Восхождение Нового Дракона

— Весьма недурно, капитан Коба, — одобрительно хмыкнул полковник Каичи, объявляя конец нашего поединка, когда я наставил свою катану к его горлу. — Благодарю за урок, полковник! — сказал я, делая пару шагов назад, пока убирал свой меч обратно в ножны, после чего последовал почтительный поклон "ученика к учителю". Вся толпа, наблюдавшая за нашем боем, взорвалась овациями. Ещё бы, ведь я впервые, за три недели наших бесчисленных дуэлей — смог одолеть полковника Каичи в поединке на мечах. Его, такой исход событий, также впечатлил, о чём можно было судить по тому, как он достаёт своё дао и мою катану, которые воткнулись в одно и тоже место, когда мы выбили их из рук друг друга. Он убрал свой клинок в ножны и с почтением протянул мне мой, признавая равным себе фехтовальщиком — чему я был несказанно рад. Конечно, я не думал, что это займёт у меня так много времени, учитывая мою базу и опыт по владению холодным оружием. Ведь с моей обучаемостью — я предполагал, что смогу сравнятся с полковником Каичи за пару недель. Но понадобилось аж три недели с хвостиком, чтобы впервые окончить бой своей безоговорочной победой. Это не значило, что я буду побеждать его в каждой дуэли. Но начало было положено. И всё благодаря ежедневным тренировкам в течении этого времени. Поначалу я думал, что военный совет продлиться неделю или две, из-за чего я бы не успел так многому у него научиться. Но по неизвестным мне обстоятельствам, генерал Ямомото всё ещё тянул с военным советом — который до сих пор не состоялся. Сначала дедушка Минг говорил, что генерал ждёт пока соберутся все полки и особые подразделения армии, что уже произошло на прошлой неделе. Но высшее должностное лицо в этом военном лагере молчал. Не то чтобы я жаловался. В конце концов, я успел пообщаться со всеми интересующими меня мастерами (не считая самого генерала) — чьи приёмы и навыки, я всасывал как губка, — анализируя их потоки энергии исцеляющим пламенем. Время было потрачено мной с пользой, но даже рядовые солдаты из моего полка, которые, кстати говоря, уже нагнал нас и тоже расположился в военном лагере генерала Ямомото — начали задавать резонные вопросы, на которые никто, из высшего руководства, не мог дать чёткий ответы. А ведь я, дедушка и дядя отправились вперёд специально для того, чтобы поучаствовать в военном совете, до того как сам наш полк прибудет сюда. Всё это выглядело крайне странно для меня. И стало ещё страннее, когда вчера ночью меня навестил полковник Каичи с моим дедушкой и личным лекарем генерала, по имени Вонг — что по совместительству является Кахе Вайским лекарем и огненным шаманом, владеющим исцеляющим пламенем. Они ввели меня в курс дело, туманно сообщая мне, что генералу Ямомото нездоровиться, от чего военный совет не начинается. И что личному лекарю генерала нужна моя помощь с этим делом, иначе дела приобретут дурной оборот. Выбора, как такового, у меня не было, поэтому я с ходу согласился. А потом, на меня навалили гору бумаг, что были медицинскими наблюдениями моего "коллеги" лекаря, которые он ведёт уже не первый год. Как раз с того момента, когда пожилому генералу начало становится хуже. Я провёл всю ночь за анализом записей, пока общался с Вонгом, уже заочно определившись с диагнозом, который был весьма неутешительным. У генерала Ямомто была онкология в лёгких. И что удивительнее — медицина Кахе Вая, в целом, имеет представление о том, что такое рак и как с ним бороться. У них даже есть свой особый способ, что является аналогом химиотерапии из моего первого мира, — когда пациенту вводят особый яд, после чего шаманы манипулируют организмом, чтобы доставить яд в нужную точку, где он разрушает клетки рака. А после выводят его из тела безопасным способом. Вот только, яд, обычно, всё равно успевает вдарить по организм пациента, от чего бывают побочные эффекты, очень схожие с побочными эффектами от химиотерапии из моей первой жизни. В общем и целом, ситуация выходит паршивая. Пожилого генерала уже лечили в Кахе Вае, когда болезнь была только выявлена. Однако, толком подлатать его так и не успели, ибо после провала принца Айро и его последующего исчезновения — правительству нужна была сильная и крайне значимая личность, что объединит всю армии под своим началом и установит порядок, чтобы страна была в состоянии отстоять свои колониальные границы. Такую задачу, как выяснилось, было некому доверить, кроме как самому легендарному генералу, с безупречной репутацией и послужным списком — которого знают и уважают абсолютно все. Вот его и пришлось вернуть на материк раньше срока. Точнее, он сам решил сделать это, чтобы армия не развалилась. Со своей задачей он справился идеально, вот только, ему некогда было возвращаться в Кахе Вай. Ибо как только началась чистка среди фракции принца Зуко, большая часть которой, представляла из себя военную верхушку — на плечи генерала снова легла задача по стабилизации армии и временное управление подразделениями, потерявшими свою верхушку. И вот так, недолеченное тело пожилого генерала, что всё это время держался на зелье из "Частички долголетия" и стараниях Вонга — начала давать сильные сбои. А совсем недавно, болезнь