Восхождение Нового Дракона

— Капитан, ещё раз, пожалуйста, что мы здесь делаем? — сонно спросил Шон, прикрыв ладонью свой рот, пока долгий и протяжённый зевок вырывался из его лёгких.  Он медленно шёл следом за своим учителем и капитаном, что вёл их по лесной тропе, стоя во главе их небольшой группы из пяти человек, с двумя чёрными катанами на поясе. Обычно, Коба, прозванный всеми "Молодым Драконом", не пользовался ими, полагаясь на магию и свои навыки рукопашного боя, ибо большинство сражений, в которых он участвовал, проходили днём — когда само солнце подпитывала его силу. Однако, сейчас на улице была глубокая ночь, посему, восстанавливать свои запасы огненный ци было затруднительно. Да и к тому же, сегодня было полнолуние, во время которого, сильные маги вроде него, теряют около тридцати процентов своих сил, ввиду того, что большая часть нейтральной ци воздухе, становится водной из-за этой самой луны.  — Клянусь Агнием, Шон, я тебе десять нарядов вне очереди назначу, если ещё раз задашь такой тупой вопрос, — ответил Коба, не оборачиваясь и не замедляя шага.  А в его голосе чувствовались нотки холодной ярости. Шон немного опешил от такого и тут же умолк, глядя на своих товарищей, в поисках поддержки в их глазах. Но ни Рико, ни близнецы Линг и Пинг, не отнеслись к нему с сочувствием, ибо он сам всё прослушал, когда их капитан объяснял план перед началом вылазки, обозначив их главные цели. Поэтому, Шон, про себя, опять начал винить во всём лизоблюдство остальных и "недотрах" своего учителя, который стал куда более мрачным и суровым, с тех пор, как они посетили цирк, в котором выступала его ученица. Шон не знал, что именно между ними произошло, однако с того самого дня, Коба стал куда раздражительнее и холоднее, по отношению ко всем, в своём окружении. И в особенности к самому Шону, так как бывший циркач, — которого теперь величают как "Тень Молодого Дракона", за счёт того, что Шон, во всех сражениях смог неплохо показать себя, всегда и везде следуя за своим командиром, за которым, никто, кроме него не мог угнаться, — не изменял себе, оставаясь таким же ленивым и безответственным разгильдяем. Любого другого, Коба бы давным-давно выгнал, с ссаными тряпками, за выходки, которые позволял себе его протеже. Но с Шоном, так сделать не получалось, ибо среди всех его подчинённых, только у молодого циркача хватала магических навыков, чтобы влетать в стан врага, за своим капитаном и оказывать ему самую качественную поддержку, прикрывая его спину и добивая всех проблемных противников, которых Коба, по какой-то случайности, не изничтожил на своём пути. К тому же, за счёт своего таланта к магии, "Тень Молодого Дракона" довольно неплохо смог подстроиться под стиль боя своего учителя, благодаря чему, — их дуэт смог даже одолеть именитого генерала Джоу Ха с его легендарный отрядом умелых магов, которых считали маленькой армией внутри армии — чем совершили невозможное, по мнению многих бывалых полководцев Страны Огня.  За счёт этого, он и получил свою основную славу и уважение, не только среди солдат их полка, но и всей армии Народа Огня в целом. Его считали самым умелым магом нового поколения, наравне с самим Кобой, несмотря на то, что Шон, всё ещё заметно отставал от своего капитана на несколько голов — хоть и учился быстрее всех, совершенствуясь как боевой маг, семимильными шагами, даже по сравнению с самой принцессой Азулой, прозванной гением. И всё потому, что Коба, также не переставал развиваться, всё это время, становясь сильнее с каждой битвой, чьё общее число уже перевалило за сотню, с тех пор, как его нога вступила на материк. По сути, "Молодой Дракон", со своей "Тенью", были главными ударными силами всего сто четвёртого полка, благодаря своей тактики стремительного прорыва в стан врага, за счёт "Реактивного полёта" в комбинации с "Огненной Стеной", чем нарушали строй врага и открывали брешь в их защите. А после они, считай вдвоём шли в сторону командира вражеской армии, и скручивали его быстрее, чем бой едва успевал начаться, — в то время, как остальные члены их команды, шли за ними следом, по той самой бреши. Это и принесло Кобе и его ученику репутацию сильнейших магов нового поколения, а его личную команду сделало "живыми легендами", если выражаться языком простого люда. Шон, в целом, радовался этому призванию, в то время, как его капитан, становился черствей с каждым днём. И "Тень Молодого Дракона" винил в этом ту самую беглую аристократку, которая осталась выступать в том цирке.  — Капитан, это здесь! — послышался голос Рико, который вывел Шона из омута мыслей, когда они добрались до опушки леса. — По словам местного егеря, шлем одного из наших солдат, посланных в деревню две недели назад, был найден именно тут.  И тут, до Шона начало доходить цель их вылазки, которую он слышал лишь краем уха. Что отряд, заранее отправленный в деревню, через которую должна пролегать железная дорога, прочёсывала окрестности, в которых начали пропадать люди, ибо думали, что виной всему дикие звери. Вот только, староста деревни, вместе со всеми жителями, были уверены, что виной всему не зверьё, а самые что есть злые духи, так как жертвы, большинство из которых были дети пробудившие в себе магию, пропадали не где-то в лесу, когда шли за ягодами или грибами. Нет, исчезновения, преимущественно, происходили в их домах, без единого звука или следов похищения, когда дети спали в своих постелях, а родители были буквально за стеной. Как бы то ни было, железную дорогу, надо было достраивать, посему, весь сто четвёртый полк уже прибыл и вот уже как неделю обосновался у поселения. А командир полка, полковник Минг, организовал патруль по округе и несколько небольших поисковых групп, которые должна прочесать все окрестности. Коба также включился в это дело, со своим отрядом, несмотря на многочисленные протесты своего прародителя, так как его разведка с воздуха, не показала ничего необычного. Вот только он сам чувствовал нечто необъяснимое, пролетая над лесом, на высоте птичьего полёта, что его и заинтересовало.  — Я чувствую странную энергетику в этом лесу. Но не мог определить точный источник... — задумчиво произнёс Коба, осмотрев опушку, небрежным взглядом.  — Только, не говорите, что нам следует разделить, чтобы смочь прочесать побольше местности, в поисках "источника странной энергетики"... — жалобно произнёс Шон, привлекая всеобщее внимание. Коба лишь недовольно покосился на него и тихо произнёс: — Мы не в каком-то дешёвом ужастике... — и чуть более громким голосом хотел обратиться ко всем с вопросом: — Идём дальше или... — но не успел он договорить, как из чащобы впереди послышался громкий крик нескольких людей. Вся команда тут же встрепенулась, готовясь к бою. Коба достал свои парные клинки, и остальные члены его команды также поспешили последовать его примеру и взялись за холодное оружие, несмотря на то, что все они поголовно были магами. Коба хотел дать приказ, о том, что они выдвигаются, как из чащобы впереди, но в этот раз чуть дальше и правее, послышались ещё крики, а вдалеке начали вспыхивать оранжевое свечение. Было очевидно, что кто-то там вступил в бой, пустив во вход магию огня. Это было странно, так как в этих лесах не должно водиться зверья, которое стало бы причиной столь громкого крика и полноценного боя с применением магии.   — Там был отряд офицера Ли, — смекнул Рико, первым придя в чувство.  Коба слегка замешкался, решая как поступить. Первый источник с множественными криками был ближе, и по отголоскам, скорее всего принадлежал пропавшим детишкам из деревни. Вот только, офицер Ли явна нуждался в помощи, и если весь отряд займётся проверкой ближайшего источника крика, то на помощь ему могут не успеть.  — Команда, слушаем приказ! — начал Коба, и все его подчинённые сразу же переключили на него своё внимание. — Вы, вчетвером, идёте в сторону отряда капитана Ли, чтобы оказать ему поддержку. Рико за главного! — обратился он, к самому рациональному среди них, на что тот кивнул, принимая командование. — Я пойду вперёд в одиночку и проверю первый источник криков. Потом, по возможности, присоединюсь к вам. В бой вступать осторожно и не рисковать, пока я не приду! — закончил он раздавать приказы, после чего вся четвёрка хором ответила ему:  — ЕСТЬ, КАПИТАН! — и начали немедленно пробираться сквозь чащобу, в сторону оранжевых огней, что становились всё ярче, предположительно, из-за начавшегося пожара.  Коба слегка присел к земле и одним резким рывком, взмыл в воздух, выпуская из ног струи синего пламени. Четвёрка его солдат стремительным маршем бежала по лесу, с холодным оружием на перевес, которым прорубала себе путь через кустарники и ветки. А меж тем, дым и запах гари начали заполнять всю округу, из-за пожара, устроенного отрядом офицер Ли, в то время как звуки их боя становились всё менее интенсивным. В какой-то момент послышался громкий, женский вопль, с той стороны, после которого наступила тишина, нарушаемая лишь звуками пожара, сквозь который команде пришлось пробираться. Весь отряд насторожился...  — Я пойду вперёд! — быстро крикнул Шон, что шёл чуть позади и присев на землю, оттолкнулся от неё что есть силы и взлетел "Реактивным полётом", сквозь толщу деревьев.  — Стой, дурак! Капитан велел... — хотел было остановить его Рико, но Шон уже был слишком далеко, чтобы услышать. Да и не важно это было, так как его упрямство не позволило бы ему так просто согласиться с таким решением, и прозванный "Тенью Молодого Дракона" всё равно бы своевольничал, даже будь здесь их капитан.  Пролетая над лесом, Шон лицезрел пожар, что возрастал довольно быстро и грозился стать причиной экологической катастрофы для местной флоры и фауны. Его стоило бы потушить немедленно, однако, этим можно было пренебречь на время, покуда ситуация с отрядом офицера Ли не прояснится. Он летел над горящими деревьями, с клубящимися кучами дыма, что мешали обзору и затрудняли дыхание. Тем не менее его взгляд быстро обнаружил небольшое поле, посреди леса, из которого, судя по всему, распространялся огонь. Подлетев туда поближе, Шон не прогадал, так как снизу были видны несколько лежачих тел солдат народа Огня, с явными следами битвы вокруг. Приземлившись, Шон ужаснулся увиденному. Повсюду была разруха, среди которой ярко выделялись следы не просто битвы, а настоящей бойни.  Солдат его полка, судя по всему, разорвали в клочья, и разбросали их останки по всему полю, от чего стоял отвратительный смрад внутренностей, перемешанный запахом гари, что исходил со стороны разгоревшегося пожара. Шон оглядывался, с большой настороженностью, покрепче сжимая свою катану из голубой стали. Магией он владел в разы лучше, чем холодным оружием, но по ночам, старался следовать примеру Кобы, и экономить энергию. Ибо восстанавливалась она заметно хуже, чем днём. Обнаружив окровавленное тело офицера Ли, лежащего на спине, Шон тут же побежал к нему на помощь. Подходя ближе, он увидел рядом с ним ещё одно окровавленное женское тело, в простой одежде не принадлежащее солдатам. Он сначала удивился этому открытию, ибо женщины его полка, в патруль сегодня точно не выходили. Но уже на подходе, Шон смог идентифицировать тело, признав в ней овдовевшую дочь старейшины деревни, на которую он положил глаз и из-за которой он не спал этой ночью, фантазируя о её выдающихся формах и миловидном лице.  — Юна! — прокричал Шон, уже подбегая к ней, с ходу обнаружив на окровавленном теле ручной цзянь офицера Ли, которым, тот, по всей видимости, проткнул её.  — Н-не подходи... — прохрипел офицер Ли, давясь собственной кровью, когда молодой циркач был уже на расстоянии вытянутой руки, от дочери старосты. — Она чудови... кха... — не успел он договорить, как из тело Юны резко вырвалась чёрная щупальца, что проткнуло его грудь насквозь.  Шон опешил от увиденного и на чистых инстинктах — сконцентрировал ци в своих ногах, от чего те напружинились, переполняемые силой — после чего, последовал могучий прыжок назад, увеличившее расстояние между ними. А меж тем, из спины Юны, начали вырываться тёмные и полупрозрачные щупальца, что опираясь о каменистую поверхность, приподняли её тело над землёй и повернули в сторону молодого циркача. Выглядела она безобразно. Вся вымазанная в крови, то ли в своей, то ли убитых ею солдат. Глаза её с чёрными белками и красной радужкой, таращились на молодого циркача, с беспристрастным отчуждением. А все вены просвечивались на её бледной коже, показывая, как по ним течёт нечто тёмное и потустороннее. Из полуоткрытого рта текла тёмная жидкость, ни то кровь, ни то смола, от которой исходило зловоние. И такая же жидкость текла из её раны на груди, причиной которой был торчащий цзянь офицера Ли, что больше не подавал никаких признаков жизни. Рука Юны слегка приподнялась и ухватилась за рукоять меча. Медленно и не спеша, она начала вытаскивать лезвие, из-за чего чёрная жидкость хлынула из раны с утроенной силой. Шон, что был искушенным зрителем различного рода ужасов и непотребства на поле битвы, отвратился увиденному, пока лицо Юны расплывалась в безобразной улыбке, с окровавленными и вымазанными в чёрной жидкости, зубами.  — Что такое, Шон? Я тебе такой не нравлюсь?— спросила она, в обиженно-издевательской манере, а в её голосе, эхом, было отчётливо слышны потусторонние нотки. Ужас прошёлся по всему телу молодого парня, от чего его руки, что крепко держались за выставленный вперёд клинок, немного затряслись, в то время как дыхание его становилось рваным и хаотичным.   — Ч-что т-т-ты к-кох возьми т-такое? — спросил он, едва-едва справляясь со своим страхом, чем сильно позабавил монструозное нечто, которое улыбалось, глядя на него с хищной улыбкой. Ему не было важно кто или что овладело телом Юны. Но он был уверен на сто процентов, что она не была такой сегодня днём. И что это нечто, убило её, когда вселилось в её тело и начало вытворят то, из-за чего весь отряд офицера Ли был изничтожен. — Это ты стоишь за похищениями жителей и исчезновением нашего отряд? — спросил он, уже куда более уверенным голосом, сквозь который прорезались искры ярости, которые были лишь пылью в глазах. Ведь было очевидно, что Шон всё ещё боится и лишь пытается храбриться, разгоняя ци по телу и готовясь к бою.  — ... — Юна хотела было что-то ответить, со всё той же насмешливостью, как её лицо, из хищной и ехидной ухмылки, преобразилось в удивлении. Она повернула голову в сторону леса, словно Шона вообще здесь не было. Повернулась туда, откуда отряд Кобы услышал первые крики и откуда сейчас, над всем лесом, вспыхнул огромный столб синего пламени, который был вдвое выше всех деревьев, от чего его можно было легко заметить даже на фоне разгорающегося пожара. — Удивительный экземпляр... — задумчиво произнесла она будто бы про себя.  Поняв, что монстр отвлёкся, Шон решил не упускать эту возможность и атаковать, со всей силой. Он вознёс свой клинок над головой и резко взмахнул им, что есть силы, послав вертикальную "Огненную бритву" своим орудием. Атака свистом прошлась по полю, оставляя раскалённую борозду по земле. Но Юна, которая, всё ещё не переключила своё внимание на парня, лишь отошла в сторону, быстро перебирая своими теневыми щупальцами, пока атака Шона продолжая идти вперёд, рассекая бездыханное тело офицера Ли надвое. Она снова посмотрела на молодого солдата, слегка повернув голову в бок, пока на её лицо вновь начала расцветать её неприглядная ухмылка.  — Но, я думаю... — щупальца снова повернули тело девушки к нему. — Что тебя также стоит прихватит... — из её спины начали вырываться ещё десяток теневых щупалец, которые извивались подобно червям. — На всякий случай... — сказала она, а после этих слов, все нововыращенные щупальца резко успокоились и повернулись в сторону Шона, в угрожающей манере, пока на их кончиках образовывались острые наросты, напоминавшие лезвие клинка. Нервно сглотнув, Шон начал нещадно размахивать своим клинком, посылая серию "Огненных бритв" в разных плоскостях. Но одержимая Юна, лишь шла вперёд, резво перебирая щупальцами и уклоняясь от всех атак, с нечеловеческой скоростью и прытью. А когда между ними осталось меньше десяти метров, её щупальцы с лезвиями, начали наносить ему серию превентивных атак, от которых молодой солдат мог едва отбиваться своим мечом или уклоняться. Ибо все атаки были, настолько резвыми и многочисленными, что зрения почти что не помогало, не говоря уже о том, что Шону некогда было исполнить кату, чтобы начать отбиваться магией. Но даже так, опыт пережитых битв помогал молодому солдату держаться и он, раз за разом парировал атаки противника, со звоном ударяющихся клинков, что также говорила о твёрдости и смертоносности дополнительных конечностей Юны. С каждый секундой, атаки одержимой девы становились всё интенсивнее, и Шону едва удавалось поспевать.  После каждого, отбитого выпада, следовала серия точных уколов из дополнительных щупальце, которые он не мог заблокировать. Броня немного снижала урон, но только потому, что Юна не билась в полную силу, а лишь игралась с ним, о чём говорила её игривая ухмылка и блеск безумного азарта в глазах. Под конец молодой солдат едва поспевал отбивать хоть какие-то атаки и уже начал пропускать больше ударов чем следовало бы. Поэтому, одержимая Юна уменьшала их интенсивность, пока полностью не прекратила его атаковать, втягивая свои дополнительные щупальца обратно, со скучающим выражением лица. Шон сделал несколько шагов назад, чтобы между ними было приличное расстояние, после чего упал на колени и выронил меч, жадно глотая воздух.  — Неужто уже выдохся... — произнесла она разочарованно, когда её ноги коснулись земли. — Я то думала ты развлечешь меня, пока твой мастер не явиться тебя спасти... — призналась она, пока что-то начало двигаться у неё под одеждой. Спустя секунду, тёмные щупальцы обвили её руку и превратились в наросты, форме огромных лезвий, заменивших ей обе конечностей. — Возможно, я тебя переоценила... — с нескрываемой скукой и разочарованием, сказала она. — И если это так, то ты мне не нужен… Она вознесла руки над головой, готовясь добить, не оправдавшего её надежд юношу. Но в этот момент, Шон злобно ухмыльнулся, глядя ей в глаза. Не успела она спросить, что его так позабавило, как молодой солдат крикнул, глядя в сторону разрастающегося пожара: — СЕЙЧАС! — он ударил кулаками друг о друга, после чего яростные потоки пламени, покрыли его тело и начали кружить вокруг него, закрыв Шона внутри «Огненного кокона».  Одержимая Юна удивилась этому и тут же посмотрела в сторону горящего леса. Из огненной завесы выпрыгнул Рико, удерживая в руках огромный заряд спрессованного огня, чью стабильность он уже не мог контролировать, из-за сосредоточенной в нём силы. Благо, долго держать его не пришлось, ибо солдат, ещё в полёте, стрельнул «Огненной бомбой», в одержимую, что успела прикрыться своими видоизменными конечностями. Стоило «Огненной бомбе» соприкоснуться с ней, как прогремел оглушающий взрыв, после которого огромный столб пламени, взмыл в воздух. Шон, который смог удачно прикрыться «Огненным коконом», прекратил свою технику и схватив свой упавший клинок, вылетел из образовавшейся огненной завесы, мощным рывком назад, что был усилен потоками пламени из его ног. Увеличив расстояние от места взрыва, на пару десятков метров, — Шон воткнул свой клинок в землю и начал спешно вылечивать свои раны исцеляющим пламенем, ни на секунду не отрывая взор от того места, в котором был её оппонент, всего несколько секунд назад.  Когда огненная завеса спала, Шону и всему оставшемуся отряду Кобы, что вылез из горящего леса, открылся вид на огромную воронку, посреди которой был пьедестал из нетронутой земли, на котором стояла одержимая Юна, с хищной ухмылкой на лице. Увиденное, заставило их ужаснуться. Ведь «Огненная бомба» Рико, была его коронной техникой, что по разрушительности, почти не уступала мощнейшему «Взрывному снаряду» их капитана. Но медлить было нельзя, поэтому Рико приказал двум близнецам позади него исполнить совместную атаку — для оказания поддержки Шону, что сейчас был ближе всех к Юне, но не мог сражаться, пока восстанавливал свои раны. Благо, одержимая даже не смотрела в его сторону, переключив своё внимание на новоприбывшую троицу из леса.  Она резко прыгнула, на добрые восемь метров, легко преодолев воронку, в которой находилась, после чего, начала стремительно сокращать с ними расстояние. Синхронными, круговыми движениями рук, вся троица начала вытягивать пламя из горящего леса, закручивая его в вихре перед собой — чем образовывала «Огненное торнадо», высотой в пятнадцать метров, которое понеслось в сторону Юны, не позволяя ей приблизиться. Но ей не стоило никакого труда просто перепрыгнуть это высокое препятствие, благодаря своей нечеловеческой скорости и силе, чем она сильно удивила всю троицу, оказавшись в десяти метрах у них за спиной. Поняв, что их атака слишком медленная, чтобы развернуть её к противнику, Рико приказал близнецам рядом с собой перейти к более превентивному стилю наступления. Вся троица приняла боевую позу и начала синхронно выпускать продолжительный «Огненный поток», которым не подпускал к себе одержимую. Юна же, в свою очередь, пыталась проскользнуть, между потоками пламени, но слишком сильно недооценила слаженность отряда Кобы, который медленно зажимала Юну к пожару позади неё. Перспектива, быть прижатой меж двух огней, ей не понравилась, посему, одержимая стала относиться своим противникам чуть серьёзнее, взращивая пару десятков щупалец, у себя за спиной. Часть из них поднимали её над землей, пока другая часть, приведённая в боевую готовность, начала атаковать троицу, что больше не могла сохранять строй, — когда шесть теневых щупалец, на которых стояла Юна, не зарились глубоко в землю и не выскочили, подобно быстро растущим стеблям заострённого бамбука, в попытке затыкать их снизу. Благо, у всех хватило скорости реакции, чтобы рывком отскочить от атаки снизу. Вот только, дальнейший бой, складывался не так удачно.  Одержимая размахивала длинными теневыми щупальцами, с опасными наростами, в форме лезвия клинка, на кончике, с той же интенсивностью, с которой она сломила Шона. Троица хоть и попадали по ним своим огнём, но от этого было мало толку. И не смотря на численное преимущество, — теперь уже они понемногу сдавали позиции, делая всё более быстрые шаги назад с каждой секундой. Уворачиваться от атак становилось всё сложнее, ибо скорость Юны росла по экспоненте, пока патерн её атак становился всё более непрпедсказуемым. Решив, что дело гиблое, Рико сделал могучий рывок назад и приказал близнецам отступить к Шону. Те не стали задаваться вопросами и взмахнув перед собой, создали огненную завесу, за которой смогли на миг скрыться от взора одержимой.  