Глава тридцатая
4 марта 2025 г., 03:08
Нил даже не думал над тем, чтобы лезть на заднее сидение и, когда Ваймак вынес предложение лечь сзади, лишь фыркнул. Ему не нравилось понимающие лицо Ваймака, хотя, очевидно, тот понятия не имел, что испытывает Нил. А ему не нужна была жалость, прикрытая в яркую обертку. Ему не нужно было, чтобы его жалели больше, чем сейчас, даже если это означало более комфортную поездку в машине. Может быть, он преувеличил свою способность игнорировать боль, когда сел вперед. Когда вес тела пропал с вывихнутой ноги, та лишь продолжала гореть памятью о боли, но ректальная боль стучащая в позвоночник была намного хуже.
Нил крепко зажмурился, со смехом фыркнув. Он терпел эту боль сотни раз, будучи ребенком, ездил часами из Балтимора в Западную Вирджинию, а потом несколько часов подряд тренировался с Воронами и даже умудрился отвлекать Рико и Кевина от следов на своем теле. Сейчас не могло быть хуже. Это было слабым утешением, особенно учитывая, что прошли годы с тех пор, как он ощущал это последний раз, но все же лучше чем ничего.
Нил ожидал, что они поедут обратно в полицейский участок, но вскоре начал узнавать окрестности. Тренер вез их в дом кузенов. Перспектива провести эту ночь в Колумбии вызывала отвращение, но выразить недовольство Нил не успел. На подъездной дорожке уже стоял автомобиль, который Эндрю, в отличие от Нила, узнал сразу.
— Би, — хмыкнул Эндрю, словно предвидел, что Нила заинтересует этот вопрос. — Зачем она здесь?
Ваймак что-то ответил, но Нил не вслушивался. Не должно было быть удивительным, что они пригласили психолога, но одна только идея видеться с ней после того, что произошло, вызвала у Нила дрожь позвонков.
— Забавно. — фыркнул Нил с кривой улыбкой.
— Даже не начинай, — отрезал Ваймак, паркуясь за незнакомым авто. — Ты же не рассчитывал всерьез, что сможешь долго это скрывать. Сегодня, правда, позвал ее не я, так что не смотри на меня так. Эбби ее пригласила, только сказала мне об этом, когда мы уже выехали.
— Всех вас ненавижу, — чересчур бодро сообщил Нил и вышел из машины.
Их прибытие не осталось незамеченным; они были еще на полпути к крыльцу, а входная дверь уже распахнулась. Мгновенно узнав в вышедшей на порог женщине Бетси Добсон, Нил встал как вкопанный, нехотя приближаться к ней. Эндрю тоже остановился и вскинул руку.
— Би. — просто сказал он за его спиной.
— Привет, Эндрю. Как добрались?
Нил физически ощутил взгляд Эндрю на себе, но тот быстро отвел его. Раздражение было слабым, чтобы он высказал Эндрю то, что думает об этой ситуации. Если блондин считал, что его день сделался паршивым из-за изнасилования, то он ошибался, что травмы Нила его касались.
Бетси перевела взгляд на Нила, словно могла читать мысли.
— Какое удачное совпадение! — фыркнул Нил. —Мы только что о вас вспоминали. Я сейчас немного занят, а вот Эндрю охотно с вами пообщается. Вы же в хороших отношениях, да? Я так и думал.
— Нет. — сказал Эндрю в обычной своей манере. — Все, что нам нужно, мы обсудим. А вот ты..
— Я в этом не уверен. — через плечо сверкнул улыбкой Нил, чтобы видеть Эндрю. — Иначе бы ты не считал, что твой день испорчен из-за меня. С Кевином ничего не случилось и он по прежнему принадлежит тебе. Не я. Где же твое чувство ответственности за своих птенцов?
Нил не собирался обвинять Эндрю в том, что Нил приехал сюда только ради подстраховки, а в итоге пострадал сам. Но, судя по лицу Эндрю, именно так он это и воспринял.
— А твое? — Нил недоуменно склонил голову набок, не понимая вопроса. — Ты не принадлежишь мне, но принадлежишь себе. Но вместо того, чтобы думать о своем состоянии, ты думаешь о моих людях.