вернулась вновь и в этот раз прогрессирует ещё агрессивнее. Вот генерал и слёг, перед важной битвой за крепость Джу`ё, которую нельзя откладывать. А даже если бы это можно было сделать, это для него практически бы ничего не поменяло. Состояние генерала Ямомто, в последнее время, ухудшается слишком быстро и ни один из методов лечения, применяемые Вонгом не помогают. Боюсь, что даже если срочно госпитализировать его и отправить в Кахе Вай, — он точно не доживёт до конца путешествия, умерев где-то на полпути. И ситуация становилась всё более отчаянной с каждой секундой. Вся верхушка армии, включая моего дедушки, стараются скрыть факт патовости нашего положения — ища причины или отговорки, чтобы отсрочить военный совет. Некоторые полкам даже было велено специально маршировать как можно медленнее, пока тут стараются со всем разобраться. Канцелярию Лорда Огня уже сообщили обо всём и те уже выслали дополнительных Кахе Вайских шаманов на помощь. Но они вряд ли успеют, из-за чего, риск дестабилизации в самой крупной армии Народа Огня, после смерти его генерала, становится колоссальным — от чего Вонгу и высшим офицерам в лице моего дедушки и полковника Каичи, пришлось обратиться ко мне за помощью, нарушая прямой приказ королевского канцелярия — не разглашать эту информацию кому-либо. Я удивлён, что Озай сам не попросил меня заняться этим. Неужто считает, что мои навыки исцеления ничем не лучше чем у личного лекаря генерала? Очень даже может быть. Ведь он также не признавал мои способности шамана, когда я был во дворце — даже несмотря на то, что его королевский врач всегда шёл ко мне на консультацию, при каждом случае. Или может, он специально скрывал тот факт, что я помогал ему с диагнозами и назначением лечения — в попытке сохранить лицо и место? Такое тоже, вполне себе возможно... Как бы то ни было, я решил помочь генералу, назначив ему радикальное хирургическое лечение. И единственная причина, по которой я ещё не приступил к нему, была приготовление стерильных инструментов и помещения, где я буду проводить эту процедуру. Задача не сложная, учитывая все ресурсы и магию, которая доступна целой армии. Ну, а я лишь жду момента, чтобы приступить к делу. Опухоль я ни у кого не вырезал за обе свои жизни. Но какой-никакой чисто хирургический опыт санации у меня имеется, не говоря уже о бесчисленных прецедентах за эти полтора, с лишнем года, когда я вытаскивал с того света раненных солдатах своего полка и не только. А учитывая моё мастерство владения "Исцеляющим пламенем", шанс того, что я сделаю только хуже — стремительно приближается к нулю. По крайней мере, я на это надеюсь. Также как и надеется вся армии, что ждёт когда же генерала поведёт их в бой. Осознание этого, довольно быстро меня отрезвило. Пожалуй, я мыслю чересчур самоуверенно. Особенно на фоне того, чем провал может обернуться для меня и моей семьи. Полковник Каичи и Вонг обещали мне абсолютную анонимность, в случае неблагоприятного исхода. Ведь они сами обратились ко мне в самый последний момент, несмотря на то, что я тут уже третью неделю познаю все тонкости фехтования и сотворения приёмов магии огня. Время пролетело достаточно незаметно. Я в который раз объяснял Вонгу весь процесс операции, проговаривая все детали. Человек он, вроде бы, понятливый и опытный. Но так как у него нету такой памяти как у меня, ему было сложно подготовить себя к сложному процессу операции, который он ни разу в жизни не проводил. И это на фоне того, что всю работу буду делать я сам. А ему надо будет лишь правильно подавать инструменты и параллельно поддерживая тело пожилого генерала исцеляющим пламенем. Хотя, возможно, это я много требую. Годы бытия "гением", что учиться всему с первого раза — возможно, сделали меня слегка надменным. Как бы то ни было, час операции настал. Меня, уже ночью, повели в специально сооружённое помещение из металла, которые собрали под землёй, при помощи магов земли и огня. По сути, это был бункер, который хорошенько простерилизовали исцеляющим огнём и обустроили именно так, как я этого просил. Я тоже очистил себя исцеляющим пламенем, после чего вошёл внутрь бункера, являющийся "операционной". В центре, хорошо освещаемого свето-кристаллами, помещения, на операционном столе лежал сам пожилой генерал, которого я вчера лишь мельком успел осмотреть. Рядом с ним стоял Вонг, что активно водил исцеляющим пламенем вдоль его тела — уже погружая его в глубокий сон. Я подошёл ближе к столу и обменявшись с коллегой парочкой фраз о состоянии генерала, взглянул на последнего. Это был всё тот же сморщенный старик, — с длинной бородой и бровями, и с абсолютной лысиной на голове — который дышал хрипло и крайне тяжко. Я тоже зажёг в руках исцеляющее пламя, и начал водить вдоль тело пожилого аристократа, вновь оценивая его состояние. Ничего нового я не обнаружил. Все показатели были стабильны, хотя видно, что они далеко не в эталонных значениях. Словно рак, высасывает из него все силы, из-за чего даже столь легендарная личность — выглядит сильно исхудавшим и мягко говоря обречённым. И держится он лишь за счёт ежедневных усилий Вонга и ударных доз зелья из "Частички долголетия", которое поддерживает в нём жизнь. По