Этого хватило им, чтобы также сделать могучий рывок назад, увеличив дальность прыжков потоками пламени из рук и ног. Рико же, в это время, остался один на один с чудовищем. Сражаться он не планировал, а лишь хотел выиграть побольше времени для Шона, на которого была вся надежда. Он встал в более устойчивую позу, с широко расставленными ногами, после чего начал глубоко дышать, параллельно размахивая руками в возвышающей манере, от чего, перед ним возникла «Огненная стена», высотой в десять метров и шириной все восемь, что было невероятным показателем, для мага его уровня. Юна немного опешила от такого, не понимая к чему все эти затратные, для столь слабого, по её меркам, покорителя огня, приёмы, — эффективность которых, оставалась весьма сомнительной, учитывая спектр возможностей, показанных ею ранее. Рико, с боевым криком побежал вперёд, толкательным движением, направив «Огненную стену» прямо на врага и оставляя след из выжженной земли. Одержимая лишь слега согнула щупальца, на которых стояла и резко оттолкнувшись, перепрыгнула эту атаку, пока солдат лишь слепо шёл вперёд. Она хотела приземлиться на нём, насадив его тело на свои тентакли, — но резкий всплеск огненный ци впереди, переключил на себя всё её внимание.  Шон, что всё это время, активно залечивал свои раны, снова был готов к бою и уже настраивался нанести одержимой ответный удар. Он был низко опущен к земле, как бегун, перед самым стартом. Но в отличии от олимпийских спортсменов, он опирался лишь на трёх конечностях, так как одной рукой, крепко сжимал свой клинок, подобно хищнику, готовому нанести жертве смертельный. Земля под ним была раскалена до предела и предана огню, который покрывал всё под ним. Не успела Юна прикоснуться к поверхности земли своими щупальцами для опоры, как произошёл мощный, контролируемый взрыв под Шоном, придавший его телу инерцию, что несла его вперёд, подобно пуле, пока за ним оставался огненный след.  Отряд Кобы, всё это время, действовал идеально слаженно, благодаря всем битвам и тренировкам, которые позволяли им читать намерения друг другу без каких-либо слов. Всё это было лишь большим спектаклем, с момента как Рико и близнецы догнали Шона и тихо наблюдали за его боем с одержимой. И поизучив её повадки, они специально действовали таким образом, чтобы дать Шону достаточно времени на восстановление. Поначалу, они хотели зажать её между своим огнём и лесным пожаром. Но так как эта затея не удалась, Рико, который понял, что молодой циркач снова готов к бою, позаботился о том, чтобы одержимая оказалась в воздухе, что делало её уклонение затруднительным.  Шон также прочитал намерение своих товарищей и воспользовался моментом. Пока он летел, его клинок, который он уже держал обеими руками, покрылся пламенем, как и он сам. Щупальца Юны едва успели коснуться земли, как Шон прошёл насквозь, сделав один широкий взмах клинком, за которым следовала «Огромная Огненная Волна», предавшая огню все щупальца, с её телом в придачу. Она не могла никак уклониться, сгорая заживо, пока Шон пролетел дальше, на несколько метров и остановился, услышав как за его спиной пронёсся оглушительный женский визг с потусторонними нотками, который можно было услышать по всему лесу.  — АААРГХХ… — кричало существо, но отряд Кобы на этом не остановился.  Близнецы, что остались по ту сторону, исполнили парную кату, выпуская в чудовище двойной заряд «Молнии». Рико, что стоял в противоположную от них сторону тоже последовал их примеру и выпустил в неё мощный поток пламени, к которому, спустя пару вздохов, присоединился Шон. Крик становился более яростным и безобразным, показывая, насколько одержимая пребывает в агонии. Двойной заряд «Молнии» оглушал её, не позволяя, двигаться, пока поток пламени, дожигал её полностью. Но никто из них даже не думал останавливаться ни на миг. Они продолжали поливать её мощными потоками пламени и «Молнии", чтобы с концами упокоить. И спустя пару минут, когда последние крики агонии уже давно притихли, они наконец-то остановились. Пламя на голой, выжженной и нагретой до красна земле, горело ещё какое-то время, после чего угасла. Вся четвёрка осторожно подходило к тому месту, где в последний раз видели монстра, не ослабляя бдительности. Но даже при беглом осмотре было ясно, что от него не осталось и кучки пепла, учитывая мощь пламени, которым они поливали её несколько минут. Облегчённо выдохнув, Рико произнёс:  — Срочно собираем вещи и идём в сторону капи... — но не успел он договорить, как из под земли, за спинами близнецов, что стояли напротив него и Шона, вырвалось два теневых щупальца и проткнули Линга и Пинга насквозь.  Они и моргнуть не успели, как щупальцы, торчащие из их груди, повернулись к ним и вонзались в них вновь и вновь, увеличивая число колотых ран, несовместимые с жизнью. Шон и Рико, что были свидетелями сей быстрой экзекуции опешили и толком не успели среагировать, как из под земли, около того места, откуда росли щупальца, прикончившие близнецов, с истеричным смехом и безобразно садисткой ухмылкой на лице, вырвалась Юна. Её щупальца, что выглядели иначе, за счёт большей толщины и кроваво-красных прожилок на них, приподняли тела уже почивших близнецов на пару метров, пока одержимая шла вперёд, оказавшись прямо между ними.  — Должна признать, вы меня удивили... — произнесла она, в насмешливо манере. — Я то думала, что вы все, поголовно являетесь посредственностью... — она взглянула на свисающие останки, что были для неё не более чем кусками мясо, насажанные на крюки и улыбаясь ещё шире добавила: — Но даже столь невзрачные представители вашего военного сообщество, смогли показать неплохой результат... — сказала она, пока кровь с их ран, медленно текла вниз, капая на саму одержимую. Она снова возвращала свой взгляд к Рико и Шону впереди. — Поэтому, так уж и быть... — сказала она, резко встряхнув свои щупальца с такой силой, что тела Линга и Пинга, полетели в сторону опешивших солдат, которые поймали своих почивших товарищей, едва сохранив равновесие. — Я не стану убивать вас сразу и сохраню, в качестве выдающихся образцов... — сказала она, чуть ли не крича от восторга, с ещё более кривой и ехидной улыбкой на лицо, которая могла обезобразить даже столь приятные для глаз черты лица Юны.  