Нил расхохотался и вытащил из кармана руку. Хотел сомкнуть ее на горле Эндрю, но собственная боль заставила его вспомнить об Эндрю. Он ткнул пальцем в грудь блондина, словно бы проверял, действительно ли он собирается говорить с реальным человеком, а не своей галюцинацией. Убедившись, что он в себе, Нил схватил Эндрю за ворот водолазки, недостаточно сильно, чтобы растянуть его, но достаточно, чтобы это послужило предупреждением. Боковым зрением Нил заметил, как дернулся Ваймак, но он знал, что тренеру хватит ума не вмешиваться. Пока Нил действительно не причинит Эндрю вреда, Ваймак позволит им разобраться между собой. Глядя Эндрю в глаза и понизив голос, чтобы его не услышали Ваймак и Бетси, Нил произнес:
— Ты грубо ошибаешься, если думаешь, что знаешь, что это. — Нил постучал указательным пальцем свободной руки по губам, растянутым в улыбке. — Ты ошибаешься, если думаешь, что врач, который выписал это, был просто человеком.
Нил дождался, когда Эндрю поймет, о чем он и, судя по тому, как нахмурилось его лицо, выводы ему не понравились.
— Как думаешь, много шансов принадлежать себе, когда тебя связывают по рукам и ногам? Или, когда тебя трахают, а ты не можешь даже сообразить, где ты?
Нил знал, что это был ход против правил, причем не только для Эндрю, но и для него самого. Блондин наклонился назад, ткань его ворота в руке Нила натянулась, словно бы он хотел отстраниться и не мог одновременно. Но Нил знал, что если бы Эндрю хотел, его хватка не стала бы преградой.
— Это было раньше. — глухо сказал Эндрю, словно это имело значение.
Но он так же был прав: это было много лет назад, но дело было не в том, как хорошо Нил помнил эту боль. Он вспомнил шершавую потрескавшуюся краску на батарее и как она натерла его запястья и щиколотку. На секунду боль от вывиха ему показалась натертыми между металлом и веревками мазолями.
И.. «Тебе это нравится, не так ли? Гребаная продажная шлюха, тебе нравилось, когда они брали тебя.»
Нет, дело было не в боли. И не в том, что Нил делал с ней. Дело было в том, что она делала с Нилом.
— Это, — Нил снова указал на свою улыбку. — Память. То, что сделано психотерапевтом не решается психологом.
Может быть, это был первый раз, когда Эндрю был близок к тому, чтобы выйти из себя. Содрогнувшись, он оттолкнул Нила и устремил свой взгляд ему в глаза. Нил знал это лицо: такое же выражение лица было у его матери, когда она, задыхаясь от внутреннего кровотечения, пыталась выбить из него обещания. В последние минуты своей жизни она отбросила маски и хотела, чтобы он сделал то же самое, но, вот незадача, это не была маска. Это был Нил, и он улыбался, широко и хищно, глядя в ее глаза, полные ужаса, и не испытывал ничего, кроме веселья. Почему же сейчас он должен был как-то перебороть эту клетку и перестать улыбаться? Может, и должен был, но мог ли? Он улыбался, глядя в равнодушное лицо Эндрю, который хотел видеть его боль.
И если Нил мог кричать, то не так, как хотел этого Эндрю или кто-то из них. "Всего-то ерунда, о которой можно забыть и жить дальше".
***
Ночь была кошмарной. Нил был рад, что ему не нужно было в душ, учитывая, что он только с больницы, но он чувствовал себя грязным в теплом помещении спальни. Аарона не было этой ночью в доме и Эндрю разрешил ему переночевать в его спальне. Нил, даже не рассматривая интерьера, упал на кровать лицом в подушку, надеясь, что уснет и задохнется. Запах другого человека и тень его присутствия были отвратительны. Нил открыл окно на распашку, зажег сигарету и оставил ее тлеть на подоконике, заполняя комнату новым воздухом и запахом дыма. Ему было плевать, что скажет Аарон по возвращению. Сейчас Нил лишь хотел избавиться от ощущения чужого тела, что преследовало его. Он проверил замок раз пять, сбросил с себя толстовку и штаны, оставаясь в нижнем белье, а затем проверил его еще раз. Паранойя делала ужасающие вещи, заставляя давиться страхом от гребаного стука веток и свиста ветра на улице. Но он не поднимался с пола, чтобы закрыть окно, прижимаясь спиной к бортику кровати. Нил поджал к себе колени, зажег еще одну сигарету, вдыхая дым и