затянется, может пока перекусим и вздремнем? — предложил Кристиан. — Да, темновато что-то стало… — Можно светлячка Люмоса повесить, — предложил, немного подумав Майк. — С бурей может прийти нечто, что с удовольствием заглянет к нам на огонек… пообедать, — язвительно отозвалась я, вытащив из поклажи свой спальник, собираясь устроить гнездышко. — Угадай, кто станет главным блюдом? — Отдыхайте, я скажу, когда буря утихнет. Вот только разбудил нас не проводник, а яркое солнце, которое каким-то немыслимым образом умудрилось засветить прямо в глаз с этой стороны круглого входа нашего уютного, сухого убежища. На первый взгляд песок снаружи кажется сухим. Растолкав парней, я быстро упаковала свои пожитки и надела перевязь с катаной. Первым наружу вышел Лираш, бдительным взором окинув пустыню, дал знак выползать и нам. Вход в наше убежище оказалось в основании бархана, что намела песчаная буря. — Хм, что-то не помню, чтобы рядом с нами находился оазис, когда прятались от бури. — Может не заметили… — почесала я в затылке, озадачившись. Проводник, впав в священный трепет, попятился, осеняя себя странным знаком. — Не ходите туда! Это тот самый оазис, где обитают джинны! Вы там сгинете как многие другие до вас! — Давай сделаем так. Мы оставим тебе припасы, усилим защиту и пойдем на разведку. А ты останешься здесь, — предложил Томиан, — если не вернемся к закату — вызывай подкрепление. Лия… давай, яви нам грешным свою мужскую красоту. — Если что сожру душу какого-нибудь оборзевшего джинна и сожгу город, — мрачно пообещала я, сосредоточившись, — что? Я же кто-то вроде полудемона. Кажется. По отношению к слабым магам у меня возникает именно это ощущение. — Жуть… — высказался Фрэнк, передернув плечами, с опаской покосившись на меня в облике Регула, когда я добродушно улыбнулась, продемонстрировав частокол острых зубов и внушительные верхние клыки. — Хорошо, буду ждать вас здесь, — кивнул проводник, поспешно скрываясь в убежище. — Иногда я завидую метаморфам, — с легкой завистью вздохнув, сказал Кристиан, — но только иногда. — Зато раз попробовав с метаморфом, очень долго не хочешь обычную женщину потом, — хихикнул в ответ Майк, вызвав крайне заинтересованные взгляды от нашей компании, — это было давно! И нет, ничего вам не расскажу! — густо покраснев, выпалил маг, отчего мы грохнули веселым смехом, что раскатился затухающим эхом по пустыне. — Кажется нас уже встречают, — кивнул Томиан, заметив вдали медленно приближающуюся процессию. — Давайте пойдем им навстречу, не стоит выдавать наше убежище, — предложил Фрэнк, посерьезнев и сосредоточенно нахмурился перед неизбежной встречей с непонятными джиннами. Как оказалось, встречающие состояли исключительно из женщин одна другой краше в традиционных для каких-нибудь гаремов нарядах. Головы покрывала полупрозрачная ткань, оставляя открытой только выразительные подведенные сурьмой темные глаза. Впрочем, легче было перечислить то, что было прикрыто, открывая взору мужчин гибкие талии, подтянутые животики и красивые лодыжки, украшенные цепочками. Одежда, выполненная из шелка и воздушных тканей украшена вышивкой из золота и драгоценными камнями, на запястьях золотые браслеты, шелковые пояса позвякивают монистами. «Интересно, им не тяжело всю эту мишуру каждый день на себе таскать. Наверняка эта красота вся весит около пяти-десяти кило. Или это парадные наряды?» — подумала я между делом, ловя на себе крайне заинтересованные взгляды. — Приветствую вас путники, я Рийи — глава города Нарашх, что был построен в этом прекрасном оазисе тысячи лет назад. — Певучим голосом проговорила та, что отличалась вычурной вышивкой на одежде с обилием драгоценных камней. Ее пояс украшал изогнутый кинжал с рукоятью из слоновой кости в богато украшенных золотых ножнах. Мы по очереди представились. Эта правительница обратила внимание на мое имя и некоторое время с подозрением вглядывалась в мое лицо. Свернув свою тьму и чуть ли не пинками уговорив ее спрятаться как можно глубже с наследием в