Открой глаза!

***

      Фигура зеленоглазой девушки пошатнулась от шока, и она резко упала на пол с характерным стуком. Её любовник, стоящий облокотившись на её визуально хрупкую фигуру, упал вслед за ней. Очнувшись от шока, Дана быстро скинула с себя Буриса и поднялась, услышав под собой лишь недовольное бормотание.

Ничего страшного, выживет.

      Кажется, эта жалкая компашка была в настолько глубочайшем шоке от слов Лололошки, что обратили на неё своё внимание только тогда, когда она поднялась с пола. Раздражённо закатив глаза, она начала отряхивать запылившуюся одежду.       "Они что... вообще тут не подметают что ли!?" – С толикой злости подумала Дана, сильнее чем нужно проводя по чёрным штанам. Её любовник, поднявшийся практически сразу после неё, неловко похлопал зеленоглазую по плечу, стараясь унять её злобу. Конечно, девушка была благодарна, но сейчас был совершенно не лучший момент для подобного. – Ну что... "Сестра". Довольна своей новой должностью? – с издёвкой спросила золотолицая. Её раздражала вся эта ситуация. Так ещё и эта богатая "принцесска"... Как противно. Не то чтобы она защищала этого горе-мироходца. Ей вообще плевать на Лололошку!       По лицу богатой девчушки текли слёзы. Она стояла неподвижно, смотря в одну точку. Дана даже почувствовала что-то похожее на жалость к её абдам. Такая слабая, не способная контролировать саму себя "госпожа". Каким-то образом она начала понимать Лололошку... – О-отстань! – всхлипнула Окетра. Видимо на неё только накатило понимание, что она плачет и от этого девчушка сразу же стыдливо прикрыла лицо руками. Ошибки тут точно не было, в её голосе был слышен страх и очень слабая злость. "Стоп. Страх?" – Дана моргнула в непонимании. "Неужели её действительно напугал этот мальчишка?" – она засмеялась. Но смех её был немного сломлен. Как бы сильно зеленоглазая не отрицала, что боится этого слабака, она врёт.       Нагло, очень нагло врёт. Как самой себе, так и окружающим её людям. Казалось, его глаза всегда холодно преследовали каждую прошедшую рядом фигуру, нагнетая неприятные чувства. И ведь когда его не было, Дана всё так же ощущала на себе глаза. Даже в самых безлюдных местах.

Нигде нельзя было скрыться от холодного взора.

      Хоть этот абд и проиграл ей, но что-то внутри неё прямо кричало: "Опасайся его! Не связывайся с ним. Он - не тот, кого хочешь разозлить и заполучить себе во враги!". Её преследовало странное чувство, что абд поддался ей.       Голос моАнсБДтраА был слишком поддельным. Слишком весёлым, что мог поменять собственную тональность как угодно. Так странно. Это её ВЕпСЕуЛИгаЛОло. Почему-то Дана не полностью уверенна, но всегда, когда она видела его глаза, они были пустыми.       Хуже, чем она когда-либо видела у людей, окончательно потерявших всё. И надежду на лучшее, и близких людей, и собственное имущество.

Его пустые глаза ей так сильно напоминали глаза Коко после смерти дедушки...

