Это были мы, целующиеся; Я, целующий тебя, и ты, целующий меня

       Было такое чувство, будто в его черепе работал отбойный молоток. Плюс, когда мудак из машины позади него решил посигналить, Бутч почувствовал, словно его глазные яблоки собирались выпасть из его головы и покатиться по приборной панели.        Сколько же он выпил вчера вечером?        О, ну да. Дохрена. А он думал, что это уже в прошлом. Так и было, но увидев эту мертвую девушку, проституткой она была или нет, он почувствовал, будто его распиливали заживо. Это было слишком близко, слишком знакомо, и лучший способ, который, он знал — это убить боль выпивкой. Это был единственный известный ему способ исцеления. Жаль, что он не обнаружил его, пока ему не исполнилось семнадцать. Тогда бы не было семи лет чувства вины и самоедства, добровольное и возложенное на него его дорогим папочкой, свалившим это на ребенка, у которого не было никакого спасения или способа, чтобы притупить боль и ненависть.        Бутч сжимал руль, пока боль в суставах не отвлекла его немного от головной боли. Ублюдок за ним снова просигналил. Как будто авария впереди уберется с пути быстрее, если он продолжит сигналить.        — Клянусь Богом, — он ворчал про себя, — ещё раз, и я выйду из машины и надеру чью-то задницу.        Тридцать минут спустя, и с пятнадцатиминутным опозданием, он, наконец, добрался до участка.        — Ты выглядишь ужасно, — поприветствовал его Хосе.        — Взаимно.        К счастью, кто-то заварил свежий кофе, и Бутч вцепился в свою кружку, как в спасательный круг, в то время как Хосе положил файл на его стол.        — Вызов поступил только что. Подумал, что лучше подождать тебя.        Бутч уже знал что это, но всё равно спросил. — Что у нас?        — Другое тело. Райли Парк. Похоже, на то же самое дело, но—        — Что?        — Офицер сказал, что эта моложе...и ее буквально искромсали. Ещё хуже, чем раньше. Если это вообще возможно.        — Чёрт. — Бутч провел рукой по лицу, вдруг понимая, что он забыл побриться сегодня утром. Дерьмо. Ему точно не нужна была ещё одна мертвая девочка.

~*~

       Рейдж думал, что с его носом может быть что-то серьезно не в порядке, когда он побежал вниз по темной аллее, с кинжалом наготове. Особенно, когда его взгляд остановился на теле, и он получил возможность полюбоваться на дерьмо высшего класса, которым мир так любил его одаривать.        — Вот. Чёрт. — Он остановился, очевидно, слишком резко для Фьюри и его ног, потому что Рейдж почувствовал как теплый, твердый, размером с Фьюри вес ударился о его спину. А потом резкий вдох.        — Дева-Летописица... — выдохнул Фьюри, убирая оружие в кобуру.        Ви догнал их последним, и если бы это все не было так уныло, как на похоронах, Рейдж, возможно, выдал бы какое-нибудь дерьмо о том, какой Ви стал старый и изношенный.        Но не было ничего изношенного в том, как рот Ви разразился потоком проклятий. Он остановился посередине одного очень красочного проклятия и подошел, встав рядом с Рейджем. Его глаза метнулись к телу перед ним.        Она выглядела слишком маленькой, чтобы в ней было так много крови. Белые конечности в массе темно-красной крови, волосы, слипшиеся от такого ее количества. Рейдж не был уверен, кого он должен был наказать за это, он знал только то, что точно обязан это сделать.        — Она человек. — Фьюри уже стоял на коленях, глаза анализировали тело. Рейдж был рад. Его брат был достаточно нежен, чтобы доверить ему эту работу. Сейчас он чувствовал такую тесноту в груди, что быть полезным и нежным было последней вещью у него на уме. Она была человеком, а кто-то ее сломил. Мэри была человеком. Этим все сказано.        — Человек. Значит, это не наше дело, — сказал Ви. — Как насчёт уйти отсюда прежде, чем кто-то здесь появится? — Его голос был жёстким, но Рейдж знал парня слишком хорошо. Они работали вместе в течение чертовски длительного времени. Его брат мог выглядеть, будто ему было всё равно, но то, как были напряжены его плечи, и то, как он продолжал поглаживать свою руку в перчатке, позволило Рейджу понять достаточно. Это беспокоило Ви так же, как беспокоило его, и он был просто в нетерпении дать поработать своей руке.        — Секундочку... — Фьюри провел пальцем по земле. — Это, вероятно, то, что ты унюхал, Рейдж. — Палец был покрыт черным липким веществом. Черная кровь.        Вот что его смутило поначалу. В одну минуту, они направляются к контрольной точке, чтобы разделиться, а в следующую — Рейджу в нос ударяет запах крови и лессера. Тем не менее, человеческая девушка и лессеры вместе не имели никакого смысла. Рейдж нагнулся вперёд, чтобы сделать большой вдох. — Да. Я узнаю запах этих ублюдков в любом месте.        Фьюри вытер кровь носовым платком. — Это не было чисто человеческое преступление.        Ви начал нервно играть с зажигалкой, включая и выключая огонь, свет отражался от графитовых стен. — Мертвая проститутка? Зачем лессерам убивать какую-то бедную уличную девчонку?        — Я не могу быть уверен. Но ты видишь всю эту кровь? Мелкие порезы?        Рейдж видел, и ему хотелось удалить это изображение из своего мозга. — Это гребаное месиво.        Фьюри кивнул. — Они не убили ее сразу, связывали по рукам и ногам...Это почти как они хотели, чтобы она истекла кровью.        — Больные ублюдки! — Это было низко даже для этих гадов. Братство обычно могло рассчитывать, что они основная цель лессеров, но вмешивать в это людей — это был совершенно новый поворот дела.        Фьюри уже вытащил телефон. — Мы должны сообщить об этом и выяснить, что это всё значит.        Вот когда Рейдж заметил, что Ви вообще ничего не говорил, когда обычно он был полон идей. На самом деле, он не делал вообще ничего. Он взглянул на своего брата, умные белые глаза сузились, глядя на труп, лицо серьезное.        — Что ты думаешь, Ви?        Когда Ви не ответил, Рейдж стукнул его кулаком по твердому плечу. — Ви!        Взгляд Ви быстро скользнул по Рейджу, чтобы потом снова вернуться к разглядыванию девушки. Он выглядел также, когда искал ответы в своих Игрушках. Полностью в своей голове; потерянный для мира вокруг него. — Что?        Рейдж помахал рукой перед его лицом, а Фьюри отошел в сторону с телефоном, чтобы позвонить. — Ты с нами мужик?        — Я стою прямо здесь, не так ли?        Рейдж был готов поспорить, что Ви поставил их разговор на автопилот, в то время как сам проводил какие-то расчёты в своем большом мозгу. Он делал это много раз, и ты всегда мог сказать, когда это происходило, потому что он не смотрел прямо на тебя, а как будто сквозь тебя.        — Ну, что? Есть какие-нибудь мысли? Я знаю, у тебя есть, что сказать.        Ви покачал головой. — Ну, да. Лессеры. Мое нутро говорит мне, что это дело определенно из нашего мира.        — Чёрт! — И это действительно так. Слишком достаточно дерьма, чтобы примешивать в это дело ещё и людей.        Ви наконец сфокусировал свой взгляд на Рейдже, со странным выражением на лице. — Рейдж...слушай...я...я должен идти.        У Фьюри была соответствующая реакция с какого-хрена выражением, написанным на лице, перед тем как диспетчер начал говорить на другом конце провода, отвлекая его внимание. — Э-э, да я хочу сообщить об убийстве...        Рейдж, однако, сохранил это выражение лица. — Ты должен идти? Куда?        Ви уже начал озираться, чертовски беспокойно, как будто он не мог уйти быстро. — Да. Я буду...