A Moment of Eternity

***

Это был первый раз, когда Райден видела Путешественника злым. Она даже не была объектом его гнева, но одного взгляда на его холодный взгляд было достаточно, чтобы она резко вздохнула и отвернулась. — Ты позоришь этот город, — сказал он, — Ты позоришь самого Барбатоса. А потом он ушел, а трое пьяных посетителей остались съеживаться на полу. Райден была настолько отвлечена, что едва заметила его руку на своем рукаве, которая тянула ее за собой, пока они выбегали из таверны. — Она не могла уйти далеко, — пробормотал он, оглядываясь по сторонам и щурясь, обшаривая лунный переулок. — Путешественник… — нервно сказала Пеймон. Она извивалась в воздухе, явно не привыкшая видеть своего друга таким разгневанным. — Вон! — сказал он, указывая вдаль. Темная фигура исчезла прямо за углом, направляясь к штаб-квартире Фавониус, и Путешественник пустился в погоню за ней без всякого предупреждения. Не имея выбора, Райден схватилась за края ее кимоно, вздохнул и поспешила за ним, как изящная девушка из романов Мико. Они нашли фигуру, женщину по имени Эола, лежащую на скамейке в парке, вытянув ноги и свесив голову через спинку. Несмотря на темноту, ближайший фонарь давал достаточно света, чтобы она могла заметить небольшую лужу слез, образовавшуюся на тротуаре. — Вот и хваленая свобода и рыцарство Мондштадта, — с горечью подумала она. Если Эола и заметила их прибытие, то ничем этого не выдала. Райден знала, что она много пила, но зрелище вызывало тревогу, похоже, это чувство разделяла и Паймон, когда она двинулась проверить пьяного рыцаря. Легкий толчок в плечо заставил Эолу проснуться. — О-оставь меня в покое… — невнятно произнесла она. — Это было бы неразумно, — сказала Райден, восприняв ответ как стимул тянуть женщину за руки. — Эй! Я… ик!.. Рыцарь Ф-Фавониус! Не прикасайся ко мне… Она замерла, налитые кровью глаза остановились на фигуре Путешественника. Рука потянулась вверх, и Эола хихикнула, без сомнения, став свидетелем чего-то, что сильно отличалось от реальности. — …падающая звезда! Он весело покачал головой, его коса танцевала на ветру, и по тому, как ярко сияли его глаза, Райден могла заметить некоторое сходство. — Действительно. Тебе следует воспользоваться моментом и загадать желание. Она не была уверена, было ли правильным поступком потешить бред женщины, но благодаря ее счастливому выражению лица и удивленному лицу Путешественника она чувствовала себя в основном успокоенной. — Желание? Я… я хочу… ик!.. проснуться… в окружении… друзей. Эола повалилась вперед, снова потеряв сознание, и Путешественник быстро взял ее на руки, избавив от неприятной шишки там, где ее лоб мог соприкоснуться с землей. Как ни странно, Райден ничего не почувствовал при этом зрелище, никаких признаков ревности, которую она ожидала, и она задавалась вопросом, возможно ли, что эти месяцы изменили ее больше, чем она думала? Конечно, это также могло быть связано с невменяемым состоянием женщины и запахом алкоголя, пропитавшим воздух. Путешественник вздохнул с облегчением. — Венти… — прошептал он, — Пожалуйста, не позволяй ей ничего вспомнить следующим утром.

