Запись 9. Твоя история
28 июня 2025 г., 12:16
***Эндрю***
Следующая пара недель прошла без происшествий; Кай и Эндрю проводили почти все время вместе, разбираясь в устройстве их жилища. Как выяснилось, несмотря на привычку к более высоким технологиям, для Кай многие вещи, кажущиеся обыденными для Эндрю, были в новинку, с другой стороны, справедливо было и обратное. Они показывали друг другу что-то или вместе разбирались в какой-то проблеме. Постепенно рос список того, что невозможно было починить или заменить, но выбираться наружу на поиски никто еще не был готов. Несмотря на то, что она периодически демонстрировала свои странные способности, Кай казалась обычным человеком, и Эндрю чувствовал, как сильно девушка за него цепляется, хотя и старается не показывать этого, боясь отпугнуть или показаться навязчивой. Парень постепенно привыкал ко всему, понимая, что подобным был быт обитателей Марса до Смуты — природного катаклизма, почти уничтожившего местную цивилизацию немногим более ста лет назад. Синтет бесконечно препиралась с Селестой, но их спутнику окончательно стало понятно, что это давно сложившаяся динамика взаимодействия. О динамике своего взаимодействия с Кай Эндрю не думал, просто наслаждался моментом и непривычными эмоциями, которые получал. Он чувствовал, что ничего никому не должен и может быть там, где хочет, и ему рады просто потому, что он есть, и он здесь, ему необязательно доказывать свою полезность или стараться что-то заслужить — это действительно было тем, с чем он еще не сталкивался. «Свобода или любовь — это не то, что надо заслужить. Они уже принадлежат каждому человеку. Ты должен только защищать их и быть достойным». Кай сказала ему это в тот вечер, когда отдала его вещи, принесенные от рабовладельца. И Эндрю принял эти слова очень близко к сердцу. Хотя не обошлось и без того, чему объяснения не находилось: несмотря на всю свою открытость и то, что пару раз они делили еду, Кай никогда не пила с ним воду из одной посуды, даже если приходилось переться на другой конец комплекса за стаканом. Также каждый день она уходила в медотсек и подолгу сидела за мониторами, перебирая файлы, которые ей выдавала Селеста, и забирая анализатором кровь, казалось, что едва ли не литрами. БоИИ ничего не комментировала по этому поводу, только однажды сказав: «Есть вещи, которые ты хочешь, потому что это заложено в природе. С этим ничего нельзя сделать», и добавила, что эти поиски не связаны с его протезом. Парень решил просто немного подождать, надеясь, что оно прояснится само.***Эндрю***
Этим утром его разбудил настойчивый стук. Кай никогда не заходила без устного разрешения, даже если дверь была открыта. Эндрю продрал глаза и встал; стук повторился. — Что происходит? — спросил он сам у себя и направился к двери. Стоявшая у его порога девушка тут же схватила Эндрю за руку и увлекла в сторону медблока. — Тестовый образец готов, идем-идем-идем! Она ерзала от нетерпения, усаживая его на медицинский стол, а рядом лежала металлическая конструкция, увитая проводами, и несколько съемных серых панелей из пластика. Протез руки. Сонливость тут же сдуло, как рукой, и Эндрю внимательно наблюдал, как Кай носится по комнате, собирая зловещего вида инструменты и заряжая пистолет-инъектор. — Мне придется это разворошить, — сказала Кай, указывая на культю, — поэтому тебе потребуется обезболивающее. — Она подняла пистолет. — Готов? Мерчер кивнул и сморщился от резкого укола. Он чувствовал прикосновения ее пальцев и вторжение инструментов в плоть, но не чувствовал боли, с отстраненным интересом наблюдая, как Кай крепит основание конструкции к кости, залепляя все какой-то пастой. Селеста демонстрировала на экране схемы-подсказки и щебетала на непонятном