Я всё исправлю, господин Чон

      Дни быстро пролетают, сменяясь один за другим. И вот уже конец ноября, а компания Чонгука недавно подписала крупный контракт, который поможет им выйти на новый уровень, задуматься о расширении и более сложных проектах.       Сегодня сложный день. Как, собственно, вчера и позавчера, но они справляются, потому что вместе. Никто из сотрудников уже не удивляется, когда с утра видит Чонгука, крепко сжимающего руку своего помощника. Сплетен тоже не так уж и много, и зачастую звучат они примерно так: «До чего же сладкая парочка, аж блевать охота» и «Как же хорошо наш Тэхён-щи влияет на директора». Тэхёна и правда полюбили в фирме и считают своим, потому что по нему никогда не скажешь, что он в отношениях с начальником и имеет какие-либо привилегии. Он всегда на стороне сотрудников, готов оказать любую поддержку, выслушать предложения и идеи, а затем в достойном и доступном формате преподнести их директору. Более того, ему достаточно одного взгляда, чтобы успокоить Чона. При этом всё происходит практически на уровне магии и волшебства. Омега никогда не ставит под сомнение авторитет своего альфы, не спорит с ним при его сотрудниках, а только мягко улыбается и смотрит своими невероятными глазами так открыто, что, глядя в них, Чонгук просто физически не может продолжать злиться.       Так и сейчас. У них только прошло собрание, на котором сотрудники в один голос утверждали, что никак не смогут уложиться в поставленные заказчиком сроки — это физически невозможно. И где-то в глубине души Чон понимает, что это действительно так. Есть вопросы, которые не решить ни увеличением штата, ни сверхурочной работой, а его люди и так уже несколько недель работают на износ, включая его самого и Тэхёна.       — Милый, — Тэхён садится на своё законное место, когда они остаются одни. Он не признаёт стульев, кресел, диванов, потому что нет ничего удобнее бёдер его мужчины. — Ну чего ты раскричался на них, понимаешь же, что они правы, — говорит тихим голосом, а сам не перестаёт массировать кожу головы, перебирая тёмные пряди волос.       — Да, понимаю, Тэ, — Чонгук всё ещё раздражён, но млеет от нежности омеги и уже не может рычать на него, как бы ни хотелось разнести половину офиса. — Видимо, поэтому и злюсь. Я пока совершенно не понимаю, как донести эту информацию до заказчика, чтобы не вызвать такой же гнев.       — То есть, это была демоверсия скандала? — фыркает Ким и начинает тихо посмеиваться.       — Помощник Ким, — повышает голос альфа. — Дайте мне позлиться, в конце концов, в собственном офисе! — всё ещё пытается сохранять грозный вид, но глядя на широко улыбающегося Тэхёна, получается на троечку с большим минусом. — Мои работники и так уже говорят, что тебе только в цирке работать. Мол, смог укротить льва и сделал из него ручного котёнка, — Тэхён взрывается смехом и не может успокоиться при виде недоумевающего начальника.       — Не уверен, что они думали так же, когда ты орал на них сегодня.       — Не знаю, что они там думают сейчас, но вчера я лично услышал это, когда ходил за кофе.       Тэхён делает вид, что ему искренне жаль, но перестать улыбаться так и не может.       — Ладно, мой лев, — хищно ухмыляется, а Чонгук облизывает губы, глядя в хитро прищуренные глаза. — Можешь назначить мне встречу с Чхве? Он меня уже знает, думаю, не откажется пообщаться. Постараюсь убедить его сдвинуть сроки на две-три недели.       — Тэ, я не хочу, чтобы весь этот негатив вылился на тебя, — он действительно не позволит никому повышать голос на его чудесное солнышко.       — Чонгук, мы сделаем наброски плана и расчётов, я попытаюсь максимально подробно описать нашу идею и популярно объясню, на что именно нам понадобится дополнительное время, — Чонгук слушает внимательно, хмурясь и закусывая губу. — Ты же сам говоришь, что я очень вырос профессионально и что доверяешь мне. Позволь мне помочь тебе не только внутри нашего офиса, — омега выжидательно смотрит в родные глаза.       — Я правда доверяю тебе, Тэ, но очень беспокоюсь, — он прижимает Тэхёна ближе, притягивая за тонкую талию. — Ты же понимаешь, что если он доведёт тебя до слёз, я доведу его до больницы и разорву контракт? Потом ещё и штраф придётся выплачивать.       — Гук-и, — Тэхён смотрит на альфу как на ребёнка, немного осуждающе и в то же время успокаивающе. — Ты, наверное, привык, что я всегда рядом с тобой покладистый и мягкий, но забыл, что я такой только для тебя, — заглядывает в глаза, а Чонгука на этих словах прошибает осознанием. Он знает, что его мальчик только с ним, только для него. Он и правда забывает, что тот может быть совсем другим. — Я никому не позволю себя обидеть, и, зная твой характер, не поставлю под удар такое важное сотрудничество.       Чонгук не может отвести взгляд от Тэхёна, ещё раз прокручивая в голове его слова. Он действительно должен осознавать, что не сможет посадить омегу в теплицу и ограничить от всех взаимодействий с этим миром. Действительно должен понимать, что Тэхён влюблён в своё дело, горит им и хочет быть полезным. К тому же, если они хотят открывать новый филиал, то на руководящую должность туда отправится Юнги, а на роль своего зама Чонгук никого не рассматривает, кроме Тэхёна. И не потому что они в отношениях, а потому что Чон на самом деле сумел за это время хорошо подготовить его и обучить всем нюансам, которых тот раньше не знал. Подобный опыт пойдёт только на пользу, ведь в дальнейшем ему придётся также общаться с клиентами, проводить встречи с заказчиками и собрания с сотрудниками. И Чонгук даст ему такую возможность. Просто не имеет права сомневаться, когда Тэхён выглядит таким уверенным в своих словах.       — Хорошо, Тэ, когда ты хочешь эту встречу? — поверженно выдыхает альфа, прикрывая глаза. — Сколько времени понадобится на подготовку? —Тэхён не может сдержать довольного писка и уже хлопает в ладоши, но быстро берёт себя в руки, и перед директором снова сидит собранный и серьёзный профессионал своего дела, который что-то обдумывает и просчитывает в уме.       — Думаю, до пятницы мы уложимся. Я уже видел наброски архитекторов, подключусь к ним, а с презентацией поможешь ты.       Тэхён продолжает забрасывать идеями и деталями плана, но Чонгук уже не здесь. Единственный человек, с которым ему оказалось по-настоящему сложно работать, — его собственный помощник. Он просто теряется, разглядывая сосредоточенное лицо: широкие нахмуренные брови, распахнутые в воодушевлении большие глаза. Эти губы, которые тот постоянно облизывает, пока продолжает говорить. Эти губы… Они блестят, манят и притягивают к себе. Чонгук, как заворожённый, тянется к ним, прерывая Тэхёна на полуслове. Он мягко прижимается к приоткрытым в удивлении губам омеги. Продолжает просто касаться их, даря тепло и все свои чувства, но Тэхён сам проскальзывает языком глубже. Их поцелуи — это всегда о чувствах. Всегда об эмоциях. Они всегда передают то, что не могут выразить слова: всю поддержку, любовь и восхищение.       — Я так люблю тебя, Тэ, — немного отстраняясь, шепчет во влажные губы. — Спасибо, что доверился мне. Спасибо, что рядом. Люблю…       Чонгук не даёт ответить, сразу припадает обратно к сладким губам, но и без слов чувствует, что его тоже любят. Каждое прикосновение дарит уверенность, что здесь безопасно, сейчас точно не обманут. Они оба быстро распаляются, и Тэхён уже полулежит на столе, пока альфа выцеловывает его шею и расстёгивает верхние пуговицы, открывая себе доступ к любимым ключицам. Дыхание обоих сбивается. Шумно выдыхая, Тэхён улыбается с закрытыми глазами, осознавая, что именно так для них заканчивается каждое нервное мероприятие. Каждый раз они находят покой друг в друге. Напряжение, скопившееся в них, выливается в жаркие поцелуи и нетерпеливые касания. Они настолько дезориентированы, что слышат громкий стук открывающейся двери только через несколько секунд, когда приходят в себя, а Юнги за спиной Тэхёна громко цокает, закатывая глаза.       Тэхён быстро выравнивается, но продолжает сидеть на коленях мужчины, потому что тот крепко держит и не даёт отстраниться. Чонгук недовольно стонет, утыкаясь лбом в плечо омеги, и рычит:       — Юнги, ну какого хрена? Ты стучаться когда-нибудь научишься? — всё-таки выглядывает из-за плеча любимого, который расслабляется, когда понимает, что вошёл не кто иной, как Юнги.       — А вы закрываться? — Мин тоже не кажется довольным. — А если бы это был не я? Зашугал людей, они из-за столов боятся головы поднять, а сам развлекаешься тут.       — Во-первых, — сквозь зубы цедит Чон. — кроме тебя, ни одна живая душа в этом офисе не ворвётся ко мне так бесцеремонно. Они всё ещё не бессмертны. А во-вторых, — делает многозначительный взгляд. — я не развлекаюсь, а снимаю стресс. И пусть скажут Тэхёну спасибо, что он вечно впрягается за них и принимает весь удар на себя.       — Какой кошмар! — театрально вскрикивает Мин. — Такой удар не прочь был бы принять каждый второй в этом офисе.       На этих словах до того молчавший Тэхён медленно поворачивается к Юнги и вопросительно выгибает бровь. Тело омеги напрягается, и он только собирается высказаться, как Чонгук его опережает:       — А вот когда Тэхён сейчас будет тебя оскорблять морально и унижать физически, я, пожалуй, не стану его останавливать.       Тэхён забывает, что хотел сказать, потому что становится очень смешно от растерянного вида Юнги, и он даже перестаёт хотеть его немного ударить.       Юнги, видя, что опасность миновала, нагло падает на диван, двигая к себе вазу с конфетами. Нет сомнений, что пришёл не просто так, но все ждут, пока сам настроится и заговорит.       И спустя долгих пять минут молчания, это всё же происходит:       — Вообще-то, я пришёл не просто так, — Мин нервничает, и Чонгук не совсем представляет, о чём пойдёт речь. Обычно Юнги слишком сложно вывести хоть на какие-либо эмоции, а сейчас он разве что не трясётся от волнения. — Тэхён, помнишь, ты мне давал номер Чимина? — Тэхён кивает.       — Конечно, помню. Что ты уже успел натворить? — в удивлении выгибает бровь.       — Да вот в том-то и проблема, что ничего. Вообще ничего, — тяжело вздыхает. — Я так и не написал… И не позвонил. Я просто даже не представляю, с чего начать! — сокрушённо падает лбом на скрещенные на столе ладони.       Кабинет погружается в тишину. Видеть Мин Юнги настолько смущённым и беспомощным — так же нереально, как увидеть инопланетян или цветение сакуры зимой. Человека надо спасать.       — Слушай, — первым прервать молчание решает Тэхён, всё же его друг довёл человека до такого состояния. — Если ты боишься знакомиться, давай я скажу Чиму, что дал тебе его номер по работе? Он хороший рекламщик, и ты бы мог обратиться к нему якобы за какой-то помощью. Думаю, в нашей ситуации это будет не сложно придумать. А там встретитесь лично, пообщаетесь, дальше уже будет проще.       