сути, половина всего этого зелья, которое производиться за год, тратиться именно на него. Вот цена на неё и становится выше, за последние несколько лет, так как генерал начал употреблять его каждый день, ещё до моего рождения. Когда все показатели я оценил и помог Вонгу погрузить генерала в стабильное состояние, я приступил к самому процессу. Зная анатомию человека и имея ручной сканер, в виде исцеляющего пламени, которым я легко нахожу опухоли — провести экстирпацию было делом плёвым. Скальпель я держал уверенно — так как частенько орудовал им в военном госпитале своего полка. И шаг за шагом, я удалял каждую опухоль из лёгких и тут же залечивал эту область, на паре с Вонгом, что крайне неплохо меня поддерживал. Работать со столь умелым шаманом, было приятно и сильно выделялось среди моего обычного опыта последних лет, когда моими помощниками были Азула или Шон, за которыми приходилось постоянно следить. А тут, эксперт, который сам знает, когда ему подпитывать меня энергией, а когда самому залечить рану или остановить внезапное кровотечение. Весь процесс, от начала и до последнего этапа заживления — занял у нас порядка восьми часов кропотливой работы. Я уже чувствовал как солнце встаёт на восходе, наполняя меня силой и немного разгоняя усталость. Но именно в этот момент, когда я только-только начал приходить в себя, генерал Ямомото выкатил странный финт ушами. Мы начали активно его терять, несмотря на наши многочисленные перестраховки и идеально проведённую операцию. Поэтому, пришлось активно шаманить над его телом, подпитывая нашей собственной энергией. Это длилось часами. И так как ни я, ни Вонг не были готовы к таким нагрузкам, наши тела тоже начали давать сбой. Тело генерала Ямомото впитывало в себя нашу энергию как губка, от чего он стремительно шёл на поправку. Но стоило нам прекратить, чтобы перевести дух — как тело пожилого аристократа, снова начинало "капризничать", подобно избалованному ребёнку, которому перекрыли доступ к сладостям. Усталость была адовая, но я держался как мог, в то время как Вонг отключился после второго часа активной подпитки генерала. Лишь к полудню следующего дня, после начала операции, мне удалось хоть как-то стабилизировать генерала в достаточной мере, чтобы он мог функционировать самостоятельно. И когда мне это наконец-то удалось, Вонг уже начал приходить в себя. Он взял у меня эстафету, отметив, что мы достигли успеха. Когда стало ясно, что мы справились, он велел мне позвать сторожившего нас за дверью полковника Каичи, чтобы он, со своими людьми, помог транспортировать генерала обратно на поверхность. Только я развернулся, чтобы выполнить это поручения, знаменующее конец этого испытания, как пожилой генерал хрипло промямлил: — Учитель... это... вы... — я тут же обернулся, видя лицо Вонга, что был удивлён не меньше моего. — Я... всё-таки... дождался... пришествия... — прошептал он и снова умолк. — Должно быть он бредит... — отметил Вонг, что водил своим исцеляющим пламенем вдоль тела генерала. — Судя по показателям, он всё ещё находиться в состоянии глубокого сна... — сказал он, переведя на меня свой взгляд. — Не стоит зацикливаться на этом, капитан Коба. Позовите полковника! — велел он, чем заставил меня вернуть самообладание.

***

— Разрешите войти! — прозвучала краткая просьба, когда я уже стоял у входа генеральского шатра. Двое стражников, отсалютовавшие мне при приближении, уже привыкли к моему регулярному приходу, отчего даже не просили меня идентифицироваться. С той стороны послышались неразборчивые шевеления и спустя пару секунд ожидания, вход в шатёр открыл сам Вонг, любезно приглашая меня войти: — Прошу, капитан Коба! Обстановка внутри никак не поменялась. Интерьер был крайне богатым, но нисколько из-за золота или дорогих предметов искусства, сколько из-за трофеев из личной коллекции генерала Ямомото, — что восседал за огромным столом, окружённый кучей бумаг и секретарей, которые активно крутились вокруг его фигуры, которая, за неделю нашей активной с Вонгом работы — стала соответствовать его репутации. Генерал Ямомото, является самым могущественным и почитаемым генерал Народа Огня. Он фигура, которая излучает беспрецедентную ауру мудрости, силы и неоспоримого авторитета, из-за чего его образ является чуть ли не иконой для всей армии. Его внешность сама по себе живое завещанием долгой жизни, посвященной суровым тренировкам, стратегическому мастерству и непоколебимой приверженности идеалам нашего народа. Кажется, что столько силы не может уместиться в теле такого старика, но факты говорили об обратном. Такое впечатление от его внешнего вида вполне себе обоснованное, учитывая, что ему, совсем скоро, стукнет сотня лет от роду. Но его лицо, испещренное глубокими морщинами не уменьшают его величия, а, наоборот, добавляют ему характера, подчеркивая пройденный путь и обретённую мудрость. Его глаза, хотя и кажутся потускневшими от возраста, горят внутренним огнём, острым и проницательным, способным разглядеть истину за обманом и стратегию в хаосе. В них читается глубокое понимание человеческой природы и мира в целом. Одежда генерала Ямомото, как правило, проста, но величественна. А слегка сгорбленная