языке, Кай изредка отвечала ей короткими звуками. Далее последовало вживление проводов. Несколько зажимов свисали с культи, перекрывая сосуды, от происходящего Эндрю начал немного плыть, но короткий поцелуй Кай, окативший его воспоминанием о том, что, как она понял, называлось «океан», и ощущением погружения в ледяную воду, вернул его к действительности. — Пошевели рукой, — выдала она приказным тоном, не сводя глаз с протеза. — Не думай о том, как оно работает, просто пошевели. Эндрю попытался сосредоточиться, но ничего не вышло. Кай нахмурилась и сделала движение, будто хочет отвесить ему оплеуху окровавленной ладонью, и вскрикнула, потому что механическая рука Эндрю поймала ее за запястье. Он сделал это рефлекторно. — Отлично, — Кай улыбнулась. — А теперь отпусти и дай мне закончить. Он разжал пальцы. — Отвернись, пожалуйста, — в ее голосе прозвучало смущение. — Зачем? — Это будет некрасиво, — девушка покачала головой. — Хотя… Как знаешь. Она сняла зажимы и положила ладони на открытую рану, удерживая кровь, а потом прикоснулась губами к плечу и резко глубоко вдохнула. Лаки увидел, как на глазах у него срастается плоть, облепливая вживленные провода и металл, а на левой руке Кай сквозь рукав начинает проступать кровь. Еще один вдох, и она отступила; ее левая рука повисла безвольной плетью. На место встал элемент картинки, и Эндрю понял, что стало с его синяками. — Что ты?.. — Не волнуйся, оно того стоило, — Кай сжала зубы и дернула шеей так, что раздался слышимый хруст. Ее левая рука сначала дернулась, потом, видимо, обрела силу, Кай пару раз сжала кулак и принялась оттирать остатки крови с протеза и бока Эндрю, потом поставила на место серые панели, закрывшие сустав и провода и приблизившие протез к форме нормальной руки. Она смотрела на него выжидающе. Эндрю слез со стола и вытянул перед собой руку, по ней пробежали сначала голубые искры, а после более уверенная белая молния заплясала на пальцах. Эндрю зачарованно смотрел на нее, едва не плача. — Постарайся не разрядиться в мои системы, электрический мальчик! — из динамиков раздался обеспокоенный голос Селесты. — Как ты меня назвала?! — Эндрю ощетинился и бросил непонимающий взгляд на Кай, закатившуюся смехом. — Ну все… Она признала тебя членом экипажа, теперь у тебя тоже есть милое домашнее прозвище, которое ты будешь ненавидеть, — пояснила Кай сквозь смех, вытирая выступившие слезы. — Селеста, ты убила всю эпичность момента. Ну заче-ем? ИИ ничего не ответила. Эндрю хмыкнул и продолжил улыбаться, вращая механической рукой. — Я чувствую себя новым человеком. Знаешь, не использовать техномантию сложнее, чем пользоваться ей, постоянно надо держать себя в кулаке… А теперь так спокойно стало… тепло. — Я же говорила, что оно того стоило, — Кай подмигнула и стянула с себя окровавленную рубашку, на плече не было ран, только красные пятна. — Я сейчас вернусь. Рыжая направилась в сторону душевых. Парень отправился следом, ему тоже нужно было ополоснуться и умыться. — То, что ты делаешь губами… — проговорил Эндрю, когда они закончили отмываться, — это похоже на какую-то магию. — Это гипертрофированная форма эмпатии. Я не знаю, почему оно завязано на поцелуе… Хотя могу предположить, потому что это работает, только если есть определенное встречное стремление, ну, или сильная симпатия с моей стороны, если ты без сознания, — девушка неловко улыбнулась. — Когда ты пускаешь меня в себя, тогда я могу это сделать… Но это крохи. Если бы ты был таким же, как я, мы могли бы обмениваться мыслями и чувствовать друг друга, — Кай нахмурилась и опустила глаза. — А что для этого нужно? — Есть пара способов, но это больно. Настолько, что ты представить себе не можешь. И… ты пока видел только хорошее. Когда увидишь все, тогда и решишь, надо тебе такое или нет. Он притянул Кай к себе, обняв за плечи, и поцеловал в висок. Ее слова сложились с тем, что сказал ИИ. — Благодаря тебе я вернул свои способности. Большего я и желать не мог. Я не знаю, что будет дальше, но угрозами болезненных манипуляций ты от меня точно не отделаешься. Кай хихикнула. — Мне кажется, рановато для клятв верности. — Определенно, еще только утро, — Эндрю рассмеялся. — Завтрак?***Эндрю***