***

Очень громкий, пронзительный крик заставил Итэра проснуться и через несколько секунд подняться на ноги с мечом в руке, готовый отразить любого врага, который осмелится угрожать миру. — Катись отсюда! Он обнаружил, что чья-то рука сжимает его свободную руку в тисках, и Итэру внезапно захотелось оказаться где угодно, только не в своем нынешнем положении. Вместо врага его встретил убийственный взгляд Эолы. — Это ты держишься за… — начал он, замолкая, когда Эола посмотрела вниз и обнаружила, что виновата именно она. На мгновение наступила тишина, осознание пришло, прежде чем его смыло отрицание. — Подлец! — закричала она, отпуская его, как будто он был ядовитым животным, — Монстр! Он заткнул уши, когда она отпрянула назад, готовясь издать свой самый злобный визг. — Извращенец! Итэр официально был готов забрать свои слова обратно, было бы гораздо предпочтительнее, если бы она вспомнила свое вчерашнее пьяное поведение. — Эола, успокойся. Там толпа… Некоторых горожан привлек этот шум, и они бросили на них несколько любопытных взглядов. Большинство пытались, причем безуспешно, выглядеть незаметными в своем шпионаже, в то время как другие указывали пальцем и беззастенчиво смотрели. Он уже чувствовал надвигающиеся слухи. — Не говори мне успокоиться, Почетный рыцарь! Как ты смеешь! Использовать женщину, пока она… Эола сильно покраснела. — Запомни мои слова… — опасно прошептала она, не в силах закончить предыдущее предложение, — Месть будет… — Может быть, ты и представляешь для Путешественника какое-то незначительное значение, но тронешь его хоть пальцем, и ты жестоко пожалеешь об этом. Райден дала о себе знать в самый неподходящий момент, закрепив представление о том, что Итэр был проклятой личностью, которую злостно ненавидели не только боги, но также удача, а вместе с ней и злой рок. Словно мучая его, волна охов и ахов прокатилась по толпе, слишком уж наслаждавшейся развернувшейся драмой. Ничуть не испугавшись, Эола пошла и остановилась всего в нескольких дюймах от Райден. Энергию, которую излучали две женщины, можно было почувствовать за милю. Обволакивающий холод, нагнетавшийся до тех пор, пока каждый волос на теле Итэра не встал дыбом. Эола хмыкнула, ее глаза бесстрастно блуждали вверх и вниз. — Значит, ты его последний компаньон, — сказала она насмешливо, — Полагаю, для простолюдинки ты не так уж и плоха. Итэр почувствовал, как его глаза вылезли из орбит. Абсурдность заявления Эолы заставила замолчать даже Райден. Фактически, это была, вероятно, единственная причина, по которой она вообще продолжала стоять, и он ломал голову над тем, как разрядить ситуацию, прежде чем она полностью выйдет из-под контроля. Ответ пришел к нему мгновенно, и он упал на колени, воздев руки к облачному небу, словно готовясь призвать божество. — НООООООЭЭЭЭЛЬ! — крикнул он, вкладывая в свой крик как можно больше отчаяния.