Я позвоню через некоторое время.        Рейдж не смог умерить злость в голосе, когда он положил руку на жёсткий бицепс Ви. — Ты прикалываешься? Какого чёрта, Ви? Ты на патруле. Здесь не бывает «я должен идти».        — Рейдж. — Лицо Ви было искренним и полным чего-то такого, что даже Рейдж никогда не видел. Страх. – Брат мой. Я должен. Просто...просто прикрой меня? Полчаса, а может и меньше. У меня есть кое-что, что я должен сделать. Я должен, понимаешь?        Рейдж понял. Как бы там ни было, это реально, и Ви нужно это сделать. Ви изменился в последние несколько недель, что-то определенно происходило в жизни парня. Но Ви? Ви не становился встревоженным без причины.        — Ладно. Тридцать минут. Не больше. — Он провел по руке Ви, давая понять, что он был отпущен с крючка, не будет никакого допроса. — Чёрт. Ты будешь мне чертовски должен за это.        Ви уже начал спускаться по переулку. — Запиши на мой счёт, ладно?

~*~

       В дверь позвонили, когда Бутч только начал намыливать свои волосы. Он выругался, почти поскользнувшись. Боль пронзила его голову, когда он врезался в стену.        — Чёрт бы тебя побрал. Круз! — Он сплюнул, быстро смывая остатки мыла из волос и глаз. Его напарник начал вести себя очень властно, потому что Бутч пришел на работу с похмелья. То же похмелье, которое у него еще не закончилось. Последнее тело, которое они нашли, было изуродовано. Поэтому он решил избавиться от этих изображений с помощью Лага, выпив его прямо из бутылки.        Достав полотенце, он вытер лицо, прежде чем обвязать его свободно вокруг талии. Бутч не умел вести хозяйство и полотенце, которое, возможно, когда-то было белым, сейчас выглядело серым и потрёпанным. По крайней мере, это не было одним из наиболее износившихся и дырявых, но оно определенно видело лучшие дни.        Он старался не скользить по деревянному полу, оставляя мокрые следы, пока он шел по направлению к входной двери. Звонок всё ещё не замолкал, раскалывая его череп пополам.        — Какого чёрта, Хосе?... Кончай уже трезвонить, — кричал он, подходя к двери.        Он распахнул дверь, чтобы найти там Ви, заполнившего весь дверной проем, его рука вытянута, чтобы нажать на кнопку ещё раз. Она застыла в воздухе. На самом деле Ви застыл полностью. Он просто смотрел на него.        Руки Бутча двинулись к полотенцу. Да, по-прежнему на месте. Тогда что это был за ошеломленный взгляд?        — Ви, какого черта ты делаешь? Разве мы не встречаемся завтра вечером? И ради Бога, дай этому звонку немного отдохнуть!        Ви прочистил горло, глаза снова сфокусировались. — Хм...да таков был план, но...кое-что произошло.        Бутч и сам это видел. Вместо джинсов, футболки и кепки, он был одет в тот комплект, который был на нем первые пару раз, когда они только встретились. Черные кожаные штаны. Черная обтягивающая футболка. Кобура с кинжалами, не так уж хорошо скрытая под кожаным пальто. Он выглядел опасным...темным...довольно сильно отличается от веселого ублюдка, который рассуждал о бейсболе и любил охлажденный Гуз.        Бутч отступил и позволил Ви войти внутрь. Он закрыл дверь, поворачиваясь и двигаясь дальше в комнату.        — Что случилось такого важного, что ты вытащил меня из душа?        И что это была за оборонительная стойка? Ви целенаправленно смотрел в пол, скрестив руки вокруг своих кинжалов.        — Я получил кое-какую информацию по твоему последнему делу.        — Проститутки? Ви кивнул, глаза все еще направлены в пол. — Это пересеклось...с моей работой. С тем, хм…делом, над которым мы —я работал на протяжении некоторого времени. Мне нужно, чтобы ты оставил это дело.        — Ты должно быть шутишь! — Бутч взорвался прежде, чем он даже понял, что кричал.        — Я не шучу. Мне нужно, чтобы ты отступил. Еще вчера.        — Я ни от чего не отступлюсь, пока ты не дашь мне гораздо более вескую причину.        Ви не ответил, но воздух вокруг него, казалось, изменился. Бутч почувствовал, как мурашки пробежали по его рукам. Он должен бы пойти и надеть на себя что-нибудь, но злость была довольно хорошим способом, чтобы согреться.        — Ты не понимаешь. Я не прошу тебя, — Ви, наконец, посмотрел на него. — Я говорю тебе. Это дерьмо гораздо глубже, чем ты можешь представить. Так что, отступись.        Независимо от причины, по которой Ви приехал, это не имело значения. Никто не говорил Бутчу О'Нилу, как быть копом. Независимо от того, каким бы чертовски страшным он не был или думал, что был.        Бутч подтянул полотенце, двинулся вперед, прижал руку к груди Ви и толкнул. — Ты говоришь мне? Пошел. Ты. Я начал работать над этим делом первым. Это моя работа. Я раскрываю преступления и ловлю ублюдков, которые заслуживают намного худшего, чем то, что они получают. Я не знаю, что у тебя за дело, потому что хочешь сохранить его в секрете, но мое дело — это дерьмо вроде этого. Когда Бутч приблизился еще ближе, дыхание Ви перехватило. — Поэтому я не отступлюсь от этого дерьма. Ты понял меня?        Вот тогда Ви практически пригвоздил его взглядом, чертовски интенсивным с этими его светящимися глазами. Он выпрямился во весь рост. Он был ростом шесть и семь фунтов в своих ботинках, заставляя Бутча смотреть вверх. Он наблюдал, как Ви медленно взглянул на свою грудь, куда его толкнули, и провел взглядом по всей длине руки Бутча, по его груди, и, наконец, остановился на его лице. Он не знал, была ли причина в этом наряде или в чем-то ещё, но чувствовал себя Бутч еще более голым, чем он был на самом деле. И он чувствовал, что этот взгляд пронизывал его насквозь.        Тогда парень обернул свою сильную руку вокруг руки Бутча, сжимая ее только с намёком на боль перед тем, как убрать ее от своей груди. Он выдохнул и посмотрел в сторону, снова скрестив руки. Его лицо было напряжено, пока он стискивал челюсти. Что-то серьезно волновало мужчину, он был очень нервным с самого начала этого разговора.        Бутч решил попробовать другую стратегию. — Я ведь даже не должен говорить о своих делах, так что не пытайся указывать мне над чем не работать. Ты бы даже не узнал об этом деле, если бы не мой большой рот.        — Я помогал тебе с твоими делами.        — Да. Что ж, — Бутч скрестил руки на груди, копируя позу Ви в точности, — больше нет.        — К черту, — вспыхнул Ви. —Я не пытаюсь управлять тобой. Я просто говорю отступить. По крайней мере, пока я не узнаю больше.        — Почему?! Чтобы ты сам смог раскрыть дело? — у Бутча вырвался звук отвращения при одной мысли об этом. — Ни хрена не получится.        — Ты невероятен. Я не хочу обогнать тебя в этой глупой затее. Я просто не хочу, чтобы ты... — Ви оборвал предложение.        — Что?        — Это не обычный грабитель, Бутч...Это что-то совсем другое. Тебя могут ранить.        — Я знаю, что это не грабитель! Я не идиот. И видишь вот это, мудак? — Бутч наклонился вперед и ткнул пальцем в свой живот. — Это то место, куда я получил пулю еще в 2002. И это, — подняв локоть, показывая длинный тонкий шрам, который пробегал прямо по центру, — где я перенес операцию на локте после того, как я пытался поймать пару сбежавших ублюдков, сломав руку в процессе. И я уверен, ты заметил, что мой нос был сломан слишком много раз, чтобы позволить выиграть мне конкурс красоты. Так что я получал раны и раньше. Много раз. Я не чертова фарфоровая кукла, так что спасибо за беспокойство, но мне это не нужно. Я не брошу это дело.