обнимку, я невозмутимо приподняла бровь, нагло усмехаясь. Фыркнув, эта краса неземная вежливо попросила нас следовать за ними, пообещав отдых после долгого путешествия. — Скажите, а где все мужчины в этом городе? — поинтересовалась я, немногим опередив Томиана. Мы уже миновали главные ворота и теперь шли по красивым, чистым улочкам белокаменного города восточного типа, сошедшего словно с картинки. Ни соринки, ни грязинки, ни единого вылетевшего стеклышка нет в прекрасных нереально ярких мозаиках, что украшали стены домов. — Давным-давно наши мужчину ушли на войну. И не вернулись, — с печалью в голосе ответила Рийи. — С тех пор мы живем без них. — И детей нет? — резонно заметил Фрэнк, — или вы как великие странники Дану почти бессмертны? — Наш город был зачарован в древние времена. Магический источник дает нам долголетие, — терпеливо пояснила женщина, — но из-за особенностей древнего ритуала у нас больше не рождаются мальчики. Отсюда возникает проблема разбавления крови. Которая решается за счет отдыхающих в нашем городе путешественников. — Она подарила нам слегка смущенную улыбку, — прошу вас быть терпеливыми к девушкам. Многие из них не знали мужских ласк, либо были лишены их очень долгое время. Вот ваши покои. Нам предоставили в распоряжение роскошные хоромы во дворце, куда нас проводили встречающие. Выйдя на полукруглый мраморный балкон, я залюбовалась открывшимся видом. Вокруг большого многоярусного фонтана раскинулся ухоженный парк, причем видимых работников увидеть не удалось. Прямые улочки радиально расходились от дворца, формируя кварталы, растекались площадями с журчащими фонтанами. А где-то там, за высокими стенами раскинулась бесплодная пустыня. — Тут спальня огромная. И там только одна кровать, точнее ложе, на него вертолет сажать можно! — это вернулся после разведки своего сектора Фрэнк. — Ну подумаешь. Спать опять вместе будем, первый раз что ли, — равнодушно пожал плечами Томиан, устроившись на подушке у миниатюрного фонтанчика, собираясь помедитировать. Я решила присоединиться к нему. — Вот бы по городу погулять. — Спросим позже эту правительницу, может проведут для нас экскурсию. Наверняка она целую программу уже составила. Будем вести себя как приличные гости, — предложил Кристиан, расположившись на аттаманке, богато украшенной вышивкой. — Эй, самурай, ты куда тьму свою дел? Я ее вообще не чувствую, — вдруг поинтересовался расслаблено сидящий среди подушек на диване Майк. — Заныкал, нечего раньше времени светить своей… особенностью, — хмыкнула я в ответ, не открывая глаз. Ладони расслабленно лежат на саи, над ухом умиротворяюще журчит вода, за распахнутым окном чирикают птички, легкий ветерок обдувает лицо, едва заметно колыхая волосы. Магия здесь ощущалась довольно странная, но ничего подозрительного я пока не заметила. — А мы ведь сегодня почти ничего еще не ели, — грустно сказал Фрэнк, его живот подтвердил слова своего хозяина громким звуком, больше походившим на утробные завывания голодного кита. — Интересно, когда у них обед? — Наши самураи могут не питаться несколько дней, — с усмешкой в голосе заметил Кристиан. — Никакой дисциплины у твоей бренной оболочки нет, Фрэнки. — Сейчас нет никакой необходимости в этом, Крис, — резонно заметил Майк, — вот и расслабились. — «Регул», — мысленно обратился ко мне по связи Томиан. — «Чего?» — «Ты ничего не забыл? Я не вижу кое-чего у тебя… под прикрытием штанов. Мне кажется это будет несколько подозрительно, если в хамаме не обнаружится одной немаловажной детали организма для мужчины. А на евнуха ты ну уж никак не смахиваешь». — «Это еще почему?» — «У тебя щетина, что подразумевает наличие тестостерона, плюс развитая мускулатура. Евнухи же… более женственные и у них не растут волосы на лице». — «Да что б вас всех Хапсиэль отлюбил! Все, сделал, глянь как по пропорциям». — Великовато… вот, в самый раз, — кивнул Томиан, снова погружаясь в медитацию. — «Что за Хапсиэль такой?» Я в ответ ехидно усмехнувшись, отослала образ из известного анимэ. Томиан