осанка, не выглядит как признак немощи, даже несмотря на то, что он вынужденно опирается на посох. Она скорее как дополнительный атрибут его силы и сосредоточенности. А сам посох, что, по слухам, изготовлен из крепкого горного дерева, что рос в Северном Храме Воздушных Кочевников, — является не просто опорой, а уникальным футляром, внутри которого покоится его легендарный меч из метеоритной руды. Поэтому он держит его с такой уверенностью, от чего посох кажется частью его собственной энергии или инструментом — но никак не костылем. Его руки, хоть и могут показаться тонкими от возраста, на самом деле, я знаю насколько жилистыми и сильными они являются, — скрывая в себе огромную мощь, которая способна проявиться в любой момент. Просто пожилой генерал не выставляет её напоказ, хоть она и ощущается в его присутствии и в его спокойной уверенности. В его образе нет ни капли суетливости или стремления произвести впечатление. Его величие исходит изнутри, от глубокого понимания своего места в мире и ответственности, которую он несёт. Он излучает ауру глубокого спокойствия и уверенности, которая заражает всех вокруг. В его присутствии люди чувствуют себя защищенными и вдохновленными, зная, что ими руководит человек, который повидал многое и способен справиться с любой угрозой. Тяжело поверить, что его когда-то называли "Демон с Мечом". Хотя, более грозных или по-своему легендарных прозвищ у него навалом. Как например "Истребитель Нации" — который он получил когда убил последнего мага воздуха, если не брать в расчёт Аанга. Одна из монахинь, что сумела пережить геноцид своего народа, долгое время пряталась в горах на севере материка. Там, она пользовалась силой мощнейших горных потоков воздуха, что визгом неслись на её недругов, низвергая с горы всех охотников за её головами, — за что та получила прозвище "Горная Ведьма". Говорят, что она успела отправить на тот свет не менее тысячи душ, от чего вой ветра в тех горах начали ассоциировать с криками неупокоенных. Помимо этого, она годами, активно помогала Царству Земли, партизанничая в его рядах. И когда руководству Народа Огня надоело её присутствие — сам Дракон Небес отправил за ней отряд из своих сильнейших учеников, среди которых был, тогда ещё молодой подполковник Ямомото. Но из всего отряда, что, вместе с обслугой, насчитывал больше сотни человек, вернулся только он и парочка солдат, что работали связными и снабженцами, которые не вступали в бой и ждали возвращения остальных у основания гор. Весь израненный, генерал Ямомото вернулся в Народ Огня с головой последней покорительницей воздуха, за что и получил своё второе, на тот момент прозвище. Ведь самым первым его прозвищем, было "Оруженосец Дракона", так как он был особенно близким учеником Дракона Небес. И именно из-за генерала Ямомото — вся знать Народа Огня поменяла свои устоявшиеся многовековые традиции, когда детям проводили ритуал пробуждения чуть ли не на следующий день, после рождения, чтобы определить наличия магии в ребёнке. Ведь так уж вышло, что генерал Ямомото, провалил этот тест — когда выяснилось, что магии в нём практически не имеется. Из-за этого он, само собой, стал изгоем в своей семье, ведь "одержимость силой" среди знати, была на пике, с учётом того, что тогда, столетняя война только-только начиналась. Но после, произошло чудо, ведь к трём годам, генерал Ямомото пробудил в себе магию, чего ни разу не фиксировалось за всю летописную историю нашего мира. Ибо ритуал пробуждение был самым надёжным показателем, который ни разу не подводил Мудрецов Огня. Событие было воистину феноменальным, от чего сам Дракон Небес Лянь Джинг заинтересовался этим случаем. Он лично разобрался в ситуации, после чего огласил свой вердикт. Как оказалось, генерал Ямомото действительно родился магом с ужасно низкой совместимостью с огнём и малыми запасами ци в теле, от чего его можно было считать не магом. Но именно в год его рождения... А именно, в год геноцида воздушных кочевников и начала столетней войны, рядом с Землёй пролетала комета Созина. И предположительно, она как-то повлияла на младенца и пробудила в нём магию. Причём настолько сильную, что она прорезалась намного раньше, — а не к восьми годам, как это обычно бывает. Дракон Небес решил получше разобраться в механизме данного феномена и взял молодого, на тот момент, Ямомото под свою опеку. Однако, чётких результатов его исследования не дали, от чего генерал Ямомото остался человеком феноменом, который обучился у сильнейшего мастера и по сути, стал самым успешным среди всех его учеников, если не брать в расчёт покойного Лорда Огня Азулона. Со своим влиянием, генерал добился того, чтобы многовековые традиции с ритуалом пробуждения отложили, до того, как испытуемому исполнится один год. Чтобы всё это время, ребёнок рос в нормальной обстановке, как член семьи. А не как второсортный мусор, наравне с чернью — которую знать частенько душили в тот же день, чтобы не пятнать свой род наличием в нём слабака. Выигранный генералом Ямомотой год, помогал многим родителям привязаться к своему ребёнку, от чего у них, в последствии, рука не поднималась на его изничтожение, даже когда выяснялось, что дитя не является