Les femmes

      Экстренное совещание с вечера перенесли на раннее утро. Генерал Брэнд трещал о текущем положении. А по той причине, что новых миссий на данный момент не предполагалось, его болтовня не заинтересовала ни подчинённых, ни присутствующих на этом собрании журналюг, и те резко смылись. Правда, он успешно пересказал все выполненные ими прежде миссии и отметил успехи. А затем между делом упомянул рождественское задание в Скандинавии. У менталовских захватчиков утекла информация об Эресуннском мосте, которую требовалось расшифровать. Глава шведского правительства вёл активные переговоры с США насчёт предстоящей миссии, и Брэнд не побоялся влезть, поскольку ему пообещали доставить новые боеприпасы.       Дэниэль Картер передал всем привет от попавшего в госпиталь штатного психолога, которого он заботливо навестил от лица всей группы. Сэм Стоун почувствовал лёгкий укол совести. Это его вина, что психологу оторвало левое запястье, а он за пару недель так и не сумел победить неприязнь к госпиталям, запаху и стонам раненых, и не навестил человека.       — У нас новый сотрудник, — сообщил Говард Брэнд. — Пенелопа Квинн.       К ним вышла молодая женщина лет тридцати двух. Прямо-таки настоящая находка для EDF! Тонкие тёмные волосы завязаны в небрежный пучок. Само личико тонкое, бледное, с почти усталым выражением — подобное Сэм видел у женщин, которые настолько привыкли находиться в мужском коллективе единственной особью женского пола, что потеряли всякий интерес к чужому активному вниманию. Пенелопа Квинн была одета в классическую женскую форму EDF, которая совсем не выглядела удобной, но подчеркивала её женственность, однако простые черные туфли говорили о том, что играть на этом она не собирается. Её взгляд мерно скользил по присутствующим, словно она специально так встала, чтобы рассмотреть каждого, а не себя показать. Сэм чувствовал, что весь её образ детально продуман, как и этот маленький спектакль, который она давала новым коллегам.       — Пенелопа Квинн готовилась к переезду с Земли в человеческую колонию на Альфе Центавра, где она надеялась стать профессиональной видекастершей, но война изменила её планы, — продолжил Брэнд, подглядывая в листок, который, как понял Сэм, был её резюме. — Она доктор наук в области египтологии и археологии. Детей пока нет, зато замужем.       Пенелопа Квинн чуть заметно приподняла бровь. Говард замешкался, догадавшись, что последняя фраза была лишней, и добавил:       — Если кому интересно, конечно…       Впрочем, это дополнение ситуацию не улучшило, а лишь усугубило, создав напряженное молчание. Брэнд, кажется, и не почувствовал неудобства, предупредил тех, кто ещё не записан на рождественский ужин, что им следует успеть сделать это до конца недели, и смылся из кабинета.       Ребята задвигали стулья, когда Стоун уже был в коридоре и направлялся к автомату с кофе. Его остановил голос:       — Я ваша…       Он обернулся и встретился взглядом с Квинн. Непривычное восхищение вспыхнуло в нём: как она может прелестно выглядеть, если захочет.       — Или вы мой, — улыбнулась она, но глаза её оставались серьёзными. — Это как посмотреть.       Стоун зашагал дальше, Квинн торопливо засеменила следом.       — Генерал Брэнд вас ни о чём не предупредил? — произнесла она, нажимая на каждый слог в звании Брэнда. — Но именно вам поручили в течение следующих дней помочь мне и ввести в курс дел, пока я не смогу работать сама. Как полагаете, справитесь?       Сэм заставил себя ухмыльнуться. Новая сотрудница ему нравилась, но он никогда не лишал новобранцев шанса попасть в чёрный список.       — Не знаю. — Кофейный автомат выдал желанное капучино. — Давайте начнем что ли.       Он протянул ей стаканчик с кофе. Квинн помотала головой:       — Я не пью кофе.       — Привыкайте. Кофе, пиво, иногда виски — это само собой разумеющееся. Как и всё тут у нас. Что вы думаете об Эресуннском мосте?       Стоун нажал на сенсорной панели надпись «американо», которая означала совершенно дешёвый растворимый кофе.       — Что именно? — спросила Квинн.       — Думаете, город Мальмё в безопасности? — Сэм пытался проговорить это обыденным тоном, чтобы Квинн не догадалась, что её проверяют.       — Думаете, я дура? — она с нескрываемым отвращением посмотрела на кряхтящий аппарат, выплевывающий тёмную жижу в стаканчик. — Или вы не слушали генерала Брэнда? Здесь даже докторской степени не нужно, чтобы понимать происходящее.       — Значит, он терпит поражение? — уточнил капитан.       — Сокрушительное, — кивнула Пенелопа Квинн. — И неспроста. Пришельцы нашли там что-то важное.       Сэм забрал кофе. Наконец в штабе появился человек, которого он будет по-настоящему уважать.