впечатлился, пожелал, чтобы такой брутальный самец его не любил ни в каком виде, порадовавшись между делом, что это вымышленный персонаж. — «Ну как сказать, может и не совсем вымышленный. Схему призыва этой сущности я не знаю». — «Вот и хорошо!» Нашу медитацию прервали появившиеся одетые в полупрозрачные одежды девушки, что внесли блюда с яствами, фруктами, десертами и кувшинами с вином. Посреди помещения словно сам собой возник овальный низкий стол, за которым предполагалось как римским патрициям есть лежа на аттаманках, что располагались вокруг него. Рябчики или иные птицы, запеченные в медовой корочке и другая дичь, центр композиции представлял собой запеченный палин, блюдо украшало роскошное опахало. Пришлось открывать глаза и присоединиться к трапезе. Да и пахло ну очень завлекательно. Мыть руки предполагалось в чашах с розовой водой и обтирать о влажные теплые полотенца. — А мы это все съедим? — обозрев гору съестного с сомнением поинтересовалась я, аккуратно отламывая от птахи на своей тарелке заднюю ножку с хрустящей кожицей. Родовые амулеты не выявили ничего опасного в еде, но не стоило ослаблять бдительности. — Нет конечно… надеюсь хозяева не обидятся, — сказал Кристиан, улыбнувшись севшей рядом с ним девушке с весьма привлекательными формами и миловидной внешностью. — Я сам есть могу, не трогай мое мясо! — фыркнула я, прижав уши к голове, схватившись за края своей тарелки, когда подсевшая девушка попыталась проявить заботу и покормить меня с рук. — Милая… этот парень очень не любит компанию, когда ест. Регул — хищник, и любую заботу расценивает как угрозу и попытку забрать у него вкуснятину, — со смешком обратился к огорченной девушке Фрэнк. — Я маленький что ли? — проворчала я в ответ, агрессивно вгрызаясь в крылышко дичи, перемалывая косточки крепкими зубами, — не надо в меня ничего пихать, когда я жую! Сам все возьму… — сердито посмотрела на сунувшую под нос сочный кусок с грудки павлина девушку, которая не оставляла попыток мне угодить. Более старшая девушка посоветовала смущенной юной подруге налить мне вина в кубок и не трогать голодного мужика лишний раз. Мудрая женщина… спасибо тебе. В ответ на благодарный взгляд она одарила меня ласковой улыбкой. К слову, местные девы выглядели вполне по-человечески, представляя собой многообразие понятия арабской красоты, причем полненьких среди них не наблюдалось. Томиан очень вежливо и тактично отказался от помощи, выразительно при этом посмотрев на меня, а его соседка разве что язык не показала, такая довольная у нее мордашка была. Закатив глаза, я принялась ухаживать за доставшейся мне девушкой, налив ей вина и нагрузив тарелку нарезанной нежной грудкой, отчего она зарделась и попыталась отказаться от яств. — Все едят, и ты кушай, — отрезала я, приподняв бровь, — потом на тренировке жирок стрясешь. Я обычно так и делаю. Только переем, переварю, потом машу несколько часов катаной. — Как скажет господин, — мило пролепетала девушка и принялась тихонько ощипывать от мяса небольшие куски, запивая вином из кубка. — Меня Регул зовут… давай, пожалуйста, без господ и на ты. — Как скажешь… го… Регул. — Порозовев, ответила девушка, — ты, очень красивый му-мужчина. — Спасибо, — улыбнулась я, умиляясь этой невинной простоте. Судя по эмоциям она не играет, а в самом деле смущенна и испытывает вполне понятный страх перед здоровым мужиком, вроде меня. Ой… надеюсь ничего такого… Точнее от парней кое-чего они ожидают. Лично мне не хочется проходить через подобный опыт. — Можно, потрогать т-твои уши? Они такие необычные. — Нет, — я немного отодвинулась от девушки, ополоснула жирные руки, вытерла полотенцем и левитацией притянула пару гроздей винограда, очистив перед этим тарелку, — уфф… кажется я наелся, — спустя пять минут сказала я, ограничившись оставшимся в кубке почти нетронутым вином. — Но ты так мало поел. — Два или три этих… пташек. — Перепелов, — подсказала девушка. — Перепелов во вкусной обжарке, часть грудки павлина, немного подергал зажаренную