Профессор Холера

      После новогодних каникул я наконец решился рассказать родителям о своей личной жизни. Мы втроём сидели за столом в родительской квартире, ели мамин вкусный борщ и обменивались новостями.       – Мама, помнишь мою соседку Валерию?       – Которая преподаёт в университете? – уточнила мама. – Приятная женщина! А что?       – Мы с ней встречаемся. Уже несколько месяцев.       – То есть, как встречаетесь? Ты имеешь в виду, общаетесь? Ты делаешь ей ремонт?       – Я имею в виду, мы пара. Мне надоело это скрывать. Мы влюблены друг в друга.       – Но, Костя… – Мама выглядела ошарашенной. – Сколько же ей лет…       – Сорок.       – Сорок лет! Она совсем немного младше меня. Ты должен понимать, что такие отношения – это неправильно. Отношения заводят, чтобы создать семью, родить детей. О каких детях может быть речь в таком союзе?       – Наташа, – тронул её за рукав папа. – Костя – взрослый человек и сам решает, как строить свою жизнь. Причём тут семья и дети? Пусть встречаются, наверняка она многому его научит. Зачем торопиться с семьёй? Сейчас мало кто думает о детях в двадцать пять.       – Но, Ваня… – Мама явно не была готова к тому, что папа окажется на моей стороне. – Чему она может его научить? Микробиологии?       – Есть и другие вещи, которым взрослая женщина может научить молодого парня! – Папа заговорщицки подмигнул мне.       – Ваня! – вспыхнула мама. – Эта дама охмурила нашего Костика! Она попользуется им и бросит. Зачем тратить время на такие бесперспективные отношения?       – Любые отношения дают опыт, – пожал плечами папа.       – Не нужен нам такой опыт! – Мама надулась и до конца трапезы не сказала ни слова.       В следующее воскресенье, когда мы с Холерой сидели вместе у неё и обсуждали тупых студентов, раздался дверной звонок.       – Кого ещё принесло?.. – Холера надела респиратор и отправилась открывать.       – Валерия? Здравствуйте!       Услышав голос матери, я затаился. Было одновременно любопытно и страшно. Мама наверняка пришла объяснить злой даме, соблазнившей её юного сына, что та ужасно не права. Но объяснять Холере, что она неправа хоть в чём-то – дело бессмысленное и опасное. Сейчас Холера пообщается с ней в своей обычной манере, и мама окончательно убедится, что я попал в беду!       – Здравствуйте, Наталья, – донёсся из коридора голос Холеры. Она говорила на удивление приветливо.       – Вы меня помните? – От удивления мама явно растеряла боевой пыл.       – Конечно. Вы мама Константина, моего соседа. У меня отличная память на лица.       – Костя сказал, что вы с ним… состоите в отношениях...       – Допустим. – Я почти видел, как Холера смотрит на маму сверху вниз, хотя мама выше неё ростом.       – Но, Валерия, это же неправильно! – запричитала мама. – Сами подумайте: юноша должен встречаться с девушкой, а не с женщиной, которой сорок! У вас такая большая разница в возрасте. Такие отношения не продлятся долго!       – Отношения продлятся столько, сколько будет комфортно нам с Костей, – парировала Холера. – Никто никого насильно не держит. Ваш Костя сам начал эти отношения и сделал всё, чтобы добиться взаимности. Я не соблазняла его и не шантажировала. Костя – взрослый человек, он сам принимает решения и отвечает за них.       – Даже если Костя вас добивался… Вы должны были понимать… вы старше…       – Вы думаете, не бывает счастливых пар с такой разницей? Я должна была отвергнуть его просто из-за цифр в документах?       – Но… вы же преподаватель… должны быть примером для студентов…       – Конечно, и я являюсь им в плане знаний. Я кандидат наук, в прошлом один из ведущих вирусологов. К сожалению, сейчас мне пришлось временно прервать научную карьеру, но, поверьте, я могу дать студентам достаточно. Однако моя личная жизнь их не касается, и я её не афиширую. Если Костя рассказал вам о ней, это значит, что он вам доверяет. На вашем месте я бы не стала рушить это доверие. Повлиять на сына вы не сможете, а вот рассказывать вам всё он может и перестать.       Мама тяжело вздохнула.       – Ладно, я вас поняла. Спасибо за разговор. Берегите Костика. И если вы вообразили себя Айседорой Дункан, то почитайте, чем у них с Есениным всё кончилось.       – Зачем я стану себя кем-то воображать? – фыркнула Холера, закрывая дверь. – Я – это я, какой бы ни была. А ты пожалей маму, Костя. Бедная женщина так страдает. Объясни ей, что я тебя не съем.       – Папа на моей стороне. А мама постепенно свыкнется и успокоится.       У меня отлегло от сердца. Если мама не разорвала Холеру на части сейчас, значит, всё не так уж плохо! Нужно только подождать, и она её ещё полюбит.