Абсолютно безликая пустота со зрачками-искрами, которые будто утягивали тебя за собой в бесконечную тьму. И разве это не звучит абсурдно? Зрачки-искры! Она бы не поверила бы в такую чепуху, если бы сама её не увидела. Что её больше всего настораживает, так это то, что после того, как Коко окончательно сошла с ума, она продолжала бормотать про зелёные глаза-искры. Убийца её отца и этот горе-абд имели те же зрачки. – Ч-чего ты смеёшься!? – на звук её смеха повернулась Окетра, в возмущении всхлипнув. Кажется, она только ещё сильнее разрыдалась от мысли, что над ней смеются. Строитель продолжал неподвижно стоять вместе со служанкой, ничего не делая чтобы помочь или успокоить бедную принцесску. Наверное, самым интересным для неё в этой ситуации был Абди. Он явно не находился в шоковом состоянии, как остальные присутствующие личности, скорее он... А хотя не важно. Почему ей должно быть какое-либо дело до этого предателя? – Л-леди... – заговорила служанка. Да у неё самой на глазах слёзы и всё же она продолжает пытаться успокоить эту богатую девчушку. Синеволосая выглядела разозлённой одним лишь обращению к ней. Служанка вздрогнула от её взгляда, а затем послушно опустила голову. Принцесска от такого действия вскочила как после самого худшего кошмара, который она когда-либо видела. Она неосознанно протянула руку к своей служанке, но отдёрнула себя, поняв, что сейчас она только продолжит вредить. – Я-я.. ребята... – Окетра задрожала. – Прошу... простите меня все. – дрогнувшим голосом пробормотала она, резко отворачиваясь и быстрым шагом направляясь к своей комнате. Видимо сейчас ей было совершенно не до гостей. Дана почувствовала на своём плече мозолистую руку. – Дана... Мне кажется нам стоит уйти. – сказал Бурис. Он спешно остановил её, когда она хотела начать протестовать и дать довольно резонный аргумент, заключающийся в: "А что мы Салику по-твоему скажем?". – Я думаю сейчас не самое лучшее время ехать в Нахвамдис. У меня какое-то плохое предчувствие. Дана была человеком, что полностью полагалась на свои инстинкты, как и Бурис, поэтому она сразу же замолчала. Кто бы что ни говорил, но она умела прислушиваться к людям. Правда только к Коко и Бурису. Кивнув Бурису, она без лишних слов направилась к выходу, не забыв напоследок кинуть простое: "Ещё увидимся." Бурис ещё какое-то время постоял в проходе, но затем точно так же проследовал за Даной, решив не тратить время на привлечение их внимания.

***

      Окетра быстро захлопнула за собой дверь и, оперевшись на неё, упала. Силы будто разом покинули её тело, а разум не мог нормально мыслить. Она старалась успокоиться, забыться. Сейчас ей нужен был только чистый разум, но, к сожалению, у неё никак не получалось прийти в себя.       Всё её тело тряслось, ладони немного вспотели, а зрачки то и то бегают туда-сюда. Её дыхание ускоряется и теперь она больше не может сдержать уродливые всхлипы. Постепенно такие редкие звуки переросли в плач. Детский, наивно-капризный плач. Леди старалась приглушить себя ладонями, но это особо не помогло.       Она слишком стыдилась, что её услышат абды. Поэтому, наконец собравшись с силами, она отползла в сторону своей кровати. Окетра уткнулась лицом в подушку, утирая слёзы. "Ты это заслужила." – пронеслось у неё в голове. "Хватит нюни пускать. Соберись." – продолжала мысленно девушка. – Да прекрати уже! – сама себе закричала синеволосая девушка. Резким движением она смахнула с щек слёзы. – Он- Он не прав! Все его слова - не правда! – не смотря на сказанное, в её голосе не было слышно убеждения. – Не правда же...? – шептала Окетра. – Я не могла так поступить, как он говорил... не могла же! – девушка старалась убедить себя в собственных словах, но с каждым новым словом она только ещё сильнее сомневалась в своей правоте.       Раз за разом она не замечала, как сильно страдают все её абды, как они все стараются. Что все они как один забыли про Лололошку, включая саму Окетру. Совершенно не обращали на него внимания. Она не всегда замечала, что Лололошка врёт, но даже когда замечала... Окетра ничего не делала.       Девушка не решалась расспросить об этом самого абда. Окетра надеялась, что он сам расскажет ей в чём проблема. Но разве это просто не ещё одно оправдание? Особенно, когда проблемой являлась она сама. Она действительно могла докопаться до правды, обратить внимание на то, как быстро Лололошка начал худеть, как болезненно он выглядел с каждым днём.

Она могла, но ничего не сделала.

"Он был прав. Он был так чертовски прав..." – подумала Окетра. "Я слишком зациклилась на себе, решив игнорировать проблемы своей семьи." – на этой мысли Окетра остановила себя, задумавшись о мнении остальных, если бы она так их назвала.       "А семья ли мы? Думаю, Лололошка точно так никогда не думал... я отталкивала его, оскорбляла, игнорировала, обесценивала все его труды." – Леди сжалась в комок от огромного натиска эмоций, поспешно закрыв ладонями лицо, только почувствовав влагу на глазах. – Прости... прошу, пожалуйста... простите меня все. – по комнате прошёлся всхлип. – Я была так неправа. – её пальцы крепко сжались на основании синих волос, а голова уткнулась в колени. – Я должна была заметить, увидеть ваши страдания с самого начала.

– Прости меня, Лололошка... – единственным свидетелем её безмолвного плача стала пустынная комната.

У леди не вышло заметить тихие шаги Абди, отдаляющиеся от её комнаты.