магом. Вообще-то, он пытался выкатить предложение, чтобы ритуал проводили ещё позже, но идти на такие большие уступки — уже никто не хотел. Ведь что-что, а приверженность традициям у народа Огня весьма крепкое. Но в любом случае, он итак немало сделал для Народа Огня, от чего его положение, как по мне, вполне себе оправданное. Рассуждать о его подвигах можно часами, но я пришёл к нему по иному поводу. Ведь сегодня вечером состоится долгожданный военный совет, с началом которого всё итак подзатянулось. Поэтому, мне, на пару с Вонгом, надо накачать генерала достаточно большой дозой энергии, чтобы он был бодрым и свежим на протяжении всего мероприятия. Как оказалось, тело генерала, сильно истощено, то ли из-за возраста, то ли из-за болезни — от чего не может нормально восстанавливать объёмы собственной ци. Он хорошо усваивает её с окружающей среды, как настоящий мастер магии огня, не обделённый силой. Вот только само его тело слишком быстро расходует свои запасы, даже вне боя. От этого генерал становится вялым и... ну, начинает выглядит на свой возраст. Поэтому, я и Вонг поддерживаем его в эталонном состоянии, в котором он расхаживал в свои золотые годы. Чтобы вся армия и полководцы, что впервые, за долгое время, увидят его на сегодняшнем совете — вдохновлялись его аурой и мощью, которую он излучает в своём присутствии. Это, по задумке, напомнит всем о славных временах пика его сил — от чего настроение и уверенность в победе перед предстоящей битвой кратно увеличиться. Мне это тоже принесло не мало бонусов, в виде личной благодарности самого генерала и всего его окружения. Но больше всего я в выигрыше от возможности пообщаться со столь значимой личностью в довольно близкой и неформальной обстановке, которую он сам обозначил, обосновав это словами мол: "Ты сильно похож на самого Дракона Небес по своей энергетике", — чтобы это не значило. Возможно, пожилой генерал почувствовал во мне признаки драконьего благословения. Но в теории, я, в его глазах, должен быть куда мельче, ибо драконьего благословение от самого Императора Драконов, по словам Учителей Рен и Шо — даёт силу совершенно иной категории. В любом случае, я и Вонг довольно быстро закончили все процедуры и настал черёд нашего традиционного чаепития за партиями пай шо, которые генерал устраивал для меня в знак признательности. Но я то видел, что он как-то меня изучает, словно подозревает в чём-то. Словно у меня есть секрет, который ему смерть как нужно узнать. В целом, он прав в этом предположении. Секретов у меня действительно вагон и маленькая тележка. Но на то они и секреты, чтобы не раскрывать их первому же авторитетному человеку, проявившему к ним интерес. — Интересный ход... — отметил пожилой генерал, когда я передвинул свою фишку в позицию для контратаки. — Всё же, мои предположения оказались правдивы... — таинственно произнёс он, сгорбившись над игровой доской, пока задумчиво поглаживая свою длинную бороду. — О чём вы? — поинтересовался я в прозаичной манере. — Я не спроста каждый раз разыгрывал с тобой приватные партии в пай шо... — сказал он, переводя свой взгляд с доски на меня. — Ты ведь тоже посвящён в их ряды... — он смотрел на меня с нечитаемым выражением лица, от чего в воздухе повисло лёгкое напряжение. — В чьих рядах? — я посмотрел на него слегка сконфуженно, и неожиданно возникло неловкое молчание, продлившееся почти минуту. — Честно говоря, я сам не до конца знаю... — сказал он, немного рассмеявшись, от чего весь негативный флёр улетучился в миг. Генерал Ямомото потянулся к своей пиале с чаем, после чего сделал небольшой глоток. — Только знаю, что мой Учитель состоял в нём. И посвятил в него также своего последнего ученика, в лице Джонг Джонга... — сказал он намекая на орден "Белого Лотоса". — За все годы, я лишь смог узнать, что вы все играете в пай шо определённым образом, чем и выявляете своих... — поделился он своей догадкой, которая попала в десятку. Мне аж захотелось его похвалить, но я сдержался. Рассказывать об ордене посторонним запрещено. И так как в нашу первую партию, генерал не стал отвечать мне фишками в правильном порядке, чем показал, что он не является его членом — мне нужно косить под дурачка до последнего. К тому же, он принципиальный человек, что чтить законы и власть страны. Поэтому, его позиция касательно Учителя Джонг Джонга остаётся неясной. Значит, нужно исходить из того, что генерал считает его предателем. И мне, как законопослушному гражданину, нужно придерживаться той же позиции. — Вам наверное привиделось, господин Ямомото, — начал я осторожно. — Это правда, что я использовал против вас тактики, которым меня обучал мой беглый учитель Джонг Джонг. Но я не состою с ним в каком-либо клубе или заговоре... — добавил я, в утвердительной манере. — Понятно... — ответил он, спустя пару секунд молчания, пока задумчиво поглаживал свою бороду. — Пожалуй, я пока не заслужил твоего доверия, чтобы ты мог откровенничать со мной по этим вопросам... — сказал он с долей печали и тут же добавил: — Даже молодой подполковник Каичи не открылся мне, за все эти годы, хотя он и его Учитель Пиандао также состоят в этом тайном клубе... После этого я изумился от степени его