Двое солдат напряглись, готовясь к выпаду, пока сама одержимая слегка присела, напружинив всё тело и одним рывком полетела в их сторону, хохоча как ополоумевшая. Рико и Шон не успели среагировать, и даже не бросили тела близнецов, чтобы взяться за оружие и попытаться дать монстру отпор. В этом не было смысла, потому что сил у них больше не оставалось, после продолжительного огненного потока, которым, как они полагали, добивали чудовище. Оба солдата уже готовились к тому, что монстр их настигнет отчего они зажмурились, — как с неба, в пяти метрах перед ними, со вспышкой опустился яркий, голубой столб пламени, возникший между ними и чудовищем. Монстр, что даже не думал останавливаться, а наоборот, в полёте, продолжил направлять несколько десятков щупалец вперёд себя, завизжала от боли, когда несколько «Огненных бритв» из синего пламени, летевших во все стороны, не порубили все её дополнительные конечности.   Параллельно этому — из огненного столба также вылетел «Взрывной снаряд», что летел прямо на само тело Юны. Прогремел огромный взрыв, откинувший одержимую обратно на пару десятков метров. Открыв глаза, Рико и Шон узрели своего капитана, объятого синем пламенем, кружащим вокруг его гордой фигуры. В руках, он крепко сжимал свои чёрные катаны, пока его холодный взгляд, был направлен только вперёд, в сторону противника.  — Капитан... — с радостью и надеждой произнёс Рико, чем привлёк к себе его внимание.  Коба, что увидел, как тело одержимой лежит на приличном расстоянии и пока не двигается, немного обернулся к ним, делая быструю оценку. Его холодный взгляд зацепился за тела Линга и Пинга, в руках его подчинённых, от чего его брови само собой насупились. Потоки пламени, вокруг начали пылать ещё сильнее, выражая возмущение, что говорила о том, что увиденное сильно разозлило Кобу, который, при этом, старался сохранить хладнокровие.  — Кротко доложить о ситуации! — отдал он приказ, не давая лишней эмоции взять над собой верх. — Я полетел вперёд всего отряд и обнаружил, следы бойни на этом поле, — начал говорить Шон, когда Рико взглядом велел рассказать капитану всё что было. — Офицер Ли лежал без движения, а рядом с ним, было бездыханное тело дочери старосты, которую я видел этим днём. Когда я подошёл, она отрастила несколько конечностей и добив офицера Ли, вступила со мной в бой...  — Когда я и близнецы прибыли, то увидели, как одержимая дочь старосты доминирует над Шоном, поэтому не спешили вступить в бой, изучая противника, — продолжил отчитываться Рико. — Командными усилиями, нам удалось застать его врасплох и сжигать на протяжении нескольких минут. Однако тварь провела нас, заставив решить, что от неё не осталось и горстки пепла, пока сама она зарылась в землю. Она вскочила внезапно и прикончила близнецов... — слова комом застревали в горле, но Рико всё же продолжил. — А когда она хотела приступить к нам, появились вы...  — Ясно, — коротко ответил Коба, продолжая сверлить взглядом одержимую, что уже начала вставать со своего места. — Можете бежать? — поинтересовался он, на что оба, оставшихся в живых членов его отряда, встали со своих мест, поднимая тела своих павших товарищей. Коба немного повернул шею в их сторону, чтобы оценить их состояние. Кивнув своим внутренним выводам он начал отдавать им приказ: — Отлично! Берите тела близнецов и что есть мочи, бегите на юг, в сторону деревни. Я уже отправил туда другие отряды, что встретил в лесу, так что, помощь уже в пути. Расскажите полковнику, всё что вы видели и оставайтесь в тылу, пока полностью не восстановитесь.  — А как же вы? — взволнованно спросил Рико, глядя, как сверхъестественное чудище, уже выпрямилось во весь рост.  — Я возьму монстра на себя и не позволю ему добраться до вас... — коротко ответил Коба, делая шаг в сторону Юны.  — Капитан, мы можем поможем! — влез в разговор Шон, привлекая к себе его взор.  — Можете? — переспросил Коба, смотря на своего ученика с холодным скепсисом.  Рико и Шон хотели ответить утвердительно, но не стали, осознавая свою несостоятельность в данный период времени. Было итак понятно, что никто из них не сможет уйти, пока Юна будет идти следом, учитывая все показанные ею ранее трюки. Кто-то должен был её отвлечь! Поэтому, их капитан идеально подходил на эту роль. Ведь, они, как никто другой, знали о его силе и возможностях. И если есть в Народе Огня человек, способный одолеть её, — то это определённо был их командир. Из-за этого, они решили не медлить, доверившись ему, и поскорее исполнить его приказ, чтобы как можно раньше направить к нему подмогу. Коба снова повернул свой взгляд к одержимой. Удар от «Взрывного снаряда» прямо в лицо, не способствовало её целостности, от чего вся передняя часть её тела была разорвана в клочья. Рваная одежда, больше не имела целостности, поэтому превратилось в тряпьё под её ногами. Сама она выглядела как восставший труп, в виде скелета, лишь с редкими кусками плоти и мышц по телу. Из оставшихся внутренностей, которые свисали со скелете, текла чёрная жидкость, что вела себя как живая нефть. Такое месиво из плоти не должно было двигаться или быть в состоянии сохранять в себе жизнь. Однако, Юну это, видимо, мало волновало, так как на пустых глазницах начали возникать новые глаза, что таращились прямо на Кобу. Свисавший, подобно мясному галстуку, язык, втянулся обратно, пока нижняя челюсть, повернутая на бок, под неестественным углом, сама встала на своё место и обзавелась новыми зубами. Голый череп, с редкими остатками волос и плоти, — начал зарастать новым слоем мышц и кожи, восстанавливаясь прямо на глазах. Спустя пару секунд, голова и лицо, уже полностью преобразовались, вернув былой внешний вид и стать, красивой дочери старосты. А на новом лице, у неё красовалась всё та же безобразна-ехидная ухмылка, что быстро сменилась на хищный оскал.  — Я не ожидала, что ты так быстро справишься с моими подручными... — сказала она, пока её тело, восстанавливалась, также зарастая новым слоем мышц и кожи. — Думала, тебе понадобиться больше времени на то, чтобы отнести детишек в безопасное место. Или ты решил бросить их там, в лесу, чтобы поскорее примчать к своим подчинённым? — спросила она с издёвкой, когда её обнажённое тело, с выдающимися формами, уже полностью восстановилось.  Одежда не являлась частью тела, поэтому она, само собой, не восстановилась, от чего нагота Юны была абсолютной. Лишь чёрная жидкость, что понемногу текла из её рта, капала на её грудь, замазывая её. Но внешний вид одержимой не становился менее похабным от этого.  — Дети уже спасены и направлены обратно в деревню, к моему полку, часть которого уже идёт сюда... — холодно ответил Коба, сохраняя с ней зрительный контакт. — У тебя есть время, чтобы убраться подальше отсюда. Но перед этим, я бы хотел спросить... Что ты, Кох возьми, такое? — задал он свой вопрос, на что одержимая разразилась неудержимым хохотом, пока её искажённый голос проносился громом по всей округе. Кобу это напрягло и он слегка присел, в боевой позиции, покрепче сжимая свои катаны. Спустя несколько вдохов, её поток безудержного смеха, остановился. — Что смешного? — спросил Коба, предостерегающе.  — Ничего... — ответила она, вытирая слезинку, возникшую на фоне безудержного веселья. — Понравилась твоя формулировка «Что ты, Кох возьми, такое?». Ведь я, дочь Коха... — признался дух, пока из спины одержимой начали образовываться новые щупальца, что были куда толще и с более выраженными красными венами, что пульсировали в такт ее сердцебиения. — И предвидя твой вопрос, отвечу, что я здесь для сбора материала... — добавила она, пока на кончике щупалец начали образовываться наросты, в форме лезвий. — А благословлённый древними драконами юноша, которого все прозвали гением, идеальный экземпляр... — сказала она, и все щупальца повернулись к Кобе «в боевой стойке». Молодой аристократ удивился. Заявление одержимой застало его врасплох, так как он понятие не имел, что кто-то, помимо принца Айро, сможет узнать о том, что он имеет отношение к драконом. Конечно, духов можно отнести к исключению из этого правила. Но когда тебе в лоб говорят о твоём секрете, что ты хранишь много лет — становится не по себе. Коба решил, что надо покончить с ней как можно быстрее, а для этого, ему придётся выложиться на все сто процентов — раз уж те одержимые в лесу, которых она назвала «подручными» и которые удерживали пропавших детишек из деревни, доставили ему столько хлопот. Коба начал всё активнее разгонять ци по своему телу и подпитывать свою чакру огня, раздувая её до неестественных размеров, — тем самым использовав секретную технику королевской семьи, которую он сам прозвал «Пламя Лорда». Его сила в миг возросла в несколько раз, наполняя тело и мышца безудержной мощью. Юна заметила перемены в нём и слега насторожилась, а сам Коба, начал отмерять таймер. Ведь эта техника, хоть и давала ему возможность превосходит собственные пределы, всё же была сравни анаэробной деятельности, что сильно перегружала организм. И даже если он выйдет из боя победителем, ему придётся восстанавливаться долгий период времени, за неимением возможности пролечиться в Кахе Вае, как это делали Лорды Огня. Поэтому, ему нужно было закончить бой как можно быстрее, чтобы повреждения организма от применения «Пламени Лорда» всё ещё были совместимы с жизнью. Он вознёс свои катаны над головой и начал точить их друг об друга, образовывая искры, после которых лезвия клинков тут же вспыхнули синим пламенем. Слегка присев, Коба резко полетел вперёд, исполнил «Огненный рывок», создав контролируемый взрыв под ногами, после чего толкал себя вперёд потоками синего пламени из под ног, — благодаря чему стремительно сокращал расстояние. Одержимая Юна, удивилась такой прыти, ибо молодой аристократ, по её оценкам, двигался даже быстрее самых шустрых магов воздухе, с которыи ей приходилось сражаться в прошлом. Она также, резко оттолкнулась от земли, удлиняя свои щупальца в его направлении. Обычный человек, даже с клинками, объятыми синим пламенем, не смог бы через них пробиться.  Но вопреки её ожиданиям, Коба начал прорубать их, словно они были сотканы из бумаги, а не из живой и преобразованной энергии жизни, что обещало сделать их битву настоящим испытанием для них обоих...

***

— Полковник Минг, скорее! — прокричал один из офицеров впереди.  Пожилой аристократ, что бежал по лесу, наравне со всеми, слегка ускорил свой шаг, прорываясь сквозь пожар. Часть своих людей он оставил позади, чтобы те немедленно занялись его тушением, пока оставшаяся часть людей бежала рядом с ним идя в сторону поля, от которого исходили яростные, потусторонние крики женщины, вперемешку со звоном клинков. А время от времени, возникали яркие голубые вспышки или раскаты грома, после выпущенных «Молний». Когда горящая, лесная чаща закончилась и он наконец-то оказался в нужном месте, то он, также как и все солдаты рядом с ним, обомлел от увиденного.  Молодой Дракон стоял в центре бойни, окруженные лесом из десятков теневых щупалец, с красными прожилками, что нещадно атаковали его без единого шанса, на то, чтобы он мог продохнуть. Но Коба, который двигался настолько быстро, размахивая своими катанами, объятыми пламенем, — что взгляд почти не успевал за движением его рук, — стоял в центре этого капкана, кромсая щупальца, с улыбкой на лице, словно дитя, которое резвилось в аттракционе. И с каждым взмахом, от его клинков вылетали всё более массивные «Огненные бритвы», беспрепятственно разрубавшие лес щупалец. Они вырастали из под земли вновь и вновь, но вместе с этим, Молодой Дракон становился всё быстрее и яростнее, превратившись в эпицентр настоящего урагана из синего пламени, от которого безостановочно вылетали «Огненные бритвы» разрубавшие всё и вся.  