~*~

       Ви уставился на шрам, похожий на звезду, возле желудка Бутча. Да, у него тоже был шрам в виде звезды на груди, но по совершенно иной причине, и ему точно не угрожала смерть, когда он получал его. Вся эта маленькая демонстрация лишь напомнила Ви о том, насколько смертным был коп. Смертным, уязвимым, очень хрупким. Ви разразился потоком проклятий, которые даже для него вряд ли имели смысл, не говоря уже о копе. Он был уверен, что в этот поток прокралось парочка слов на Древних языка наряду с некоторыми русскими, но ему действительно было наплевать. О'Нилу придется отступить. Конец истории. Может быть, если воззвать к логике парня, то это сработает.        — Я ещё не ошибался, Бутч. Всё, что я прошу, это немного доверия.        — Хорошо с твоей стороны просить доверия, когда я даже не знаю, кто ты, чёрт возьми, такой. — Голос О'Нила потерял часть своей твердости, но глаза остались прежними. Глубокие, карие, оценивающие. С копом всегда было так. Его жёсткая честность, запеченная с бесстрашием и несгибаемым стержнем, заставляли Ви чувствовать себя так, будто его прижимали к стенке. А его глубокий смех всегда заставлял его чувствовать странное тепло прямо под шрамом на его груди.        Он не рассказывал о своем деле именно по этой причине. Поэтому он материализовался из того места в эту дерьмовую квартиру в 3 часа ночи. Оставляя Рейджа проклинать его, в то время как Фьюри заметает следы. Ворвался в дверь детектива, одетый в свое боевое снаряжение, кровь всё ещё высыхала на кинжалах. Потому что изображения того, что они сделали с теми людьми, заставляли пойти кругом даже голову Ви.        Страх. Страх за кого-то другого и страх о том, что это значит.        Это очень его разозлило.        — Ты знаешь, кто я. Я Ви. Твоя глубокая глотка. Ублюдок, который помогал твоей заднице. — Упоминание этой клички заставило подняться уголки рта О'Нила, несмотря на его оборонительную позицию, казалось будто он старался не улыбнуться. — Клянусь тебе, Бутч О'Нил, я не пытаюсь украсть твое дело. Просто дай мне время до завтрашней ночи. Тогда я смогу тебе рассказать больше. — Он двинулся вперёд, желая прикоснуться к нему, ненавидя свой умоляющий тон, ненавидя, что он был вынужден предлагать обмен, а не просто раздавать команды.        — Просто отступись на двадцать четыре часа, ладно? Только не дай убить свою глупую задницу.        О'Нил смотрел на него несколько мгновений, Ви почти видел мыслительный процесс, происходящий в этой голове. Он сделает всё, что угодно, чтобы коп уступил, даже если только на день, но он действительно не хотел вырубать его снова. Наконец, Бутч провёл рукой по своим влажным волосам, тяжело выдохнув. — Прекрасно. Двадцать четыре часа, но это всё, что ты получишь. Кроме того, у меня завтра в любом случае выходной, но в четверг я возвращаюсь назад в окопы. — Его плечи начали расслабляться, оставшееся напряжение оставило его лицо. — Ты настоящая боль в моей заднице Ви...        Ви ухмыльнулся, несмотря на давящее ощущение глубоко внутри. Бутч указал на его грудь. Ви понял, что он пытался снова снять напряжение, как всегда, и никогда не ценил этого больше, чем сейчас. Он мог бы расцеловать копа за это, если бы не думал, что получит за это по морде.        —Ты всегда носишь эти кинжалы? Или просто забыл, как снимать проклятые штуки? — Бутч фыркнул из-за своей же шутки.        