***

             Генерал Говард вошёл в кабинет Стоуна, увидев, что дверь его открыта, хотя все давно дёрнули собирать манатки и готовиться к переброске в Мальмё, оккупированному пришельцами, как назло, в самое Рождество. Подарок они подогнали знатный. Быть может, потому Стоун чуть ли не тронулся от горя — первым покинул праздничный стол и побежал собираться.       Посреди кабинета стояла Пенелопа Квинн с планшетом в руках. Она обернулась к нему, приподняв одну бровь, словно кабинет принадлежал ей и следовало постучаться, прежде чем войти.       — У вас нечто сверхурочное нарисовалось? — Он присел на стул. — Догадался по вашему задумчивому виду. Мы, генералы, все такие, вы уж извините.       — Да ну? — произнесла она безразлично.        Говард скользнул взглядом по её фигуре. Не красотка с обложки, но что-то в ней было такое, что ставило её на класс, а то и на два, выше его, а в таких случаях на красоту срать с высокой колокольни. Учеба в Гарварде или каком-то ином престижном заведении? Или… тут Брэнд готов был биться об заклад, что муженёк её — большой начальник какой-то там конторы и деньжат у него куры не клюют. Костюмчик, хоть и по образцу EDF, но гораздо дороже. Не от того ли она держит в секрете имя супруга?       — Это ведь из-за Стоуна, да? — Говард кивнул на планшет в её руках.       — Точно.       — Он думает, в Мальмё что-то нарыли, и потому пришельцы двинули туда такой толпой.       — Я в курсе.       — Правда? Тогда хорошо бы он не ошибся. Потому что он просто двинут на спасении мира, но всё ещё его не спас…       — И тем не менее, он принёс вам много сирианских артефактов.       — Смотрю, вы и вправду хорошо учили уроки истории… — Брэнд улыбнулся. — Но тогда вы точно знаете, кто поспособствовал этим победам, кто направлял его и всегда был рядом. Предлагаю во время выполнения миссии продолжить урок за бокалом вина…       — Спасибо, я не…       — … и чего-нибудь перекусить.       В глазах Квинн заполыхал костёр. Говард Брэнд удостоился её взгляда и с честью выдержал его. Гордость обуяла его. Это ведь он разжёг в ней кострище интереса. У него даже участился пульс. Вот-вот их оставят наедине, он обнимет её, почувствует аромат её духов, ощутит гладкость затянутого в капрон колена и услышит звук, с каким его ладонь двинется выше.       — Вы ещё здесь? — Дверь его влажных фантазий с ноги открылась Стоуном.       Сэм медленно посмотрел сначала на Квинн, потом на Брэнда.       — Самолёт уже на взлётной полосе. Позвольте ваш чемодан, — он забрал компактный чемодан на колёсах и ушёл.       С лицом Квинн что-то произошло, будто распахнулась дверца топки и на Говарда полыхнуло огненным вихрем.       — Чего вы хотите, генерал? Залезть под юбку новой женщине, появившейся в вашем подчинении? Вы как дети в рождество. И даже не пытайтесь меня убедить в том, что добыча артефактов сугубо ваша заслуга, ведь это Стоун предложил вам начать операцию с Мальмёхюс. По его инициативе вы связались со шведским Сопротивлением и выяснили, что город Мальмё находился под обстрелом, а Эресуннский мост заблокировали.       Её каблуки громко зацокали по полу, когда Квинн покидала кабинет. Юбка так обтянула её бёдра, что Говарда потянуло отправиться следом. Сумасшедшая баба! Но он намотал на ус, что встречаться с ней пока не стоит. Пришлось посидеть здесь еще немного: зачем привлекать внимание к своей вздыбившейся ширинке?