проницательности. Мне даже стало любопытно, почему же такого человека как он, до сих пор не приняли в орден. Он ведь мастер фехтования, который обучал основам самого Пиандао, несмотря на то, что тот не является магом. Но последний смог вступить в ряды ордена, заняв должность "Великого Лотоса", в то время как легендарный генерал остаётся в не удел. Странно всё это... — Тем не менее, моё доверие и благодарность ты уже заслужил. И если у тебя есть какие-нибудь вопросы, даже личного характера, то я с удовольствием на них отвечу... — сказал он, улыбнувшись мне старческой улыбкой, от чего можно было заметить, как уголки его губ, скрытые за густой бородой, слегка приподнимаются. — В таком случае, я бы хотел расспросить вас о вашем Учителе... — воодушевлённо ответил я, спустя секундного замешательства, воспользовавшись возможностью соскользнуть с неудобных для меня тем и заодно побольше узнать о благословлённом самим Императором Драконов человеке. — О... я почему-то был уверен, что ты захочешь узнать именно о нём... — сказал он в бодрой манере, откинувшись к мягкой спинке своего тронообразного стула с мягкой обвивкой. — Я могу рассказывать о нём часами. Но полагаю, тебя интересует что-то конкретное? — он посмотрел на меня вопросительно изогнув бровь. — Расскажите каким он был человеком, — тут же начал я, с интересующей меня темы. Ведь его личность была самой загадочной темой, о которой нельзя было нарыть что-либо даже в потайных отсеках королевской библиотеки. — Полагаю ты слышал об этом и раньше... Но великий Дракон Небес, был человеком уникальным, что славился скрытным характером и по большей мере суровым нравом... — начал он, задумчиво поглаживая свою бороду. После же, сделав ещё один глоток чая, продолжил: — Если честно, несмотря на всю мою верность и прилежность к его учениям, мы так и толком не сблизились за все годы нашего знакомства. Однако, это нисколько не умоляло того, что он оставался для меня главным кумиром за всю мою жизнь... — сказал он, задумчиво улыбаясь, пока погружался в собственные думы. — И пожалуй, именно из-за этого, я пытался налаживать хорошие отношения с теми, кто хоть как-то походил на него. Хотя, не сказать что таких людей было много... — сказал он, переводя на меня свой, немного, раздосадованный взор. — И пожалуй, из всех них, ты похож на него больше чем кто-либо... — Странно, я вроде никогда не отличался суровым нравом... — парировал я это утверждение, ибо как по мне, я довольно мягок с окружающими, даже когда пребывая в не лучшем расположении духа. — В этом ты конечно прав... — по старчески хихикнув. — Если говорить про темперамент, то полковник Каичи напоминает мне его больше всех на свете. Хотя... в отличии от моего Учителя, у юного Каичи есть причины быть таковым... — сказал он слегка печально. И как человек, которому полковник Каичи сам рассказал о своём трагичном прошлом, я его прекрасно понимаю. — Но всё же, ты похож на Небесного Дракона куда сильнее чем он. Особенно флуктуации твоей энергии... — таинственно произнёс он, смотря сквозь меня. Словно вновь оценивал мою систему циркуляцию ци, подогнанную под стандарты драконов. — И наличие схожих тайн, в виде того самого "тайного клуба", в который меня так и не приняли, делают это сходство куда выразительнее... — сказал он с лёгким укором в мою сторону, но без какого-либо намёка на злобу. Я бы и рад принять его в наш в орден, но у меня недостаточно полномочий в его рядах. Я конечно не " Бутон подмастерье", коим был, когда мой Учитель Джонг Джонг только-только посвятил меня в него. Но пока не дорос до статус "Старшего Лотоса", который является минимальным порогом — для принятия в орден нового человека. И пока я думал об этом, пожилой генерал продолжил: — До встречи с тобой, самым похожим на моего Учителя человеком, был старший сын Лорда Огня Азулона. Но хоть сколько-то походить на Дракона Небес своей энергетикой он стал, лишь после того, как сразил последнего дракона и получил соответствующий титул за это... — сообщил он то, чем заставил меня изумится вновь. Ведь его проницательность и чувствительность к энергии человека оказалась куда выше, чем могло показаться изначально, раз уж он способен оценивать различие настолько конкретно. — Хотите сказать, что я ближе к Дракону Небес, чем сам Дракон Запада? — задал я вопрос, что тут же вспыхнул в моей голове. — Будь я чуть более суеверным, я бы принял тебя за реинкарнацию своего Учителя... — ответил он в шутливой манере, хотя я бы не сказал, что он говорит несерьёзно. — И если это предположение окажется явью, то мой конец уже не за горизонтом... — произнёс он мрачную, даже по меркам армии, шутку. — Надеюсь что вы ошибаетесь, господин Ямомото... — сказал я, после неловкого смешка, который я едва смог из себя выдавить. — Ведь без вас, армии тут же потеряет целостность, которая, последние несколько лет, держится лишь на вашем авторитете... — Об этом можешь не волноваться, — сказал он, в особо умиротворённой манере. — С моей кончиной, Народ Огня вступит в абсолютно новую и куда более светлую эпоху... — сказал он с оптимизмом и в настолько прозаичной манере, словно это был общеизвестный факт или давно решённый вопрос. — А вы довольно