Они сидели на кухне, допивая кофе. — Слушай, мне немного осточертела печатная еда. Мы можем выйти наружу и добыть кого-нибудь съедобного из местной фауны? Или они все ядовитые? Эндрю почесал затылок. — Ну, не все, но многие. Можно попробовать, у меня есть небольшой опыт, только надо найти какое-то оружие. — Ну, с этим проблем нет. — Я полагаю, среди твоих запасов есть небольшой арсенал? — Небольшой и достаточно узкоспециализированный, но есть, — Кай хищно ухмыльнулась. Эндрю вопросительно поднял бровь. Кай отставила кружку, зачем-то схватила тряпку и пошла в сторону рубки, поманив его пальцем. Там она открыла вход в грузовой отсек и протиснулась по узкому коридорчику, Эндрю направился следом. Почти весь отсек был пуст, только вдоль стены стояло друг на друге несколько ящиков черного цвета; у стены напротив находились округлые контейнеры с серебристой маркировкой. — Нам нужны эти, в тех запчасти, — она указала на черные. — Помоги мне поставить их в ряд, эти сволочи тяжелые. Ящиков было три, примерно сто сорок на сорок на шестьдесят сантиметров каждый; Кай открывала их по очереди, набирая код на замке, когда они ставили ящики у стены. — Код — это номер моей модели, тут не запутаешься. В первом ящике были мечи. Эндрю видел такое только на картинках. Смертоносные, заточенные полосы металла с богато изукрашенными рукоятями лежали в ряд, удерживаемые мягкими прокладками из черного материала. Во втором лежали кучей наваленные ножи, небольшие клинки с поперечным хватом, зловещего вида кастеты и еще какие-то небольшие матовые коробочки. В третьем оказалось четыре винтовки и два продолговатых предмета, завернутых в промасленную бумагу. Кай поймала заинтересованный взгляд Эндрю. — Можешь щупать что угодно, хотя, мне кажется, я знаю, что тебе понравится, — она подмигнула и встала на колени перед ящиком с винтовками, шелестя обертками, пока Эндрю выудил один из мечей, лишенный декоративных элементов, и взмахнул им на пробу. — Я слабо представляю, как этим драться. — Этим ты рубишь врагов в куски или калечишь, — равнодушно заметила Кай, вытирая то, что вытащила из бумажных свертков. — Что-то мне подсказывает - это тебе понравится больше. — Она поднялась, и в ее руках со щелчком разложился телескопический посох из темного до черноты металла. Кай протянула оружие удивленному техноманту. — Если повернуть рукоять в центре, то из концов выйдут лезвия. Там, откуда оно привезено, это называется глефа. Девушка достала второй посох, протерла его и разложила. — Вот, — она повернула рукоять, и со щелчком вышли два обоюдоострых лезвия длиной с ладонь. Ее посох оказался чуть короче и с золотистыми вставками, а металл - серым и матовым, но по конструкции оба посоха были полностью идентичны. Лаки смотрел на Кай, склонив голову набок. — Да ладно, еще скажи, что ты умеешь с ним обращаться. — Не то, чтобы мастерски, но немного умею, — синтет перехватила посох, картинно вставая в стойку. — Это оружие слабо подходит для охоты, но я определенно заинтригован перспективой спарринга, как только зайдет солнце. — Только без лезвий, иначе нас придется собирать по кускам. А для охоты у тебя есть я, — Кай снова одарила Эндрю хищной улыбкой, и сейчас он ясно увидел, как удлинились ее клыки. — Не делай так, — парень ткнул в нее пальцем, Кай