обхватил ноги, плотнее прижимая их к торсу. К черту боль. Она лучше, чем фантомные прикосновения. Холодный ветер гулял по его ребрам и ногам, посылая мурашки по телу, но это было приятно. Избавляло от горячих прикосновений Дрейка. Он потянулся к толстовке, вытаския телефон из кармана. Он прошвырнулся по списку контактов, но, конечно же, он не нашел тот, который нужен был ему. Он набрал номер, выученный на зубок в далеком детстве. Нил ни разу не звонил по нему и не знал, в чем была причина, почему он его еще не забыл. Может, просто потому, что хотел его помнить, но это было слишком просто. Он нажал на кнопку вызова, решив, что назад пути не было еще с тех пор, как он проснулся в больнице, а полиция преследовала его, чтобы он дал показания. И все равно, какая-то его часть надеялась, что он не возьмет трубку. Гудки прекратились еще до того, как его должны были перекинуть на автоответчик и вместе с этим запнулось и сердцебиение Нила. — Алло? — тихо сказал он, и этот звук растворился в тишине и сигаретном дыме, как самый хрупкий треск. — С кем я говорю? — голос мужчины был настороженым, но его акцент Нил мог бы узнать из тысячи. — Дядя, — медленно произнес Нил. — Это Абрам. Тишина в трубке моментально сгустила и воздух в спальне. Нилу показалось, что если бы окно не было открыто, он бы задохнулся. — Абрам, — Стюарт произнес это так же медленно, как и Нил, словно пытался поверить в это. — Господи, Абрам. — В Лондоне только пять утра, если не ошибаюсь. — запоздало осведомился Нил. — Плевать. Где ты сейчас? Что происходит? Нил хмыкнул и молчание снова затянулось. Он не знал, как сказать об этом Стюарту. Не знал, как сказать, что его сестра мертва, что она стала причиной, почему Нил сидит на тяжелых препаратах, что, в конце концов, его снова изнасиловали. — Я, кажется, схожу с ума. Если не сделал этого раньше. — он криво усмехнулся, снова затягиваясь. В этот раз дым в легких оставался утешающим воспоминанием. — Со мной столько дерьма произошло, ты бы знал.. — он произнес это едва слышно, выдавливая слова. Может быть, если бы этот разговор был вживую, Стюарт бы даже его не услышал. — Хэй, малыш. — Нил знал, что это не было утешением, но кто как ни Стюарт знал о нем больше всего? — Успокойся. Где ты сейчас? Я закажу билеты. — Я в Колумбии, временно. — Дождись меня. — попросил он, Нил расслышал шорох ткани и шаги. — Ты можешь рассказать, что произошло? Что с тобой? — Я.. меня, — дважды запнулся Нил. Произнести это вслух оказалось выше его. — Он был хуже, чем Джерри. Может быть, это было самым грубым из всего, что он мог сказать. Нил укусил ребро ладони до привкуса крови во рту, мгновенно пожалев о том, что рассказал. Ему нужно было дождаться Стюарта и тот бы сам все увидел. Признаться в боли означало признать свою слабость, даже если он уже сломался на звонок дяде. — Из всего, что ты мог сказать, ты выбрал Джерри. — пробормотал Стюарт. — Малыш, блять, мне так жаль. — Я здесь ненадолго. — это было все, что Нил сказал, прежде, чем сбросить звонок. Он тут же выключил телефон на случай, если Стюарт захочет узнать больше и перезвонит. Его голова коснулась постели, кожа неприятно загудела от прикосновения к ране, но Нил не обратил внимания. Он уставился в потолок, докуривая сигарету и даже не до конца понимая, когда уснул.***
Может быть, это было последствием дерьмового дня, а может утру и правда следовало быть таким тихим. Нил сомневался, что хоть кто-то в этом доме спал этой ночью, но он был уверен, что прошла всего пара часов с тех пор, как он вырубился. Затекшее тело не поспособствовало приглушению боли, когда он встал с пола. Окурок, который прошлой ночью потушился, судя по следам пепла, о его же ногу, он подобрал и выбросил в окно, а потом, наконец, закрыл его. Прежде чем выйти из спальни, Нил подобрал спортивный костюм с пола и надел его. В этот раз мягкая ткань была более приятна, чем вчера. Он спустился вниз, на этот раз расслышав стук шкафчика. Свет в кухне не горел, тускло светилась лишь люминесцентная лампа над плитой. Ваймак возился с кофеваркой. Тренер уже на ногах, значит, половина пятого точно