A Moment of Eternity

***

— Уже?! Но мы так близко, я буквально чувствую это своим нутром! Где твой дух авантюризма? — Ты чувствуешь усталость, Чжи Цюн, — сказал Путешественник с невозмутимым выражением лица, если бы не намек на разочарование, пронизавший его слова. — А что насчет этого ноющего, пульсирующего ощущения в костях? — продолжил он, — Это не волнение или предвкушение, это твои конечности просят и умоляют тебя сделать перерыв, прежде чем они сделают это сами. Чжицюн выглядела как щенок, которого ударил хозяин, ее голова была опущена, она понимала, что никакие ее слова не изменят мнение Путешественника. Обращение к Райден также не дало результатов, поскольку Архонт под прикрытием была в восторге от того, что он проявил некоторую чувствительность. — Садись, — скомандовал он, еще раз напоминая Райден о взаимоотношениях между хозяином и его питомцем. Это заставило ее вспомнить о сиба-ину, и она решила спросить Путешественника, могут ли они оставить одного из них у себя дома. Их выходки были забавными, как и выходки новичка-авантюриста, и она скучала по их компании на протяжении веков своего уединения. Чжи Цюн села, все время дуясь на Путешественника. — Эй, будь паинькой и помоги мне нарезать овощи. Пока Райдена вспоминал, Путешественник уже установил свою переносную плиту. Теперь она знала, что лучше не пробовать свои силы в настоящей готовке, но немного прикладной помощи было вполне в ее силах. Ей достаточно было считать овощи своим врагом, а нож своим лезвием, все остальное просто дело техники. — Далее грибы… Как только он протянул ей грибы, Райдена понял, что что-то не так. Даже она могла отличить обычный мацутакэ от какого-то странного, красочного, звездообразного и, вероятно, психоделического гриба. Путешественник подмигнул, и Райден ничего не сказала, продолжая нарезать грибы тонкими, идеальными ломтиками. Полчаса спустя восхитительный аромат наполнил воздух, заменив влажный, мускусный запах глубин пещеры чем-то более соблазнительным. — Это… шашлык из курицы и грибов?! Появилась Паймон, привлеченная запахом приготовленной еды, у нее уже потекли слюнки. — Конечно, Паймон. Вот, на этом твое имя. Ты тоже, Чжи Цюн, и ты тоже, Эй. Вручив каждому по вертелу, они все приступили к трапезе, наслаждаясь простым, но вкусным блюдом. — Может быть, в конце концов, это была не такая уж плохая идея, — сказала Чжи Цюн, наслаждаясь едой, — Я не ел так вкусно с тех пор… Она замолчала, опустив веки, ее губы изо всех сил пытались сформулировать правильные слова, а затем внезапно упала навзничь, оставаясь молчаливой и неподвижной. — А? Чжи Цюн, просыпайся! Чжи Цюн! Паймон в панике парила над бессознательной искательницей приключений и драматично размахивала вертелом. — Я предполагаю, что ты все это спланировал, Итэр? — спокойно спросила Райден. — Она фактически собиралась убить себя, — ответил он, — Ненавижу просить тебя об этом, но не могла бы ты отнести ее обратно в лагерь? Я буду с тобой через минуту, в этом месте есть что-то странное… Мне нужно быстро осмотреться. Райден нахмурилась. Она также почувствовала что-то таинственное и темное, не говоря уже о чем-то древнем, даже старше, чем даже она сама. Что бы это ни было, от этого тонкие волосы на ее шее встали дыбом, и меньше всего ей хотелось оставить Путешественника один на один с тем, что скрывалось в Пропасти. — Со мной все будет в порядке, я обещаю.

***

— Кажется, ты ничему не учишься… — Дайнслейф? — Каждый раз, когда мы встречаемся, на тебе остается след бога. На этот раз ее вонь почти невыносима. Итэр прищурился, вдалеке маячил жуткий перевернутый город, почти забытый. Его последняя встреча с загадочным человеком закончилась внезапно. Дайнслейф исчез вместе со его сестрой, оставив ему еще больше вопросов, чем раньше. — Не говори о ней так. Выражение лица Дайнслейфа стало напряженным, и он, казалось, быстро сообразил, на его лице отразилась смесь жалости, разочарования и даже презрения. — Вмешательство в наши дела таких, как они, закончится только горем и погибелью. — Ты не прав. Пока они обменивались словами, Паймон парила рядом, ее голова металась между ними взад и вперед. С каждой секундой ее глаза расширялись, и она нервно ерзала в воздухе, умиротворяюще размахивая руками. — Вот как? — спросил Дайнслейф, приближаясь к нему, гравий хрустел под его ботинками, — Интересно, что скажет Вельзевул, когда узнает, что твоя сестра — Принцесса Бездны, возглавляющая тех самых людей, ответственных за смерть Баал. Итэр застыл, ужасный, пробирающий до костей холод окутал каждый дюйм его тела. — Я-я что-нибудь придумаю. Впрочем, даже он сам согласился с тем, что это прозвучало до ужаса неубедительно… К счастью, Паймон наконец нашла в себе смелость высказаться, и как раз вовремя, поскольку их собиралась встретить нежеланная компания. Несколько рыцарей в доспехах двинулись в их сторону, каждый шаг сопровождался резким металлическим звоном, и Итэр в ответ обнажил клинок, по лезвию потрескивала молния. Он докажет, что Дайнслейф неправ, даже если бы это было последнее, что он когда-либо сделал.

***

Он вернулся, и раньше, чем она ожидала. Райден должна была быть счастлива и даже испытывать облегчение, но Итэр был человеком, что противоречил практически любой логике. Ее опасения подтвердились, когда он взглянул на нее и вздрогнул, и хотя страх исчез так же быстро, как и появился, она уловила проблеск его опечаленного, испуганного взгляда. Не помогло и то, что Паймон выглядела опустошенной, и Райден немедленно прижалась к нему, поклявшись никогда больше не оставлять своего возлюбленного без присмотра, независимо от обстоятельств. Он помахал рукой, когда приблизился последний отряд авантюристов, каждый из которых занял место вокруг костра. — Как Чжи Цюн?» — О, с ней все в порядке. Только немного злится. Все искатели приключений рассмеялись, когда Чжи Цюн подкрался к Страннику сзади и наклонился, чтобы угрожающе прошептать ему на ухо. — Справедливо, достаточно справедливо! — сказал Путешественник, посмеиваясь, как только избавился от страха, — Надеюсь, ты понимаешь, почему я сделал то, что сделал. — Я вырубилась на три часа и проснулась с сильной головной болью. — Но ты все еще жива, — пошутил Цзинь Ву. — Эй, ты должен быть на моей стороне! — воскликнула Чжи Цюн с выражением предательства на лице, — Неужели так уж плохо хотеть оставить наследие, чтобы его помнили? В этом и суть приключений! Коллективный шлепок разнесся по всей пещере, когда все, включая Райдена, закрыли лица ладонями. — Звезда, которая горит в два раза ярче, сгорит в два раза быстрее, — сказал Путешественник, и почему-то с его словами установилась какая-то странная тишина, как будто сама судьба умоляла их прислушаться, — Если ты находишь смысл своей жизни в том, чтобы тебя помнили, это нормально, но тебя следует подумать о том, за что ты хотела бы, чтобы тебя запомнили…