оптимистичны по этому поводу, — заметил я и тут же озвучил резонный вопрос: — Но с чего вдруг такая уверенность? — ... — ответом мне стало задумчивое молчание. Генерал вдруг умолк, глубоко погружённый в свои воспоминания, в которых таился ответ. — В нашу последнюю встречу, между мной и Учителем Лянь Джинг, разгорелась сильная ссора... внезапно начал он, спустя минутного молчания. — Тогда я разом вывалил всё своё возмущение, накопленное годами, ибо несмотря на все свои успехи, что с лихвой затмевали всех его остальных учеников — он наотрез отказывался признавать меня главным приемником его наследия, словно все мои достижения ничего не стояли. Тогда, я был жутко зол тем, что именно твой Учитель Джонг Джонг удостаивается чести быть посвящённым в его секреты, став тем самым наследником, чем обскакал даже родного внука Дракона Небес в лице Бу Джинга... — вспоминал он с досадой. — Я и Бу Джинг были в ярости из-за этого, ведь Джонг Джонг даже не хотел этой чести. Это стало причиной того, что многолетняя дружба твоего Учителя и его лучшего друга Бу Джинга начали идти по наклонной. И пожалуй, я бы тоже затаил на него обиду, если бы Учитель Лянь Джинг не рассказал, напоследок, о своём "скрытом навыке" видеть чужую судьбу. Мол мне уготована роль стать величайшим из полководцев Народа Огня, что никогда не будет знать вкуса поражения на поле брани. И что я буду жить и побеждать до тех пор, пока моим глазам не будет уготована честь узреть путь восхождения нового дракона... Истинного Дракона, который начнёт абсолютно новую эру для Народа Огня и мира в целом. А до тех пор, смерть сама будет меня сторониться меня, позволяя мне одерживать вверх над всеми врагами... — произнёс он без капли сарказма, словно это была прописной истиной и правдой, от которой никак не убежать. — И вы верите, что я тот самый Истинный Драконом? — спросил я, с долей скепсиса, на что он лишь обречённо пожал плечами. — Боюсь я больше ни в чём не уверен, ибо мне доводилось ошибиться аж два раза... — признался он, с иронией в словах. — Раньше я думал, что этим самым Драконом будет принц Айро, сразивший последнего дракона. Но он потерпел крах в решающий битве при Ба Синг Це. Следом, я начал думать, что этим самым последним Драконом станет Каичи, когда я своими глазами узрел как он в одиночку справляется с целой дюжиной чемпионов Царства Земли. Но после инцидента с духом, он стал одержим лишь своей местью, что явно не идёт ему на пользу... — начал перечислять он, после чего перевёл на меня свой задумчивый взгляд. — А теперь, перед моим взором появляешься ты... Молодой юноша, что по праву носить звание гения и уже не первый год потрясает весь мир своими новшествами. Юноша, что своими руками вытянул меня из того света, и одним лишь существованием своей силы и схожей энергетики с моим Учителем, доказывает то, что все эти годы, я, возможно, верил не в небылицы... Думаю, мы скоро выясним, правда это или нет...

***

Когда военный совет наконец-то закончился, я спешно начал удаляться, чтобы не ляпнуть лишнего на своего прародителя, который явно берега свои попутал. Поэтому, решил сходить на арену для тренировок, где небольшая разминка с магией должна была стать для меня хорошей разрядкой. Я шёл стремительно обходя каждого, кто пытался завязать со мной диалог. А таких людей было много, даже не смотря на то, что сейчас был довольно поздний час и время отбоя для простых солдат уже настал. Добравшись до арены, я решил что, лучше уж не стану тренировать магию, чтобы не прослыть уродом среди простых солдат, которые явно не оценят шум и ярко-голубые вспышки пламени посреди ночи. И вместо этого, я достал свои парные катаны, которыми начал размахивать, чтобы отработать свой выпад. И уже спустя десять минут, гнев начал потихоньку отступать, покидая моё тело вместе с потом, что лился с меня ручьём. Я сосредоточенно делал широкие размахи перед собой, пока мыслями был погружен в прошедший военный совет, который мне следовало обдумать. Ведь несмотря на моё несоответствующее звание, меня на него всё-таки пригласили, так как это была личная инициатива генерала Ямомото. Честно говоря, мне было крайне неловко, ибо даже мой дядя, достигший звание подполковника много лет тому назад, всё ещё сидел поодаль от главного стола, — с картой этих земель, за которым и проходило обсуждение плана, — в качестве помощника дедушки Минга наравне с остальными майорами и подполковниками, также присутствовавших там. А мне, простому капитану, что, по блату, получил своё звание в первый же день, дали место за столом где проходило обсуждение плана — усадив между моим дедушкой и госпожой Кирой, от чего все взоры, были прикованы на меня. Нет, я конечно уже заслужил звание капитана, сформировав успешный, по меркам армии, отряд боевых магов. Но такого чина недостаточно, чтобы находиться в такой близи к самым заслуженным ветеранам столетней войны. Поэтому, участь быть "под прожектором", пока все ожидали пришествия самого генерала Ямомото, была неминуема. Зато, стоило великому полководцу появится, как я стал лишь блеклой тенью на том собрании. Ибо реакция всех присутствующих, что давненько не видели генерала Ямомото была, мягко говоря, шокированной. Никто