***

             В семь утра, когда небо скрыли серые облака, шквальный ветер разбросал катера у береговой линии Мёльме и начал резвиться над городом, снося всё, что плохо закреплено. Пришельцы воспользовались этим и под шумок сбили несколько радиостанций. Не выспавшаяся и голодная Пенелопа Квинн сидела за аппаратурой, не смыкая глаз в попытках достучаться до группы «Альфа», приступившей к выполнению задания. Они находились на территории замка, когда контакт с ними был потерян. Новое оборудование от спонсоров тоже оказалось бесполезным.       — Мэм, отдохните, — предложил молодой дежурный подразделения местной радиосвязи — Харри. — Вам надо перекусить, а то совсем потеряете сознание.       Она бы перекусила с большим удовольствием, оставь Стоун на месте её приготовленные ещё до перелёта сэндвичи. Видимо, он по ошибке схватил её контейнер.       — Я в порядке. — Пенелопа потерла виски, изнывающие от боли, которая буквально раскалывала голову. Вот-вот какая-нибудь Афина вылезет из её черепа. Но нет. Только боль. — А вот вашим надо поторопиться.       — Да, мэм, — отозвался Джаспер.       Порой она думала, что слишком сурова. Однако адреналин, бурлящий в венах, всегда помогал забыть об этом. Ей не хотелось оплошать здесь и сейчас, она буквально выбила себе эту должность.       — Связь работает, это у менталовцев серьёзные глушилки. Похоже на налётчиков, — заявил Говард Брэнд, войдя в помещение. — Если им удастся отбиться, то связь наладится.       Ещё два часа пролетели в ожидании. Они тянулись, как резина. Все, кроме Квинн, разбежались по своим постам. Она и не заметила, как её голова плавно опустилась на стол, а глаза закрылись.       Её пробудил только резкий звук стрельбы.       — Штаб, это Стоун, ответьте! Мы в западне! Приём!       Пенелопу будто выдернули из кошмара. Она мигом сделала звук погромче.       — Доложите, где вы!       Он прислал снимки через Нетриксу. Квинн заметила, что входы в замок заблокировали — не прорваться.       — Вот мрази… — процедила она. — На заднем дворе расположен люк, ведущий в канализацию. Из замка давно сделали музей. Оттуда вы попадёте в подвал замка и застанете пришельцев врасплох.       — Детка, ты предлагаешь нам лезть в дерьмо? — голос Сэма не выражал никакого принятия её решения.       — Наименьшее из того, в котором все мы сейчас находимся, — отозвалась Квинн.       — Вас понял.       Связь в канализации ловила куда лучше, чем на земле, практически без помех. На полчаса стрельба прекратилась. «Альфа» продвигались по канализационному каналу в тишине. Никто не осмеливался возмутиться насчёт запахов и грязи. Зато Квинн могла наблюдать каждый шаг отправленной на вылазку команды и ориентировать их.       Перед самым подвалом она остановила группу.       — Стоун, … — Голос её предательски дрогнул, и капитан не услышал ничего.       Пенелопа знала, что по регламенту ей нужно доложить сначала генералу, но Брэнда не было рядом, да и никого рядом не было. Её оставили одну. Просто бросили.       — Пришельцы захватили мирных. Более ста человек, — найдя в себе силы, проговорила она.       По ту сторону приёмника грубо выругались. Ситуация безвыходная: назад идти нельзя — там неисчислимая орда противника, впереди — куча заложников, которых можно случайно убить в перепалке. Наверно, Ментал на это рассчитывал. Это не дерьмо, это просто задница. И Квинн привела свою группу в эту самую задницу. Стало быть, вытаскивать их тоже её забота.       — Квинн, здесь можно задохнуться от запаха, а мы не захватили респираторы, — Стоун невовремя напомнил ей о себе.       — Дайте мне пять минут, парни…       Входная дверь грохнула. Генерал Брэнд широкими шагами преодолел и без того маленькое расстояние между ними. Его глаза напомнили Пенелопе красную карточку в игре «Монополия»: «Ваши дома и отели горят».       — Прикажи им ворваться в подвал и зачистить территорию. У них в заложниках мэр города Элеонора Берг.       — Сэр, если ворваться туда сейчас, положат и заложников, и ребят.       Генерал вдруг захлопнул дверь:       — Элеонора Берг забрала с собой необходимую нам книгу с местоположением артефакта в Скандинавии. Мы не уйдём без неё.       — В таком случае мы обязаны послать к ним подкрепление.       — Всё равно заложников убьют, прежде чем подкрепления прорвутся к замку.       Разве так случается, когда генерал не выручает, а лишь усугубляет проблему? Квинн сжала под столиком кулак, чтобы Говард не заметил.       — И я не собираюсь привлекать для такого дела людей из местных подразделений.       — Долго будете там копаться, мэм? — Стоун прервал их живое общение. — Здесь с каждым вздохом становится всё хуже и хуже.       Запах… В её голове точно лампочка включилась.       — Сэм, проверьте ваши рюкзаки, там должны быть газовые гранаты.       Запрещённый когда-то ООН слезоточивый газ теперь стал полностью легальным. В мирное время его считали оружием несмертельного действия и применяли при вооружённых забастовках. Подействует ли это на пришельцев?       — Сделайте тканевые маски из бинтов в комплекте и смочите их водой.       — Так точно…       «Альфа» оперативно выполнили её указания. Поднявшись по канализационной лестнице, ребята первым делом забросили газовые гранаты. Когда они вошли, Стоун доложил, что в замке тихо, как и положено музею. Им попалось несколько октанийцев, которых устранили в ту же секунду. Воцарилась давящая тишина. Квинн услышала рокот сердца в груди.       — Здесь женщина с книгой, — сообщил Сэм.       — Стоун, хватай книгу и валите оттуда, — вмешался Говард.       — На ней охеренный броник, генерал, нам такие только снятся, — в канале появился голос Родригеса. — Только… на нём написана какая-то херня… я шведский не знаю, но это…       — Блядь, она мертва!       — Плевать на них, берите книгу и сваливайте! — Брэнд буквально прорычал в аппаратуру.       Квинн ощутила мурашки, побежавшие вверх от копчика и застывшие где-то в мозгу. Она схватила планшет. Кто-то переслал ей уже скан помещения.       — Не трогайте ничего. — Чем дольше она смотрела на схему, тем больше расширялись её глаза. — И уходите так же, как пришли. На людях взрывчатки.       — Чёрт, Картер!       Раздался оглушительный взрыв. Связь оборвалась.       Без сна и еды она провела ещё пять часов. Её тело ничего не говорило о слабости. Совсем наоборот. Квинн чувствовала в себе небывалый подъём сил, какие открываются у марафонцев перед финишем. Она бы сама превратилась в марафонца и побежала вслед за генералом Брэндом и ещё одной группой, отправившейся на подмогу Стоуну в ту самую секунду, когда раздался взрыв. Обострились все её чувства. Особенно, слух.       Она не ведала, как различила в городском шуме подъезжающие машины А.А.А. Сломя голову бросилась ко входу. Кого-то заносили прямо на насилках. Они кряхтели и были дезориентированы.       Когда в дверях возник Стоун, Квинн кинулась к нему. От него несло за милю дерьмом и гарью. Вся его одежда промокла и почернела. Он впечатал книгу в кожаной обложке в Говарда и проследовал к Пенелопе.       — Простите меня, — отчего-то забормотала она.       — Ты спасла нас. Иначе бы мы сдохли под завалами музея.       — Он прав, это победа, устроим продолжение праздника, — провозгласил Говард, и солдаты этому обрадовались.