А Юнги сначала умирает от сокращённого имени омеги, а потом ещё больше хмурится. Что-то обдумывает, взвешивает все «за» и «против». Идея вроде неплохая, но при личной встрече у него будет лишь один шанс не облажаться. Сможет ли? Прикинув все риски, Юнги наконец кивает и только открывает рот, чтобы согласиться и принять помощь, как его бесцеремонно перебивают.       — Лучик, ты не мог бы, пожалуйста, принести нам кофе и чего-нибудь сладенького? — Чонгук с надеждой заглядывает в глаза парню. — Мой мозг отказывается сейчас думать без дополнительной подзарядки.       Тэхён сперва хочет возразить и предложить после разговора вместе сходить в кафе, но вовремя замечает во взгляде немую просьбу оставить их наедине с другом. Поэтому быстро кивает и скрывается за дверью, а Чонгук в который раз осознаёт, как же ему повезло. Никаких истерик, обид, вопросов — только полное понимание и поддержка.       — Нахрена ты его отправил за кофе? Мы же вместе могли сходить, — возмущается Юнги ушедшей возможности обсудить план более детально.       — Потому что у меня есть вариант получше, — парирует Чон. — Но о нём не должен знать Тэ, и тогда мы с тобой сможем взаимно помочь друг другу.       Юнги всё ещё ничего не понимает, и потому внутри него начинает расти раздражение, но решает всё же для начала выслушать план друга.       — В общем, так, — торопится Чонгук, чтобы успеть до прихода Тэхёна. — У Тэхёна скоро день рождения, и мне очень нужна помощь Чимина, чтобы организовать сюрприз, — Юнги кивает, но по-прежнему не понимает, к чему ведёт альфа. — И твоя помощь мне, вероятно, понадобится тоже, — многозначительно смотрит на сосредоточенное лицо и делает паузу, позволяя Юнги самостоятельно дойти до взаимосвязи сказанных слов с его ситуацией.       — Ты хочешь сказать… — Юнги прерывается, потому что на самом деле не очень-то и понял, что именно этим хотел сказать Чон.       — Да, Юнги, я хочу сказать, что ваша помощь в подготовке подарка на праздник для Тэ может помочь вам познакомиться поближе, а точнее, вообще познакомиться. Ну а дальше всё будет зависеть от тебя, дружище.       Их прерывает еле слышный стук в дверь, на который Чонгук громко произносит: «Войдите». Но дверь не открывается, а стук, повторяется. Чон встаёт, чтобы открыть дверь, и видит за порогом своего слегка виноватого лучика.       — Прости, у меня рук не хватило, чтобы открыть дверь, — переводит взгляд на крафтовый пакет с выпечкой в руках и подставку с тремя ароматными стаканчиками напитков.       — Давай скорее сюда, — альфа перехватывает пакетик, открывая дверь шире. — Это ты прости, что отправил тебя в кофейню, — Тэхён ярко улыбается и легко чмокает уголок губ Чонгука.       — Всё хорошо, я не рано? — он правда беспокоится, вдруг им не хватило времени обсудить то, что омега слышать не должен.       — Нет, лучик, спасибо тебе большое, — Чонгук ответно отпечатывает лёгкий поцелуй на нежной щёчке. — Я тебе потом обязательно всё расскажу, — и получив согласный кивок в ответ, пропускает Тэхёна первым внутрь кабинета и спешит сам, чтобы разложить их перекус по тарелкам на столе.       Когда все собираются за столом, становится понятно, что на самом деле все были до ужаса голодны. Маленькая компания переключается на обсуждение рабочих тем, предстоящей встречи с заказчиком и планов на выходные, параллельно наслаждаясь любимыми сладостями. Их обед заканчивается так же быстро, как и начался, разгоняя всех по своим рабочим местам.