есть. За месяц, проведенный на диване в квартире Ваймака, Нил выучил его распорядок. Судя по всему, чья-то смерть не была причиной этот распорядок нарушать. Ваймак засыпал молотые зерна в резервуар и включил кофеварку. Обернулся, увидел в дверях Нила. Тот ждал, что тренер прокомментирует его вчерашнее бегство, но Ваймак лишь спросил: — Поспал хоть немного? Нил не знал, во сколько вырубился, поэтому ответил: — Пару часов, наверное. — Если получится, поспи еще, — посоветовал Ваймак. — День будет долгим. Нужно, чтобы к приезду Уотерхауса вы все собрали мозги в кучу. — заметив вопросительный взгляд Нила, он пояснил: — Это адвокат Эндрю. Мы надеемся, что он возьмется вытащить Аарона, ему это раз плюнуть. «Это было даже лучше, чем обещал Рико.» Нил вздохнул, качая головой. Если этот мелкий ублюдок уже успел подкупить и копов, то никакой адвокат здесь не поможет. Нил не ждал от них никаких ясных выводов. Может быть, они могли бы пустить в дело воду и начать давить на то, что и Нил, и Эндрю молчат, не давая показаний, но, в конце концов, Дрейк мертв и все вышло явно не так, как хотел Рико. Может быть, только по этому ему стоит попросить Стюарта вытащить Аарона. Это было бы куда быстрее, чем расследование и менее нерво затратно. — У меня есть идея получше. — сказал он. — Ты дашь показания? Нил посмотрел на него, не будучи увереным, серьезно ли это он. Конечно, блять, нет. Может, он и не знал всех деталей, как работает система раследований, но он знал, что дачи показаний будет недостаточно. Они захотят сделать снимки повреждений, причем абсолютно всех. Его сдавливал страх от одной только перспективы раздеться перед копами до абсолютной беззащитности и позволить им фотографировать себя. Он мог бы представить, что пошел бы на это, чтобы вытащить Аарона, но только если бы игра была честной. Но, раз провокатором был Рико, Морияме не составило бы труда достать все эти снимки и вот тогда, это был бы кошмар всей его жизни похлеще других. С таким компроматом у Рико, это могло бы попасть куда угодно, начиная от прессы и заканчивая отцом. — Если бы они разули глаза и увидели, что было на кровати, его бы даже не пришлось арестовывать. Я не занимаюсь тем, что изначально бессмысленно. — Нил. — Я в порядке. Слова вырвались у него сами собой. Ваймак ничего не сказал, но его взгляд был красноречивее всяких слов. Нил замер, сверля глазами кофеварку. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем Ваймак отвернулся и налил в кружку кофе — напитка оказалось совсем мало. Взял кружку со стола и направился к выходу. Нил шагнул в коридор, пропуская тренера, но Ваймак остановился прямо перед ним. — Нил, — произнес он, — между нами говоря, ты никогда не был в порядке. Нил не нашелся с ответом, хотя слов тут и не требовалось. Ваймак, продолжая следовать обычному распорядку, вышел на утренний холод. Когда входная дверь за ним закрылась, Нил пошел в гостиную и уселся на диван, стараясь как можно меньше уделять внимания стреляющей боли в пояснице. Чем дольше он сидел, тем расплывчатее становились мысли — сказывалось утомление. Наконец он снова лег на бок и задремал. Чуть позже, услышав, как вернулся Ваймак, поднял голову, но тут же снова вырубился и проспал несколько часов. Его разбудили шаги на кухне и голос Эндрю. Начало разговора Нил пропустил, но по обрывкам понял, что Эндрю объясняет печальную ситуацию с завтраком (или уже обедом?): поскольку ночевать в Колумбии они не планировали, из съестного в доме имелись только молоко и какао, которые привезла Бетси. Нил поднялся и по обыкновению пошел к кофеварке, чтобы сделать себе кофе. Он не обратил внимания ни на Ваймака, ни на Эндрю, пока ждал и следил на льющемся потоком кофе в кружку. Вспомнил про время, достал телефон из кармана, а потом вспомнил и про то, что выключил его после звонка Стюарту. Не стал его включать и оставил на столешнице в том же выключенном состоянии. Вместе и с пониманием, что сейчас не меньше полудня, он понял и то, что не чувствует ломки. По расписанию, даже с учетом того, что на ночь он отказывался от дозы, первый его прием после пробуждения