кожицу с него же, виноград, плюс вино. Мы же утром ели немного, так что для меня это уже перебор, — перечислила я, с удовольствием смакуя вино, парни продолжали объедаться. И как в них столько влезает? Вон, Томиан тоже наелся и лениво цедит красное легкое вино. — Я привык к более скромным трапезам. Ваша кухня немного тяжеловата. — А что ты привык есть? — Морепродукты в основном, потому что живу в портовом городе, — пояснила я, не вдаваясь в географические подробности, — мой дом находится на берегу бухты, а вокруг только воды океана. — Я никогда не видела моря, только на картинах, наверное, это очень красиво? — мечтательно вздохнула девушка. — Да… красиво, — кивнула я, вспомнив пейзажи. — И довольно опасно. Магический мир вообще полон опасностей. Кроме штормов в океане опасность представляют множество существ, что легко могут заглотить человека целиком. — А в пустыне песчаные бури могут засыпать целый город, — задумчиво отозвалась девушка. — Но видел бы ты как расцветают пески во время весны! Она так скоротечна, что, уснув вечером и проснувшись утром, можно не найти больше тех цветов, которые радовали прошлым днем. — Вижу, что вы насытились, дорогие гости. Сейчас для вас подготовят хамам, — сказала появившаяся правительница, по хлопку ее ладоней остатки еды убрали, на столе остались освежающие напитки и блюда с фруктами. Моя собеседница упорхнула по знаку женщины, оставив на моей небритой щеке легкий поцелуй, отчего мои уши непроизвольно дернулись. — У него щетина колется! — громким шепотом сказала она, обращаясь к более старшей подруге. — Надеюсь, вам все понравилось, — улыбнулась правительница, когда девушки удалились из наших покоев. — Спасибо, все было очень вкусно, но много, — улыбнулась я в ответ. Ребята тоже поблагодарили гостеприимных хозяев за вкусный и сытный обед. — Желаю вам хорошо отдохнуть перед омовением, — с легким поклоном сказала женщина, после чего вышла. — У-у Регула ждет незабываемый вечер, — не удержался от подколки слегка захмелевший Фрэнк. — Иди в пень… Клипота, — хмуро пожелала я, наливая себе в бокал желтоватый напиток. Кажется, это называется щербет или шербет. Вина я выпила совсем немного, всего два кубка. По отношению ко всему съеденному — вообще ни о чем. Ко времени омовения весь хмель выветрился даже из этих пьянчуг, благодаря охлаждающему напитку. Нам принесли халаты для хамама, полотенца и тапочки, посоветовав оставить оружие в комнате. Обменявшись хмурыми взглядами с Томианом, мы со вздохом отстегнули катаны, установили их на подставки из вишневого дерева, на стол, извлеченные из сумок. — Регул… танто тоже оставь, вакидзаси и боевой нож с щиколотки отстегни, — со вздохом перечислял остроглазый Томиан, под осуждающими взглядами наших спутниц, — стой, — тут меня сзади потянули за пояс, — ханьфу из волос вытащи. Они напитаны ядом огнезуба, знаю, но ты одной своей магией этот город до основания сровнять можешь. Зачем они вообще тебе? — Так красиво же, — хмуро отозвалась я, вытаскивая из пучка на макушке заколки из двемерита, украшенные серебром, аккуратно положила рядом со своей внушительной кучкой оружия на чистую поверхность стола. — Ну что вы на меня так смотрите, ребят? — Самый сильный маг в нашей команде увешан оружием как не знаю кто, — закатив глаза, ответил за всех Кристиан. — Когда вернусь, все проверю… Это личные вещи с родовой защитой, не советую брать ничего в руки, — грозно посмотрев на девушек сказала я, прежде чем подхватив банные принадлежности, удалиться в спальню. — Регул, могу я… — Са-ам, — прорычала я, не оборачиваясь, выведенная из себя этой настойчивостью. Вот уж, не хватало еще позволять кому-то меня раздевать. — Что поделать, он иногда бывает грубоват, — извинился за мое поведение Майк перед моей спутницей. Томиан тоже предпочел переодеться в одиночестве. Все обмундирование расположилось в моей сумке, включая сапоги и перчатки без пальцев. Запахнув полы халата, я недовольно покосилась на повернувшегося ко мне лицом Томиана и затянула свой тканный