Тайны ведьм

Резкая тьма опустилась на тот кусок поляны, где сестры продолжали стоять с поднятыми на уровень глаз сцепленными руками. Эл открыла осторожно один глаз, не ощутив на себе никакого физического или другого удара. Затем второй и повернулась.  — Я ослепла, — выдохнула она со всхлипом.  — Здесь темно, Эл, — рядом раздался тоже вздох, но уже раздраженный. — Гарри, Гермиона! Рон! — позвала Вэл во тьму.  — Жив, — глухой недовольный голос позади.  — Мы тоже, — крикнула Гермиона. — Он исчез. Он исчез, — тише добавила она.  — Что произошло, почему я ничего не вижу? — не отпуская руку сестры, Эл на ощупь другой потрогала воздух.  — После того, как вы ударили его своими… чем бы там ни было, он исчез, — ответил Гарри. Послышалось шевеление, несколько раз произнесено “люмос”, затем громкое ругательство. — Чертовщина какая-то.  — Феномен столкнувшихся сил, скоро пройдет, — как бы между делом заметила Гермиона.  Сестры навострили уши. Трудно было держать себя в руках, когда ты абсолютно ничего не видишь.  — Какой феномен? — переспросила Вэл.  Еще один тяжелый вздох. Если так пойдет и дальше, подумала Эл, то всем им грозит кислородное голодание.  — Магия столкнулась, — судя по слабому удару, Гермиона хлопнула в ладоши, — воздух зарядился сильными импульсами, отчего сейчас сюда не проникает никакой свет. И так ночь стоит, а тут еще и такое.  — Я не пойду вслепую, мы так ноги себе переломаем или лбы разобьем, — вставила Эл, совершенно не обратив внимания на значение слов.  А вот Вэл обратила, и громко кашлянув, вновь задала вопрос: — Гермиона, что именно произошло?  — Как что? — недоумение в ее голосе слегка раздражало. Неужели не понятно, что знай они с Эл чуть больше, то этого колдуна давно бы след простыл.  Мрак постепенно рассасывался, отступая в тень деревьев. Свет звезд с яркой луной пробивался внутрь поляны. Гарри с Гермионой одновременно зажгли палочки. Они подошли к сестрам, осматривая их, а затем к Рону, который уже стоял на ногах. Повисло неловкое молчание. Вэл с Эл переглядывались, не зная, как начать разговор, а друзья смотрели на них в ожидании. И первым пришел в себя Рон, исказив злостью лицо. ― Что нахрен за херня здесь хренова произошла? ― Слишком много хрена на одно предложение, приятель, ― пошутил Гарри скорее машинально, чем осознанно. ― Похер, ― выплюнул он, с вызовом глядя на сестер. ― Давайте разберемся, когда вернемся в замок. Мы посреди ночи в лесу, в который ходить запрещено, ― вставила Гермиона, подхватывая Рона под руку. Они двинулись вперед в полном молчании. Вэл сжала губы, а Эл вымученно закатила глаза. Ничего другого от Рональда она не ожидала и знала, что того скоро отпустит. ― Думаешь теперь нам нужно будет во всем сознаться? ― шепотом спросила Вэл, лениво перебирая ногами. — Очевидно, — без особого энтузиазма ответила Эл. — Но что именно мы им скажем? Гермиона вот уверена, что все так и должно быть. — В смысле? — Ты вспомни, как она закричала: «используйте свой дар, плевать на ваш секрет», — Вэл скривилась, потирая грудную клетку. — Секрет в секрете какой-то получается, — выдохнула Эл, вяло размахивая перед собой палочкой, чтобы видеть дорогу. — И один из них явно не наш. — Теперь наш, как ни крути, но мы уже по самые уши во всем этом, — она дернула рукой, и мелкие искры посыпались из древка. — Осторожнее, — предупредила Вэл. — Думаешь, они смогут принять все это? Мы и сами-то не особо разобрались, что происходит. ― У них не будет выбора, ― постаралась улыбнуться Эл, хотя в груди у нее неприятно покалывало. ― Ты мне лучше скажи, что мы сделали, чтобы избавиться от колдуна? ― Понятия не имею! Наши силы... они... ты осознаешь это? Невероятно!  Вэл потирала ладони, концентрируясь на полутемной тропинке, чтобы не оступиться.  ― Ты думаешь они нам сейчас правду скажут? ― послышалось возмущенное восклицание Рона, которое он даже не постарался скрыть. ― Тише ты, ― одернул его Гарри и обернулся, виновато улыбнувшись. ― Вот тебе и «у них не будет выбора», ― скорбно произнесла Вэл, прожигая дыру в спине рыжего друга. ― Перебесится, ― махнула рукой Эл, собираясь высказать ему все, что она о нем думала. ― Что ты имела в виду, когда сказала, что твой дар зависит от эмоций, а мой нет? ― Сама подумай, Эл, я могу управлять эмоциями и чувствами... жителей иных миров, возможно, магия этого мира признала мои способности и это стало катализатором, ― Вэл печально усмехнулась, мыслями находясь явно не здесь. ― А ты получаешь знания о мире, о жителях, их имена и так далее, поэтому твоя магия просыпается, когда ты подключаешь визуализацию, ну или что-то в этом роде. Не эмоционально, так скажем, ― закончила она, потирая лицо двумя руками. ― Возможно ты права, ― кивнула Эл, перешагивая толстый корень и выходя из леса. Добравшись до своей гостиной и расположившись на диванах напротив камина, тело начинало расслабляться. Мышцы ощутимо побаливали, а осознание произошедшего по-настоящему обрушилось на каждого. Пара молодых людей все еще сидели за дальним столиком, мило склонившись друг к другу, и вряд ли захотели бы подслушивать разговор, который откладывать больше не имело смысла. ― Итак, кто вы такие на самом деле? ― Рон прислонился к спинке дивана, прижимая к груди окровавленную руку. ― И давайте только без вот этого «мы учились», «распространять нельзя». Гермиона, я от тебя вообще не ожидал, что станешь лгать нам с Гарри, глядя в глаза. ― Я не... но я же... ― Гермиона округлила глаза, понимая, что попалась и сама, скрывая тайну сестер и помогая им выкрутиться.  Она опустила голову, теребя пальцы. А вот Гарри поднялся, вставая напротив остальных, провел рукой по волосам и выдохнул. ― Рон, тебе нужно к мадам Помфри, Гермиона, я понимаю, почему тебе пришлось врать, а вы, ― он посмотрел поочередно на каждую из сестер, ― просто скажите правду. Больше никаких секретов. Сестры переглянулись. Скрывать что-либо больше не имело смысла, да и не хотелось, откровенно говоря. Поэтому Вэл встала рядом на место Гарри, который вернулся обратно на диван, сцепила руки в замок перед собой и приступила к рассказу.  — Для начала хочу встать на защиту Гермионы... — Еще бы, — фыркнул Рон. — ...поскольку все это не то, чем кажется. Гермиона нахмурилась, а Гарри облокотился на колени, подпирая голову. — Что ты имеешь в виду? — спросил Гермиона. — Секрет, который ты скрывала ради нас, тебе же о нем рассказал Дамблдор, верно? Гарри с Роном тут же повернулись к Гермионе. — Да, — осторожно кивнула она. — Не могла бы ты рассказать и нам, что именно ты знаешь? Пожалуйста. Все еще ничего не понимающая Гермиона обтерла ладони о штаны, хлопнула себя по бедрам и уверенно поднялась. — Профессор Дамблдор сказал, что этот секрет действительно важен, и о нем никто не должен знать. Но так как я стала вашим наставником, то должна была понимать, кто вы.  — Замечательно, теперь и я хочу это понимать, — съерничала Эл, за что получила суровый взгляд от сестры. — Вы родились в семье волшебников, — громкое «ага, конечно» от Эл Гермиона благородно пропустила мимо ушей, — но ваши родители были не совсем волшебниками, а потому, когда началась война, – не наша, – они спрятали вас.  — Что значит не совсем волшебники? Это как? — Вэл озадаченно прищурилась, пытаясь уловить смысл. — Этого мне никто не сказал, однако теперь у меня есть некоторые мысли на этот счет. — А вы сами не хотите нам о себе рассказать? — встрял Рон. — Хочешь знать? Хорошо, — Эл бодро подскочила с дивана и шикнула на Вэл, чтобы та ее не прерывала. В конце концов, ей надоел этот спектакль. Какие волшебники? Куда кто спрятал? Дамблдор или из ума выжил, или... или все-таки они вторглись в чью-то жизнь, вытеснив оригинал. — Мы, — она указала на себя с сестрой дерганым движением, — Вэлери и Элеонор Стредфорд. Родились