Тайны ведьм

Ноябрь наступил незаметно. Каждое воскресенье Эл отрабатывала наказание у Снейпа, сортируя ингредиенты по названиям, значениям и степени важности. Она знала наизусть, где и что лежит, и в случае чего с закрытыми глазами могла бы найти нужную банку.  Малфой больше не провоцировал Эл, не нападал с колкими высказываниями, лишь окидывал ее незаинтересованным взглядом. Однажды Вэл сказала, что будь он в действительности не заинтересован, то и вовсе бы не смотрел на нее. Эл не могла не согласиться, и ей порой даже хотелось самой начать перепалку, лишь бы вывести того на эмоции.  В первый выходной ноября Гарри, Гермиона и Рон потянули сестер на прогулку в Хогсмид, обещая им небывалые зрелища. И пусть Гарри с Роном до сих не пор не знали всей правды о них, все равно считали, что те не видели подобных магазинчиков.  — Им даже в голову не пришло узнать у нас, где мы с тобой учились, — высказалась Вэл, пока они спускались к главным дверям школы.  — Это потому что диапазон их увлечений ограничивается игрой в квиддич, — посмеялась Гермиона.  Она, к слову, тоже никогда не задавала лишних вопросов, считая, что, когда придет время, девочки сами поделятся всем, чем посчитают нужным. За что Вэл ее очень уважала и ценила.  Хогсмид действительно произвел впечатление. Сестрам приходилось сдерживаться изо всех сил, чтобы не кидаться на каждый волшебный предмет, который они встречали. А от «Сладкого королевства» Эл практически находилась на грани обморока, лихорадочно набирая все, до чего дотягивалась ее рука. Вдоволь нагулявшись по улочкам деревушки, ребята разместились за одним из столиков в «Трех метлах». Гарри заказал напитки и Эл, забирая у него кружку сливочного пива, задела своими пальцами его. Вздрогнула, расплескав часть напитка.  ― Это то, о чем я думаю? ― делая вид, что вытирает несуществующие капли, попавшие сестре на джинсы, тихо спросила Вэл. ― Да, ― со вздохом ответила Эл. ― И что ты видела? Как готовят пиво? ― хохотнула она. ― Я к Гарри прикоснулась вообще-то! ― на эмоциях воскликнула Эл, не оценив шутку. И наступила тишина. Гарри неоднозначно смотрел на нее, прекратив моментально закидывать стол салфетками.  ― Как мило, ― со смешком проговорил Рон. Эл вздохнула, собираясь с мыслями. ― И сразу поняла, что у него замерзли руки, ― выдала она с непроницаемым лицом, будто это самая серьезная тема для разговоров.  ― Сегодня ветрено, ― подтвердил Гарри, сразу переключаясь на какое-то обсуждение с Гермионой. А вот Рон продолжал пытливо смотреть на Эл. Видя, что тот не купился на слабую отговорку, Вэл обратила его внимание на себя, спросив, как у того так быстро получилось справиться с чизпафлами, которых они изучали на уроке защиты от темных искусств. Рон тут же отвлекся, начиная длинный рассказ о вредных существах, с которыми сталкивался дома. И Эл была благодарна сестре, как никогда.  То видение, о котором они благополучно успели забыть, вновь возникло. Она пробиралась по чаще леса, утопая ногами в снегу. Крики, паника и невозможность помочь. Только в этот раз все было быстро, моментами, обрывками, как при перемотке кино. Барабаня по столику, Эл нервно отпивала маленькими глоточками сливочное пиво, стараясь найти подсказку. Только вот искать было негде. Руководство по расшифровкам видений будущего, или прошлого, или черт знает какого времени, ей никто не выдавал.  ― Давайте в Рождество обменяемся подарками? Есть маггловская игра в Санту, ― предложила Гермиона, пылая энтузиазмом. ― Напишем свои имена и вытянем кого-то одного. Для каждого будет сюрпризом. Идея была принята с восторгом, и Гермиона тут же организовала пергамент с пером, быстро написав имена и засунув их в свою шапку. Когда Эл тянула имя, в паб вошли слизеринцы. Колокольчик звякнул, взгляды встретились. Малфой изобразил что-то вроде смутного узнавания, когда оглядывал ее с ног до головы. Эл в свою очередь демонстративно закатила глазами, четко проговорив беззвучно «придурок». На обратном пути Вэл притормозила сестру, чтобы разузнать, что та видела.  ― Подожди, ты сказала снег? ― Да, мне кажется я даже чувствовала, насколько мои пальцы замерзли. ― Но в прошлом видении снега не было? ― Вэл нахмурилась, бегая глазами по горизонту, сосредоточенно думая. ― Не помню, но вроде нет. И что это должно значить? Вэл с минуту молчала, махнула рукой ребятам, что они сейчас подойдут и очень серьезно произнесла: ― Что бы это ни значило, время у нас есть только до первого снега. В тот вечер сестры вернулись в замок не в лучшем расположении духа. Стараясь улыбаться и участвовать в разговорах, они переглядывались между собой, погруженные в не особо радужные мысли. Вэл даже предложила обо всем рассказать ребятам, чтобы предупредить. Но о чем именно предупреждать – они не знали. В видении Эл не было ничего конкретного. Крики, что она слышала, могли принадлежать кому угодно. И тот вариант, что группа студентов затеяла праздник в лесу, так же исключать не стоило.  Каждое утро Вэл выглядывала в окно, чтобы убедиться в отсутствии снега. Каждую ночь Эл переживала во сне один и тот же эпизод. По вынужденной привычке спустившись в гостиную до рассвета, она увидела на диване Гарри, и хотела вернуться назад. Его прикосновения пугали ее. И как бы ей не хотелось узнать истину своих видений, она боялась увидеть в них что-то похуже, чем хождение в лесу в окружении криков. Но Гарри заметил ее, повернув голову на шум. ― О, Эл! Ты чего так рано? ― он махнул рукой, приглашая сесть рядом. ― Кошмар приснился, ― со вздохом ответила она. Предусмотрительно сев на безопасном расстоянии, Эл подогнула ноги.  ― Мне в последнее время тоже плохо спится, ― признался он. ― У тебя все хорошо? ― Да, ― поспешно отреагировала она. ― Почему ты спрашиваешь? ― Вы с сестрой странно ведете себя. Что у Гарри Поттера было не отнять, так это его прямоту. Они с сестрой и правда должно быть со стороны выглядели подозрительно, шушукаясь в каждом уголке. ― Нет, ничего такого, ― Эл нервно посмеялась, заправляя волосы за ухо. ― Вы что-то скрываете, ― не вопрос, а утверждение. ― Как и вы, ― она наклонила подбородок, глядя на него. И это тоже было правдой. Трое друзей замолкали каждый раз, как сестры появлялись в поле зрения. Перекидывались многозначительными взглядами, поглядывали в их сторону, что трудно было не заметить. Гермиона при этом каждый раз выглядела разъяренной. Даже ее волосы электризовались от напряжения. Она разрывалась, не смея расспрашивать, и не смея рассказывать другим.  ― Туше, ― тихо усмехнулся Гарри. ― Но у нас нет явных секретов, мы просто обсуждаем... разные вещи. Эл потянулась к его непослушным волосам, чтобы взъерошить еще сильнее за такое глупое разъяснение, но передумала, положив руку на спинку дивана. Гарри заметил, приподняв бровь. Ее поражала его проницательность, и оскорбляла собственная неспособность рассказать правду.  ― Рон говорит, что ты меня хочешь, ― со смешком произнес он, почесывая нос. Эл расхохоталась. ― Рон фантазер, знаешь?  ― Я ему тоже самое сказал, но ты так на меня смотришь, ― Гарри поиграл бровями, забавляя Эл еще сильнее. Все они действительно сблизились за столь короткий срок, но пропасть, существующую между ними, трудно было игнорировать. И тот факт, что перед ними те самые герои из книг, которых они с сестрой так любили, постепенно перестал иметь значения. Все стало обыденным, привычным, будто так и должно быть. Только вот это не должно быть таковым. Они в ином мире, в Хогвартсе, колдуют волшебными палочками и дружат с золотым трио. Как такое можно считать само собой разумеющимся?  ― Вы можете нам рассказать все, что угодно, Эл, ― он смотрел серьезно с отчетливым напряжением в голубых глазах.  ― Я знаю, ― выдох получился болезненным, она отвернулась, всматриваясь в угасшие угольки. ― Но некоторые вещи не... ― Не надо, ― перебил он ее. ― Что? ― она повернулась, нахмурив брови. ― Говорить об опасности или что-то в этом роде. ― Я и не... ― Ты знаешь про Сириуса? Моего опекуна? Эл знала. Гермиона рассказала им в первую же неделю, как на третьем курсе они спасли его крестного от ужасной участи, передав властям настоящего убийцу. Только на этом известная им уже история меняла ход. Петтигрю не сбегал, а Люпин не покидал школу в качестве учителя. Гарри обрел новый дом и счастливую семью в лице крестного, позабыв о жестоких опекунах. ― Знаю, ― кивнула она, не понимая, на что тот намекает. ― Вот это было опасно, ― он неопределенно развел руками. ― Я не понимаю, ― честно призналась Эл. ― Я уверен, все, чего бы вы там не скрывали, не будет и на десятую долю страшнее того, через что я прошел в тот год. Уж поверь. Эл печально улыбнулась, разрываясь от желания все ему рассказать. Но настоящий страх быть отвергнутой, непонятой, непринятой в волшебном мире из-за их не совсем реалистичной правды, перевешивал.  ― Давай так, ― она развернулась корпусом к Гарри, опираясь боком на спинку дивана, ― как только мы кое с чем разберемся с Вэл, то сразу обо всем расскажем.  Гарри пожевал губу, сощурив взгляд. ― Идет, ― он протянул руку для скрепления обещания, но Эл не успела ее пожать. ― Вот это ничего себе!  Рон стоял на лестнице, потирая глаза. Эл с Гарри переглянулись и рассмеялись.  ― Доброе утро, Рональд, ― поздоровалась Эл. ― Я помешал? ― он игриво улыбнулся, усаживаясь в любимое кресло Вэл. ― Не обращайте на меня внимания, ― махнул он рукой. ― Не говори ерунды, ты заставляешь чувствовать нас неловко, ― Эл кинула в него маленькой подушкой. ― Так мне уйти? ― он комично расширил глаза, начиная подниматься и кидая подушку обратно. ― Можешь остаться и посмотреть, ― Гарри подсел ближе к Эл, обнимая ее за плечи. ― Нет! Только не это! ― воскликнул Рон, закрывая глаза руками. ― Пощадите мою нежную натуру. Они смеялись так громко, что вполне могли перебудить добрую половину башни. Но разбудили только Гермиону с Вэл, спустившихся с растрепанными волосами и заспанными лицами. ― Ну разумеется, кто еще мог стать нарушителем спокойствия моего сна? ― недовольно пробубнила Гермиона.  Вэл, увидев Рона, начала приглаживать волосы, поправлять майку, подтягивать штаны. И ругать себя за это, краснея без причины.  ― Гарри с Эл обжимались, Гарри с Эл обжимались, ― как ребенок заголосил Рон, продолжая смеяться.  ― Вот идиот, ― покачала головой Гермиона, садясь на диван рядом с Гарри. ― Что с вами не так? Светать только начинает.  ― У меня бессонница, у Эл кошмары, у Рона отсталость в развитии, ― отрапортовал Гарри, получив подушкой по лицу. Обойдя диван, чтобы сесть, Вэл замешкалась, поскольку никто не собирался двигаться, чтобы освободить место. Рон поднялся, пересаживаясь на подлокотник кресла. ― Садись сюда, ― позвал он, кивая. Вэл села, держа спину так ровно и прямо, что у нее моментально заболели позвонки. Рон продолжал дурачиться с Гарри, перекидывая подушку и участвуя в словесной дуэли.  И в следующее мгновение произошло несколько вещей.  Гарри бросил подушку со словами «грязный извращенец». Подушка полетела прямиком в лицо Вэл. Идеальная реакция Рона, перехватившего подушку. И мгновенный испуг самой Вэл, которая зажмурившись, прикрыла руками лицо. Треск. Вспышка. И молния, вырвавшаяся из ладоней, разорвала подушку на части, взметнув в воздух клочки пуха. Наступила тишина. Пух, плавно покачиваясь, опускался на пол. Вэл продолжала держать руки поднятыми, наблюдая, как по ладоням бегают волнистые разряды.  — Ох, — вырвалось у нее. Первыми в себя пришли Гермиона с Гарри, одновременно сорвавшись с места и кинувшись к креслу.  — Это что, стихийная магия у тебя такая мощная? — срывающимся голосом спросил Гарри, показывая на руки Вэл.  — Никогда о таком не слышал, — произнес Рон, выуживая из своих волос перья.  Вэл переводила испуганный взгляд с одного на другого. Повернулась к сестре, увидев на ее лице расширенные глаза.  — Гарри, не говори глупостей, — вид нервничающей Гермионы вводил в еще больший ступор. — Беспалочковая магия.  — Такого уровня? Я видел молнию! — возразил Гарри.  — Ладно. Хорошо, — Гермиона выпрямилась, перекинув копну волос на правое плечо. — Девочки простите, но я расскажу.  Она взглянула на Вэл, что-то пытаясь передать глазами, и та кивнула, решаясь довериться. Эл же доверять никому не спешила, соскочив с места и замахав руками.  — Сядь, пожалуйста, — попросила требовательно Вэл, и Эл, фыркнув, села, скрестив руки на груди.  Они понятия не имели, что именно известно Гермионе, что такого наплел ей Дамблдор, и не разделяла доверия беспрекословного со стороны Вэл.  — Гермиона? — Гарри развернулся к ней, приготовившись внимательно слушать, а вот Рон продолжал разглядывать Вэл, будто на ней сейчас проявятся слова объяснений.  — Существует древнейшая школа, единственная, кто изучает целенаправленно беспалочковую магию – Уагаду, — Гермиона в волнении облизала губы, перекинув волосы на другое плечо. — И там большой упор делается на стихийной магии. Это что-то вроде креативной Трансфигурации, только… Хотя нет, это даже близко на нее не похоже. Раскрывать тайны обучения студентам запрещено, поэтому... Вот.  В голове Вэл крутилось множество мыслей. Назвать то, что произошло – стихийной магией, как чертовски точно и как лживо одновременно.  — Это правда? — спросил Рон, осторожно прикасаясь к угасающим разрядам.  — Д..да, — неуверенно ответила Вэл.  — Покажи, — тут же попросил он. Гермиона задержала вдох, Вэл громко сглотнула, Гарри согласно закивал, а Эл цокнула. Лучшая защита – это нападение, и она в совершенстве владела этим навыком.  — Как вам известно, мы не закончили обучение, поэтому попросила бы вас воздержаться от просьб подобного рода, — ее серьезный взгляд и учительский тон подействовали безотказно.  — Я не всегда могу это контролировать, — почти не соврала Вэл, извиняюще посмотрев на Рона.  — Что еще вы скрываете? — улыбнулся он, потирая ладони о пижамные штаны. — Это же так необычно! Никто в этой школе не сможет похвастаться таким.  — Как же я проголодалась! — начала жаловаться Эл, перетягивая внимание на себя. — Но еще так рано. Рон, чтобы ты хотел на завтрак? Я вот мечтаю о вафлях.  — Вафли ‒ это хорошо, но я бы еще бекончика добавил и яичницу. Можно и булочки свежие, — Рон встал, потягиваясь. — Пойдемте собираться.  Гермиона тихо посмеиваясь, покачала головой, но Гарри явно не купился. Он покусывал ноготь большого пальца, думая о чем-то своем.  — Идешь? — крикнул Рон с лестницы.  — Да, — кинув на сестер обеспокоенный взгляд, Гарри догнал друга.  — Гермиона, спасибо тебе, — сразу же обратилась Вэл к ней.  — Не понимаю, почему вы хотите сохранить все в секрете? Из-за Дамблдора? И то, что ты сделала… Эл, ты умеешь так же?  — Не думаю, Вэл вечно везет больше, — Вэл закатила глаза на такое глупое утверждение. — А ты бы могла быть и аккуратнее.  — Что? Ты же прекрасно знаешь, что это случилось впервые! Как по-твоему я должна быть аккуратней?  — Впервые? — удивилась Гермиона.  — На самом деле, мы скорее всего не знаем всех наших способностей, — пожала плечами Вэл, поднимаясь за сестрой в спальню. — Это место нас… делает сильнее, что ли.  — Это логично. Дамблдор сказал, что вы не совсем обычные волшебницы, я ожидала что-то вроде, знаешь, знаний уникальных заклинаний. Те же зелья, — она неопределенно взмахнула рукой, — у вас с первой минуты безошибочно получалось варить их.  — Видимо, это не все, — Эл махнула на них, чтобы они перестали болтать, так как их могли подслушать.  На протяжении дня Вэл обдумывала слова Гермионы и убеждалась окончательно, что их принимают за других людей. Если уж Дамблдор уверен, что они какие-то там необычные волшебницы, а не самозванки из другого мира, то, что им вообще остается?  Еще Вэл в течении дня чувствовала на себе взгляд Рона, и каждый раз, когда ловила его, он или скромно улыбался, или тут же отворачивался. И если изначально ее сердце сжималось, потому что ощущение интереса с его стороны расцветало в ее груди, то потом она поняла, что дело тут совершенно в другом. И убедилась она как раз после последней лекции, отстав от друзей. Этот идиот резко выскочил из-за угла, перепугав ее до полусмерти. Он уставился на ее руки, ожидая, что те сейчас начнут извергать молнии. ― Ты совсем сдурел? ― возмущалась она, тяжело дыша. ― Зачем ты это сделал? ― Хотел еще раз увидеть твою магию, ― прошептал он, оглядываясь по сторонам. ― Забудь об этом, ― она бросила на него гневный взгляд, проходя мимо. Если так и дальше пойдет, то это может обернуться большой проблемой для них с сестрой. И пусть за ужином он вел себя, как ни в чем не бывало, Вэл теперь старалась быть начеку.  Когда Гарри с Роном ушли на позднюю тренировку, утянув с собой Гермиону, а Вэл вернулась в гостиную делать уроки, Эл решила заглянуть к совам. Совятня успокаивала ее, и в последнее время ей это было необходимо. Свежий воздух, пропитанный морозным ветром, охлаждал измученный мозг. Оставшись в этой школе, они хотели понять, к чему это приведет. По какой причине мир позвал их, и чьи места они занимают. Они согласились подстроиться, чтобы их жизни на какое-то время изменились. И как оказалось, их жизни действительно изменились, только перемены эти несли в себе что-то не совсем хорошее. Раскрывать не совсем свою сущность по крупицам, довольно изнурительно. Особенно, если ты живешь в страхе, что тебя вышвырнут с позором, назвав фриками и обвинят в краже чужих судеб.  Замерзнув, Эл оттолкнулась от перил небольшого балкончика, желая вернуться в теплую башню. Она не заметила фигуру в тени, что наблюдала за ней. Ступая осторожно по полу, устланному совиным пометом и скелетами разной живности, ставшими вкусным обедом для пернатых птиц, Эл оступилась. Что-то хрустнуло. ― Пожалуйста, пусть я не раздавила живое существо, ― пробормотала она, зажмурившись. Сбоку послышался смешок. Эл вздрогнула. ― Ты! Ты следишь за мной? ― убедившись, что под ногами давно нет ничего живого, Эл уставилась на Малфоя. Тот вальяжно выплыл из тени, вставая аккурат под падающий лунный отрезок. ― Не льсти себе.  ― Ага, ― взмахнув волосами, как финальной точкой, Эл направилась на выход. ― Не вежливо уходить не попрощавшись, ― раздалось ей насмешливо в спину. Она вздохнула. ― Мы и не здоровались. О, подожди, я поняла! ― Эл развернулась, скрещивая руки на груди, а ногу отставляя чуть в сторону. Малфой изогнул вопросительно бровь. ― Ты опять ждешь чего-то особого, верно? Я должна кинуться в твои объятия? Сказать: «Малфой, как жаль, что мне плевать на все, что ты там думаешь, отвали придурок и всего хорошего»?   Он рассмеялся. Низким, приятным звуком, отдавшимся вибрацией у нее в груди. Это странное ощущение совсем не понравилось Эл, но она стойко держала маску надменности, копируя его же поведение.  ― Первая часть мне больше нравится, ― он расставил руки в приглашающем жесте. Эл фыркнула, закатив глаза. ― Отвали придурок и всего хорошего, ― повторила она, отвернувшись и сдерживая улыбку. ― Я терпелив, Стредфорд, ― крикнул он, когда она уже спускалась по лестнице. ― Ты удивишься насколько! Вот ведь и правда придурок. Эл абсолютно не понимала свою реакцию. Ее щеки горели, и она приложила к ним прохладные ладошки. Улыбка не сходила с лица, будто случилось что-то уж совсем запредельно восхитительное. А по факту, это всего лишь Малфой, почему-то ни разу, не сказавший ей гадости. Она остановилась, удивленная осознанием, что вообще ни разу не слышала от него ни одного плохого словечка. Он либо кривлялся, либо... просто наблюдал. А ведь, если не вся, то подавляющая половина школы имеют вполне конкретное мнение о нем. Зайдя с этими мыслями в гостиную, Эл хотела поделиться своим открытием с Вэл, но встревоженный вид сестры ее напугал. ― Что-то случилось? ― спросила она, подсаживаясь на пол к ней. ― Ребята еще не вернулись, ― сказала Вэл, теребя ворс пушистого ковра перед камином. ― И? ― Все остальные из команды давно здесь, ― Вэл развернулась с обеспокоенным блеском в глазах. ― Ты думаешь... ― Снега нет, ― констатировала она, словно это была та заземляющая опора, дарующая спокойствие. Только это было не так. И волнение передавалось с бешеной скоростью. ― Я больше ничего не видела, ― тихо ответила Эл, сглатывая нервозность. — Ты и не должна была, мы не должны быть здесь. Владеть всем этим... — Вэл потрясла руками, образно имея в виду их способности, — этим не понятно, чем. В какой, к черту, школе мы учились? Какие мы волшебницы? Эл, мы с тобой СДИМ, дома нас ждут Алекс с Пирсом и зеркала с иными мирами. Чем мы с тобой занимаемся? — Так, успокойся давай-ка, — Эл схватила сестру за руки. — Не знаю, отчего ты так завелась, но послушай. Я ведь тоже думала об этом. И вот что решила: мир звал нас, очевидно, именно мы с тобой здесь и должны быть. Для чего – узнать сможем только, если дойдем до конца. — Какого еще конца? — Не перебивай! Никогда не бывает ничего случайного, особенно у нас с тобой, Вэл. Да, возможно мы и правда занимаем чье-то место. Но, — Эл вновь повысила голос, чтобы сестра дала ей высказаться, — но, подумай, пожалуйста вот над чем: если бы мы просто заменили двойников, то их магия в нас не зародилась бы.  Эл замолчала, выжидательно смотря на сестру. Та выдохнула, прикрыв глаза, облизала губы и посмотрела в ответ серьезным взглядом. — Мы не заменяли двойников, — уверенно произнесла она. — Мы втиснулись в чью-то линию судьбы.  — Именно! Пусть они считают нас ими, но мы то не они. Мир подсунул нас сюда, чтобы... чтобы что-то сделать.  — Если они обладают такими способностями, отчего ж сами не сделают? — Вэл склонила голову на бок, будто Эл сейчас выдумывала, а не рассуждала наравне с ней. — Значит, не могут. Не смогли бы. В нас магия иных миров, пусть сейчас она и не работает. Возможно, в этом и есть смысл. Мы в очередной раз должны встать на защиту мира. Вэл глубоко выдохнула, потирая лицо.  — В твоих словах есть логика, Эл. Но как нам пользоваться этими способностями? Как научиться владеть тем, что нам никогда не принадлежало и принадлежать не должно? — Пока что никаких трудностей не возникало. — Потому что эта магия сама по себе возникает, — улыбнулась Вэл.  — Мы научимся, или мир нас научит, — Эл потрепала сестру за плечо и огляделась. — Значит, ребят еще нет?  — Они могли просто задержаться, так? Потренироваться еще, ведь матч в следующие выходные, ― скорее себе, чем сестре, произнесла Вэл. ― Конечно, ты спрашивала у Оливера?  ― Нет, он начнет болтать, а я не в настроении. ― Ты сделала задания? Списать дашь? ― Эл улыбнулась, переводя тему. ― Сделала и нет, не дам, иначе ты ничему не научишься, ― Вэл поиграла бровями, поднимаясь.  Когда та была уже на лестнице, Эл заметила книгу, оставленную в кресле.  ― Вэл, это твоя? ― окликнула она сестру. ― Точно!  ― Не переживай, они скоро вернуться. Ты сама сказала, что время у нас еще есть. ― Мы не знаем, как именно работает эта способность, ― серьезно произнесла Вэл, прижимая учебник к груди. ― И да, ты не видела никого конкретного, и связь с ними мы провели только потому, что ты прикасалась оба раза к Гарри. Это вообще может ничего не значить. ― Именно, ― согласилась Эл, чувствуя тяжесть в груди.  Она опустилась на диван, роняя голову на спинку. И тут по всему телу пробежала дрожь. Она вздрогнула, уносясь сознанием в Запретный Лес, где крики наполняли пространство, а яркие вспышки ослепляли.  Где Гарри, Рон и Гермиона, загнанные в ловушку, пытались выжить. Вэл поняла сразу, что случилась нечто ужасное. Лицо Эл побелело, руки мелко затряслись, и когда она открыла глаза, страх начал расползаться подобно вирусу, охватывая все тело.  — Они.. они.. Вэл, нам надо…  — Выдохни и расскажи, только спокойно.  Вместо ответа Эл резко подскочила с дивана, напугав сестру еще сильнее.  — Нужно спешить, — она уже была почти у портрета, когда обернулась. — Вэл! Шевелись!  — Но… — Я объясню по дороге, каждая минута на счету.  Они неслись по коридорам, никого не замечая. Если бы им встретился кто-либо из преподавателей, то вряд ли они смогли бы улизнуть из школы. Вэл задыхалась, пытаясь поспеть за сестрой. Естественно, она не сомневалась, что видение показало Эл что-то опасное, что-то, что спровоцировало леденящий страх, но она не хотела гадать, что именно. И поэтому, после того, как сестра проигнорировала ее вопрос в четвертый раз, Вэл схватила ту за руку, как только они оказались на улице, останавливая.  — Ты должна мне сказать в чем дело! — надрывно потребовала она.  Эл оперлась руками на колени, тяжело выдыхая. ― Я видела их в лесу. И Гарри, и Рона, и Гермиону. Они где-то там, ― она указала рукой в сторону Запретного Леса, что темной стеной загораживал горизонт, ― и они с кем-то сражаются. ― С кем-то сражаются? ― заикаясь переспросила Вэл. Но Эл вновь побежала, не желая вдаваться в подробности. Чувство бесполезно утекающего времени наполнило вены. Она боялась опоздать. Школа – самое безопасное место, как не раз утверждала Гермиона со слов самого директора, только вот теперь это уже не казалось правдой. Вэл не отставала, постоянно оглядываясь назад. Желтые полоски света окон давно остались за спиной, и она зажгла палочку, освещая дорогу. Остановившись у подножия, обе переводили дух. ― Куда?  ― Понятия не имею. Эл жалобно взглянула на сестру, понимая, что совершенно не знает, куда им нужно. Видение не предоставляло карт, когда решало показать событие.  ― Черт! ― проскулила Вэл, задирая голову. ― Ну почему это должно случаться с нами? Опираясь рукой на ствол, чувствуя кожей шершавость коры, Эл надеялась выпросить подсказку. Должно же быть хоть что-то! Хоть маленький указатель, знак, чтобы они не теряли время! ― В чем чертов смысл этого дара, если я не могу ничего сделать! ― голос сорвался, Эл закрыла лицо руками. Кусая губы и переступая нервно с ноги на ногу, Вэл ожесточенно соображала, что им делать.  ― Надо идти, просто идти, ― сказала она, поднимая палочку выше, чтобы чаща не казалось такой пугающей в наступившей ночи. ― Стоя на месте мы точно ничего не сможем сделать.  Она подхватила сестру за руку и вошла в Лес. Каждый звук, шорох, хруст прокатывался дрожью по телу. Они вздрагивали, вертелись на месте, но ни на миг не останавливались.  ― Ты знаешь, Рон мне рассказывал, что в этом Лесу слишком много чудищ, чтобы вот так запросто гулять по нему, ― вдруг тихо сказала Эл, крепко сжимая руку Вэл. ― Да, поэтому сюда запрещено приходить, ― подтвердила она. ― Но мне кажется это меньше всего сейчас нас должно волновать, ты так не считаешь? ― Конечно, ― соврала Эл. Разумеется, страх за друзей перевешивал страх столкнуться с монстрами. Но быть разорванной на кусочки и съеденной как-то не воодушевляло на великие подвиги.  ― Слышала? ― Вэл резко остановилась, принимая спиной удар сестры, что врезалась в нее.  ― Нет. Они замолчали, прислушиваясь. Нечто похожее на треск исходил из глубины, но определить направление было трудно, поскольку звук рассеивался. Вэл шумно втянула носом воздух, вызвав скептический взгляд Эл.  ― Это концентрированная магия. Воздух становится плотнее, тяжелее, Эл, нам нужно спешить, ― Вэл дернула сестру, побуждая ее торопиться. ― И как ты это поняла? ― Вдохни, ― просто ответила она. ― У меня нет охотничьих способностей, как у собаки. ― Это было грубо, знаешь ли. ― Я нервничаю, а ты воздух нюхаешь! Вэл панически хохотнула, чувствуя напряженность каждой клеточкой. Еще не хватало поддаться истерике. Эл пришлось тоже зажечь палочку, поскольку темнота сгущалась как по волшебству, становясь чуть ли не вязкой. Но каким бы странным ей не показалось высказывание сестры, она тоже это ощутила. Воздух действительно опускался на плечи плотным одеялом, добавляя привкус опасности.  И тут тишину разрезал крик. Вэл с Эл замерли, сжав палочки так сильно, что руки почти свело судорогой.  ― Это Гермиона! ― воскликнула Эл, отпустив руку сестры и бросившись вперед.  Ее трясло, внутренности скручивало нервными спазмами. Ноги путались в растениях, цеплялись за корни деревьев, а дыхание сбивалось. Лица коснулось что-то нежное и прохладное. Осветив пространство над головой, она увидела снег. ― Боже мой, это снег! Вэл! Это снег, ― она не стала останавливаться, продолжая пробираться сквозь плотно стоящие деревья. Градус напряжения поднялся, опалив своим жаром органы. Сцепив зубы, Эл знала, что никакой монстр ее сейчас не остановит, пока она не доберется до друзей. ― Эл! Эл, стой! ― позвала сестра, и та оглянулась. ― Ну что? ― выкрикнула она. ― Посмотри! ― глаза Вэл в свете палочки казались неестественно огромными. ― Посмотри вокруг себя! Сердце болезненно сжалось от внезапно подступившего к горлу страха. Она медленно повернулась вокруг себя, освещая палочкой, но Лес оставался Лесом, а паника продолжала поглощать. ― Другого времени не нашла? Что я должна увидеть? Вэл сглотнула, шагнув к ней ближе. Подняла ладонь, на которую плавно опускались снежинки, но не сразу таяли.  ― Снег, ― прошептала она, ― он твой, Эл. Это ты его вызываешь.   Она открыла рот, чтобы возразить, но замерла. Медленно подняла голову, наблюдая, как пушистые кристаллики опадают только на нее.  ― Как вовремя, ― вздохнула она. Треск, крик и удар. Посмотрев друг на друга, будто опомнившись, сестры сорвались молча с места. И каждая винила себя за то, что позволили себе отвлечься.  Они знали, что рядом. Чувствовали магию, заполнившую воздух. Видели вспышки, мелькающие среди деревьев. И слышали крики заклинаний.  ― Протего – щит, которым можно прикрыться, ― напомнила Вэл, говоря паузами из-за сложного бега с препятствиями. ― Используй все, что вспомнишь, хорошо? Наши навыки бесполезны, скорее всего.  ― Ты разрабатываешь план? ― задыхаясь еле выговорила Эл. ― Главное отвлечь кого бы там ни было на себя, а потом придумаем. Главное эффект неожиданности! ― Договорились, если что я врежу любой твари по яйцам, ― воинственно прошептала Эл, вызвав смешок сестры. Последняя преграда. Последний десяток шагов. И сестры выбежали на маленькую поляну, жмурясь от интенсивного света. На одной половине расхаживал высокий, плотный... мужчина? Он весь был охвачен светом, скрывая себя, всполохи разлетались по сторонам, будто подхваченные ветром. Он водил руками из стороны в сторону, разнося по воздуху синеватый след магии. А напротив него жались друг к другу Гарри с Гермионой. Поттер прикрывал плечом подругу, которая тряслась и беспорядочно что-то шептала. А чуть дальше лежал... ― РОН! ― не сдержавшись, крикнула Вэл, и все повернулись в их сторону.