улыбнулась мягче, и зубы ее снова стали нормальными. Они закрыли и составили обратно ящики, прихватив посохи и банку оружейной смазки. — Почему ты сказала, что мне понравится посох? — Я знаю, что это оружие техномантов, — Кай вздохнула, — и я знаю некоторую часть твоей истории, хотя и очень фрагментарно. — Как долго? — Эндрю явно был озадачен этим откровением. — На самом деле… — девушка помолчала, пока они не вышли в рубку. — На самом деле, я ее знала еще до того, как ты увидел свою звезду. Только тогда это была просто захватившая меня история о человеке, в котором я видела родственную душу. А потом я услышала твой голос в трансляции и чуть не сошла с ума от того, что мне выпал шанс тебя найти. — Ты можешь рассказать мне? — Эндрю пристально смотрел на Кай, которая сжимала в руках посох, судя по всему, борясь с чем-то внутри себя. Она замерла и вздохнула, подняв на него взгляд. — Я могу показать. Девушка поставила в сторону посох и указала ему на кресло пилота, а сама встала рядом, склонившись над панелью, быстро пробегая пальцами по кнопкам. Эндрю почти физически чувствовал ее волнение, как будто в воздухе разлилось электричество. Панели загорелись, экран ожил, Кай выбрала какой-то файл и запустила его, на экране высветилась надпись «Техномансер». — Я думаю, тебе лучше посмотреть это одному, фильм достаточно длинный. Потом скажешь, что думаешь, и я отвечу на все твои вопросы, хорошо? — Кай наклонилась к нему и поцеловала в макушку, затем вышла, закрыв за собой дверь.***Эндрю***
Эндрю проводил ее взглядом и с сомнением взглянул на экран. Его взору предстали виды Офира, столицы корпорации Изобилия, его родного города, из которого Эндрю продали торговцу после несчастного случая в Академии Ордена техномантов, куда он попал из Трущоб благодаря своему дару. — Вода — источник жизни, но здесь, на Марсе, вода — редкий ресурс, — начал голос за кадром. — Ресурс конфликтов, борьбы и смерти. С начала Смуты идут бесконечные войны и борьба за обладание чистой водой. Мы — забытые дети Земли, пойманные в этих красных пустошах. Здесь ад — это не концепция, а наша реальность… и реальность такова, что каждая капля на счету. Кадр сменился, на экране появилась группа пылевиков в набедренных повязках. Изуродованные, словно обожженные, искаженные мутанты жались в тени, спасаясь от солнца. Вот одного из них вытолкнули, он упал и зашелся беззвучным криком, корчась под беспощадными лучами. — Здесь те несчастные, что оставлены на поверхности, сжигаемой солнечной радиацией, вынуждены меняться и мутировать в неузнаваемых монстров. Снова виды города под огромным железным панцирем. Искусственные деревья, нерегулируемая застройка среди труб и технических секторов Трущоб сменяется чистыми улицами Делового района, памятники поселенцам соседствуют с огнями борделей. — Другие — те, кто остался под защитой массивных металлических куполов, — подчиняются водным корпорациям. Но в Трущобах жизнь человека стоит не больше, чем мутанта. Конечно, там, где отчаяние, есть и надежда. Некоторые начинают искать… и путешествовать от корпорации к корпорации, оставляя свои привязанности позади. У нас есть организация, структура и, конечно, у нас есть политики. Вот центральная улица, ведущая к Источнику. Эндрю помнил это место, чуть в сторону будут Врата техномантов — вход в часовню Ордена. — У нас есть народный Совет и далекий от нас Лозоходец, недосягаемая личность в «Изобилии». — Кадр сменился, показывая внутреннее убранство часовни, потом пролет в жилые корпуса. — И, наконец, есть мы. Элитные защитники людей, острие армии… Мои братья и сестры, которых объединяет один особый дар. Мы - техноманты. Камера проехалась вдоль сидящего на краю лавки молодого человека, крутящего меж ладоней