      ***

            Выпить после тревожного часового сна хоть каплю чего-нибудь хотелось до ужаса. Но в общий праздник Стоун не полез. Он прихватил бутылку «Джек Дэниэлс» и отправился в комнату, где его расположили. Никто не обратил на него внимания. Все уже были хороши. Стояли, положив руки друг другу на плечи, и, дыша перегаром, орали вместе со Стингом, что «Если бы я сказал, что люблю тебя, ты бы подумала, что это не так». Будто у них недавно футбольный матч был, а не трое раненых в госпитале.       Отопление не работало. Ещё один мощный удар менталовских ублюдков пришёлся аккурат в местные тепловые сети. Им выделили пару-тройку меховых одеял, и хватит. Впрочем, тем, кто уже горел от выпивки, этого хватало с головой.       Комната 3 на 2 с белыми стенами напоминала больничную палату, которые он так ненавидел.       — Пьёшь? — внезапно рядом материализовалась Пенелопа — прямо видение психически больного или контуженного.       Её тоже не было на общей вечеринке. Сэм думал, что офицер связи, не спавшая после перелета с семи утра и до пяти вечера, прилегла отдохнуть. Но она выглядела бодрячком.       — Нет, — Сэм посмотрел на ещё закрытую бутылку. — Думаю отложить на потом.       — Просто ищешь повод.       — Садись, пять, — Стоун глянул на неё: карие глазищи, тонкие ноздри, розовые губы. До чего хороша! — Откуда такие познания? Опыт алкоголизма?       — У меня муж алкоголик.       Квинн взяла из его руки виски, критично посмотрела на тот.       — Он работал инженером-механиком на космических станциях, а потом первым умчался на Альфа Центавра с какой-то любовницей, ничего мне не сообщив. Я начала бракоразводный процесс, но тот не успели завершить, и поэтому фактически я жена без мужа. — Она улыбнулась то ли с сочувствием к самой себе, то ли с сочувствием к слушателю. — Плевать… это сейчас чертовски не важно. Все наши жизни принадлежат другому делу… — Это прозвучало не тоскливо, а скорее устало, что говорило о её выдержке и психической устойчивости к происходящему.       Сэм приблизился, чтобы вернуть свой виски, и почувствовал тонкий аромат слабого алкоголя, возможно, вина. Глаза её отсвечивали жёлтым, как у волка, ноздри расширились, она часто дышала. Он слегка наклонился к ней. Квинн уткнулась губами в его губы. Всё-таки не вино. Вермут. Сладкий, травянистый и бьющий в голову, как любой низкоградусный алкоголь.       Он углубил поцелуй языком, наслаждаясь этим послевкусием. В животе что-то воспламенилось. Рука сама отставила виски. Другой рукой Стоун вытащил заколку из волос Квинн — этот пучок так и хотелось распустить. Волосы у неё тоже тонкие, но мягкие и послушные.       — Чем ты хочешь сейчас заняться, Сэм? — она обмякла в его руках и откинула голову, как делают некоторые животные, чтобы показать превосходство. Резковато она перешла на «ты».       Если бы её взгляд упал на ширинку его джинсов, она бы увидела ответ на свой вопрос.       — Я человек простой, Квинн, и желания у меня простые…       Она сладко охнула, когда его руки приподняли её вверх. Её ручки обхватили шею Стоуна, и всё тело обдало горячим холодком. Затем она быстро подняла футболку, коснулась торса. Стало ещё холоднее. Сэм уложил её в постель. Кровать заскрипела и качнулась от веса двух тел, хотя больше от его — Квинн по сравнению с ним выглядела миниатюрной.       Кажется, вкус вермута опьянил сильнее, чем это сделал бы виски. Сэм нетерпеливо задрал юбку и стянул колготки. Под кружевом чувствовалась влага. Квинн прижалась к нему коленями и мелко задрожала, когда он с громким вздохом погрузился в неё почти до основания. Стон приглушил долгий и томный поцелуй.       