Морион Лиар

      Нападение Рина опять внезапно, хотя я ждал его. На этот раз на пол я жёстко прилетел. Если б не уроки Цайта, наверняка было бы хуже, но результат всё равно тот же. Восстановив дыхание, а заодно убедившись, что рёбра вроде бы не сломал, я понял, что опять лежу с заломленными руками. И ещё понял, что в прошлый раз надо было отдать Рина Цайту, и плевать на благородство и прочие слова.       — Мори, ты ходячий соблазн, — зашептал Рин. С поцелуями больше не лез, учёл предыдущий опыт. — Красивый, дух захватывает. Ты был с мужчиной?       — Придурок озабоченный!       — Зачем упрямишься, тебе понравится.       Я вырывался, но для виду, стараясь, чтоб это «для виду» понял и Рин, но так, чтоб самому не поверить. Рин не спешил отпускать, но и я не торопился. Если он собирается пойти дальше, захват ослабит, тогда и вырвусь. Не знаю как, но вырвусь, даже если вывихну себе руку. Но лучше бы Рину.       — Ты ведь не позовёшь на помощь, — полуутвердительно прошептал он. — Ты слишком горд, и приглушишь себя. Не сопротивляйся, ты ведь и сам хочешь, но гордость не даёт это признать.       Похоже, тупик, мы оба не спешим. Рин не планировал дальше факта нападения, а я ничего не могу сделать.       — Рин, мы оба парни, почему тебя это не смущает?       — А почему должно?       — Просто интересно. О здешнем укладе я до сих пор знаю мало.       — Я знаю, как бывает хорошо, и покажу тебе.       Возбуждение. Моё или Рина? Какая разница! Главное, самому не улететь! А если Рин тоже зеркало? Почему я не подумал об этом раньше?! Вот теперь я точно Лиар, вьёсс! Ничего, как-нибудь выкручусь. Терпения у меня больше, чем у Рина, ему надоест быстро. Рин потерся пахом о… бедро.       — Прибью, — прошипел я без особой уверенности в голосе. Даже если он зеркало! Зеркало тоже можно обмануть. Главное, не думать о том, что другие зеркала подумают. Здесь и сейчас единственная моя проблема – Рин.       — Ты же хочешь меня, — продолжал уговаривать он.       — И что с того?       — Так зачем отказывать себе?       — Затем, что отказываю тебе. Я же говорил, я против насилия. Ничего с тех пор не изменилось.       — А если так? — Рин отпустил меня, и когда я вскочил, он лежал, раскинувшись, на полу. — Я твой, Мори. И я не буду сопротивляться.       Я чуть не подвис, но заставил себя выполнить один из заготовленных планов. Браслеты, стекающие с рук, и так же легко надевающиеся, я позаимствовал у Хольмы. И амулеты временной склейки тоже. Жесты управления отработал, над амулетами сидел с песочными часами, чтобы точно знать срок их действия. Конечно, могло не получиться, но оставались запасные варианты. В крайнем случае, позвал бы на помощь снова, эмоцией любое зеркало или картинкой Эвиса.       Получилось! Рин лежал, приклеившись запястьями к полу.       — И что ты сделаешь со мной? — восхищённо выдохнул он.       — Не знаю ещё, — многообещающе протянул я. Получилось! Правда, дальше этого пункта я не продумывал, как Рин не продумывает дальше нападения.       — Я хочу тебя.       — Это я уже понял. Рин, что ты чувствуешь, когда тебя ловят на нападениях?       — К Хелене в ученики подался?       — Хочу понять твои мотивы.       — А если я не хочу делиться?       — Твоё право, — я пожал плечами, отыскал книгу, которую недавно начал читать, сел рядом с Рином, открыл на закладке.       «В этой группе кастов очень важно не пытаться уплотнить цепочку, лучше получить менее мощный амулет, чем некорректно работающий.»       Я споткнулся о слово «некорректно». Есть же слово «неправильно». Оно ведь сюда подходит?       — Мори, ты серьезно собрался читать?       — Почитать тебе вслух?       — Лучше трахни.       — Рин, этот вопрос мы уже обсуждали. Скажи, тебе вообще не с кем?       — Мори, с кем ты спишь?       — А ты?       Рин отвернулся, я перевернул страницу. Амулеты работают около часа. Знает ли Рин контркасты? Я – нет. Надеюсь, он не возьмёт этот способ на заметку. А если возьмёт? Надо спросить у Хольмы про контркаст. И спрятать амулеты склейки.       — Ты самый упёртый внешник!       — А что, много внешников ответило на твои порывы?       — Нууу… О! А не ты ли тот чувственный красавчик, который если обидится, умрёт от недотраха, но не вернётся?       Вот что ответить на такой сомнительный вопрос? Промолчать?       — О! — я скопировал его тон. — Так ты не только спишь с парнями, но ещё и обсуждаешь с ними бывших?       — Могу и с тобой обсудить.       — Обойдусь.       — Точно! Похож! Надо только вспомнить, кто же это говорил.       Я уткнулся в книгу. Вот почему так? То не мог найти, с кем, то не мог найти где, то не могу из собственных покоев выдворить не того? Вот Рин не заморачивается, и находит где и с кем даже среди внешников. Причём, похоже, уже запутался в именах. Или им было проще согласиться, чем объяснить, почему нет? Почему его до сих пор не зарезали? Боятся ссориться с Лиар?       — И как такое чучело Лиар из клана выпускают? — спросил я Мироздание.       — Со скандалами.       Я краем глаза взглянул на песочные часы. Осталось чуть больше получаса. Рин отлипнет, но ещё надо снять с него браслеты. И неизвестно, в каком настроении отлипнет. Может, тут же продолжит начатое.       — Любишь скандалы?       — Обожаю!       — А я – ненавижу. Рин, мы не подходим друг другу даже для разового перепиха.       — С тобой я буду нежен. Молчать, правда, не обещаю.       Я закрыл лицо ладонью. Мне его не переспорить. Похоже, придётся позвать на помощь. Цайт у внешников. Эвиса беспокоить по такому поводу стыдно. И Эгира тоже. Да всех! Я сосредоточился, жест «приходи». Песка в часах мало.        «Плетение тройного узла начинается с одной опорной точки…» Третий раз перечитываю страницу, о чем прочёл – не знаю.       — Морион? — пришла Альда. — И Рин?       — У нас посиделки, а у кого-то полежалки, — объяснил я. — Рину скучно, а я только книгу вслух могу почитать, и ту гораздо хуже, чем Шарди. Сейчас и остальные подтянутся. Наверное. Вирею и Эгира я тоже позвал. Посидим, поболтаем.       Лиар! Альду не удивило, что Рин лежит на полу, она невозмутимо села рядом.       — Рин от работы отлынивает, — сообщила она мне.       — Или всю уже переделал и устал, — откликнулся я. — Упал и лежит.