Полковник со своими людьми, что примчались на помощь, боялись даже приблизиться к нему, ибо риск быть искромсанными рядом с ним был гарантирован. В какой-то момент, щупальца уже не успевали вырастить из выжженной и покрытой многочисленными следами «Огненных бритв» земли, пока этот процесс вовсе не остановился полностью. Но "Молодой Дракон", что всё ещё был на кураже битвы, даже не думал останавливаться и решил выкурить своего, растерявшего всякую уверенность оппонента, что скрывался сейчас под землёй.  Скрестив клинки над своей головой, он начал отделять огненную ци на положительную и отрицательную часть, от чего искры «Молний», начали пробегать по лезвию и телу молодого аристократа. Накопив нужный заряд, он вонзил их в землю, выпуская всю мощь в почву, от чего, по всей округе прошлась паутина электричества, а из-под земли послышался очередной визг. Но этого оказалось мало, поэтому Коба повторил всю процедуру с улыбкой на лице, предчувствуя, как тварь, которая знатно прифигела с возможностей, хоть и благословлённого древними дракона, но всё же человека — вот-вот сдастся и выйдет наружу.  Он не ошибся в своих утверждениях, так как в двадцати метрах от него, разорвав землю, пулей выскочила голая одержимая девушка, вся измазанная в грязи и в чёрной субстанции, вытекавшая из её незакрывающихся, как раньше, ран — но уже без какого-либо намёка на ехидное превосходства, которым она избивала подчинённых "Молодого Дракона". Приземлившись на землю, тварь тут же упала на четвереньки, прикрывая рукой свои открытые раны. Взгляд, переполненный ненавистью, смотрел на "Молодого Дракона", что уже встал в боевую позу, готовясь к продолжению их смертельного танца. Его тело, было покрыто лазурным огнём, что вихрился и разрастался, в такт его дыхания.  — Твоё время вышло, — сказал Коба, взглядом указывая на новоприбывших солдат своего полка, которых становилось всё больше и больше каждой секундой. — Будешь пытаться сбежать или же предпочтёшь принять смерть от моего клинка? — спросил он направив один из клинков в одержимую. — Я заметил, что они становятся всё смертоноснее для тебя, по мере того, как поглощают твою кровь... — заявил он, поделившись своим предположением, которое звучало как: — По всей видимости, космическая руда, из которой они сделана, впитывает в себя твою духовную эссенцию и каким-то образом закаляется от этого, становясь орудием, эффективным против духов... — он взглянул на клинок, что стал темнее на пару тонов, с момента начала их боя.  Её взгляд становился всё злее и безобразнее, что подтверждало догадку Кобы. Одержимая разразилась очередным, яростным визгом, что прошёлся по всей округе, подобно раскату грома — после чего сделала мощный рывок, в сторону Кобы, пока из её спины вырастали новые щупальца. Однако, не успела она преодолеть и половину расстояния, как в неё прилетел мощный разряд «Молнии», выпущенная самим полковником — который припечатал одержимую к землю.  Не медля и секунды, Минг старший приказал всем солдатам вступить в бой и сжечь одержимую. Юна, едва опомнившись, успела слегка приподнять себя руками, как сквозь неё пролетел Коба, что на лету, обезглавил одержимую и успел нанести ещё несколько разрубающих ударов, которыми искромсал её тела на несколько кусков. Развернувшись в воздухе и остановившись, паря над землей на пару метров, он уставился на останки, ожидая очередной подставы.  Ведь за время их боя, что в сумме, продлился всего двадцать минут, он успел прорубить её и искромсать на мелкие кусочки, бесчисленное количество раз. И каждый раз, она продолжала восстанавливаться, несмотря на возрастающий промежуток времени, между полными исцелениями. Но в этот раз, произошло нечто иное. Тело восстановилось и даже поднялось над землёй. Но в отличии от прошлого раза, она скрутилась на месте, выблёвывая чёрную жидкость, что вырывалась наружу, образовывая огромную лужу под телом. Вытекавшая субстанция приподнималась над поверхностью, подобно своре переплетающихся змей, которые обвивали тело девушки и развернули её к Кобе. Вся в слезах и измученная, она ревела, пока на лице было выражения страха и боли. Белки глаз больше не были чёрными, также как и радужка не была кроваво-красного цвета. А на бледной коже, больше не было видно раздувшихся вен, по которым текла чёрная жидкость. Девушка плакала, жадно глотая воздух, и дрыгая конечностями, в попытках вырваться, пока рой змей, из чёрной субстанции, удерживало её внутри себя.  — Помогите, пожалуйста... — сквозь плач прокирачала Юна, обычным голосом, тянясь рукой к Кобе. И в тот момент, послышался хруст, повернувший её голову под неестественным углом. Огонёк жизни в её глазах погас в ту же секунду, пока её тело перестало двигаться.  — В следующий раз... — из чёрной субстанции послышался потусторонний голос, который он слышал на протяжении всей битвы. А после, ожившая жидкость испарилась, от чего, удерживаемая ею тело, упало на землю, подобно изломанной кукле. Солдаты, что с яростными выкриками шли в бой, замедлили свой шаг. Но зная, чем прошлое затишье закончилось для отряда Кобы, никто не смел ослаблять свою бдительность. Подойдя ближе, полковник смог увидеть, что бой дался его внуку не так легко, как могло показаться, учитывая многочисленные ушибы и порезы по всему телу, от которых не защитила даже броня из драконьей кожи. Было видно, что тварь старалась бить по жизненно важным органам, поэтому, верхняя часть брони превратилась в лахмотья, не подлежавшие ремонту. Коба опустился на землю, потушив пламя, вокруг себя и глядя на труп девушки, с немым вопросом. И неожиданно для всех, по облакам на небе, на которые никто, до этого времени, не обращал внимание, прокатился разряд молнии, после которого эхо грома разразило всю округу. Начался ливень...