кушак. — Расслабься… У тебя лицо такое, будто через минуту собираешься этот город по камушкам раскатывать. — Ладно, погнали… Надеюсь, у них тут спа-процедуры на таком же высоком уровне, как и кухня. Не расслабляйся и будь готов вытаскивать парней, возможно с боем. — Понял. Само собой, Регул. Кажется, только нас это наваждение не коснулось. — Не заметил никакого наваждения. Просто ребята слишком налегали на вино. Судя по всему оно молодое, наиболее коварное, тем более пили его на голодный желудок. — Ладно, идем, не будем наших прекрасных спутниц заставлять долго ждать, — коротко кивнул друг, слегка нахмурив брови. Хамам представлял собой обширное сухое помещение с каменными как они тут называются, назовем их ляукэ… полками-столами, что-то вроде большой сауны. Здесь предполагалось расслабляться и париться. Каменные столешницы накрыли полотнами, на которые предполагалось ложиться. — Вот зачем ты уговорил меня заколки оставить? Волосы теперь мешают, — ворчала я, убирая свои кудри в высокий хвост, резинка с запястья помогла стянуть все это дело в некое подобие пучка на макушке. — Регул всегда таскает с собой заколки, резинки, всякие ленты и зажимы… а подстричься не пробовал? — поинтересовался легший животом на полку Фрэнк. — И получится очень злобный кудрявый одуван, мечтающий всех убить, — сказала я, скинув халат, который подхватила моя спутница, легла на теплую поверхность полки, с удовольствием вытянув ноги, подложила руки под голову. Тепло, хорошо, но недостаточно жарко, конечно. Все же хамам — далеко не наша банька. — Тогда лучше оставайся милым грубоватым парнем, — пожелал Кристиан. — Регул, у тебя мышцы словно камень, — сказала девушка, которая налив на спину масло, принялась разминать ее своими маленькими ладошками, — можешь расслабить их? — Да я расслабился, — фыркнула я, устраиваясь поудобнее и стараясь ослабить привычный контроль над мышцами. Ладно, это всего лишь массаж. Главное не уснуть. Погрузившись в медитативное состояние, решила проверить состояние парней по нашей связи. Кое-кто уже медузкой расплылся. Не спать! Магия Крови очень хорошо бодрит и помогает быстрее переработать алкоголь. Правда, с определенными последствиями. Так что взбодрившиеся парни, смерив меня крайне подозрительными взглядами после определенных дел, вернулись на свои лежаки. Томиан тихо посмеивался со своего места, ощутив на себе бодрящую силу легкого тычка моей магией. Со спины умелые ручки перебрались со спины на ягодицы, затем к мышцам бедер и ног. Мда, спа-процедуры тут шикарные. Размяв мышцы, нас накрыли полотняными простынками, оставив отдыхать. После позвали в соседнее помещение. Там уже был общий бассейн, рядом находились бассейны поменьше. Наверное, там более прохладная вода. Обернув простынку вокруг бедер, последовала за остальными. — Регул, ну почему ты такой красивый, а? — посетовал вдруг закомплексовавший Фрэнк, когда, скинув на пол простыню, я аккуратно опустилась в теплую воду, и откинув голову на край неглубокого бассейна, расслаблено вытянулась в воде. — Какой уж есть, — лениво отозвалась я, прикрыв глаза. Вокруг стенок этого резервуара тянулся широкий бортик, на котором можно было с удобством сидеть. Мои волосы тут же захватила во власть своих ладошек моя спутница, распустив пучок на голове и принялась чем-то их умащивать, втирая в кожу головы вкусно пахнущее маслянистое средство. Под мой затылок она подложила валик из ткани. — Регул, я заметила, что у тебя очень непослушные волосы. Это средство поможет усмирить твои локоны. Они просто невероятно густые и красивые. Я таких никогда не видела. — Это родовая особенность, — хмыкнула я в ответ, — ни одно средство не справляется, так что я давно махнул на это рукой. Но если ты говоришь, что поможет… то ладно. После ухода маслом волосы намылили и аккуратно смыли пену. — Ой только уши не трогай, — попросила я, почувствовав касание к чувствительной зоне моего тела. — Хорошо, — хитрым голосом ответила девушка. Пока я, бултыхая ногами в воде, тихонько