должен был быть районе от шести до восьми утра. Сейчас же все было иначе. — Что мне дали в больнице? — внезапно спросил Нил, моргая и поворачиваясь к Ваймаку. Тот посмотрел на него с вопросом: — Мне откуда знать? Я даже не говорил с твоим врачом. Это должны были сообщить тебе. — пробурчал Ваймак. — Ты же не хочешь сказать... Господи, Нил, скажи, что тебя выписали. Он пожал плечами, вернувшись взглядом к кофе. Должно быть, это было как раз из-за лекарств, которые ему ввели, пока он был без сознания. — Я сказал ему, что не останусь там. Мне дали лекарства и я ушел. — Тебе должны были дать выписку, прежде чем отпустить. — сообщил Эндрю, с едва поднятой бровью в удивлении. — Я не говорил, что меня отпускали. — он снова пожал плечами. — Боже, дай мне сил.. — возмутился Ваймак, потирая пальцами переносицу, словно вообще был верующим. — Мы вернемся в больницу после того, как уедут адвокаты. — Нет. — просто сказал Нил. — Да. — надавил Ваймак, зло уставившись на него. — Если ты не в том умственом состоянии, чтобы позаботиться о себе, то это сделаю я. От ответа Нила спас настойчивый стук в дверь. Слова Ваймак об адвокатах заставил Нила подумать, что это они, но потом он сообразил, что было слишком рано. Пульс в его висках подскочил, словно намеревался оставить синяки изнутри, на спине пробежали не то капли холодного пота, не то мурашки. — Что-то они рановато. — заметил Эндрю, словно прочитав его мысли. Нил рванул к двери, позабыв о кофе и опережая Ваймака, но тут же пожалев об этом. Пострадавшая нога, перманентно пульсирующая болью, просто напросто пригрозила ему еще одним вывихом, когда он наступил на нее слишком резко. Онемение в голеностопе стало невыносимым, чтобы удерживать его вес. Тренер тут же оказался рядом, чтобы подхватить его под локоть и вернуть шаткое положение стоя. Он отпустил Нила, когда убедился, что тот нашел себе опору в виде столешницы. Стук повторился в более настойчивой форме. — Стой здесь. — приказал он. Он не успел запротестовать, прежде чем Ваймак вышел. Краем глаза он заметил, как Эндрю роется в морозилке. Он достал пакет со льдом одновременно с тем, как тренер открыл входную дверь, и склонился к его ноге, чтобы немного размотать эластичный бинт и закрепить лед между его слоями. — Ты идиот. — коротко сказал блондин, но Нил слишком нервничал, чтобы ответить ему. Он не сводил взгляда с выхода в коридор. — Кто вы такой? — расслышал он голос Ваймака, слишком настороженый и слишком злой. Нил, кажется, забыл, как дышать. Прошло пять минут или час — он не знал, прежде чем на кухню вошли двое мужчин. Ваймак хмуро смотрел на то, как второй прячет телефон во внутреннем кармане светлого пиджака. Показывал звонок — догадался Нил. Стюарт Хэтфорд ничем не изменился за эти года. Может быть, стал шире в плечах и сбросил пару килограмм, но в остальном — все тот же. Его настороженый взгляд осмотрел кухню, после чего остановился на Ниле. Ваймак открыл рот, чтобы задать очевидный вопрос, но Нил опередил его: — Стюарт, — выдохнул он. — Ты и правда приехал. — А могло быть иначе? — хмыкнул он. Конечно, он не терял лица. — Выйдите. — сказал он, глядя на Ваймака. Он не видел лица Эндрю, но был уверен, что тот не доволен раскладом. — Дайте нам поговорить. Тренер сдался первый и вздохнул. Он выжидающе посмотрел на Эндрю за его спиной, и только потом блондин сдвинулся. — Я хочу услышать объяснения, что чужой мужик делает в моем доме. — сказал он на немецком, проходя мимо. — Хватит с меня незнакомцев. — фыркнул Нил, давая понять, что знает его. Это вполне устроило Эндрю для временного ответа. Когда дверь за ними захлопнулась, Нил снова посмотрел на Стюарта. — Это был немецкий? — Нил кивнул и Стюарт тут же потерял интерес к незнакомому языку. — Что с тобой сделали? — Все до смешного обыкновенно. — сказал Нил, вздыхая. Он облокотился поясницей на столешницу. На секунду он обрадовался, что ему не пришлось встречать Стюарта под наркотой. — Удар по голове и ножи. Даже обидно, что на одни и те же грабли. — Что я могу сделать с этим? — спросил он, подходя ближе. Стюарт не стал трогать его, хотя Нил знал, — ему