и не думал, что их кумир, что в последние годы едва мог передвигаться самостоятельно, — гордо, но при этом, неспешно войдёт в зал военного совета. И сделает это не как сгорбившийся старик, отживший свой век. Нет, перед ними воссиял тот самый легендарный полководец, незнавший поражения за всю историю столетней войны. А сила, источаемая им в виде мощных потоков незримой энергии, как и предполагалось, тут же напомнило им о тех временах, когда генерал Ямомото лично возглавлял армии и шёл в бой в первых рядах, с мечом на перевес — изничтожая врагов как свору надоедливых мошек. Каждый его шаг отдавался эхом, пока некоторые офицеры чуть ли не тряслись от благоговенного ужаса перед ним. Когда он сел за стол все тут же встали и поприветствовали его как подобает, не забыв выразить своё удивление, касательно кондиции, в котором пребывает их главнокомандующий. Генерал отметил в этом именно мою заслугу, чем снова привлёк ко мне всеобщее внимание. А потом, слово за словом, военный совет начался, когда генерал Ямомото известил всех о том, что познакомился с версией планов, касательно захвата крепости Джу`Ё предложенные каждым полковником, отметив парочку самых удачных, которые пришлись ему по вкусу. И посчитав план полковника Лидая самым перспективным, он дал ему слово, чтобы тот первым объяснил суть своей тактики. А заключалась она в том, чтобы просто осаждать крепость агрессивными залпами из катапуль и требушетов, не подвергая риску жизнь обычных солдат. И так как крепость находиться посередине горного хребта, что никак не обойти, — осаждать нам придётся только с одной стороны, из-за чего и приходиться делать это крайне агрессивно, чтобы вынудить обороняющихся сдать её и просто уйти с восточных ворот. Попытаться подорвать стены и брать крепость штурмом посчитали нецелесообразным, так как в прошлый раз, когда армия Народа Огня действовала именно таким образом — это обернулось нам слишком большими потерями. А на вопрос полковника Ли "Почему бы заодно не пустить вход новые пушки, что прекрасно показали себя во время осад подобного рода укреплений? — ответ оказался довольно простым и разумным. Ведь согласно последним развед-данным от полковника Монке, присутствовавшего здесь — крепость удерживает легендарный генерал Шин, которого в народе величают "Нефритовый Бог". А он известен тем, что покоряет не просто землю, а сжатый нефрит, который, по слухам, твёрже алмаза. И за годы войны, он научился весьма умело швырять небольшие нефритовые конусы на огромные расстояния. И ни один танк, доспех или железная преграда, не были помехой для его "Нефритовых снарядов". Благо это расстояние ограничено и стандартные осадные орудия стреляют дальше. А моим пушкам, которые я специально делал относительно примитивными, надо подходить на более близкое расстояние, чем катапультам и требушетам, от чего они попадают под зону досягаемости "Нефритового Бога", которому не придётся даже слезть со стен крепости для контратаки. Такой ответ устроил полковника Ли, но именно в этот момент, генерал Ямомото обратился к моему дедушке, спрашивая что он думает по этому поводу. В ответ на это, мой прародитель сделал весьма шокирующее, лично для меня, заявление — сказав, что он уже давно передавал чертежи моих пушек полковнику Хану, что постарался на славу, задействовав весь свой инженерный гений. И что первая партия модернизированных пушек, что должны были стрелять на расстояния, что, по расчётам, превосходило даже расстояние поражения катапульт и требушетов — уже в пути. Все присутствующие довольно тепло восприняли эту новость, слегка пожучив дедушку из-за лишней театральности, мол "Зачем же вы умалчивали о столь своевременном козыре?". А я же горел внутри от возмущения, так как дедушка Минг нарушил нашу прямую договорённость, поделившись чертежами с кем-то посторонним. И чувствуя это самое возмущение, он весьма старательно не смотрел в мою сторону, чтобы не встречаться с моим выжигающим взглядом. Я же так старательно просил его держаться подальше от темы пушек — раскрыв ему потенциальную угрозу, что несёт эта стезя и её крайне вероятное развитие, в сторону огнестрельного оружия, что уровняет магов и не магов. А это слишком большое и негативное, на мой взгляд, нововведение, к которому этот мир ещё не готов. Дедушка Минг был согласен со мной в этом утверждении, признав мою правоту. Но невзирая на это, он всё равно нарушил своё слово. Так ещё и действовал у меня за спиной... Это и стало основной причиной того, что я пребывая в столь разъярённом состоянии и вынужден выплёскивать свой гнев посредством ночной тренировки. Возможно, у дедушки имелись причины снова действовать у меня за спиной. Но спросить его об этом во время военного совета или уж тем более, покинуть его пораньше, чтобы просто подуспокоиться я не мог, от чего гнев кипел во мне, как целый казан бурлящего масла, запечатанного под крышкой. Я сжал рукоять своего клинка до белых костяшек и сделал чуть более агрессивный выпад, чтобы выплестнуть снова возросшую ярость. Но это мало чем мне помогло. Нужно поговорить с ним, как можно быстрее. Но сначала, необходимо успокоится, чтобы не потерять контроль и не устроить сцену посреди ночи.