балдела, за спиной раздалась странная возня, после последовал бултых тела девушки. — Нужно тебя обмыть, — сказала она с довольным видом, когда я уставилась на нее с недовольным видом. Парней рядом уже во всю намывали, к явному их удовольствию. — Я сам… — хмуро отозвалась я, собираясь забрать большую пенную губку из рук лукаво прищурившейся девушки, которая ловко отдернула руку от моей загребущей лапищи. Возмущенно фыркнув, развернулась к ней спиной, положив руки и голову на край бассейна, — ну раз ты так хочешь потереть мне спинку… давай, валяй. — Как же с тобой сложно, — вздохнула девушка. — Я у тебя первая, да? — Угу, — буркнула я в ответ, ни капли не соврав. — Ты у меня тоже… — раздалось у меня за спиной смущенное. И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Мелкая ладошка покусилась на нечто более чувствительное, чем мои неприкасаемые уши, которое оказывается независимо от меня пребывало в полной боевой готовности. От нахлынувших острых, непривычных ощущений у меня на краткий миг все перед глазами померкло. Ошарашенные маги, пришедшие в себя от истошного мява и всколыхнувший волны, увидели, как хрупкую девушку почти нежно оттолкнула магия воды от орущей мантикоры, которая с пеной на спине с диким мявом выкарабкалась из бассейна, после чего припустила с пробуксовкой прочь из хамама. — Вот это Регул дал, — тряхнул головой Кристиан, слегка нахмурившись. Ор брата по оружию словно выдернул его из странной дремы. Мантикора выскочила из хамама, отряхнулась от пены, мокрая шерсть на загривке и лбу привычно встопорщилась. Оглядевшись она поскакала к замеченным неподалеку открытым бассейнам, намереваясь утолить жажду. В бассейне обнаружились плещущиеся девушки, которые увидев странного зверя сначала испугались, но поняв, что он мирный, решили обсушить мокрую шерсть, поскольку зверь начал крупно дрожать. То, что это скорее нервная трясучка, они поняли не сразу. — Что же так напугало, такого красавца? — приговаривала девушка, обсушивая шерсть потоками теплого воздуха. Немного расслабившись, зверь растопырил крылья, чтобы посушили и там, подставлял живот. — Как называется этот… зверь? — кто-то раздобыл чесалки для кошек, пришлось их увеличить. Положив подушку, чтобы туда лег зверь, принялись вычесывать густую немного кудрявую блестящую шерсть в четыре руки, под нос ему сунули кусочки жареного перепела, которые он неохотно принял. — Это не зверь! Это маг, Регул! — запыхавшаяся девушка про себя порадовалась, что Регул не успел далеко убежать. — Ух, фух, мы гостей в хамаме купали. — И чем ты дорогая, Фиари его напугала, что он дрожал весь? — поинтересовалась одна из обнаженных девушек, почесывая лохматого мага за ухом в облике зверя, в то время как его расчесывали. — Эмм… да не пугала я его! Такого, пожалуй, даже шайхулудом не напугаешь — голыми руками порвет, — фыркнула в ответ Фиари, сложив руки на мокром лифе из шифона, натянутом на голое тело. — Вы что ему всю шерсть разлохматили? — Мы его причесали, не видишь? — возразила одна из сестер, указав на блестящую, лоснящуюся после масел шерсть. Устало вздохнув, огромный кот поднялся на лапы, незаметно превратившись в высокого загорелого мускулистого мужчину с длинными кудрявыми волосами чернее ночи. Подцепив с мраморного бортика полотенце, он обернул его вокруг бедер, после чего обернулся к ним лицом, вызвав общий вздох восхищения. — Я же говорил, что все перепробовал, моя лохматость — это родовая особенность, — откинув с лица кудри, с насмешливой улыбкой отозвался он, придерживая рукой края полотенца. — Твое имя Регул? — поинтересовалась одна из девушек, подавшись вперед. — Ну да, — смущенно зарозовев, ответил мужчина, — а что? — Регул, идем, ты так и не помылся, — потянула за собой Фиари с недовольным видом, ухватившись за широкую ладонь мужчины. Если бы Регул сам не желал сбежать от женского общества, она с места не смогла бы его сдвинуть. — Только не трогать за… всякое, ясно? — прорычал в ответ маг, шлепая за ней босиком по каменным плитам. — Хорошо.