***

Ноэль была рыцарем-горничной. И не просто какой-то горничной-рыцарем, поняла Райден, а горничной-рыцарем из сказки, которую она услышала в гавани Лиюэ. Она наконец поняла, почему Путешественник понимающе улыбался каждый раз, когда она спрашивала, правдивы ли слухи о ее существовании. Ноэль появилась из ниоткуда, ответив на зов Путешественника, как если бы она была его фамильяром. Однако на этом сходство закончилось, поскольку он начал умолять ее сделать что-нибудь, что угодно, чтобы «предотвратить разрушение Мондштадта». Райден сдержала смех, прикрывая губы ладонью. Должно быть, он верил, что она испепелит Эолу за ее дерзость, хотя на самом деле она восхищалась этой женщиной за ее дерзость, хотя оная и была рождена от невежества. Она также начала понимать, почему некоторые люди могут проявлять к ней мало терпимости. Тем временем Ноэль помогла Путешественнику подняться на ноги, широко улыбаясь, отряхивая пыль с его плеч и произнося несколько слов утешения. Она, должно быть, популярная фигура, потому что толпа приветствовала ее приезд, выкрикивая ее имя и даже бросая ей несколько случайных просьб. — Доброе утро! — сказала Ноэль, бодро вставая между Эолой и Эй, ее пальцы сплелись с ихними, — Пойдемте, пора завтракать! Знаю, я приготовлю неземные блинчики, это мое фирменное блюдо. Вы просто обязаны их попробовать! — Повезло-повезло! — Ноэль, я тоже хочу! — Кто-то сказал блины?! — воскликнула Паймон, появившись снова, как только опасность миновала. Ноэль провела их сквозь толпу до самого «Доброго Охотника», где нашла для них большой круглый стол и даже протянула им стулья, как настоящая горничная. — Ооо… — простонала Паймон, потирая ладони в предвкушении, — Блины Ноэль самые лучшие! Такие сладкие и воздушные… Паймон не может дождаться! Райден замерла на своем месте. Эй, что была внутри, проснулась, и все ее сознание наконец вышло на поверхность. Похоже, именно в данном случае Эй потребовала взять бразды правления в свои руки. — Сладкие? — почтительно спросила она, — Воздушные Паймон энергично кивнула, покачивая головой вверх и вниз, застегивая салфетку под шарфом. С видом мастера маленькая фея размахивала вилкой и ножом, самым близким к оружию предметом, которым она когда-либо владела. Эй почувствовала, как по подбородку потекла слюна, настолько она была очарована перспективой сладкого угощения. Она взяла свою вилку, чужую посуду, неуклюжую на ощупь, и, насколько могла, подражала хватке Пеймон. Эола фыркнула рядом с ней. Синеволосая женщина быстро схватила ее за руку, поворачивая вилку так, чтобы она лежала ровно между ее большим и средним пальцами, а указательный палец мягко лежал на ее гребне. — Вот так, — произнесла она, ее голос все еще был надменным и с оттенком превосходства. — Поняла… Эй тоже взяла свой нож и точно так же поднесла его к лицу. — Нет! — рявкнула Эола, снова опуская руку на стол, — Ты так кому-нибудь глаз выколешь! Даже у простолюдина должно быть хоть немного здравого смысла! — Блинчики! — крикнул Путешественник, по какой-то причине его голос звучал гораздо более испуганным, чем голодным или даже счастливым, если уж на то пошло. Небесный аромат внезапно окутал ее чувства, теплый и сладкий, словно сахарная пудра на поднимающемся хлебе. Оно тоже было маслянистым, и от нее пахло шоколадом, карамелью и даже чем-то фруктовым. Восхитительная дрожь пробежала по ее телу, и Эй облизнула губы.

***

Итэр поблагодарил звезды за дальнейшее существование его и всех остальных. Эола не только оскорбила бога, но сделала это дважды, и ей это сошло с рук. Он был бы впечатлен, если бы его сердце не бешено колотилось, а голова не кружилась, как будто он вот-вот упадет в обморок. — Вот, Почетный Рыцарь! Тройная порция, специально для тебя! — Ах… Спасибо, Ноэль. Ты лучшая… Чрезвычайно громкий, хлюпающий, чавкающий звук ударил по его ушам, и Итэр чуть не поперхнулся от увиденного. И Паймон, и Райден наяривали за обе щеки, уткнувшись носом в свои тарелки, не поднимая глаз. Это было столь же гротескно, сколь и комично, и он не мог произнести ни единого слова. У Эолы же не было таких проблем. — Это… Это… Я никогда в жизни не видела таких ужасных манер за столом! Нет, это совершенно не годится, это возмутительно! Кажется, я должна взять это на себя. чтобы научить тех, кому повезло меньше, правильному этикету! — Ифер, — сказала Райден, наконец оторвавшись от тарелки. Ее щеки раздулись от еды, губы и подбородок были испачканы шоколадом, и, глубоко сглотнув, она заговорщически посмотрела на него. — Она… — сказала она, тыча большим пальцем в сторону Эолы, — Она цундере из себя строит? — Да… Погоди, откуда ты вообще знаешь, что это такое? Глаза Райден расширились, и она подозрительно кашлянула в руку. — Понимаешь… с тех пор, как Мико прислала тебе ту статую, я могла поддерживать, или не очень, с ней связь и получать экземпляры последних бестселлеров ее издательства. — Ты сделал что?! — Путешественник! — прервала Эола шипением их разговор. Рыцарь поднялась со стула и зловеще нависла над ним, — Немедленно объяснись! Я не буду сидеть сложа руки и позволять себе унижаться подобным образом! — О, позвольте мне! — сказала Ноэль, — Я наткнулась на этот термин, просматривая некоторые книги госпожи Лизы. Я не совсем уверена, какое отношение они имеют к моим рыцарским экзаменам, но… неважно! Цундэрэ это человек, суровый снаружи, но очень мягкий внутри… — Именно так, — подтвердила Райден. — Я… я не… я не цун… в общем я не такая! Эола стиснула зубы, ее лицо покраснело, а из ушей повалил пар, и она не смогла бы донести свою мысль яснее, даже если бы попыталась. Пара рук внезапно обвилась вокруг ее шеи, чуть не опрокинув их обоих. У нападавшей были только малиновые кроличьи уши, но этого было более чем достаточно, чтобы любой житель Мондштадта мог опознать ее. — Ты определенно такая. — Эмбер?! Эй! Отойди… Они все смеялись, подбадривая девочек, в то время как Эола предприняла нерешительную попытку вырваться из медвежьих объятий Эмбер. — Это… девчушка Лоуренс? — пробормотал мужчина средних лет, и Итэр заметил, как несколько человек шепчутся приглушенным голосом, проходя мимо Доброго Охотника, — Что она делает, ведя себя с ней так дружелюбно, боже мой! Скаут Эмбер! — воскликнул он, и его удивление было таким же, как и у нескольких других граждан. — Ты прав!» — сказала старушка, протирая глаза, как будто не могла поверить в то, что видела, — Есть еще Ноэль и… Почетный рыцарь! Неужели я сплю? Зачем таким порядочным людям общаться с ней? — Ну… — нервно ответил мужчина, шаркая ногами на месте, — Она капитан рыцарей. Полагаю, Великий Магистр не стал бы назначать кого попало. Итэр с удивлением заметил нотки стыда в его голосе. — Я думал, что она, должно быть, купила себе эту должность, — пробормотала дама, — Возможно… я ошибалась…