Сэм вспомнил, с каким сальным похотливым желанием на неё смотрел Брэнд перед отъездом. И ей… ей хватило сил, чтобы возразить. Это чертовски возбуждало.       Она приспустила с него джинсы и коснулась напрягшихся ягодиц похолодевшими ладонями. Несмотря на это, холод её пальцев обжигал. Сэм задвигался в ней быстрее, выбивая с каждым толчком более громкие стоны и ловя те поцелуями.       — Сними это, — Квинн стащила с него футболку.       Она отодвинулась и легонько толкнула Сэма на кровать, избавилась от пиджака и свитера, что был под ним. Вся её фигура была тонкая. Маленькая грудь смотрелась очаровательно. Когда Квинн взобралась сверху, Сэм позволил себе дёрнуть эти соски, чтобы те затвердели. Пока Квинн медленно двигалась, он гладил их пальцами, сжимал и скручивал. Она специально замедлила темп. Ещё и сжалась вся внутри крышесносно, что он едва не кончил в ту же секунду.       Квинн наклонилась. Среди её волос Сэм нащупал губы. Её язык на этот раз задвигался смелее и жёстче. Она подалась назад, стараясь сесть на член глубже, и Стоун понял, что ей нужно. Резкие, глубокие и быстрые движения. Эти сладкие тихие стоны подстёгивали не останавливаться. Он осторожно поиграл пальцем её клитором, а после перевернул на живот.       Так она ощущалась ещё уже. Сэм, повинуясь неким животным инстинктам, взял её за волосы и шлёпнул по выставленному заду.       Её стон заглушил громкий стук по двери. Блядь! Сэм наспех застегнул ширинку, набросил на Квинн одеяло, засунул её вещи под койку и дёрнул дверь на себя. Нелёгкая принесла Брэнда.       — Стоун, не ты ли упер бутылку «Дэниэлса»? — спросил генерал.       Сэм подал ему виски.       — Всё?       — А ты чего такой нервный? Я чему-то помешал?       Сэм старался не поворачиваться в сторону койки, чтобы не выдавать Квинн, но Брэнду требовался ответ. Этот мудень явно что-то заподозрил. Узнает, что здесь Квинн и капец котёнку.       — Помешал, — процедил Сэм. — Я… ты… понимаешь, что иногда нужно выпускать пар… — Возникло желание долбануть генерала бутылкой — распиздит ведь, падла. — Короче, ты охеренно не вовремя.       Сэм закрыл дверь перед носом Брэнда и замкнул на щеколду.       — Ты в порядке? — спросил он Квинн.       Она подошла. Прикосновение её голого тела вновь привело член в движение. Когда её руки вытащили тот, Стоун чуть не застонал. Дрочила она ещё лучше.       — Иногда надо выпускать пар, капитан, — промурлыкала Квинн — его психотерапевт на сегодня.       Она сжимала, оттягивала, гладила, сминала. В конце концов, Сэм не выдержал, подсадил её на себя и трахнул. Внутри было горячо и скользко, и просто с ума сойти как приятно.       Он громко и часто задышал, отпустив её, и белые капли попали на её плоский живот. Квинн тоже дышала часто. Глаза блестели ярче, чем когда она пришла в его комнату.       — Ты прав. Иногда нужно выпустить пар, и это прекрасный способ. Но если хоть кто-то об этом узнает…

***

      — Родригес, ты будешь в адском котле гореть. — Стоун нависал над ним чёрной грозовой тучей. Ноздри у него раздуло, как у чёрного бешеного быка.       С пьяну Дуэйн не понял, отчего к нему пристает капитан.       — Хотя… кому я объясняю… — Сэм тряхнул так, что Родригеса чуть не вывернуло прямо на его кроссовки. — Вали спать.       Последнее звучало чётко и понятно. Родригес поторопился выполнить приказ и скрыться с глаз разъяренного бы… капитана.