молнию, и остановилась на изуродованном шрамами лице. Яркие зеленые глаза смотрели прямо в кадр, зачесанные, подстриженные под могавк рыжие волосы, прямой нос, пухлые губы, мощная челюсть и едва заметная ямочка на подбородке… Он знал это лицо. Это… он. Должно быть, так сейчас выглядел, он вырос… — Зак?! — Голос Эндрю предательски дрогнул, когда он произнес это имя вслух. Зак был его другом, лучшим… единственным другом в Академии. Он был уверен, что парень погиб, когда во время перегрузки Эндрю обрушил на тренировочный зал со студентами потолок часовни. Значит, он жив? Но… Эндрю потер лицо руками и продолжил смотреть; история развивалась быстро. Вот Зак прошел посвящение и стал магистром Ордена, его сделали лейтенантом армии и дали в подчинение двух солдат. Вот он носится по Офиру, выполняя приказы своего капитана и поручения верховного магистра Ордена. Вот он встречает его самого… только этот Эндрю старше, чем он сам сейчас, злее, полон желания отомстить за то, что его предали. Зак устраивает встречу с его старым наставником Конором, потом помогает торговцу из Ноктиса по имени Фиорелло, конфликтует с местной мафией, разбирается с повстанцами… Потом его объявляют вне закона, и Зак бежит с профессором Скоттом в Ноктис. Стоп! Скотт? Этот старый алкоголик еще жив? Эндрю помнил его, этот дедок с прибабахом был его домашним доктором, это он открыл в нем дар техномантии и привел их в Академию вместе с Захарией. Фильм рассказывал, как они встретились в Заком в Ноктисе, и Эндрю присоединился к его небольшому отряду. Как они встретились с Принцем торговцев, что делали для него. Как искали Маяк для связи с Землей, и как Зак стал великим магистром после смерти мастера Йена. Как погиб мастер Шон, наставник Захарии, а Эндрю сделался его правой рукой. В фильме было показано, как они уходили от тайной полиции «Изобилия», из-за которой Зак и вынужден был бежать. Как они отправились в Долину мутантов — тайное место, где мутировавшие люди, которых в корпорациях держали как скот, сбежав, строили собственный новый мир и дом своими руками. Как выяснилось, именно Скотт и его эксперименты с мутациями первых поселенцев и сделал из Эндрю и Зака техномантов, и что именно благодаря ему они не превратились в тупых мутантов-пылевиков и не сгинули в загоне. Но, спасая их, Скотт не сумел избавить от этой участи своего сына. Лаки смотрел, как одна за другой раскрываются тайны и заговоры, и как он постоянно сопровождает Захарию, помогая разобраться со всем этим. С ними был еще и Скотт, который собрал ему протез, более грубый, нежели тот, что изготовила Селеста, но это было первое, что они сделали, и он видел собственное счастливое лицо. С ними была Амелия, исследователь, водитель ровера, которая под дулом пистолета вывезла их из Офира, но осталась и помогала, поняв, что с ее корпорацией не все так гладко. Фобос — один из глав мутантов… Были другие, много… Эндрю видел, как они посещали старые купола поселенцев, искали информацию, а потом отправились на Южный магнитный полюс к маяку во льдах и там узнали, что Земли больше нет. Узнали, что это не про них забыли, а то, что Смута — чудовищный всепланетный катаклизм — была лишь отголоском чего-то еще более ужасного, что оставило на месте прародины человечества лишь кольцо астероидов. Эндрю видел, как он сам настаивает на том, чтоб Зак рассказал всем правду: и про гибель Земли, и про то, что техноманты тоже мутанты… Точно понимая, что это развяжет войны, но в длительной перспективе так будет лучше для всех. Голос Захарии произнес несколько последних слов на фоне закатных гор, и фильм закончился. Несколько минут Эндрю сидел, тупо глядя в погасший экран и пытаясь понять, что он только что посмотрел. — Селеста, у меня есть вопросы…