***

Эй спокойно наблюдала, как шумная и разношерстная компания друзей Путешественника устроила публичный хаос. Она предполагала, что внесла свой вклад в этот беспорядок, хотя и в небольшой степени. В конце концов, нельзя было ожидать, что она поймет тонкости и обычаи чужой культуры. Откусив еще один кусочек последнего блина, Эй замедлила шаг, чтобы насладиться вкусом, пока у нее еще была такая возможность. Из ее горла вырвался радостный стон, и она закрыла глаза. Поистине, ничто не могло сравниться с тарелкой чего-нибудь сладкого, и как бы она не презирала Барбатоса, легкий ветерок и звуки его города только добавляли впечатлений. — Скажи, Путешественник, Паймон, не познакомишь ли ты нас со своим новым другом? На удивление Эмбер первой спросила, и Эй оживилась. Она практиковала различные представления, используя свою новую личность, прокручивая их в уме, пока, наконец, не нашла версии, которая и нашла свой отклик. — О! Ах-хм…— заикаясь, проговорила Паймон, раскачиваясь взад и вперед на стуле, — Это… — Я девушка Эфира. Можете звать меня Эй. Смесь слюны, блинов и сока слетела с губ Путешественника, заляпав весь стол. Мгновение спустя Ноэль споткнулась и упала вместе с подносом, в результате чего несколько тарелок разбились о каменную террасу, а челюсть девочки с заячьими ушками широко открылась. Эола тоже застыла как мертвая, больше не вырываясь из хватки Эмбер. — Друг! — Паймон вскрикнула. Она в отчаянии замахала руками, летая вокруг них кругами, повторяя это снова и снова, — Друг, которая является девушкой! Путешественник кивнул так решительно, что было чудом, что его голова осталась прикрепленной к плечам. — Так и есть… — сказала Эй, и почему-то все вздохнули с облегчением, — Разве это не то же самое? — Н-нет! — воскликнула Ноэль, стоя на коленях и хмурясь из-за каждого осколка фарфора, — Подруга — это та, с кем ты держишься за руки и, ну знаешь… целуешься. Эй поразилась своей удаче: поскольку она и Путешественник делали и то, и другое, ей не нужно было придумывать новое представление. Она собиралась рассказать им об этом, когда Эмбер нервно рассмеялась, пробормотав что-то о «чудных девушках Инадзумы», и задалась вопросом, не нарушила ли она случайно какое-то негласное социальное правило. — На вас красивое платье, мисс Эй. Осколок фарфора упал рядом с ней, и, подняв его, Ноэль задела подол кимоно. — О! Оно такое шелковистое и гладкое, как платья из Лиюэ. Я хотела купить ханьфу, пока была там, но они были такие дорогие. Простого замечания было достаточно, чтобы увлечь всех новой темой, поскольку все разделяли отчаяние Ноэль. — И не говори… — пробормотала Эмбер, — Я почти уверен, что только Эола может себе это позволить. — Хм. Если они соответствуют моим стандартам, то конечно. — И никто не делает платья по размеру Паймон! — Ну, я думаю, ты прекрасно выглядишь такой, какая ты есть, — примирительно сказал Путешественник., — Я к примеру, не испытываю желания менять свой имидж. — Это потому, что ты мальчик! — отреагировали они в ответ, — У девушек есть свои потребности! Между ними разгорелась горячая дискуссия, начавшаяся с одежды, которую они хотели, а затем перешла к одежде, которую, по их мнению, хотели бы носить другие люди. Эй быстро потеряла интерес, не узнав ни одного из названных ими терминов, и последнее, что она услышала перед тем, как вернуться к блинам, было что-то о «Фишль» и «Дилюке» и о том, что они остро нуждаются в обновленном гардеробе.