в Лондоне, о, подожди радоваться, Рональд, — Эл потрясла рукой, призывая всех к тишине. — В Ричмонде дом родителей стоит до сих пор, у вас здесь имеется такой район? — Да? — скорее вопросительно, чем утвердительно ответил Гарри и тут же поправился, — конечно. А вы что, из другого Лондона? — Да, Гарри, мы из другого. Когда нам не было и четырех, родители погибли в автокатастрофе, — на слове «погибли» Эл изобразила кавычки. — К себе нас забрали тетушки – сестры мамы. У них мы и выросли. Замечательное детство, лучшего и представить сложно. А потом оказалось, что мы Стражи Дверей Иных Миров, и отправились мы с Вэл в дом, полный зеркал изучать и защищать иные миры, работая на Корпорацию Созвездие. Наш хранитель знаний Пирс, кстати, Рон, вы копии друг друга, серьезно, помогает нам искать родителей, ведь, как оказалось, они никогда не умирали. Их просто засунул в иной мир один псих. А здесь мы оказались по зову, угадаете чего? Верно, иного мира. Зеркало сияло, зазывно приглашая проверить его. И вот мы здесь – в ожившей мечте детства. Сидим в одной гостиной с золотым трио, с которым мечтали учиться в школе мечты – Хогвартсе, ведь все свое детство мы читали книги о приключениях Гарри Поттера! — Эл сама не заметила, как повысила голос. — Мы из другого мира! Там вы – выдумка писательницы, а это, — она обвела руками вокруг себя, — оригинальная фантазия. Я понятия не имею, что все это значит и почему вдруг нас здесь знают, а в нас какая-то непонятная магия, но мы не те, за кого нас принял Дамблдор. Не те! Эл выдохлась. И почувствовала острую боль в груди, отчего в глазах запекло. Высказавшись, выплеснув на друзей все, что ее так терзало эти месяцы, она вдруг ощутила пустоту внутри. Осознала, в каком дерьме они оказались. Четко поняла, что выбираться будет невероятно сложно. А самое главное... отказаться от всего этого она уже не сможет. Парочка, что сидела за дальним столом, странно оглядела компанию, собравшуюся у камина, и решила покинуть гостиную. Тишина ни капли комфортную не напоминала. Ни Рон, ни Гермиона, ни Гарри практически не шевелились. Было видно, как они пытаются переварить услышанное. Вэл зарылась в волосы, оттягивая их у корней. Надрывная и нервная речь сестры подействовала даже на нее. Как же все так получилось? Как так вышло? Что могло в механизме вселенной замкнуться, что они оказались здесь? В Хогвартсе, среди волшебных палочек, оживших героев книг и нападающих на них колдунов?  — Звучит, как бред, я понимаю, правда. Но, все так, как Эл и сказала, — прошептала Вэл, все еще разглядывая собственные колени. Как только звук ее тихого голоса разрезал тишину, остальные очнулись от оцепенения и заголосили разом: — Что значит выдумка писательницы? — озадаченно спросил Рон. — В смысле иные миры? — Гарри переводил взгляд с одной сестры на другую. — Как это не те? — пронзительный голос Гермионы почти заглушил остальные. — Спокойно, — Вэл поднялась с дивана. — Рон, это значит, что автор написал серию книг, придумал Хогвартс, Гарри Поттера и всех вас. Обычные фэнтези-книги, — она почесала лоб, слегка морщась от возникшей головной боли. — Гарри, объяснять, что такое иные миры слишком долго. Мы расскажем вам как-нибудь в другой раз. Гермиона, — Вэл вздохнула, покусав нижнюю губу. — С твоим вопросом вообще все сложно на самом-то деле. Потому что у нас нет ответов. Дамблдор решил, что знает нас, но это не так. Знает он кого-то другого, того, кого сейчас здесь нет. А есть мы.  — Почему вы не сказали ему?  — Сказали, — хором ответили сестры. — Конечно, сказали, — продолжила Эл. — Точнее, постарались, но он даже слушать не стал. Отправил нас под шляпу, и вот, мы сейчас вроде как студенты пятого курса вместе с вами. — А почему тогда вы умеете колдовать? Как это объясните? — Рон окинул сестер подозрительным взглядом. — Это самое интересное! Мы! Не! Знаем! — по слогам произнесла Эл. — Мы думаем, что втиснулись в чью-то судьбу, влезли в линию существования каких-то Эл и Вэл Стредфорд, о которых ваш директор и говорил. Только мы – не они! Мы определенно из другого мира.  — Годрик, как все сложно, — Гермиона отошла к камину, массируя виски. — Давайте расскажем ему. А где те другие? И... я все равно не понимаю, как вы можете колдовать? И эта ваша магическая сила... вы хоть понимаете, что это за сила? В ее глазах мелькал маниакальный блеск загадок, которые Гермионе очень хотелось скорее разгадать.  — А если он вновь нас проигнорирует, что тогда? Или посчитает сумасшедшими? Если мир нас позвал, значит, на то была причина, — Эл прошлась взад-вперед по перед диваном. — Да, и что-то мне подсказывает, что причина кроется как раз-таки в этом колдуне, что напал на нас, — поддержала ее Вэл.  — В таком случае, нам нужно выяснить кто это и что ему нужно, — Гермиона развела руками, словно это само собой разумеющееся. — Нам? — переспросила Эл. — Нам, — кивнула она, — а кому же еще? — То есть, вы не собираетесь отворачиваться, кривиться, обвинять нас в обмане? — уточнила Эл. — В каком обмане? — не понял Гарри. — Если все, что вы сказали – правда, а я склонен вам доверять, уж простите, то никакого обмана не было.  — Не было, — горячо заверила его Вэл. — Такого ни разу не случалось. Все миры, что мы проверяли, оставались разными, опасными или дружелюбными, но никогда не подсовывали нам что-то вроде этого. Жители, цивилизации – да, но не Хогвартс или любой другой оживший сюжет.  — Мне все еще сложно осознать, что мы для вас лишь выдумка какого-то автора, тем не менее, — Гермиона замолчала, стараясь правильно подобрать слова, — тем не менее, нужно в этом разобраться. И начнем мы с вашей удивительной магии. — Не нашей, — тихо вставила Вэл. — Если ты можешь держать ее в руках и пользоваться ей, значит, ваша! — Не будем спорить, — махнула рукой Вэл. — Что ты о ней знаешь? ― Вы слышали легенду о Селене Варун?  ― Ведьме, кто пожертвовал собой ради свободы? — поинтересовалась Эл. Все уставились на нее, и брови Рона поползли в удивлении на лоб. ― Да, именно!  ― Я впервые слышу! ― возмутилась Вэл. ― А ты откуда знаешь о ней? ― Я столько склянок у Снейпа перебрала в его подсобке, ― покачала она головой в ответ.  ― Склянки? И в одной из них сидела Селена Варун? ― прищурилась Вэл. Гарри засмеялся, прикрыв рукой рот. ― Да нет же! ― Эл закатила глаза и поднялась на ноги. ― Там книга лежала. Она постоянно падала мне на голову, я думаю это Снейп ее заколдовал, чтобы мне работалось не так скучно. В ней как раз и говорилось о ведьме Селене Варун. Она вроде как... Погоди, Гермиона, почему ты заговорила о ней? ― Из-за легенды, в книге этого не было?  ― Я не читала полностью, так, несколько страниц. О ее силе и жизни. ― Тогда слушайте, ― кивнула Гермиона, приглашая сестер сесть обратно, а сама переместилась на пол, чтобы ее слышал и видел каждый. ― Много веков назад существовала могущественная ведьма Селена Варун. Красивая, мудрая, добрая. Со временем начала она сторониться людей, закрылась в себе, ее лицо осунулось, а вид доброжелательности исчез, сменившись хмуростью и злостью. Кто-то говорил, что ведьма сошла с ума, кто-то утверждал, что злые силы перетянули ее на свою сторону, а кто-то и вовсе был уверен, что она обманщица и жизнь покарала ее. И каждый из них скорее всего был отчасти прав. Селена могла видеть судьбы людей и повелевать эмоциями, а потому со всей округи к ней приходили за помощью. ― Стой, повелевать эмоциями? ― Вэл сглотнула.  ― Да, что-то вроде влиять на них. Отбирать чувства или заставлять человека испытывать то, что хотела она. — С ума сойти, — выдохнула Эл, ошарашенно смотря на сестру. — А что значит «видеть судьбы»? — Знать все о человеке. — С ума сойти, — повторила Эл. — Вэл, ты понимаешь теперь? Вот тебе и связь – почему именно мы. — Это вы о чем? — спросил Рон. — О том, что в нашем мире мы обладаем точно таким же даром. Оказываясь в иных мирах, я могу видеть мир насквозь, знать все о нем, а Вэл... Ну, она может отбирать любые эмоции и дарить их. — С ума сойти, — хором произнесли Гарри с Роном. — Но, подождите, это все еще не объясняет, почему мы оказались втянуты в чью-то судьбу, — воскликнула Вэл. — И при чем здесь Селена Варун. ― Я объясню, ― улыбнулась Гермиона.  Рон издал звук, прикрыв глаза. ― Тебе нужно в лазарет, Рон, ― твердо произнесла Эл, рассматривая его руку.  ― Не раньше, чем мы все выясним, ― безапелляционно заявил он.  ― Мы уже рассказали тебе все, что ты еще собрался выяснять? ― недовольство Эл ярко проступило в натянутых словах.  ― Очевидно то, как именно вы связаны с Селеной Варун, ― в тон ответил он.  ― Чего? ― Хватит! ― громко воскликнул Гарри, возвращая всех в атмосферу спокойствия и относительной тишины. ― Гермиона, продолжай, пожалуйста. ― Да, спасибо, ― она благодарно улыбнулась. ― Так вот, считается, что Селене Варун являлись духи, нашептывая и дурманя ее сознание. Ее хотели склонить на свою сторону демоны под предводительством одного – Астарта. И она начала сходить с ума. Он приходил к ней во снах, искушая, ведь у нее была самая мощная сила всех времен! В любом случае, легенда, проходя сквозь века изменялась и подвергалась корректировкам. Что было на самом деле ‒ никто знать не может, ― голос Гермионы стихал, придавая рассказу загадочности и мрачности. Все склонились ближе, чтобы лучше слышать. ― И однажды он пришел к ней сам. Демон Астарт. Со своим войском! В человеческом теле он имел огромные размеры. Серо-синяя кожа, горящие адским пламенем глаза. Маленькие черные крылья за спиной, растрепанные и общипанные за время своих многочисленных воин на земле. Обугленный шлем с тонкими длинными рогами и клювом вместо носа, как у орла. И из каждого крыла на землю, извиваясь сами по себе, спадали черные полупрозрачные ленты. ― Черт возьми, ― выдохнул Рон, хотя было не понятно, что вызвало его реакцию больше: демон или рука, которая явно сильно болела. ― Сражалась Селена с ним в одиночку, ― продолжила Гермиона, проигнорировав друга, ― силой, равной которой не было и нет по сей день. Одной рукой она способна была вызывать глыбы льда, вспарывающие землю, как шпили. Второй выпускала электрические разряды, сжигая своих врагов и превращая их в горстки пепла. Небо затягивалось грозовыми тучами, а на землю опускался мрак, испещренный молниями и осколками льдин.  Гермиона отвлеклась, трансфигурировав тетрадь в стакан и наливая себе воды. Гарри зарылся в волосы, что-то тихо бормоча себе под нос, а сестры не смели шевелиться. И даже взглянуть друг на друга не решались. Каждое слово, произнесенное Гермионой, вбивалось в мозг гвоздями паники. Каждое слово, сказанное сейчас, подписывало приговор, который казался станет летальным. Все, что она говорила, привязывало Эл и Вэл к этому месту прочными веревками. Молнии и осколки льдин, разряды и снег.  ― Астарт был силен не меньше, ― начала говорить опять Гермиона, вернув тетрадке ее прежний вид, ― настолько, что Селена пошла на крайние меры. Единственным спасением для нее могло стать объединение собственного дара, но у нее на хватило на это сил. И тогда она решила заточить демона в медальон. Медальон, что она носила на своей груди, стал вместилищем для Астарта. Она прочла заклинание и камень, лежащий внутри украшения, поглотил его. Упав почти замертво, Селена успела изречь пророчество, которое сможет открыться только прямым потомкам, носящим в себе ее кровь.  Гермиона замолчала, переводя взгляд с одной сестры на другую. А те в свою очередь, смотрели на нее в ответ. Никто ничего не говорил. Но каждый думал об одном и том же: дар сестер слишком напоминал тот, каким владела ведьма Селена Варун.  — Но при чем здесь мы? — прошептала Вэл, боясь разрушить атмосферу. — Мы никак не можем быть потомками ведьмы, понимаете? — Но ими могут быть те другие, на чье место вас призвал этот мир, — на последних словах Рон скривился, будто сама мысль, что существуют другие миры причиняла ему боль.  ― Для чего? Зачем? Почему? У нас своя жизнь, своя судьба. Мы защитники иных миров... — Защитники, — Эл повернулась к сестре, — мы защитники. И по всей видимости, этот мир нуждается в нашей защите.  — За счет судьбы других людей? — Вэл приложила ладонь к груди, ощущая внутри горечь.  — А что, если те другие не смогли бы? И мир знал это, отыскав нас, как Стражей. Потому что мы связаны пусть не кровно, но магически с Селеной Варун. Здесь наши миры и пересеклись.  — Но где тогда они? — Вэл внимательно вглядываясь в сестру, в надежде, что у нее сейчас найдется этот важный ответ, расставивший бы все по местам. Но сестра смотрела на нее в ответ с той же растерянностью. — Быть может, они в вашем мире? У вас дома, — Рон легкомысленно пожал плечами, вызвав нервный тик у Эл. — В смысле у нас дома? С Пирсом и Алексом, что ли? — Понятия не имею, кто это такие, но да. Ведь здесь вы! — раздраженно проговорил Рон и его ноздри раздулись.  — Гермиона, — Вэл резко подскочила, заставив вздрогнуть парней, — а можно выяснить, кто такие Вэл и Эл Стредфорд в вашем мире? Найти о них информацию, ведь очевидно, что это они должны были прибыть в школу. Раз Дамблдор их искал, значит... — Я могу попросить отца, — недовольно пробормотал Рон, собрав на себе взгляды. — Что? Он работает в министерстве, друзей у него там много. Что-нибудь да нароют.  — Это будет просто замечательно! — Но что это вам даст? — задал логичный вопрос Гарри. — Даже если мы будем знать больше о них, вы все равно здесь, с их магией и не кровным родством с ведьмой.  — Кстати о ведьме, Гермиона, такой дар редкость? У вас тут разве не ведьмы учатся? — Нет, — со смешком ответила она. — Волшебники и ведьмы – разные. И по происхождению, и по магии, — объяснил Гарри. — И большая разница? — уточнила Эл. ― Огромная, ― кивнула Гермиона. ― Очень-очень давно мир разделился. Раньше и ведьмы, и волшебники существовали бок о бок, пока одна из сторон не захотела чуть больше власти, ― она закатила глаза, демонстрируя банальность истории. ― И знаете, кто? Ведьмаки, ― она усмехнулась, покачав головой. ― Они решили, что имеют право, и тогда волшебники сказали, что это противостояние к ним не имеет отношения и запретили вторгаться в свой мир. Ритуал, закрывший навсегда возможность ведьмам жить рядом. Их еще называли визарами, из-за названия ритуала – Визароус. Ведьм, кто остался на этой территории почти не осталось. Только вот никто из них палочку в руках держать не может.  ― Думаете, что это был один из них? Ведьмак? ― Эл поерзала на месте, громко выдыхая. ― Да, ― хором ответили Гарри с Гермионой. ― Заклинания на него почти не действовали, ― продолжила последняя, ― он отмахивался от них даже не трудясь. С визарами можно справиться, но это очень сложно, в большинстве случаев, одержать победу можно только взяв количеством.  ― Как он сюда попал? ― спросил Рон, сменив гнев на милость, судя по привычному тону голоса. ― А вот это уже очень интересно! ― хлопнула в ладоши Гермиона, испытывая явную радость от загадок. ― И у меня есть теория на этот счет. ― У Гермионы Грейнджер есть теория, кто бы мог подумать! ― шутя воскликнул Гарри, и тут же стих под предупреждающим взглядом. ― Рассказывай, ― попросила Эл, кивнув ей. ― Попасть в наш мир они больше не могут, верно? Сломать, обойти, найти лазейку невозможно, ― медленно начала она, рассуждая скорее сама с собой, чем объясняя друзьям. ― Но вы, уж простите, скорее всего наполовину ведьмы.  — Стоп! — выставила обе ладони перед собой Вэл. — Во-первых, давайте не будем забывать, что мы, уж простите, не ведьмы. Во-вторых, ты так говоришь о вашем мире и мире визаров, что я начинаю путаться. — Вряд ли это как-то похоже на ваши иные миры. Просто существует так называемое подполье – мир в мире. Визары живут под завесой. — Сложно, — смирилась Вэл с тем, что ни черта она толком не понимает. — Ладно, что там с половинками ведьм? — Вы...или они... ой хватит, — Гермиона ударила себя по ногам. — Вы здесь, вы колдуете, вы умеете стихийной магией управлять, значит, вы те, кто есть в этом мире. Вы – наполовину ведьмы! — Но... — Эл, в этом мире вы ведьмы. Точка, — глаза Гермионы сверкнули недобрым огнем, и Эл захлопнула рот, передумав спорить. — Правда она страшна в гневе? — хохотнул Гарри, дружественно хлопнув Эл по плечу. Та лишь закатила глаза. — Мы можем и палочкой колдовать, и магией ведьм пользоваться, это ты хотела сказать? — спросила Вэл, возвращая всех к сути разговора. — Именно это я сказать и хотела, да.  — Так, а что там с проникновением из завесы сюда? ― Смотрите, у меня два варианта. Первый: есть что-то в пророчестве, которого никто никогда не слышал, где говорится, что... Или нет, по-другому. Быть может, попав сюда, вы смогли разрушить заклинание?  ― Гермиона, ― обратилась к ней Вэл, привлекая внимание, ― послушай, даже если мы что-то сломали, как об этом узнал конкретно этот ведьмак? На нас что, маячки навешаны? И еще... ― Да, неужели вы думаете, что мы как-то связаны с этим мерзким чудовищем? ― подхватила Эл, нахмурившись. Ей совсем не нравилось то, куда ведет этот разговор. Даже если принять факт, что, быть может, они и являются наполовину ведьмами, то других ведьм они уж точно не вызывали.  ― В школьной программе не изучают магию визаров, ― возразила Гермиона. ― Мы даже примерно не сможем узнать, как устроен их мир. Все берется из переходящих из уст в уста историй. А вы сами знаете, каким образом деформируется информация, состоящая только из предположений. В мире магии возможно вообще все, и если вы смогли, то и они смогут, понимаете? — Понимаем, только мы открываем зеркала, чтобы попасть в иной мир, — напомнила Вэл. — У нас в крови способности Стражей Дверей Иных Миров. Это не случайность, не заклинание и не ритуал. Это вообще о другом.  — А если так: мир вас переместил сюда в тела... — НЕ В ТЕЛА! — воскликнули сестры хором. — Ладно-ладно, — подняла Гермиона руки в сдающемся жесте, — переместил на место других, тем самым разрушив силу ритуала. Дело в том, что визар ждал вас, испытывал и хотел увидеть вашу магию. Убедиться. А это может означать только одно: каким-то образом он почувствовал, что путь свободен, и что есть вы – ведьмы. Сестры молчали. Рон тяжело дышал, а Гарри встал, теребя одной рукой свои волосы и расхаживая туда-сюда перед камином.  ― Тебе нужно в лазарет, ничего важного ты здесь не пропустишь, ― немного грубовато сказала Вэл, обращаясь к Рону.  ― Я думаю вот что: ведьмы они или нет, но мы упускаем одну важную деталь, ― проигнорировав ее требование, он посмотрел на Гарри с Гермионой. ― Как ты и сказала, визар приходил за ними, ― он махнул головой в сторону сестер. ― Он ждал их, и когда те появились, забыл сразу же о нашем существовании, а еще! ― Рон хотел пафосно возвести палец вверх, но застонал от боли. ― А еще, ― продолжил он хрипло, ― как только они смогли – он исчез. Вот, что главное!  ― Допустим, и что нам это дает? ― прищурилась Гермиона. ― Возможно, они здесь только потому, что им позволила не их собственная магия, а потому что их привели сюда. Вариант с маячками натянут, но смысл имеет. Быть может, только они могут разрушить границу, ― Рон устало откинулся на спинку дивана, прикрывая глаза. Вэл сглотнула, облизав сухие губы. Каждое слово Рона попало в цель, отравляя своей правдоподобностью. Мало того, что он продолжал игнорировать так открыто их присутствие, так еще и пришел к выводу, что сестры просто‒напросто способ попасть в мир волшебников.  ― Тогда нам нужно уйти, ― тихо отозвалась Эл, опустив голову. ― Что? ― переспросил Гарри. ― Если Рон прав, то с нами опасно. И оставаясь здесь, мы всех подвергаем опасности. Пришел раз – придет и еще. И может вообще теперь не один. Нас могли заманить, чтобы мы им дорогу показали. ― Что ты такое говоришь? ― сестра широко раскрыла глаза, сдерживая улыбку. ― Нас позвал мир. Зеркало сверкало, прося его проверить. Никто не смог бы использовать нас. Если уж на то пошло, и если уж теория Рона верна, то это будет касаться тех других, но не нас.  — О, святые панталоны Мерлина! — громко воскликнул Гарри, перепугав сестер и Рона вместе с ними. — Почему мы сразу об этом не подумали? — Что? — хрипя переспросила Эл.  — А что если те другие как раз и разрушили ритуал? И мир вас позвал на защиту именно поэтому? — Вытеснив их из вселенной? Типа как в наказание за непослушание?  Рон с Вэл засмеялись, переглянувшись.  — Типа как возможность вообще попасть сюда. Иначе как бы вы в Хогвартс приехали? Вы даже барьер бы не прошли! — Я об этом даже не думала, — Вэл резцами закусила край губы. ― Нужно пойти к Дамблдору, ― произнесла она, обращаясь к Гарри. ― Рассказать все, убедить его нас выслушать. ― А если он нам не поверит? — Эл все еще сомневалась, что директор воспримет их всерьез. — Но это глупо, зачем о таком выдумывать? — развела руками Гермиона. ― Хорошо, попробуем, — согласился Гарри. ― Но сначала ты, приятель, обратишься к мадам Помфри, понял? ― требовательно произнес он, обращаясь к Рону. Тот согласно кивнул, поднимаясь с дивана. Уставшие и обессиленные друзья покинули теплую гостиную. Отстав от всех, Вэл шла, прожигая спину Рона задумчивым взглядом. Ей казалось, что с сегодняшнего дня все изменится. И если Гермиона с Гарри смогут относиться к ним, как раньше, то точно не Рон. Он наверняка считает их монстрами, притащившими за собой еще монстров. И на самом деле, скорее всего будет прав, решив сторониться их. Так безопаснее, если хоть капля правды во всем этом имеется.  Рон резко обернулся, посмотрев на Вэл. ― Ты в порядке? ― спросил он, притормозив, чтобы поравняться с ней. ― Со мной? ― она даже не успела проконтролировать свои эмоции, отразившиеся на ее шокированном лице. ― Ну да, выглядишь потрепанной, ― слабо улыбнулся он. ― А ты покалеченным, поэтому твой вопрос глупый, ― она тоже улыбнулась, только вот вряд ли искренне. ― Мне повезло, что его магия попала мне в руку, ― отмахнулся он. Вэл глубоко вздохнула, опустив взгляд себе под ноги. ― Ты считаешь нас монстрами?  ― Нет. ― Нет? Но ты... ― Я действительно разозлился, что вы скрывали свой дар от нас, ― начал объяснять Рон. ― Вы разумеется имеете право хранить секреты, но такие! К тому же, я ведь даже не предполагал, что все окажется настолько запутанным. Неужели вы думали, что мы можем разболтать все? ― Да не в этом же дело! ― Вэл даже остановилась от удивления. ― Во-первых, мы и сами не знаем, что происходит, понимаешь? Нам никто ничего не объяснял, все, что мы сейчас выяснили – это лишь благодаря общему участию в размышлениях. А во-вторых, Рон, быть не такими, как все, очень затруднительно, знаешь ли. Мы думали, вы просто нас не примите.  ― Глупости какие, ― фыркнул он. Затем вздохнул, ― ничего подобного не случилось бы. Вы здесь и уже часть этого мира. А с визарами мы как-нибудь справимся.  Рон обошел Вэл с другой стороны, чтобы здоровой рукой приобнять за плечи.   ― Спасибо, ― тихо ответила она, чувствуя тепло его тела, как чувствуя и облегчение. В лазарете пришлось врать, что Рон тренировался с заклинанием, пытаясь поместить огонь в банку, что вышло крайне неудачно. Мадам Помфри до конца исцелить руку так и не смогла, затянув основную часть пораженной кожи, а потому вряд ли поверила, что это всего лишь обычное заклинание. И вывод, который друзья сделали, слишком очевиден: магия ведьмака отличается от магии волшебника не только применением и своим началом, но и возможностью исцеления.