Ви был более чем готов подыграть ему в этот раз. Что угодно, чтобы отвлечь Бутча от этого чёртова дела. — По крайней мере, я ношу хоть что-нибудь коп. Не все могут оценить твой полуголый вид.        — Я предпочту носить полотенце, чем выглядеть, как какая-то сексуальная помесь между членом банды и группы Village People.        — Может быть, ты хотел бы добавить это к стандартной форме полиции.        Это вернуло усмешку Бутча назад, и она была почти ослепляющей. И сексуальная, а? Может быть, коп чувствовал его лучше, чем он думал.        Он подошел ближе, сохраняя улыбку на лице, чтобы мужчина оставался расслабленным. Не то, чтобы он не заметил влажного и теплого копа, как только Бутч открыл дверь, просто мысли о лессерах, Омеге, и Бутче О'Ниле в одном и том же мире не укладывались в голове Ви. Вообще. Теперь, когда коп дал ему немного времени — в голове всё уложилось просто прекрасно. Ви не смог убрать хриплость из своего голоса.        — Не притворяйся, коп. Я знаю, что ты в восторге от кожаных вещей. Вот почему ты приложил меня к моей машине и начал с обыска в первый раз, когда мы встретились.        — Нет, я приложил и обыскал тебя, потому что ты был ходячим оружейным складом без всякого уважения к власти. — Бутч всё ещё улыбался, не представляя, что этот непреднамеренный флирт творил с Ви.        Теперь он был близко. Ви мог видеть капли воды, высыхающие на коже копа, и отказывался думать о том, насколько уязвимой эта кожа была. Он позаботится о нем. Так или иначе. Он не мог позволить, чтобы что-нибудь случилось с Бутчем. Логика не могла этого объяснить. Где-то внутри Ви знал, что коп что-то значит. Он значит что-то на очень личном уровне, но было кое-что большее, чем это. Бутч О'Нил был важен. Ви давно научился не ставить под сомнение свое внутреннее чутьё, а просто смириться с ним. Всё в нем кричало защитить Бутча любой ценой…и это именно то, что он собирается делать.        — Что? Никаких острот в ответ. Не навреди себе, думая так много. — Бутч, наверное, смеялся над образовавшимися линиями на лбу Ви. Эти линии не имели никакого отношения к остротам, но Ви не мог позволить парню думать, что он загнал его в тупик.        Вишес опустил руки и подошел ближе ровно настолько, чтобы нарушить равновесие Бутча. — Ты поймал меня, коп. Может быть, я и ходячий оружейный склад без всякого уважения к власти, но я ведь позволил тебе себя обыскать, когда ты захотел это сделать.        Что-то щёлкнуло в глазах О'Нила, улыбка потеряла свою интенсивность. Он выглядел смущенным, пытаясь притвориться, что это не так. Он отступил, хлопнув Ви по плечу.        — Ну, ты всегда заслуживаешь получить под зад. А теперь уходи, пока я не изменил свое мнение о двадцати четырех часах.        Этого точно нельзя было допускать. Неохотно, Ви повернулся к двери, задержавшись на выходе. — Я буду на связи, коп. — Он вышел из старой квартиры и направился вниз по лестнице. Остановившись в темном переулке, Ви попытался очистить свой разум. Его голова всё ещё была полна мыслей о смертности людей, но он хотел, чтобы она была наполнена флиртом и влажной кожей. Может быть, когда он вернётся в особняк. Лучше сделать это после того, как он вернется домой и после того, как Рейдж допросит его о причине, по которой он сбежал с места происшествия. Выругавшись, Ви материализовался домой.