***

— Так ты отправляешься в Сумеру? Итэр кивнул, стараясь сохранять некоторую дистанцию между собой и Райден, пока они шли по улице. Он не мог поверить, что их почти разоблачили. Единственной, кто знал об этом, была Инь Эр, и она была слишком напугана, чтобы проболтаться. Он полагал, что все было бы не так уж плохо, но если бы до общественности дошел слух, что Наруками Эй и Электроархонт, это одно и то же лицо, его жизнь стала бы невероятно сложной. — Эй, Путешественник? Есть там кто? — спросила Эмбер, нежно тыкая его в голову. — Хм? О, ты что-то сказала? — Если вы посетите деревню Гандхарва, не могли бы вы передать Коллей привет? — спросила она, — Прошло так много времени, интересно, как у нее дела… — Я посмотрю что можно сделать. Они были почти у Гильдии искателей приключений, когда Ноэль остановилась с грустным выражением лица. Горничная-рыцарь выглядела немного застенчивой, не решаясь высказать свое мнение. — Но… Ты только что вернулся… даже дня не прошло! Неужели ты должен уйти так скоро? Ее подавленное выражение лица напомнило Итэру, почему он так ненавидел прощания. Даже Эола выглядела обиженной, ее губы сжались, и он слабо улыбнулся в ответ. — Вы меня знаете, я всегда в пути. Нужно найти сестру, да и кормить эту летающую черную дыру тоже задачка… — Эй! — Уф… — выдохнул Итэр, воздух покинул его легкие, когда Ноэль бросилась к нему на руки, слезы брызнули на его щеку. — Обещай, что вернешься сюда снова, хорошо? — на этих словах она всхлипнула. — Обещаю. Кроме того, Паймон не сможет долго обходиться без твоих блинов, так что мы вернемся прежде, чем ты это заметишь. Девушка хихикнула и вытерла глаза. — Хорошо? — выжидающе сказал он, широко раскинув руки, — Пусть не говорят, что у меня есть любимчики? Групповое объятие? — Я так не думаю… — начала Эола, когда ее внезапно схватила ухмыляющаяся Эмбер и толкнула к нему, — Не смей! — вскрикнула она, — Вы заплатите за это! Все вы… — Эй! — крикнула Эмбер, заглушая крики Эолы о мести, — И вы тоже! Он сам об этом просил, так давай его задушим! — Эй, подождите! Паймон тоже хочет в этом участвовать! Общий вес четырех с половиной девушек отправил Итэра на землю, кувыркаясь и смеясь сквозь боль. Эола, приземлившаяся прямо на него, не переставала бормотать о том, как все это унизительно, но он все равно видел ее улыбку, более счастливую, чем когда-либо прежде. По крайней мере ее желание сбылось. — А теперь… — зловеще заявила Райден, — Время щекотки… — Что?!