***

      — Тэ, любимый, ты уверен, что мне не нужно идти с тобой? — Чонгук в третий раз задаёт этот вопрос, подбирая всё новые слова. Альфа внутри мечется в желании защитить своего омегу, спрятать, окутать теплом и комфортом, не позволяя соприкасаться с жестокостью этого мира.       И Тэхён, возможно, сейчас бы сильно волновался (всё же его ждут первые серьёзные переговоры), если бы эту роль мастерски не перехватил Чонгук. За десять минут до выхода тот умудрился поймать такую панику, что все мысли омеги были заняты поиском какой-то дыхательной практики или хороших успокоительных. И, на удивление, не для себя.       — Чонгук, — Тэхён пытается перебить, чтобы вставить хоть слово в бурный поток чужой речи, но получается не очень. — Гук-и! — повышает голос, чтобы хоть немного привлечь к себе внимание.       — Ну что, Тэхён? — Чон наконец-то переключается на помощника, который выглядит гораздо увереннее, чем он сам в этот момент. — Слушай, давай всё-таки поеду я. Ну, я же с ума сойду.       — Чонгук, — строго начинает Тэхён. — Ты не поедешь ни со мной, ни вместо меня, потому что сейчас ты не успокаиваешь, а только заставляешь волноваться ещё больше, — альфа в этот момент и сам чувствует, как начинает горчить его шоколад, а ликёр становится ощутимо тяжелее, что давит на и без того взволнованного омегу.       — Говоришь как большой мальчик, — обиженно дует губы и старается взять себя в руки, чтобы снова позволить Тэхёну почувствовать уверенность, спрятавшись в любимых феромонах.       — Потому что так и есть, Гук-и, — Тэхён мягко проводит кончиками пальцев по любимому лицу и, уложив ладони на щёки, приподнимает его, чтобы заглянуть в грустные глаза. — И если сейчас вы меня отпустите и всё пройдёт хорошо, вечером я смогу показать вам, насколько я уже большой, господин Чон, — дьявольский огонёк, промелькнувший в хитрых глазах, заставляет Чонгука гулко сглотнуть, подходя ближе.       — А вы умеете убеждать, помощник Ким, — альфа сокращает расстояние до минимума, находя манящие губы Тэхёна своими и утягивая в несдержанный поцелуй.       Большие горячие ладони так привычно укладываются на ягодицы, мягко поглаживая и сминая. Неугасающее пламя слишком быстро разгорается, выжигая весь кислород вокруг них, и заменяет его ярким хлопком, переплетающимся с пьянящим ликёром альфы. Дышать становится горячо, и нестерпимо хочется забыть про весь мир снаружи. Сорваться, дышать только друг другом, заполняя тихими стонами всё пространство. Как же сейчас не хватает Юнги, который раз за разом бесцеремонно врывается в самый неподходящий момент. Просто кто-то должен остановить это безумие, пока не стало слишком поздно. Но никто им сейчас не мешает. Телефоны молчат, дверь заперта, и не слышно звуков шагов. Даже шум улицы проникает через открытые окна как сквозь вату, поэтому Тэхёну приходится собрать последние остатки воли, чтобы отстраниться, мягко упираясь в напряжённые мышцы груди Чонгука.       Он старается снова дышать, пока альфа всё тянется слепым котёнком, оставляя крошечные, торопливые поцелуи по всему лицу.       — Тише, — ласково шепчет Тэхён, невесомо поглаживая спину Чонгука через тонкую ткань рубашки. — Тише, любимый, — обнимает, прижимаясь всем телом к родному. — Нам нужно дождаться вечера, хорошо? — получив в ответ невнятное «угу», снова улыбается. — Мне пора идти, я и так уже весь пропах тобой, — альфа внутри Чона в этот момент довольно урчит от этих слов.       — Отлично, — Чонгук немного отходит, с улыбкой рассматривая раскрасневшееся лицо омеги. — Хотя бы так буду рядом.       Тэхён весело смеётся, чувствуя себя и правда чуть увереннее. Яркий, доминантный аромат его альфы буквально кричит о том, что за омегу есть кому заступиться, и лучше не проверять этого на деле.