до страшного хотелось обнять. Да и Нилу тоже, но он бы не выдержал этого после произошедшего. — Все, что мог, уже сделали. Аарона арестовали за убийство. Я не уверен, но, возможно, полиция подкуплена. Я не хочу отдавать компромат в его руки самостоятельно. Он замолчал и посмотрел на Стюарта. Он знал, что Хэтфорд правильно его поймет, пусть ему и нужно было время, чтобы сложить все пазлы из сбитого рассказа Нила. Прошло не больше трех минут, прежде чем он спросил: — Ты хочешь, чтобы я выкупил этого Аарона и замял дело? — Сомневаюсь, что СМИ обойдут это стороной. Но если бы Аарон вернулся, тренеру было бы спокойней, а меня не заставляли бы раздеваться перед копами. Стюарт скривился. — Хорошо, я подумаю, что с этим можно будет сделать. — согласился он. — Теперь ты расскажешь мне про остальное? Нил едва заметно улыбнулся: это было так нетипично, начинать диалог с убийства и изнасилования, а продолжать со знакомства, как не в чем не бывало. Но в этом и была их составляющая, как главы Хэтфордов и сына Веснински. — Я Нил Джостен, десятый номер команды-аутсайдера «Лисы». Ваймак — тренер. Я сижу на тяжелых препаратах, о которых ходят все возможные слухи во всей ассоциации экси из-за моей ломки на играх. — Ты не мог начать принимать. — справедливо заметил Стюарт, словно из всего, что мог начать творить Нил, это — было самым абсурдным. И, в принципе, так и было. Начни он кровавую карьеру, идя по стопам отца, было бы более ожидаемо, чем наркотики. — Ходил к психотерапевту, который был одним из твоих контактов. — Ирвин Раттер. — с сомнением вспомнил Стюарт. — Хороший специалист. «Так вот как его звали» — лишь подумал Нил. — Да.. — фыркнул он. — Если не говорить о влечении к мужчинам. Неважно. — прервал он раньше, чем заметил, что Стюарт даже не удивился этому. Интересно... — Конверсионная терапия. Он дождался, пока Стюарт поковыряется в памяти и найдет понятие этого значения. На его лицо легло сразу несколько теней, когда он нахмурился. Он сжал в руках столешницу барного островка, на который опирался. На миг Нил пожалел о том, что вывалил все вот так быстро и сразу, почти ничего не объясняя, но рассказывать подробности было выше его сил. — Мэри не понравилось, когда я отреагировал на то, что ко мне лезут не бегством. Она не знала о нем. — пояснил Нил. — Попросила его, чтобы он выписал мне что-то, что сделает меня менее... агрессивным. Хотела сделать меня не таким похожим на отца. — Это звучит как бред. — выдохнул Стюарт, за эти пару минут выглядя более утомленным, чем за несколько часов перелета. — Вся моя жизнь звучит как бред. — хмыкнул Нил. — Не говори так. — осведомился тот. — Не твоя вина, что ты родился среди ублюдков. Не твоя вина, что они окружают тебя по сей день. Их слишком много, наша семья тому самый яркий пример. — Тогда почему я страдаю? — вырвалось у него. — Я устал от этого. — Я знаю. — выдохнул мужчина. Он протянул руку к Нилу в приглашении. Отвращение Нила уступило место усталости и он прижался к Стюарту. Может быть, потом от этого ему будет хуже, но сейчас он не хотел притворятся. Стюарт был единственным, кто знал все его больные места, и Нил был не в силах поддерживать образы, зная, что тот не ударит по ним. — Иногда так хочется, чтобы это все было галлюцинацией. — признался он. — Постоянно хочется. — Если бы все это было галлюцинацией, реальность оказалась бы еще хуже. — справедливо заметил Стюарт, хотя, казалось бы, куда еще хуже? — Если бы смерть не означала долгие муки, я бы давно сдался ему. — с истерической забавой произнес Нил. — Как думаешь, если я попрошу его убить меня выстрелом в голову, он согласится? — Я убью его быстрее. — признался Стюарт. Нил отсранился, посмотрел на него снизу-вверх. — Убьешь? — прошептал он, спрашивая, а не уточняя. — Как только он выйдет из тюрьмы. — пообещал Хэтфорд таким же шепотом. От этого, казалось бы, стало легче дышать, даже если Нил знал, что это невозможно. Убив Натана, Стюарт бы развязал войну с Морияма. Но все-таки, может капельку, но Нилу стало легче от осознания, что он сделал бы это для него.
Примечания:
Тгк - https://t.me/mouettess
